Зима

      Прошло несколько дней, как всё произошло и он вновь остался один.       Он проводил дни только в обществе своих Секунд и Уилкинса.       Время наблюдал за сверкающим пламенем в камине, который делал его рабочий кабинет намного уютнее. Он старался не думать об одном человеке, но огонь слишком сильно напоминал его. Человека, чьи эмоции и порывы были так же горячи, как пламя.       — Как она там? — эта мысль постоянно крутилась в его голове.       Время думал о ней, и ему было любопытно узнать, что с Ирацибетой. В последний раз он видел её в объятиях Мираны. Он всегда знал, что Красная Королева мечтала о Хроносфере. Во всяком случае, она это не скрывала. Он не думал, что она не вернёт её, а использует в собственных интересах. Это его сильно расстроило. Он не хотел возвращаться в прошлое, чтобы попытаться всё исправить.       Он устал.       Их отношения, если это можно назвать отношениями, не имели конец, как он только что решил. Прощальные слова не были произнесены, ни одна из сторон не объявила о завершении, но это было похоже на конец. Он любил Ирацибету, и было бы интересно продолжить отношения, если любовь была бы взаимной. Одной из самых красивых вещей на свете, любви — не было. Красная Королева никак и никогда не проявляла ответных чувств.       — Лучше забыть об этом, — вздохнув, сказал Время. Он с грустью вытер слёзы, которые были на его лице. — Думать о том, что произошло, вгоняет меня в тоску ещё сильнее, — он подумал, что сейчас лучше всего было бы поработать. — Это как раз то, чем сейчас я займусь.       Он встал и пошёл к своему столу. Различные бумаги и книги были разбросаны по поверхности. Все попытки собрать новую систему безопасности не обвенчались успехом. Случались сбои и это его раздражало. Это приходилось решать срочно. Нельзя, чтобы что-то случилось, как на прошлой неделе. Риск был велик, и нельзя, чтобы Подземье было уничтожено. Риск был высок, а катастрофа непредсказуема. Он подготовил армию, состоящей из Минут и Часов, чтобы в случае чего они защитили Великие Часы и Хроносферу. А также, Время решил поставить надзирателя, который будет следить за всем, что происходит в замке. Несмотря на всё, этого не было достаточно. Но что же делать? Его разум пытался найти какое-то решение, но его мысли как всегда путались и мешали друг другу. Он чувствовал, что устал смотреть на бумаги, которые так и не дали ему ответа.       Время закрыл глаза и позволил себе откинуться на спинку кресла. Из интереса, он медленно открыл глаза и посмотрел на первый предмет, который увидел. Когда он понял, что это за предмет, он почувствовал, что его сердце стало биться быстрее, а его брови поползли вверх от удивления.       Казалось, что он помнил все подарки, которые преподносил Ирацибете. Предмет, на котором остановился его взгляд — была красная роза из металла на деревянной подставке. Она не была закончена, так как оставалось доделать ещё несколько лепестков и рельеф, но он намеревался её поскорее закончить и подарить женщине, которую так любил.       Он взял розу в руки и встал. Время задумался на несколько минут. Он всегда любил строить и ему нравилось, как простые материалы с помощью чувств и эмоций превращаются в настоящие произведения искусства.       Ему нравилось дарить подарки. В основном из-за того, что он любил видеть счастье на лицах людей. Ирацибета была очень загадочной в этом аспекте. Он замечал, как она слегка улыбалась, пытаясь не выдать своих эмоций, но тут же к ней возвращалось серьёзное выражение лица и она вновь становилась раздражённой. Для неё это был как способ скрыть счастье.       Время рассмеялся, думая о Ирацибете. Радость и приятное чувство от воспоминаний обо всём, что между ними произошло, вскоре сменились яростью. И это было то, что он получил взамен на любовь? Это было несправедливо. Она могла бы сказать, что не любит его, но она решила не делать этого, чтобы план по получению Хроносферы не пошёл прахом.       Он вновь обратил внимание на розу и сильно сжал её в руке. Время был сейчас в гневе. Он направился к корзине для мусора.       Его рука разжалась, и роза упала в мусорное ведро.       Время был готов к тому, как он сказал — «двигаться вперёд». Он занялся делами, чтобы забыть о рыжеволосой. В течении долгого времени ему удалось сосредоточиться на своей работе. Он, наконец, смог придумать план, чтобы обеспечить безопасность Хроносферы. Время сам для себя подумал, что он гений, поскольку его идея — сделать Секунды более крупными — была просто великолепна.       