Мы сожгли последний мост

      Если вспомнить все предшествующие плохие дни в жизни Гермионы Джин Грейнджер, то она с удовольствием скажет, что ни один не сравнится с этим.       Девушка стояла в дверном проёме, абсолютно сбитая с толку и находясь в объятиях странного запаха и звуков. Всё происходящее сейчас, на её глазах, заставляло задуматься над реальностью и возможностью существования по непосредственному соседству действительности, что прежде была лишь за гранью возможностей и фантазии. Всего пару минут назад для неё существовало два мира — маглы и маги. Но, как и во всех сферах, есть нечто среднее, скрывающее ещё больше тайн и неизведанных граней.       Знала ли она до этого о существовании такого рода развлечений? Безусловно, да. Пытливый ум и чрезвычайный интерес затронули и эту сторону жизни. Фильмы, статьи, фотографии — всё это было изучено Гермионой без особого энтузиазма, но для — как она сама себя убеждала — возможности овладения новыми знаниями и обогащения личности. Тем более что изначально это был лишь обряд у древних народов, постижение которого не вызывало смущения и носило лишь исторический характер.       Особый интерес проявился у Грейнджер только к Месопотамии. Маленькая книга, приобретённая в одном из магловских магазинов, стала частым спутником ведьмы на скучные еженедельные собрания представителей всех отделов Министерства магии. Неприметная серая обложка с крошечным шрифтом удобно помещалась в огромной папке с рабочей документацией и не вызывала подозрения у коллег.       Сюжет ей часто напоминал о разделении в мире маглов и магов, но носил в себе более сакральный смысл.       Всё изученное сводилось к некому принятию данного занятия, как возможности раскрытия сильных и слабых сторон человека, получения удовольствия, вопреки распространённому мнению в обществе. Обряд позволял понять свои предпочтения.       Иногда Гермиону посещали мысли о допустимости использования полученных знаний на практике, но они так и оставались в её голове, а подступающий к щекам жар был лишь одним из доказательств невозможности этого шага.       По этой причине ведьма полностью смирилась со своими страхами и больше не представляла себя участником малопривлекательных компаний.       Широко раскрытыми глазами Грейнджер смотрела на происходящее в большом зале, и её щеки вновь заливал румянец. Будто в замедленной съёмке фильма, актером которого она стала случайным образом, перепутав площадки, девушка оглядывалась по сторонам. Её растерянность мгновенно стала всепоглощающей, но никто из присутствующих этого не заметил.

***

      Несколькими часами ранее.

      Стук колёс.       Лёгкое покачивание.       Напряжённый взгляд в пустоту.       Ощущение липкости преследовало Люциуса с момента выхода из зала бракосочетания. Драко и Гермиона только что обменялись клятвами, на их безымянных пальцах появились яркие метки с голубым свечением, знаменуя о заключении брака. И вроде бы всё прошло хорошо, сын обрёл счастье, но что-то, совершенно необъяснимое, не давало покоя. Оно обволакивало все внутренности и перекрывало доступ к кислороду. Оно — липкое, неприятное. По своей силе — разрушительное, всепоглощающее и болезненное. И имя этому чувству — ревность.       Да, Малфой ревновал свою уже невестку к собственному сыну и не мог ничего с этим поделать. Хотелось выть от беспомощности, наложить на себя Обливиэйт.       Как же прекрасно всё было в его плане:       1. Надоедливый вирус по имени Гермиона Грейнджер заключает брак;       2. Исцеляющий луч пронзает его зараженный мозг;       3. В скором времени рождается внук;       4. Все счастливы.       Судьба. Иногда она слишком жестока. Или он? Какое имя у управляющего нашими жизнями? Нет. Судьба — это только твой выбор. И лишь ты можешь повлиять на своё будущее.       Но Люциус — он не выбирал быть спасённым ей. Он не выбирал эту болезнь.       Она отравила его слишком глубоко. Какая стадия сейчас? Сколько ещё можно прожить, прежде чем придёт твой конец? Помогут ли колдомедики? Этим размышлениям нет конца, как и его ревности.       Там, в зале бракосочетания, аристократ был уверен, что его спасением станет сын. Но родная кровь стала проклятьем.       «…— В знак верности и любви друг к другу, прошу молодых скрепить клятвы поцелуем, — монотонно проговорил пожилой мужчина и взглянул на брачующихся.       Гермиона нервно сглотнула, направляя обеспокоенный взгляд на Драко. Её сердце стремительно застучало в груди, норовясь выйти наружу. Она совершенно забыла о таком привычном, но безумно волнительном моменте.       Целоваться с лучшим другом. Но пугало её совершенно не это. В серых глазах она пыталась найти ответ, который стоило искать в серо-голубых, но перевести взгляд она не смела. Противилась своему желанию, убеждала, что все навеянные противоречивые мысли — лишь страх, хотела казаться сильной. Нет, она его ненавидит. С самой их первой встречи, когда на ни в чём неповинную двенадцатилетнюю девочку обрушился гнев взрослого мужчины. Ненавидит за нападение в зале пророчеств. Ненавидит за вечные издевательства. Ненавидит за что-то щемящее в груди.       Ведьма встала на носочки и накрыла губы лучшего друга своими. Драко опешил, чуть пошатнувшись назад, а руки его нежно, но крепко обвили талию Гермионы, сильнее прижимая к себе.       Девушка закрыла глаза. Блондин ответил, чуть размыкая свои губы и обхватывая в ответ её.       Сердце неприятно обожгло от увиденного. Наказание за надежду на быстрое исцеление. Продумал план до мелочей, вот только чувства не поддаются дрессировке. Всё вокруг погрузилось во тьму. Звуки затихли. Лица размывались, осталось только её. Лицо полное наслаждения и умиротворения от поцелуя с другим. По нервам пробежал ток, оседая на самых уязвимых участках его души. Внутри всё горело адским пламенем…»       Они ехали молча, стараясь даже дыханием на нарушать тишину. Люциус смотрел в окно, совершенно не запоминая пейзаж и поглаживал два серых конверта в своих руках. Телом он находился здесь, но мысли его унесло куда-то далеко, недосягаемо.       Малфой думал только об упущенной возможности увидеть её лицо во время поцелуя с ним. Теперь она чужая. Женщина, чьё имя теперь он не посмеет произнести в своих снах. Женщина его сына.       — Мне необходимо подписать некоторые бумаги относительно бизнеса, так что я выйду здесь, — аристократ постучал в стенку и карета остановилась на пустой улице, окружённой редкими насаждениями.       — Здесь? — переспросил Драко, подозрительно оглядываясь по сторонам. — У тебя бизнес с дятлами?       — Я прощаю тебе такое отношение к отцу, только в честь свадьбы, — резко бросил Люциус и вышел из кареты. Он украдкой взглянул на девушку. Что-то в её лице показалось ему странным. «Нет! Не время об этом думать!» — приказал он себе и вновь посмотрел на сына. — Поздравляю вас. А это мой свадебный подарок, — мужчина протянул один из конвертов и чуть улыбнулся самой фальшивой улыбкой. Он махнул ладонью, и кучер поехал вперёд, оставляя аристократа одного посреди безлюдной дороги.       — Какой-то отец сегодня странный, — заключил блондин и вскрыл конверт.       — Да, — пробормотала в ответ Гермиона, хотя совершенно не уловила смысл сказанного лучшим другом. Она посмотрела вперёд, где только что сидел Люциус, и куда она не смела взглянуть всё это время.       Заметив полную отрешённость подруги, Драко подсел чуть ближе, приобнимая девушку за плечи.       — Всё хорошо?       — Думаю, правильно ли мы поступили, — грустно ответила ведьма и положила голову на грудь Драко, вслушиваясь в размеренное биение его сердца.       — Правильно, миссис Малфой, — аристократ оставил долгий поцелуй на макушке девушки. — Теперь он тебя не достанет.       — Не знаю. Всё очень сложно. Мои проблемы не должны вставать на пути к твоему счастью. К тому же твой отец не сильно рад перспективе обзавестись маглорожденной невесткой.       — Посмотри сюда, — Драко взял пальчики Гермионы в свою руку и погладил яркую голубую метку. — Это доказательство того, что маглорожденная волшебница уже стала невесткой Люциуса Малфоя. Нашему браку не обязательно длиться вечность. Когда тебе исполнится двадцать пять, мы сможем официально оформить развод, и на тебя уже не будут распространяться эти глупые правила нового закона. И вдруг тебе понравится быть миссис Малфой, и ты сама не захочешь развода? — мужчина с вызовом посмотрел на подругу.       — Скажешь ещё, — девушка нервно одёрнула руку и нахмурила бровки. — Тебе нужна настоящая семья, а не фальшивая.       — Как и тебе, — парировал аристократ. — Время лечит, ты же знаешь. Просто пережди этот момент. А может тебя вылечит другой мужчина?       «Другой мужчина», — отозвалось эхом в голове бывшей Грейнджер. и она вновь взглянула в окно. Деревья лениво тянулись ровной полосой вдоль каменистой дороги. На густых ветках сидели птицы, мило чирикая о чем-то. Небо голубое, прозрачное, ласковое. Оно словно магнитом приковывает к себе взгляды наблюдателей и не может оставить их равнодушными. Так же, как и Гермиона не может оставить себя равнодушной к тому, что связано с Люциусом Малфоем, как бы этого не хотелось.       Единственным, кому она смогла довериться снова, стал Драко. Он подкупил её своей открытостью, своей любовью и желанием завоевать долгожданное прощение.       Ещё там, в Хогвартсе, во время битвы с волшебником, Тем-Чьё-Имя-Нельзя-Называть, она увидела в его глазах нечто такое искреннее и родное, что-то отозвавшееся в её сердце сильным ударом. Тот взгляд она запомнила на всю свою жизнь, тот парень теперь рядом.       — Ты что-нибудь почувствовала во время нашего поцелуя? — Драко вдруг стал очень серьёзным, а все мышцы его тела напряглись.       — Это не первый наш поцелуй. А сегодня и вовсе была необходимость. Могу с уверенностью сказать, что сердце моё не дрогнуло, — ложь. Сладкая ложь, которую нужно знать ему для уверенности, что она всё такая же бесчувственная к мужчинам ведьма. — А ты?       — Тоже, — ещё одна ложь. — Сегодня мы должны хоть немного отдохнуть. Потому что завтра начнётся новая беспокойная жизнь. Скитер не упустит возможности расспросить нас об этом шаге во всех подробностях.       — Да, ты прав, — всё также без энтузиазма ответила Гермиона и прикрыла глаза. — Нам просто нужно отдохнуть и это всё пройдет. Завтра.       Драко тяжело вздохнул, поглаживая каштановые кудри подруги. Беспокойство распространялось и на него, но показывать это своей псевдосупруге он не хотел. Поэтому лишь уткнулся носом в её макушку, с наслаждением вдыхая знакомый аромат.       — Нужно тебе подарить новые духи, — мечтательно протянул аристократ и невесомо коснулся губами одного из завитков. — Мне бесконечно льстит твоя привязанность к моим подаркам, но я скоро начну влюбляться.       — Да, я с тобой согласна, — в полудрёме ответила девушка.       — А сейчас мы отправимся в отель и займёмся там сексом! Закрепим, так сказать, наш брачный союз.       — Ты как всегда прав, — отрешенно заключила ведьма.       Малфой вновь бросил обеспокоенный взгляд на свою супругу и слегка качнул головой. «Что творится в твоей голове?» — оставив вопрос неозвученным, блондин решил больше не надоедать Гермионе и поговорить с ней по прибытию в место назначения, до которого оставался час пути.

***

      — Куда мы приехали? — ведьма внимательно огляделась по сторонам, с трудом разлепляя глаза после непродолжительного сна. Её встретило высокое здание в стиле неоготики, таком редком для Волшебной Британии. Красный камень, множество тонких шпилей на серой крыше, высокие оконные проёмы, патетические колоны, стёкла, выполненные в витражной технике, и ажурная железная ограда. — Это не мэнор.       — Это наше секс-пристанище, — Драко окинул здание оценивающим взглядом и мазнул по возмущенному лицу подруги. Его глаза сверкнули, будто лампочки на новогодней ёлке, и это очень насторожило бывшую Грейнджер. — Сразу видно, что ты внимательно меня слушала по дороге. Отец подарил нам ночь в этом отеле. Надеюсь, тебе не нужно объяснять, что мы молодожёны?       — Отель? В какой-то глуши? Ещё и в таком странном стиле? — девушка вновь посмотрела на величественное здание и слегка поёжилась от неприятного чувства. Казалось, если неосторожно взглянуть на острые шпили или фактурные стены, то обязательно оставишь глубокие кровоточащие раны. Что-то внутри с силой сжалось, вызывая неуёмное чувство страха.       — Местечко действительно странное, — согласился блондин и притянул девушку к себе, скрепляя руки в замок на её животе. Чуть поддавшись вперед, Драко обдал горячим дыханием ухо ведьмы. — Здесь нам никто не сможет помешать.       — И я смогу наконец выспаться, — Гермиона сладко потянулась, явно раздражая самоуверенного мужа своим отрицательным ответом на его игру.       — Сегодня ночью ты не сомкнёшь глаз! — с этими словами мужчина развернул к себе подругу и с легкостью закинул на плечо, направляясь к стойке администратора.       — Мистер Малфой, сейчас же поставьте меня на землю! — гневно прокричала девушка и стала колотить Драко ногами и руками.       — Миссис Малфой, — сладко протянул блондин. — Смею напомнить, что теперь я имею на вас кое-какие права. Так что прекрати брыкаться, иначе твой муж тебя выпорет, миссис Малфой.       Администратор — хрупкая маленькая девушка, примерно пяти футов в высоту, с иссиня-чёрными волосами, аккуратно собранными в высокий пучок, ярким смоки на неестественно зелёных глазах и тонкими губами, подведёнными помадой цвета бордо. Облаченная в короткое красное платье с высоким вырезом по бедру сотрудница лениво поглаживала длинными острыми ногтями ажурный пояс от чулка, совершенно не замечая новых посетителей неизвестного заведения.       Драко громко прокашлялся в свободный кулак, привлекая внимание хостесс к себе.       — Добрый день. Нам с этим милым созданием, — мужчина откровенно погладил ягодицу девушки и усмехнулся недовольному рычанию, раздавшемуся из-за спины, — подарили прибывание в вашем замечательном отеле на одну ночь.       Брюнетка протянула руку, забирая серый конверт.       — ВИП-клиенты? — девушка окинула подозрительным взглядом парочку. — Не похожи вы на любителей таких мест.       — Это вас не касается, — со стальным голосом парировал Драко. — Ваше дело сопроводить нас в номер и рассказать об особенностях ВИП-билетов.       — Я ужасно голодная, — пролепетала Гермиона. Она чувствовала напряжение мужчины каждой клеточкой своего тела. Неосознанно он крепче сдавил пальцы на её ноге, оставляя глубокие следы. Плечи друга широко расправились. Он дышал медленно, но очень шумно, всем своим видом демонстрируя раздражение. — Солнышко, — протянула супруга.       — Конечно, — уже спокойно ответил Малфой и поставил подругу рядом с собой. Стараясь хоть как-то успокоить нервы, он повернулся к девушке, всматриваясь в наивные янтарные глаза.       Только она могла остудить его жаркий нрав одним взглядом или фразой. Гермиона всегда знала, что нужно в тот или иной момент любимому другу и приходила на помощь его наивным оппонентам, предотвращая очередное убийство. За год их крепкой дружбы в окружении часто встречались сплетники, норовившие заговорить об их любовных взаимоотношениях. Но это была лишь дружба. Дружба длиною год, которая для всех закончилась сегодня в час дня по полудню.       Всё казалось прекрасной сказкой. Маглорожденная волшебница выходит замуж за представителя чистокровной династии. Благословение на брак даёт один из ярких борцов за чистоту крови. Но на страницах книги это может выглядеть действительно волшебно, только жизнь всегда вносит свои коррективы.       Брак по расчету. Брак без любви. Брак во имя спасения, за которым стоит обман.       — ВИП-клиенты могут посещать любые комнаты первого этажа. Столики находятся в первом и третьем залах, — девушка указала на длинный коридор с правой стороны. — В остальных развлечения.       — В первый зал?       — Да, — уверенно кинула девушка и побежала на перегонки в нужный зал.       Драко замер за её спиной, с ужасом всматриваясь в происходящее. Большая комната с приглушенным красным светом, ароматы эфирных масел и столики в центре. Десятки обнаженных мужчин и женщин занимались удовлетворением друг друга.       Смелые пальцы бродили по мокрым телам присутствующих. Мужчины ублажали мужчин, женщины женщин. Длинные пальцы одних смело входили во всевозможные отверстия других. На пол крупными каплями падала вязкая смазка.       Женщины кричали, сжимая собственные соски, и откровенно облизывали налитые головки мужчин.       Кто-то присоединялся третьим к семейной паре, кто-то, наблюдая со стороны, мастурбировал на толпу. Особенно избирательные старались выискать самых раскрепощённых и завязать с ними эту игру.       Были и те, кто сидел за немногочисленными столами, поедая ужин и мило общаясь с оппонентом, пока вокруг разворачивалась оргия.       Гермиона со скрежетом сжала челюсти и густо покраснела.       На её талию приземлилась тёплая ладонь, подталкивая вперед, навстречу неизведанному.