Эпилог

Эпилог Аня Прошло несколько лет. Я, наконец, перестала стесняться шрамов и вздрагивать при слове «зверь», смогла прогнать панический ужас перед зоопарками и цирками, потому что там его можно было услышать чаще всего. Смогла затушить огонь ненависти и жажды мести, расслабиться и начать ЖИТЬ, наслаждаясь каждым мгновением. Ибо слишком дорого на собственной шкуре осознавать, насколько близка смерть... Она не где-то далеко, как может казаться. Она рядом. Всегда. – Ну как? – Артем и Катя встают с лавочки, направляясь ко мне. – Все отлично! – сияю похлеще начищенного самовара. – Отцу сама скажешь? – помогает сесть в машину, хотя я еще не в том положении, чтобы не справиться самостоятельно. – Да! Чувствую – он будет с меня пылинки сдувать, как с куколки фарфоровой. Раньше было как с мраморной. Шучу. – Нормально себя чувствуешь? Не тошнит? – Голова слегка кружится, но это нормально. Скоро пройдет, – улыбаюсь. Подъезжаем к зданию, где пройдет совещание. К зданию, которое было для меня целью и мечтой – реальной и в то же время невероятно далекой, к зданию, куда привело стремление, – одному из филиалов дизайнерской компании «Victoria». Путь сюда был нелегким, но оно того стоило. Я знала, ради чего все это, и просто получала удовольствие, занимаясь любимым делом. Отучилась на худфаке Института искусств (красный диплом, разумеется), и теперь я дипломированный специалист с гигантским портфолио, в котором накопилось больше тысячи работ. Вакансии посыпались практически сразу после выпуска, в том числе и от нескольких крупных компаний. Самая престижная арт-студия нашей страны, которая входит в тройку лучших по Европе и десятку – в мире, как сказал Артем, «оторвала меня с руками и ногами». Лена, кстати, работает в этой же компании. Катя… Оборачиваясь назад, я благодарю судьбу за испытания, которые она мне дала. Иначе я бы никогда не узнала, что, помимо папы, у меня еще есть родная душа, родной человек – Катюша. Мы оказались двоюродными сестрами. ДНК-тест подтвердил. Даже если бы предположения так и остались в разряде недоказанных теорий, это бы никак не препятствовало нашему общению. Мы очень сблизились за эти годы. Очень. – А ты чего, Анют? Шампанское вкусное. – Я лучше не буду, папуль, мне нельзя, – улыбаюсь, отпивая яблочный сок. – Безалкогольная диета? – Почти, – перевожу взгляд с Артема на сестру и обратно. Он поднимает бокал, хитро подмигивая мне. Катюша улыбается, чуть кивает, как бы подбадривая. – Папуль, я хочу… мы хотим тебе сказать… – все слова, которые я так тщательно готовила и продумывала, в самый нужный момент просто вылетели из головы. – В общем, ты скоро станешь дедушкой. От этой новости папочка словно молодеет. Морщинки в уголках глаз разглаживаются, во взгляде плещется нескрываемое счастье и радость: он вновь становится таким же, каким я его запомнила в семь лет. – Доченька, – направляется ко мне и прижимает к себе. Крепко. И осторожно. Пожимает руку зятю. Слегка потирает глаза. – Счастье, здоровье, богатство – все это у нас уже есть. Поэтому я предлагаю тост, – делает небольшую паузу, глядя на мой живот, – за малыша. – Или малышей, – смеюсь, легонько дзынькая по папиному фужеру. Осторожно кладу ладонь поверх пока еще плоского живота и мысленно поздравляю маленького человечка: – С Новым годом, мой хороший! Скоро ты родишься и увидишь этот мир своими глазенками. И я сделаю все, чтобы тебя не настигли ужасы, через которые мне пришлось пройти. Но это будет потом, а пока… пока мы просто провожаем старый и впускаем Новый год, наполняя домашний уют волшебной праздничной атмосферой. Через восемь месяцев на свет появятся две девочки: Верочка и Надюша. Похожие друг на дружку, как две капельки воды. Только никто об этом еще не знает…