Однако, его план забыть о Ирацибете провалился, потому что чем больше он пытался забыть о ней, тем больше он о ней думал.       Даже, когда он злился на неё, он всё равно волновался и переживал — как там она, никто ли её не обижает… Несмотря на это, он не признавался, что вспоминает Ирацибету.       Однажды, сидя за столом, проверяя, всё ли в порядке, Уилкинс вошёл в рабочий кабинет Времени. Дворецкий стал что-то рассказывать своему господину, однако, Время не особо обратил на это внимание. Уилкинс вручил ему белый конверт с золотой печатью.       — Это отправила Королева, милорд.       Время выхватил письмо и стал читать. Но его тут же охватила тоска, потому что как только он прочитал первые слова, он понял, что писала Мирана. Время был разочарован, потому что думал, что это письмо от Ирацибеты. Однако, вскоре, его выражение лица сменилось на раздражённое и он нахмурил брови.       — Это вздор! — крикнул он, ударяя кулаком об стол.       Уилкинс бросил любопытный взгляд на своего хозяина. Он не понял причины такой реакции Времени, но решил молчать и ждать продолжения.       — Свидетель… — произнёс он. Это, наверное, какая-то шутка! Я буду свидетелем всего того, что сделала Ирацибета?! — продолжил он возмущаться.       — Это ведь не то, что должно случиться после всего того, что произошло? — спросил Уилкинс.       Время размышлял обо всём. Он провёл рукой по лицу, а после вздохнул.       — Может быть… Однако, почему Ирацибета единственная, кто предстанет перед судом? Она не одна совершала ошибки.       — Потому что её преступления намного серьёзнее, чем у других, и она должна нести ответственность за последствия.       Ответ не порадовал даже немного. Время был обеспокоен и повелел дворецкому выйти и оставить его. Время не был расстроен, потому что думал, что кто-то другой неправ, а он как раз-таки наоборот, прав. Было трудно принять такую ситуацию. Он считал, что рыжеволосая уже осталась в прошлом, но, как оказалось, в настоящем времени ему вновь придётся с ней встретиться. Как он мог сделать что-то против Ирацибеты, когда его голова заполнена мыслями о ней?       Обещание забыть о ней не было выполнено. Хочет ли он продолжить быть с ней, хочет ли любить её? Да. Теперь он поступит по-другому.       Время решил, что он всё же посетит суд. Но он не будет делать никаких обвинений против Ирацибеты, потому что был готов простить её.       Только прощение может дать ему тот мир, который он хотел. Даже если она не выполнила свой обет, то он это точно сделает.       После всего, что случилось, он всё ещё хотел посетить Ирацибету.       Он думал в течении недели, но всегда откладывал решение, потому что не хотел его принимать.       Но однажды утром, по неизвестной причине он решил что-то сделать. Время ничего не ждал от Ирацибеты, несмотря на то, что его сердце по-прежнему её любило.       Время расчесал волосы, глядя в зеркало, которое было на стене. Он был удивлён собственной внешности, потому что на протяжении долгого времени он не смотрелся в зеркало.       Он надел шлем, который всегда носил, но внезапно услышал стук в дверь. Это был Уилкинс. Дворецкий вошёл в комнату и мягко спросил, куда собирается Время.       — Мне нужно, чтобы безопасность Хроносферы удвоилась, пока я нахожусь за пределами замка.       — Да, сэр. Мне можно узнать, куда вы идёте? — аккуратно задал вопрос Уилкинс, потому что он знал, что Время не выходил за границу своих владений уже давно.       — Я хочу посетить Ирацибету.       Уилкинс нахмурился, когда услышал это. Дворецкий не понимал, почему Время по-прежнему настаивал на продолжении уже законченных отношений. Уилкинс считал, что люди сложные и довольно непонятные существа.       — Но она не любит вас, не лучше ли найти себе другую жену? — спросил он, искренне пытаясь найти какое-то объяснение.       — Спасибо, что напомнил, — иронически ответил Время. Он не любил, когда ему напоминали о вещах, которые он и так знал. — Но это не мешает мне хотеть увидеть её снова. И я не буду брать в жёны никого, кроме неё, — говорил он, пытаясь убедить себя в том, что он собирался сделать.       Поэтому, он оставил Уилкинса и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.       Ответы на самые сложные вопросы были такими простыми.       Поэтому, все сомнения он оставил дома и отправился на встречу с человеком, которого так жаждал увидеть.