Часть 23. Я все решила

— Идиотка… — пробубнила закатывая глаза изумленная Эдже, — Ой, прости. Хотела сказать, что ты повела себя как идиотка. Ведь Эгемен он… он… он такой! — Она замахала растопыренными пальчиками, подула на маникюр и плюхнулась на единственный стул в комнате перед зеркалом. — Дашь денег на шеллак? Хазан рассказала сестре о поездке в офис Эгемена, но утаила обо всем, что случилось после. Правда в кратце передав кульминацию их встречи — то как она развернулась и ушла. Без контекста. Чем невольно убедила сестру, что поругалась с ним из-за неё. — Какой такой?! — ухватилась за главное Хазан. В мыслях и на душе у нее и без того творился полный разброд. За время, что Хазан долго, сквозь пробки и с пересадками ехала в свой махалле она, то мечтательно упираясь лбом в стекло, то бранясь одними губами, о многом успела передумать. В последнем долмуше, в котором повезло найти место и сесть, Хазан уже плевалась в сторону, чуть ли не вслух произнося горькое «тьфу», чем вызвала любопытные взгляды других пассажиров. При воспоминании о том как она, как ей теперь казалось, трусливо и невоспитанно сбежала от Эгемена, ей хотелось зажмурится и плеваться ещё громче. В памяти то и дело, словно запись на бесконечном повторе, всплывали его признания. Он любит! Он очень очень любит! Его голос звучал в ушах, разнося по всему телу тяжёлые волны тепла. А с другой стороны… зла не хватало, чтобы облечь в слова степень свого возмущения… — Ну… такой! — Девушке в ее словарном запасе элементарно не хватало слов, чтобы описать стать и харизму Ягыза Эгемена, который впечатлил и потряс её до глубины души. И на сей раз не только неотразимой внешностью. — Знаешь, если бы я не была влюблена… Хазан угрожающе шагнула к ней. — Да шучу я, шучу! — Хихикнула Эдже, с удивлением подмечая, что Хазан настолько не в себе, что готова повестись на любую шутку. — Ягыз классный, добрый, внимательный, — подытожила она. — Зачем он позвал тебя на индивидуальное собеседование? — Хазан наконец перешла к теме из-за которой все и случилось сегодня. — Чтобы спросить чего я хочу. — Выражайся яснее, — старшая сестра начинала терять терпение, — Что он тебе предлагал? Ты понимаешь, что тебе нужно окончить школу с приемлемыми баллами для поступления… — Офф, ты такая скучная, сестра. Снова эта пластинка про учёбу. Сколько можно! — Значит этот козёл уже запудрил тебе мозги дешёвым блеском и финтиклюшками! — Девушка сложила руки на груди. — Ну конечно, теперь у мамы такой дуэт, куда мне лезть со своим соло. Эдже некоторое время задумчиво разглядывала старшую сестру, с которой явно было что-то не так. — Нет, Хазан. Он действительно спрашивал чего я хочу. Ягыз велел прийти одной потому, что мама слишком настойчиво просила, чтобы меня приняли на работу модели. — Умные зелёные глаза продолжали изучать. — Он пообещал взять меня на работу как только я пожелаю, но предложил подумать об учёбе, — она сделала паузу, чтобы понаблюдать за реакцией Хазан, которая наконец узнает, что Ягыз скорее в «дуэте» именно с ней, а не с их матерью. Брови Хазан зашевелилсь, губы удивлённо разомнкнулись. — То есть, как? Объясни Эдже, не томи, пожалуйста! — Он сказал, что если хочу, могу уже завтра приступить к работе. Но предложил мне совет, если мне мол интересно его мнение. И кончено мне оно было интересно… Хазан! — Эдже наконец поднялась с места, — он предложил подыскать курсы для абитуриентов, представляешь? — А как за них расплачиваться, он не предложил? — надменно поинтересовалась старшая, не желая выдавать свою радость. — Или решил обязать тебя долгом, чтобы ты потом наверняка согласилась работать! — Да, он предложил оплатить… а про долг сначала сказал, что в семье долгов не бывает. Сказал, что ему должна будешь ты, а не я. — Что это значит? — Вот и я хотела спросить, сестра… что это значит? Но знаешь, он потом рассмеялся, сказал что это шутка и что он знает курсы, в которых есть возможность учиться бесплатно. — Это брехня. Нет таких курсов. — Знаешь, я предпочитаю ему верить. И да, насчёт его шутки, хоть он и обратил свои слова в шутку, я заметила как светились его глаза, когда он говорил о тебе. Не глупи сестра, не упускай такого классного парня! И дай денег на шеллак. — Эдже улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой. Ночью Хазан плохо спала. Теперь ей было ещё больше стыдно за свой наезд на Ягыза. Но почему он не сказал, почему позволил обвинять себя. Мысленно она снова и снова возвращалась