Глава 5 Захват Москвы

      Подготовка к вторжению на Анархию, которая засела в ЦАО длилась два дня. После истребления одного из главарей этой банды, мы думали, что пыл уменьшится значительно, но мы глубоко заблуждались. Чтобы искоренить зло, надо отрубить все головы и отросток, откуда эти головы растут и не дать сподвижникам возобновить рост дальше. Мы прекрасно понимали, что могут вернутся не все. Чем дальше в лес, тем темнее чаща, зло затаится и будет накапливать силу и ударит со всей своей мощью.       Два дредноута шли сквозь мглу и снегопад на одном были прицеплены три вагона: один битком набитый оружием, второй — войском из поселений и аванпостов, третий с ранеными. Второй дредноут тянул вагон с моими ребятами и остальной частью войска. К ночи третьего дня мы добрались до столицы нашего «Снежного Государства». Поставили дредноуты в отдалении. Дальше пошли пешком.       –Действуем так, как на перевалочном пункте, — проговорил я нашему небольшому войску, — Знаю, что могут вернутся не все, этот день войдет в историю как освобождение от гнета этого режима. Давайте же приблизим этот день, день славы, день победы! За новый и свободный рассвет! За наши города и поселки за Нью- Винтерхоум.        — За Винтерхоум! — прокричала толпа, вдохновленная речью.       Они двинулись вперед. Москва не находилась в кратере, как остальная часть поселений и аванпостов. Да, ее накрыл Белый хлад, где больше, а где и в меньшей степени. Некоторые районы засыпаны практически по верхушку небоскребов, а в некоторых даже просматривались очертания улиц, дорог, первые этажи зданий. По сведениям разведки, которая вернулась днем, ранее было отмечено, что верховные Анархисты засели в бывшем здании МИД и обустроили «теплый прием» всем не доброжелателям. По всей Москве патрулировали снегоходы и пешие отряды. Так легко пройти не удаться — это не лагерь на переднем рубеже города. Это укрепленная со всех сторон крепость.       –Ну что, готовы к штурму, братья! — воинственно воскликнул я.       Мое войско ответило: Да!       И с криками А-а-а двинулось, как саранча. Поглощая квартал за кварталом, я со своим отрядом шел впереди, нам не суждено было идти за спинами. Мы войны, мы солдаты. Мы собирали урожай, который давно поспел. А мы — комбайны будущего правительства, мы те, кто встанет на защиту Родины, даже если уже её официально нет, но мы начнем все заново, начнем выращивать на новой земле. За нами тянулся кровавый след из трупов и покорёженной техники, мы как разъярённый рой шли вперед напролом, противник отбивался как мог, но нес потери. Чем ближе к логову Анархии, тем сложнее стало продвижение. Рельеф местности, который нам надиктовал Белый Хлад, тоже немного затруднял передвижение. Также было много снайперов, засевших в зданиях. Хорошо, блин, укрепились, видно ждали и боялись. Один из приближенных к главарю убежал в здание МИДа.       –Стой! — крикнула Анна, — куда?!       — Пусть бежит, — успокоил я рвущуюся Ангела, которая буквально взлетела за бандитом.       Она тормознула, уперлась в мою мощную ладонь и практически сложилась пополам.       — Мы этого и добиваемся.       Мы подошли к запорошенному зданию министерства.       — А вот и будка, где спрятались главные шавки, — констатировал я, указывая на здание, — придется их выбивать. Так, занять периметр, отстреливать всех, кто помешает нам, а мы в здание.       Мы вошли через балкон верхнего этажа. Внутри было расчищено от снега. Кое-где еще сугробами лежал снег. Окна заколочены, свет, как ни странно, был, куда ж без него. В коридорах было полутемно, свет периодически мигал, как в самых популярных хоррорах, наводил страх и сковывал сердца. Большинство кабинетов запечатано, часть и заняли бандиты. Холод пробирал до костей.       — Кто здесь? — голос эхом пронесся по коридору.        У нас побежали табуном мурашки. Мелькнула мысль, что в здании призраки. Из-за угла появилась фигура и быстро приближалась. Мы подняли оружие, всмотрелись.       — Огонь! — крикнул я, когда очертания тени приобрели формы анархиста.       Завязался бой. На помощь врагу прибежали еще несколько отрядов. Нас прижали.       –Та твою дивизию! –выругался Бен, — у нас так патроны закончатся скоро. Надо на главного приберечь.       — Главного можно и голыми руками, — я укрылся за стеной от новой очереди.       Разрядив весь боезапас, я уложил при этом немало бойцов противника.        — Надо прорываться. Бен, пугани их!       Антон достал гранату Ф1 и кинул в направление врагов. Взрыв сотряс здание, со стен и потолка посыпалась побелка и штукатурка.       — Что у тебя там 300 кг тратила что ли? — усмехнулся я, — ты нас живьем похоронишь.       — Нет просто, немного увеличил мощность подрыва, –мой друг улыбнулся.       — Так заканчивай со своими экспериментами, — нарочито грозно сказал я, — А то так можно и самим увечья получить.       Выглянули из -за укрытия. Тишина. Пыль оседала. Мы перебрались на другой конец коридора, свернув за угол в единственный уцелевший коридор. Второй при взрыве обрушился, Бену надо отдать должное, перестарался он малеха.       В пылу сражения мы не заметили, что отсутствует Анна и Кристи. Где они? Как мы их профукали, скорее всего их похитили во время того, как нашу группу прижали или когда только вошли в здание. Фонарики освещали слабо, а в здании много укромных и темных мест. Ну тут уже будем импровизировать и соответственно искать, без них мы не уйдем, даже если придется выносить их тела.        Перебежками достигли лестницы, которая вела вверх, как мы понимали по плану здания, все также благодаря разведке. Ну все вот и пришли конечная. Мы взлетели по лестнице, там нас ждали — не удивительно.       –Вам сюда нельз…–уже по наигранному сценарию я отправил анархиста на тот свет.       — Нам можно, — ответил я.       Мы ворвались в кабинет на нас тут же наставили стволы, где-то это мы уже проходили. Ах да, в бункере, когда мы уничтожили тамошнего руководителя.       — Мы Вас ждали, — мягким голосом проговорил мужчина, стоявший спиной к нам и лицом ко окну. Да нет, показалось, что знакомый голос, — да я предвидел что ты рано или поздно придешь, Андрей.       Мужчина развернулся, передо мной стоял мой бывший командир по операции в Тагире. Да что за жизнь такая, везде знакомые морды, но уже давно не друзья.       — Игнатьев, итить твою за ногу! — я старался сдерживаться чтобы не врезать этому полудурку в лицо с прямого, — ты какого лешего тут делаешь у этих религиозных фанатиков. У них давно кукуха поехала, ну а ты здоровый бугай, комбат в отставке, и ты в это влез.       — Андрей, Андрей, — вздохнул Игнатьев, — ты же прекрасно понимаешь всю суть ситуации. Сопротивление, которое вы создали это так пыль по сравнению с нами.       –Ты слышишь? — встрял Сергей указывая на дверь, — и где твои хваленные фанатики?       — Да они так мусор, — Игнатьев махнул рукой, — скоро родятся новые поколения идеалистов, которые пойдут сражаться за наше правое дело. Я лично этим займусь. Скоро прибудут караваны с живым «конвейером».       –Ты что новости не читаешь? — Я подошел ближе не смотря на несколько стволов, уставленных в нашу сторону, — Твоих конвейеров уже не будет. Мы об этом позаботились. Ни живой силы, ни ребятишек а тем более ни девушек «для стружки» новых биороботов у тебя нет. Ты остался со своими приближенными и тебе осталось жить от силы ну часов так два.       Игнатьев побагровел, не до конца видимо осознавая, что борьба проиграна.       — Нет, может быть, — он отошел от стола, взял револьвер, перекрутил барабан, — хотя стоп, нет, есть еще один козырь.       Игнатьев коротко свистнул и два бугая вытолкали наших девочек. У нас просто отнялся дар речи.       — Мы их возьмем в качестве страховок, — бывший комбат наставил на нас револьвер потом перевел ствол к виску Анны — а вы дадите нам уйти.       — Ага чтоб вы затаились, выжидая момента — Бен не отпускал автомат водил им из стороны в сторону, — И использовали наших любимых, кто нам дорог, против нас же. Ты просто изверг, ты пользуешься чужим, сам ничего самостоятельно не сделал, сел на стул еще хочешь чтоб возле тебя слуги были. Все в этом мире воздаться по заслугам.       Игнатьев боком начал продвигаться к двери, подтягивая за собой Анну, второй бугай шел следом.        — Ну уж нет, — я кивнул Бену, Антону и Сергею.       Те поняли без слов.       — Я не позволю тебе забрать наши брильянты!        Щеки девочек заалели от смущения, они улыбнулись сквозь слезы. Нам это придало сил. И начался настоящий мордобой. Я прикладом уложил ближайшего, меня пытались уложить, но я увернулся, одному засадил в промежность так что он согнулся, и я добил его локтем приложил к земле. Я услышал глухое падение тела, надзиратель Кристи стоял над распростёртым телом девушки. Увидев это, Сергей набросился на бугая, они схлестнулись в схватке. В этом бардаке я краем глазом заметил, как комбат продвигается к задней двери. Мой отряд дрался, как волчья стая, сплоченно и с таким напором, что готовы загрызть своих обидчиков. Я мелькнул между дерущемся и юркнул в дверь. Комбат побежал, подталкивая впереди себя Ангела, отчаянно отстреливался, но каждый раз промахивался. Я вытянул клинки, и с быстротой гепарда побежал. Почему Анна не смогла применить свои способности — оставалась загадкой. Но я догадывался. Объясню позже — надо сначала догнать последнего главного Анархиста. Я не мог выстрелить — боялся зацепить любимую. Я хоть и хороший стрелок по подвижным целям, но все равно мне было не с руки да и расстояние приличное, для пистолета и автомата. Приходилось только догонять.       — Андрей, ты совершаешь глупость, ты потеряешь все и вся чем ты дорожишь! –кричал комбат.       — Зря надрываешься, — крикнул я в ответ, — тебе никто не поможет. Лучше сдайся и отпусти Анну.       — Она моя страховка уйти отсюда живым.        — Не выйдет: выходы перекрыты, пути назад нет, — я завернул за угол и оказался в просторном помещении.        В центре стояла Анна. Она дрожала, хотя и была бойцом, прошедшим через многое, за ней на расстояние кисти руки стоял бывший военный, бывший сослуживец. Главный Анархист, идеолог, чтоб его.       — Подойдешь и она умрет! — Анатолий выглянул из-за головы Анны, — да я знаю.       Он указал пальцем на свою голову. Мои когти втянулись обратно. Это что еще такое? Как такое возможно?       — Анюта, все будет хорошо, — проговорил я мягким тоном.       — Да, будет Аннушка, и ты прекрасно это знаешь, — Игнатьев толкнул ее вперед, — если твой Андрюша будет вести себя подобающе, во первых положит все оружие и снимет разгрузку и кинет ее мне. Во вторых отойдет на десять шагов от двери и даст нам уйти. Мы с тобой Аня заживем хорошо и ты забудешь этого предателя       — Кто тут только предатель, так это ты, — я снял разгрузку, выбросил все оружие, кроме ножичка, который был спрятан в рукаве куртки, — Ты предал себя в первую очередь. Толя, ты предал свои принципы, Родину продал за коврижки. Ты стал отъявленным идеалистом, которых мало и которых совсем не будет. Твои все приспешники мертвы, тебе некуда бежать. Все захвачены тобой и твоими идиотами-фанатиками, давно под нашим контролем. Москва разбита, большая часть твоего якобы ополчения перебита, часть сдается в плен. Так что ты остался один. Даже если ты осмелишься забрать у меня мою драгоценную принцессу, с ней у тебя ничего не выйдет. Она у меня боевая, ой какая боевая, с ней порой то сложно.       В глазах Анны блеснул гневный огонек. Она развернулась, послышался выстрел, у меня руки сработали на инстинкте, из рукава выбросился нож и я, замахнувшись, кинул в Игнатьева. Тот дернулся, упал на спину, я подбежал к Ангелу: с груди с левой стороны растекалось кровавое пятно.       Меня обуял страх и ненависть, которые быстро сменилась грустью и болью потери. Не может быть: ту, которую я любил, ушла, ту которую я ценил, с той, с которой у нас было всё было гармонично. К сердцу подступила тупая игла боли — ту, с которой у нас ребенок. Что я скажу сыну?! У меня навернулись слезы.       –За что! — крикнул я в сердцах, стукнул по полу, немного придя в себя, я поднял ее на руки и пошел в кабинет.       Зайдя в кабинет, в тот момент когда Бен стоял над телом Сергея, я увидел Кристи. Она оказалась жива и стояла опершись об могучие тело Антона. Тело Кристи содрогалось от рыдания. Увидев на руках тело Анны, она еще больше зашлась в плаче.       –Где Игнатьев? — спросил Бен.        Мне не нужно было отвечать: по лицу было видно. Все молчали. Я положил Анну рядом с Сергеем. Кристи присела рядом, обняла меня за плечи. Я не сдерживал слез. Глаза Анны стекленели. Она смотрела на нас незрячим прямыми взглядом.       –Надо закрыть ей глаза, — Кристи отвернулась подавляя рыдания. Потерять Серегу плюс еще и лучшую подругу было чересчур. Я же и сам вытирая слезы потянулся закрыть глаза. Тут неожиданно рука Анны вцепилась мертвой хваткой в мою руку.       — Эй вы чего меня хоронить раньше времени собрались, –слабым голосом проговорила она и подтянувшись улеглась у меня на руках и проделав движения, которые обычно делают женщины при родах когда начинается процесс рождение малыша, она выдавила то что осталось от пули.       Пуля выскочила и упала ко мне в руку.       — Она из адамантия, — проговорил я удивлённо уставившись на остаток железки, — но как ты ведь должна была умереть. Нас может убить только себе подобное.       –Но ведь не умерла.       Я прижал её к себе, потом мягко отстранился, поцеловал, Ангел не сопротивляясь поддалась поцелую, тепло разлилось по моему телу вперемешку с нежностью. Вскоре после этих событий во всех поселках, аванпостах началась размеренная мирная жизнь. Мы же, посоветовавшись, приняли единогласно решение, что я стану во главе нашего нового государства. Кристи вместе с Антоном возглавит Винтерхоум, а мы с Анной останемся здесь. Мы со всеми почестями отдали честь Сергею и похоронили его, как подобает герою. Вскоре к нам присоединились и другие поселения. Даже те кто, водил дружбу с фанатиками. Вот так мы встретили новый рассвет для нью -Москов.