Часть 9, в которой Теодор Нотт показывает характер, а Северус Снегг совершает ошибку.

Пятница стала для моего крестника великим днем — он сам нашел дорогу до большого зала, ни разу не свернув в тупик. Все-таки, при всех своих достоинствах, Тео явно страдал (или же уже смирился, сие мне неведомо) топографическим кретинизмом. — У меня хорошие новости, — усмехнулся Блейз Забини, сын Черной вдовы и довольно неплохой человек. Хотя, может я немного предвзят из-за того, что с ним подружился мой крестник? — Сегодня зелья с деканом, по словам старших там полный кайф. Снейп у своих баллы не отнимает, помогает по мере сил, да еще и Гриффов ненавидит. Мне староста рассказывал, что однажды слизеринец взорвал котел, а наказали сидевшего рядом гриффиндорца! Представляете? — обратился он ко мне, Тео и Дафне Гринграсс. Сложно сказать, когда наш дуэт превратился в квартет. Нет, разумеется магии Нотта я обучал индивидуально, однако все остальное время мы проводили в компании Забини и Гринграсс. Как эти двое умудрились сойтись, я не понимаю. Блейз отличался буйством красок: темно-оливковая кожа, ярко-каштановые кудрявые волосы, изумрудно-зеленые огромные глаза, вечная ухмылочка на пухлых губах и неизменный задор во взгляде. Пройдет года три — четыре, и это вечно веселое существо будет окружено женским вниманием почти так же обильно, как я на старших курсах. Дафна же была его полной противоположностью: бледная кожа, прямые светло-русые волосы, серые глаза — все подарки от пару раз затесавшихся в предки к девочке Малфоев. Внешне походя на ледышку, юная Гринграсс отнюдь не была такой внутри. Стоило лишь чуть-чуть поближе узнать ее, и передо мной предстала обычная, заботливая и добрая девочка, просто воспитанная в соответствии с аристократическими традициями и правилами. Надо будет похвалить Амброзиуса, дочь у него получила прекрасное воспитание. Общение Тео с ними я одобрял. А что? Оба чистокровные, из семьи пожирателей (Гринграсс) или сочувствующих мне (Забини), да и сами по себе люди вроде ничего. — Как же хорошо, что вы пришли. Он, — кивок в сторону Блейза, — мне перерассказывал все байки о профессоре Снейпе… — Бедная, — искренне посочувствовал я. Да, Дамблдор, я умею, можешь не давиться лимонными дольками… Хотя нет, подавись, пожалуйста, и лучше — насмерть. Буду очень благодарен. Даже цветов на могилку принесу, обещаю! — Идемте? — спросил Тео, вырывая меня из сладостных фантазий. — Да, пошли. У кабинета мы оказались последними слизеринцами, хоть и пришли за 20 минут до начала. И, Мордред меня побери, лучше бы мы этого не делали. Я почти сразу, достав одну интереснейшую книгу, купленную мной в Лютном и замаскированную под учебник, плюхнулся на скамейку. — Тео, привет! — манерно растягивая гласные произнес тонкий мальчишеский голос откуда-то слева. Мордред! Нет, нет, нет! Нельзя столь сильно опекать ребенка… Он должен научиться разбираться сам со своими проблемами. Моргана бы побрала Люциуса и его неспособность объяснить сыну политическую программу партии. Теодор Нотт Тео повернулся почти мгновенно, удивленно уставившись на доброжелательно улыбавшегося Малфоя. — Чего тебе? — грубовато ответил Нотт. — Я хотел извиниться, — сказал сын Люциуса, — И подружиться с тобой. Мальчик замер, сердито глядя на протянутую Малфоем руку. — Скажи ты мне что-то такое еще хотя бы неделю назад, я бы был в восторге. Но теперь… Мистер Малфой, я пожалуй отклоню ваше предложение. Теодор заметил, как покраснел от злости Драко, как хрустнули костяшками пальцев Кребб с Гойлом, как испуганно вжались в стены остальные слизеринцы, как приготовился драться Блейз. — Эй, Нотт, — дрожащим от ярости голосом произнес блондин, — Думаешь, что если ты — крестник Темного Лорда, то тебе все позволено?! Раскрою секрет — ОН уже десять лет мертв, и вернуться с того света не сможет! Тишина, наступившая в то мгновение, была абсолютной. Слизеринские первогодки переводили шокированные взгляды с Тео на Драко, одновременно и веря, и не веря в сказанное последним. Мальчик молчать не мог. Мерзкий блондин нелестно отозвался о его крестном, столько сделавшем для Теодора, в буквальном смысле спасшего Кристиана Нотта и ничего не потребовавшего взамен. — Как мило слышать такое от сына предателя, — яда в голосе Тео могло бы хватить на убийство дракона, не меньше, — Что, не хочешь чтобы твоя семейка расплатилась за все свои преступления? — НОТТ! — взревел Малфой. — Прекратите! — воскликнула Дафна, пытаясь разнять почти сцепившихся мальчишек, — Вы что, не слышите? Тут сейчас будет толпа гриффиндорцев! Подкрепленный шедшим с лестницы гомоном алознаменного факультета, этот аргумент заставил драчунов расползтись по разным углам.  — Проходите в класс, — произнес ледяной голос профессора Снейпа за спинами первогодок, когда оба факультета уже стояли и перекидывались язвительными комментариями друг с другом.

