Часть 2, в которой один Темный маг проводит одну поучительную беседу с одной не очень умной семьей.

Будь ты хоть трижды превеликий маг, поделать с анатомией детского тела ты не можешь ровным счетом ничего. Так что пока не наступило обычное время ходить, а позже и говорить, мне пришлось жить жизнью обычного младенца. Зато подумать обо всем том безумии, что со мной произошло, времени было хоть отбавляй. Явно то, что крестраж сработал не так, как предполагалось. Хоть об этой древней магии известно немного, я раздобыл максимально полную информацию, по сути прочитав все, что сохранилось до наших дней. И везде описывалось, что при активации крестража посредством общения с ним волшебника или маггла, артефакт поглотит всю энергию своей жертвы и передаст сохраненному в нем кусочку души, который, обладая собственным сознанием решит, что с этой энергией делать. А в случае со мной и Поттером, я почему — то занял его тело. Ну, и энергию ядра. Вообще с ядром мне безумно повезло — и от младенца осталось, и мое перенеслось. А это не хухры — мухры, нет. Кажись, мелкого я все — таки убил не зря, ядро — то уже (в годовалом возрасте!) было сопоставимо с ядрами некоторых взрослых пожирателей смерти! Да, у Дамблдора мог появиться очень сильный союзник. Однако к третьему Дню Рождения По… Надо бы научится называть это тело своим, раз уж ничего не попишешь. Так. К моему третьему Дню Рождения магглы, у которых меня оставил Добрый Дедушка Дамблдор, окончательно слетели с катушек. Нет, они и до этого заботливостью по отношению ко мне не отличались, но тут уж был переход всех рамок дозволенного. А в прочем, все по порядку. Я спал в своей кроватке, никого не убивая, не пытая круциатусом, и не используя темной магии. Да, понимаю, на обычное утро не тянет, но используем что есть. В комнату влетела женщина — блондинка с лошадиным лицом и длинной шеей. Моя маггловская тетка Петунья Дурсль. — Поднимайся, лентяй! Кто? Я лентяй? Женщина, да я самый великий темный маг двадцатого века! Ох, эти магглы… Но что с них взять? — Быстрее! — крикнула женщина. Я нехотя потянулся и нарочито медленно вылез из кроватки, сохраняя максимально гордое выражение лица. Боже, увидь меня сейчас Ричард Лестрейндж, он бы припоминал мне это до конца своих дней… Возможно, наступившего неожиданно быстро.  — Сделай лицо попроще! — рявкнула моя дражайшая тетушка. Она что, не умеет говорить спокойно? Я в ответ полоснул по ней ледяным взглядом, от которого раньше содрогались лорды богатейших и влиятельнейших чистокровных семей Британии. Тетка вздрогнула, но, по — видимому из — за тела трехлетнего ребенка, Взгляд не подействовал в полной мере, и женщина, оправившись за жалкие пару десятков секунд схватила меня за ухо и потащила вниз, на кухню, где за обеденным столом уже сидели Вернон и Дадли Дурсли. — Дорогой! — визгливо начала Петунья, — Этот несносный мальчишка, этот неблагодарный щенок… Нет уж. Хватит. Надоело. Эти магглы дорого заплатят за то, что вообще посмели открыть пасти в моем присутствии. — Тихо, — произнес я, пропуская в голос капельку своей магии. К сожалению сейчас, это был один из немногих доступных мне способов давления на сумасшедшую семейку. Вообще, такой элементарный (для темного мага со способностями сильно выше средних, разумеется) трюк гениален в своей простоте. Да, возможно окажись на месте Дурслей семья волшебников, реакция была бы иной, но простецы… Что с них взять? И тут мне в голову пришла безумная, но вместе с тем невероятно смешная идея. Да, может действительно прав был больше 40 лет назад мой однокурсник Теобальд Нотт, когда говорил, что чувство юмора у меня извращенное… Хоть беспалочковую магию и относили к категории сложнейшей, левитацию в такой технике в принципе мог освоить даже первокурсник Хогвартса, не отличающийся особыми талантами. Не даром же стихийная магия проявляется чаще всего именно так. И зная все это, я решил попробовать. Короткий взмах рукой (скорее для вида, чем по реальной необходимости), усилие воли, и нож «дядюшки» послушно взлетает в воздух. Еще одна направленная на холодное оружие мысль, и в сторону отца семейства уже смотрит наточенное лезвие. — Э — эй, парень, прекрати свои шуточки! Сейчас останешься в чулане и без еды на три дня! — попытался возмутиться Вернон Дурсль. Я нарочито медленно щелкнул пальцами, и нож отправился в стену, пролетев в паре дюймов от уха дяди. Он замер, видимо пытаясь справиться со страхом. — В следующий раз я могу и попасть, — ангельская улыбочка, окончательно сбившая магглов с толку выползла на мое лицо, — Вы ведь будете мне семьей? — еще более невинная мордашка, — А то я же расстроюсь… — И злобная, недетская, фирменная усмешка Лорда Волдеморта. Идеально. Вернон с Петуньей замерли не дыша, и даже их мелкий отпрыск кажется осознал всю серьезность происходящего. Отец семейства медленно кивнул, не отводя от меня испуганного взгляда. Я же, стараясь не упасть на пол от смеха прямо здесь ушел к себе в комнату. Точнее, там был еще и склад игрушек Дадли, однако я думаю эту проблему мои «любимые» родственнички скоро решат. Лица магглов, когда трехлетний ребенок угрожает им летающим ножом хотелось увидеть вновь и вновь. Я невольно расхохотался. Очень похоже на смех моего прежнего тела. Кажись, внизу дядюшка упал со стула. Ай — ай — ай, как можно быть таким неловким? И именно здесь и сейчас, самый великий темный маг двадцатого века, Лорд Судеб, Наследник Салазара Слизерина, Лорд Волдеморт в моем лице осознал, что шутки куда интереснее банальных планов убийства всех грязнокровок. Ну что ж, кажется впервые за 56 лет настало время хорошо отдохнуть и поразвлечься.