Глава 7: Лунный свет.

Прислушиваясь к неровному дыханию каждого, Мерфи уставился в потолок, его разум не желал давать ему заснуть. Комната утопала в темноте, только пламя в камине создавало тусклый, теплый свет, от которого на лицах его друзей играли тени. Джейсон что-то пробормотал во сне, и Хизер положила руку ему на грудь, пытаясь то ли успокоить его, то ли заставить замолчать. Эдриан неподвижно спал по другую сторону от нее, плотно обернув одеяло вокруг своего упругого тела. Заставив свои глаза не двигаться дальше, Мерфи испустил длинный, тяжелый вздох, пытаясь игнорировать сладкий аромат, который, казалось, вливался в его легкие. Андреа спала рядом с ним, ее волосы разметались по подушке. Ее лицо было повернуто к нему, и мужчина едва сдерживался, чтобы не смотреть на маленькие тени, играющие на длинных ресницах. Стиснув зубы, мужчина медленно встал и тихо подкрался к двери, прихватив куртку. Он не мог заснуть рядом с ней, а может, он просто не мог заснуть, зная, что она навсегда будет принадлежать другому. Как ему теперь жить с этим знанием? Как он должен был принять свое поражение после того, как почувствовал вкус того, что могло бы быть? Его память продолжала рисовать картины, изображающие ее, так близко, что он мог сосчитать каждую золотую искорку в глазах девушки. Ее улыбка, тепло ее тела, мягкость ее прикосновений, как он мог жить без этого, теперь, когда он знал, каковы ее пальцы на его коже? Воздух был холодным и влажным, а ночь такой темной, что деревья, окружавшие хижину, казались одной нерушимой стеной. Опершись локтями о перила дома, Мерфи спрятал лицо в ладонях, пытаясь успокоить метавшиеся мысли. Тишина ночи окутывала его, делая голос в голове таким громким, что он едва сдерживался, чтобы не заткнуть уши. Он должен был найти способ справиться с этим. Они были его друзьями. Эдриан был его лучшим другом всю жизнь, а Андреа — он не мог вспомнить, что было до нее. Но как он должен был смотреть на них и видеть все то, чего у него никогда не будет? Мужчина вздрогнул, когда кто-то легонько стукнул его по плечу. Его глаза открылись, он расеянно уставился на размытое пятно рядом с собой, пока оно не приобрело очертания девушки, которую он не мог выкинуть из головы, как ни старался.       — Привет, — Андреа оперлась бедром о перила. — Не можешь уснуть? Она наклонила голову и закрыла глаза, вдыхая ночь.       — Здесь так тихо, — прошептала она, чтобы не нарушать мирную тишину. — Дома никогда не бывает тихо. Иногда мне хочется, чтобы мы жили в таком месте, как это. Где можно услышать свои собственные мысли.       Мерфи мрачно усмехнулся, и глаза девушки распахнулись, изучая его. — Что? Он покачал головой, он не собирался признавать, что с тех пор, как он себя помнил, он делал все, чтобы никогда не было достаточно тихо, чтобы услышать голос в своей голове, который твердил ему, что он никогда не будет достаточно хорош. Нет, он делал все, чтобы заглушить его, чтобы стать тем Мерфи, которого видели все вокруг — дерзким, самоуверенным, обаятельным молодым человеком с дьявольской ухмылкой. Дождь наконец прекратился, но капли по-прежнему падали каждый раз, когда легкий порыв ветра пролетал сквозь деревья, падая на хижину и попадая в неряшливые локоны Андреа. Девушка убрала прядь с лица, а другую руку спрятала в карман пальто и кивнула в сторону темных окон.       — Сейчас они все выглядят такими мирными, прижавшись друг к другу. Но наступит утро, и они вспомнят, как обидели друг друга, — Андреа грустно улыбнулась. — Они вспомнят, почему они больше не могут быть друзьями. Удивленный, Мерфи повернулся к ней, поскользнувшись на небольшой луже. В тот же момент ее руки обвились вокруг него, неожиданно сильные, удерживая мужчину. Он посмотрел на нее сверху вниз, чтобы понять, как близко она находится, и его дыхание застряло в горле. Ее глаза встретились с его глазами, и ему захотелось утонуть. Руки девушки все еще держали его, а тело почти прижималось к его телу, она просто стояла, не в силах отвести взгляд. Его тело стало таким жестким, что Мерфи не был уверен, что вообще сможет пошевелиться. Находиться так близко к ней было пыткой, и внутри он умолял ее не подпускать его ближе, и в то же время желал, чтобы она убрала то крошечное пространство, которое осталось между ними. Она почувствовала, как его тело напряглось под ее прикосновением, и медленно высвободила его из своей хватки, повернувшись лицом к лесу.       — Я должна тебе кое-что сказать, — тихо, почти неуверенно произнесла она, и сердце Мерфи разлетелось на кусочки. Сделав глубокий вдох, девушка посмотрела на него, и он почувствовал резкое покалывание в глазах и в носу. Сжав зубы, мужчина только кивнул, не доверяя своему голосу.       — Эдриан сделал мне предложение, — ни один мускул на его лице не дрогнул, и она усмехнулась. — Точно, я могла бы догадаться. Он просто не мог выдавить из себя ни слова. Как будто он внезапно забыл, как говорить. Как будто все его силы были направлены на то, чтобы просто держаться, не позволяя своему телу развалиться на части. Она подождала мгновение, читая его лицо, а затем снова вздохнула. Осторожно взяла его руку в свою и держала ее открытой ладонью.       Она положила свою левую руку поверх его и прошептала, ее горло внезапно пересохло. — Смотри. Он не хотел видеть сверкающий бриллиант. Не хотел знать, как он выглядит на ее изящном пальчике. Он не... Его глаза наткнулись на голую кожу.       — Я сказала "нет", — она проследила за его взглядом. — Я сказала, что люблю его, и всегда буду любить, — она провела пальцами по пальцам Мерфи и нежно сжала. — Но я не влюблена в него. Ее слова повисли в воздухе, медленно погружаясь в него. Он повторял их в голове снова и снова, пытаясь понять их смысл.       — Ты сказала "нет"? Она собиралась пошутить, но тон его голоса заставил ее остановиться. Медленно, почти робко, она поднесла свободную руку к его лицу, нежно провела пальцами по непоколебимой линии его челюсти.       — Я сказала "нет". Она спрятала лицо в его грудь, рука девушки сжалась на его плече, и сердце парня почти прорвалось сквозь грудную клетку, пытаясь приблизиться к ней. Его руки крепко обхватили хрупкую фигуру, прижимая ее ближе, а его губы прижались к макушке Андреа. Он не мог перестать гладить ее спину, прижимая ее к себе, адреналин бурлил в его венах. Он был слишком напуган, чтобы поверить собственным ушам. Он боялся, что ослышался, что все это было лишь сном, что он проснется в реальности, где девушка, которую он любил, обещала навсегда кому-то другому. Его рука взяла ее за подбородок, заставив поднять глаза. Небо прояснилось, и лунный свет падал на ее лицо, заставляя кожу девушки сверкать.       — Если это сон, — едва узнал он свой собственный голос. Кровь билась в его голове громко, забивая уши ватой. — Не буди меня. Она прикусила губу, ее рука скользнула по его спине и запуталась в его волосах, слегка потянув за них, чтобы заставить его наклониться. Его дыхание коснулось кожи ее щек, и она тяжело сглотнула, не в силах оторвать взгляд от идеального контура его рта. Воздух затрещал от электричества, когда она провела языком по внезапно пересохшим губам, и в глубине его горла раздался тонкий, низкий стон. Прикусив губы так сильно, что почувствовала кровь на языке, девушка прижалась лбом к лбу Мерфи, ее дыхание было тяжелым, быстрым и обжигающе горячим.       — Расскажи мне эту историю, — почти умоляла она. — Пожалуйста, просто продолжай говорить, или я... Она не сказала этого, но ей и не нужно было. Он тоже хотел поцеловать ее, так сильно, что все его тело пылало. Но они не могли. Резко кивнув, он сделал несколько неровных вдохов и отстранился. Он пересек балкон и тихонько заглянул в дом, чтобы взять один из плащей. Расстелив его на ступеньках, он опустился и похлопал по месту рядом с собой. Он вытянул ноги, и пятки его ботинок касались сочной, ароматной травы. Андреа села рядом с ним, и Мерфи обхватил ее рукой за плечи, притягивая ближе, делясь с ней своим теплом.       — Очень давно, — начал мужчина, его глаза были прикованы к звездному небу над ними. — Жил один человек. Однажды он ехал на своем коне через поле, ища хорошую девушку, которую он мог бы назвать своей женой. Мерфи сильнее сжал ее плечо, и Андреа наклонилась ближе, слушая его гипнотизирующий голос.       — Он встретил завораживающе красивую девушку, которая подошла к нему открыто, с улыбкой. Его сердце наполнилось любовью и радостью, и он спросил ее, куда она направляется. Девушка ответила ему, что ищет хорошего мужа. И тогда он сказал: "Будешь ли ты моей женой?". Несколько капель дождя упали на лицо Андреа, и Мерфи осторожно вытер их, его тонкий палец нежно обвел контуры, продолжая рассказывать.       — Мужчина взял девушку к себе домой, они поженились, и вскоре она родила ему сына. Мужчина держал собаку, и каждый раз, когда его жена проходила мимо нее, собака рычала и скалила зубы, готовая укусить. Женщина так испугалась, что попросила мужа убить собаку, но он не смог этого сделать.       — Так что же было с собакой? — поторопила его Андреа, когда он на мгновение остановился, и Мерфи рассмеялся. — Терпение, конеко, — он игриво ткнул ее пальцами в нос, и девушка щелкнула зубами. — Пума. Она закатила глаза и махнула рукой, чтобы он продолжал. — Однажды женщина пошла принести слугам угощение, а собака погналась за ней с лаем. Она чуть не укусила ее. Испугавшись, женщина внезапно превратилась в дикую лису и прыгнула на забор, спасаясь от собаки. Ветер играл в деревьях, создавая мягкую мелодию из падающих капель и тяжелых листьев, которые тихо шелестели. Андреа перевела взгляд со звезд над головой на мужчину рядом с ней. Золотые глаза Мерфи ярко сияли на нее, ярче, чем звезды в лукавом, чарующем и пленительном свете, отчего они казались тусклыми.       — Мужчина своими глазами видел, как она превратилась в лису, но не мог ее отпустить. Он умолял свою возлюбленную прийти к нему, он говорил: "пожалуйста, приходи всегда и спи со мной." И она вспомнила его слова и осталась с ним на ночь. А когда она ушла, мужчина тосковал по ней, страдал. Он написал стихотворение, которое спел, когда она ушла.       Мерфи замолчал, и Андреа осторожно провела пальцами по его руке. — Что это было за стихотворение? Он отмахнулся от своих мыслей и улыбнулся.       —"Любовь заполняет меня полностью, — его голос дрожал, когда он продолжал смотреть в ее волшебные глаза. —После мгновения воссоединения. Увы! Она ушла".       Девушка слегка нахмурила брови. — Так она ушла? И больше не вернулась?       — Она дала человеку то, что он просил, — Мерфи аккуратно заправил прядь волос за ухо. — Она была кицунэ, она должна была жить в дикой природе.       Он грустно улыбнулся и продолжил: — кицу-нэ означает "приходи и спи", — его пальцы играли с ее локонами. — А ки-цунэ означает "приходи всегда".       — Это прекрасно, — она была где-то глубоко в своих мыслях, и Мерфи не мог не задаться вопросом, куда ее занесло. — Слова, которые имеют смысл. В наши дни это большая редкость. Они замолчали, прислушиваясь к звукам ночи. Теплый бок Андреа, прижавшийся к его боку, поддерживал его, не позволяя его мыслям покинуть тот момент, в котором они находились. Раньше он никогда не обращал на это внимания, но каждый раз, когда она была рядом, становилось легче быть здесь и сейчас, как будто здесь и и теперь. Одно ее присутствие делало его лучше, заставляло рушиться стены. Она заставила его открыться, довериться...       — Ты думаешь, я чем-то похожа на нее? Ее голос выдернул его из раздумий, и Мерфи пересел лицом к девушке. Держа ее ладонь в своей, он нежно провел пальцами свободной руки по ее скуле. Она все время ускользала, и он, казалось, не мог ее догнать, и все же она всегда возвращалась. Даже когда у нее были все остальные, она возвращалась к нему.       — Помнишь нашу выпускную вечеринку? — Спросил он, запутавшись пальцами в прядях ее волос.             — Когда Хизер напилась, а Джейсону и Тео пришлось тащить ее пять кварталов до лимузина? — Андреа хихикнула. — Трудно забыть.       Ее брови сошлись. — Зачем?       — Помнишь, вы все пошли к Эдриану, чтобы она могла протрезветь перед встречей с родителями.       — Я еще достаточно молода, чтобы не забыть события пары лет назад, — закатила глаза девушка.       — Ты вернулась, — Мерфи почувствовал, как запылали его щеки, когда слова вырвались из его рта. — Почему? Она посмотрела на него долгим взглядом, ее пальцы возились с травинкой, растущей рядом с деревянной лестницей. Глубоко вздохнув, девушка решительно покачала головой и пожала плечами.       — Потому что ты остался. Андреа отрихнула свои, его, спортивные штаны и поднялась на ноги, слегка поморщившись от боли в спине, и Мерфи вдруг понял, что это был его любимый вид: она и звезды. Девушка протянула руку, и он переплел их пальцы, вставая, почти прижимаясь к ней всем телом. Она посмотрела вверх, и время остановилось. Он не мог пошевелиться, не мог даже глотнуть воздуха, полностью парализованный.       — Как ты это делаешь? — Прошептал он, его внезапно пересохшие губы едва шевелились. — Ты просто смотришь на меня, а я не могу пошевелиться. Ее сердце билось так сильно и быстро, что он мог почувствовать это сквозь слои ткани между ними. Ее дрожащая рука обхватила его щеку, и он бессознательно прижался к ней. Близость ее тела, лунный свет, падающий на них, тишина ночи — все казалось почти сюрреалистичным.       — Луна здесь выглядит совсем по-другому, — голос Андреа мягко дрожал.       — Луна светит одинаково, — Мерфи удалось заставить свое тело снова двигаться, прижимая Андреа спиной к своей груди и обхватывая ее руками. — Лишь пливущие облака заставляют ее меняться. Он мог бы провести так целую вечность, стоя под лунным светом, с ее прикосновением, обжигающим его кожу, наблюдая, как небо медленно превращается из темно-синего в темно-серое, как луна медленно исчезает, растворяясь в утренних сумерках. Андреа слегка дрожала в его объятиях, и мужчина на мгновение крепче прижал ее к себе.       — Ты замерзла. Давай вернемся в дом. Она собиралась возразить, но Мерфи лишь легонько подтолкнул ее к двери. — Помолчи, тенши. Закатив глаза, но не сумев скрыть улыбку, скривившую губы, девушка толкнула дверь дома и шагнула в темную, сонную комнату. Порыв теплого воздуха овеял его лицо, когда Мерфи шагнул внутрь вслед за ней, чуть не столкнувшись с Андреа, когда она внезапно остановилась.       — Что... Его вопрос оборвался на полуслове, когда его взгляд упал на Эдриана. Он стоял у кухонной стойки и безучастно смотрел на них, его глаза превратились в две пустые пустоты, когда он увидел, как они вместе вошли внутрь.