***

— Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и поэтому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — вещал Снейп, — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф и даже как закупорить смерть. Но это все только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от стада болванов, которые обычно приходят на мои уроки. Я благополучно пропускал его лекцию мимо ушей, занимаясь своими, куда более важными делами. — Печально. Кажется, известность — это далеко не все. Не так ли, мистер Поттер? Заметил таки… Ну ладно. — А при чем тут известность, профессор? — спросил я. Снейп аж побелел от злости. — Минус пять очков Слизерину! А к вы, Поттер, такой же, как и ваш отец! — не правда! Вот ни капли я не маггл! — Сейчас за каждую ошибку вы будете получать по месяцу отработок у мистера Филча! Что я получу, если добавлю измельчённый корень златоцветника в настойку полыни? Может раскрыть ему, кто я есть на самом деле и посмотреть на реакцию? — Самое мощное сонное зелье — Напиток живой смерти. Если человек выпьет больше пяти капель, то не проснется до конца своей жизни. — Я удивлен… Видимо, у вас в голове не совсем пусто. Попробуем еще раз. Поттер, где бы вы стали искать, если бы я попросил вас принести мне безоар? Или лучше просто без остановки стебать его? — В желудке козы. А вообще я считаю, что любой квалифицированный волшебник должен носить такое мощное противоядие с собой всегда, — и эдак невинно подмигнул своему слуге. — Поттер! — гавкнул тот, — Третий вопрос. Поттер, а в чём разница между «клобуком монаха» и «волчьей отравой»? Мордред, что за мания произносить мою нынешнюю фамилию? — Это одно и то же растение, так же известное как аконит. Элементарно. — Минус десять баллов Гриффиндору, за то что никто не записывал. Поттер, садитесь. У Северуса что, глаза за десять лет совсем видеть перестали? — Профессор, я и не вставал, — решил разъяснить ситуацию я. Может быть после этого Снейп бы выпил зелье зрения, в конце-то концов. — К ДИРЕКТОРУ! -вместо этого рявкнул он, — Прямо после этого урока! Нет, ему не зрение поправлять нужно, а нервы. Бедный человек. Интересно, с чего это он так? Хотя… Столько лет терпеть Дамблдора… Несчастный. Надо будет Люциусу намекнуть на то, что моему личному зельевару необходим отпуск, и желательно где-нибудь на Бали. Теодор Нотт Едва прозвенел звонок, декан Слизерина увел откровенно потешавшегося Марволо в кабинет директора, а Тео оказался утащен двумя своими друзьями в один из множества пустых классов Хогвартса. — Это правда? — воскликнул Забини, едва Дафна закрыла дверь. — Что? — не понял Тео. — Ну как «Что?»?! Ты действительно Сам-Знаешь-Чей крестник? — Эм… Да, это так. — Ого! — Блейз был в восторге, — А чего ты молчал? — Это не та информация, о которой стоит рассказывать всем подряд, — одернула друга Гринграсс, — Не уж то ты не понимаешь, сколько проблем будет у Тео и мистера Нотта, если такой факт вскроется?! — Ты права, — кивнул Теодор, — Нам действительно придется очень не сладко. — Слушай, а ты ЕГО помнишь? — не унимался Блейз. — Смеешься? Мне двух лет не было, когда ОН исчез… — Не те вопросы задаешь, Забини, — фыркнула Дафна, — Тео, а Темный Лорд действительно может вернуться? Он не умер в Годриковой Впадине? — Да. Он жив, и я это знаю. Эти простые слова произвели на друзей Теодора эффект Бомбарды. — Откуда?! — воскликнул Блейз. — Не могу сказать, мой информатор мне запретил. Сойдемся на том, что мой крестный отец действительно вернется до того, как мы сдадим СОВ. Дафна взволнованно выдохнула и уставилась на Теодора умоляющим взглядом. — Тео, — взмолилась девочка, — А ты сможешь поговорить с Милордом? Я с четырех лет мечтаю стать пожирательницей смерти! Пожалуйста, Тео! Забини подавился несказанной репликой, а Теодор в шоке застыл с открытым ртом. От кого — от кого, но от милой и спокойной Дафны они точно не ожидали такого фанатизма. — З-зачем? — Как же ты не понимаешь! — разозлилась девочка, — Во-первых, Темный Лорд — самый Великий маг столетия! Во-вторых, он сражается за идеалы чистокровных волшебников, а в-третьих, вся моя семья — пожиратели смерти, и я хочу пойти по их пути! Тео просто застыл на месте. — Ой, нам пора на урок! МакГонагалл будет лютовать, если опоздаем! — Гринграсс снова стала приличной девочкой. Теодор и Блейз переглянулись и порешили на том, что они сошли с ума. — ИДЕМ! — прикрикнула Дафна. Даже не думая сопротивляться или отказываться, мальчики поспешили за ней.