к поцелую. Только теперь, лёжа в постели, с блестящими глазами, устремленными в темноту, ей больше вспоминались не слова его, а прикосновения, теплое дыхание на коже. Хазан взяла косу и потянула за кончик к носу. Ей казалось, что волосы хранят запах его рук. Уснула она лишь под утро, в сотый раз прокручивая гипнотическое «Хазан, я люблю тебя. Не представляешь, как сильно я люблю тебя…». Утром невыспавшаяся, запыхавшаяся сборами на работу, Хазан в отчаянии взглянула на настенные часы и бросилась к мобильному телефону. — С шеллаком придётся подождать. Если я не поеду на такси, меня уволят, — убегая бросила она едва проснувшейся Эдже. Такси оказалось кстати ещё и тем, что девушке удалось хоть чуточку поспать в дороге. Зато в зал она заходила несколько помятая и разбитая на вид, опасливо оглядываясь по сторонам. Но напрасно она опасалась, а может надеялась — Ягыза нигде не было видно. — О, тренер приходит позже клиента! — нарочито выговаривая произнес Синан и следом присвистнул. — Перестань, Синан, — как-то слишком по-свойски одернула его девушка. — И не лень тебе приходить в такую рань. — Хазан ходжам, для меня это не начало, а завершение дня. — парень хохотнул. — Что будем отрабатывать сегодня? Сэйкэн или хидзи? — У нас не восточные единоборства. Пойдём надаем груше по морде? — Груше по морде? Так у нас бои без правил? Когда они взошли на ринг, Хазан даже не взглянула на грушу. Синан выжидающе повертелся возле тренера, а потом опустился на пол. — Ты чего уселся? — очнулась тренер. — Я уже устал, — Синан поднял на нее любопытный взгляд. — Зачем Ягыз вчера приходил? — Вставай на разминку! — Оживилась девушка, и пропустив его вопрос мимо ушей, принялась натягивать перчатки. Команда ее прозвучала так громко, что присутствующие в зале обернулись в их сторону. Хазан зафиксировала снаряд и показала Синану нижний удар. — Ты служил в армии? — продрлжая боксировать, внезапно спросила она. — Что? В армии? С чего это тебя интересует? — Так… просто. Я удивилась, твой старший брат служил. — Старший, всмысле Ягыз? Да. То есть он — да. Я нет, не служил. — Кажется вы очень разные. Синан коротко взглянул на девушку и отойдя на край ринга, повис на канатах. — Это он другой. И всегда был другим. А откуда ты знаешь, неужели он тебе рассказывал о тяготах своей службы? — В голосе патлатого звучала насмешка. — Нет, я спросила. А ты значит откупился? — А что в этом такого? Я слышу в твоем голосе осуждение. Я тоже вернул долг Родине, так сказать. Эти деньги идут на выплаты пособий и пенсий военным, их семьям, на содержание армии. Поверь, от меня в этом плане было больше толку, чем если бы я потратил на службе свое и чужое время. — А Ягыз? — Хазан не придумала вопрос, но Синан понял. — А Ягыз всегда все делал по-своему. Он и в национальную армию давал пожертвования, а потом вдруг перестал. — Почему? — спросила Хазан, подавив очередной порыв осудить не разобравшись. С Ягызом так нельзя, с ним все не так, как кажется. — Ну… — Синан пожал плечами. — Я не сильно вникал, да и он не особо распространяется. Только я знаю, что теперь он лично помогает семьям офицеров, получивших инвалидность, детям оставшихся без отцов, так он на детские дома вышел, стал помогать сиротам, одиноким старикам. Хазан отпустила грушу, на которой повисла до этого, слушая Синана. «Тебе явно нет дела до судеб этих людей»… от собственных слов начинало подташнивать. А ведь он опять не стал защищаться. — Так что, если ты вдруг Ягызу позвонишь, а тебе ответит неизвестный ребёнок и скажет, что ты своим звонком помешала его игре, не спеши приписывать ему внебрачных детей. Он вполне может навещать своих подопечных. Лично сам я именно так обо всём узнал… мы будем тренироваться? — Будем… протянула Хазан, переваривая то, что услышала только что. Она его не знала таким, но знала… — девушка поджала губы, будучи не в силах объяснить то, что чувствовала о нем интуитивно, но не верила самой себе. Отработка нижнего теперь пришлась ударом Синану в подбородок. — Ай, полегче! — Воскликнул он, разминая челюсть. — Из твоих слов получилось, будто ваш Ягыз какой-то святой, — оказалось, мысли Хазан все еще были заняты Ягызом. — Наш Ягыз — не святой, — передразнил Синан. — Поверь, он умеет быть разным. Я не хвастаю человеколюбием, что можно подумать о Ягызе, но и быть хладнокровным, и в чем-то даже жестоким как он, я тоже никогда не смогу. Девушка замерла в ожидании продолжения. Потому что да… потому что таким она его уже видела. — Например? — Например… — Синан потер шею. — Ты знаешь как он делает бизнес? — Улыбнулся кучерявый, замечая как девушка обратилась в слух. — Ну что там у вас? Строительство, отели, текстиль? — всюду столько рекламы! — Это холдинг. Нет, конечно он там в совете директоров и CEO Egemen Group, но лично сам Ягыз занимается активами — топит чей-то бизнес, покупает бизнес, дробит на куски и продаёт по частям за очень очень дорого. — А из заработанных денег помогает людям? — Хазан было безразлично слышать о бизнесе. — Может успокаивает совесть? — Предположил Синан, понимая в бизнесе чуточку больше чем Хазан, вернее зная многих «пострадавших» его круга и полагая, что Ягыз проехался по костям уважаемых людей. — Может он как Робин Гуд? — Пожала плечами Хазан и весело улыбнулась. — Ягыз — Робин, мать его, Гуд! — Синану сравнение пришлось по душе. Он зычно расхохотался и принялся снимать перчатки, хотя ещё даже не середина тренировки. Хазан даже не стала возражать. Она решила, что ей немедленно нужно видеть Ягыза, она должна извиниться за свою грубость. Вчера Эдже, а сегодня Синан окончательно расшатали её непоколебимое намерение заставить Эгемена «помучиться». — Т.е. все, ходжам, тренировка окончена? — Удивился Синан невиданной халатности. — Мне нужно увидеть Ягыза! ... Я все решила. — Не скрываясь ответила Хазан и сбежала с ринга. — И куда ты пойдёшь? — Спросил он вдогонку. — В офис? — Неуверенно допустила девушка, вспоминая с каким скандалом ворвалась накануне. А вдруг её вытурят, даже не подпустят к его кабинету. — В офисе его нет! — Помотал головой средний Эгемен. — Я ночевал у него, Ягыз и утром валялся с температурой. Так что вряд ли он высунется из своей берлоги. Лучше подожди несколько дней. — С температурой? — повернулась Хазан чувствуя, как ей придавило нерв жалости. В носу защекотало. Сегодня всё было против неё! Будто жизнь всеми возможными способами пыталась уличить её в несправделивой жестокости по отношению к Принцу. — Скинь мне точный адрес! — Потребовала девушка и убежала в тренерскую. И напрасно её любовный стратег верещал ей над самым ухом, напрасно охал и покашливал. Хазан была непреклонна. Бесхитростный нрав девушки был слишком горяч и импульсивен, а неуклюже встраиваемые стратегии причиняли душевный дискомфорт. И даже вовзвав к девичьей гордости, он оказался неуслышан. Ягыз Эгемен лежал где-то там, холодный и голодный, с температурой и наверняка нуждался в ее помощи и заботе. О том, что эту заботу мог проявить кто-то другой, Хазан мысли не допускала. А если бы и допустила, то непременно исправила бы ситуацию. Едва она была готова выйти, как в отражение ей махнул капитулировавший стратег. «Ну хоть в таком бомжовом виде не иди к нему, тоже мне, сердцеедка». Выйдя из душа и одевшись, Хазан посмотрела на свои грубые джинсы и волосы, которые успела небрежно собрать в вялый хвост. Поморщившись, она сбросила сумку, и вылетела в дверь. — Синем! — Прокричала тренер на весь зал, поманив к себе молоденьку практикантку. — У нас с тобой один размер, в чем ты пришла сегодня, покажи? Девушки прошли в раздевалку. Недовольная Хазан обнаружила тот же деним, только в форме юбки. Что случилось с этой модницей? Рассмотрев все остальное, она только её и взяла. Кроме юбки, ей пришлось просить коллегу подменить её на остаток смены. Хазан сейчас готова была согласиться отработать две чужие. — Эх, ладно, сойдёт. У меня в шкафчике должна быть черная водолазка. — Накрась лицо, Хазан, — девушка протянула ей косметичку. Уже через пять минут Хазан, в узкой джинсовой юбке выше колен и в чёрной водолазке, крутилась перед зеркалом. Хвост она пересобрала повыше и потуже. Колготок у нее нет, ну что ж, без них можно официально открыть весенний сезон. На ногах «красовались» грубые тимбы чёрного цвета. С их дождливой весной в махалле если не они, то только уже калоши. Ничего, и так сойдёт. Вспомнив про косметичку, девушка вывалила её содержимое на стол, но разбираться что к чему ей не хватало терпения. Перебрав тюбики с помадой, она выбрала наугад нюдовый блеск. Это единственное, чем она воспользовалась. Потрескавшиеся губы моментально ожили, а их блеск будто отражался в глазах — но то был её внутренний мандраж, который румянцем выливался ещё и на щеки. Телефон пиликнул, Хазан нетерпеливо посмотрела на экран — то Синан прислал ей адрес. — Спасибо, подруга, я должна тебе смену! — Вместо прощания проговорила Хазан и стрелой вылетела из клуба.