Экстра. Фанты

К новому году собирались выбраться в Дарем, но обстоятельства сложились так, что праздновать пришлось даже не дома, а на рабочем месте, в штабе МИ-6. Они устали после очередной оперативной вылазки и написания отчёта, домой ехать нужно было какое-то время, да и уходить из ставших родными стен, да и от приятной компании не виделось заманчивой затей. В перспективе другой, предложенной тем же Джеймсом. Тем более, только при таком раскладе к ним смог присоединиться Майкрофт. Бонд отчего-то переживал, что Холмсу сейчас тоже одиноко праздновать. Впрочем, Льюис думал, что вполне может представить состояние директора. Было приятно, что даже после тяжёлого дня Майкрофт решил всё же остаться с ними. Комната для совещаний идеально подошла и для праздника. Закуски и выпивку организовать оказалось не слишком сложно. Развлечения в компании Бонда – тем более. Само собой сложилось, что после перекуса решили играть в своеобразные фанты-пантомиму. В шляпу Джеймса покидали записки с названиями животных, каждый участник вытягивал по одному фанту и старался изобразить его, а остальным предстояло их угадать. Показывать, в том числе, было нужно голосом, ввиду того, что Гердер тоже не собирался отставать от общего веселья. Поэтому изобразить кролика Фреду оказалось слегка проблематично, ведь у этого животного не было своего характерного звука. Так что пришлось показывать наличие длинных ушей на самом Гердере. Тот не был против, даже наоборот. Наверное, в последнее время он наконец ощущал себя полноправным членом коллектива. Столько внимания Гердер не получал за всё время своей службы и это было даже как-то обидно, если бы кто-то начал задумываться о прошлом состоянии инженера, конечно. Собравшиеся искренне веселились. Встретили козочку Манипенни и шимпанзе Майкрофта Холмса. И вот настала очередь Льюиса... Будь проклят тот же Джеймс, который положил фант с надписью "Тигр". Конечно, не всем присутствующим было это известно, но Себастьян Моран был падок на таких животных со времён Индии. Льюис же знал это как данность. К счастью, когда ему выпал это фант, он уже достаточно выпил, чтобы позволить себе посмеяться над злой иронией судьбы. Мориарти отставил бокал и поднялся с места. Растрепал волосы и встал в позу, сложив руки на груди. Никто не запрещал показывать человека, как ассоциацию к животному. Пока что. – Альберт, зараза! Хлещет своё вино, а мне и капли в рот не взять!– внезапно пробасил Льюис и прошёлся по свободному пространству в центре,– Бонд, дружище, давно мы не выбирались на задание вместе! Мне очень любопытно, какой трюк ты выкинешь в следующий раз! – Почему Льюис изображает Морана?– украдкой шепнул Джеймс Манипенни, сидящей рядом. По правде говоря, Бонду было даже немного жутко смотреть на такого Мориарти. – Льюис, а вы умеете рычать?– спросил Гердер, он-то знал Морана достаточно долго, чтобы распознать некоторые особенности. По поведению, на вкус инженера, Себастьян тоже напоминал дикого своенравного кота. Для непонимающих Гердер дал хотя бы какую-то подсказку. – Кхм. КАКОГО ЧЁРТА?!– рявкнул на него Льюис и вернулся на своё место под аплодисменты немногих понимающих зрителей. – Отличный тигр,– похвалил учитель Джек, утирая слёзы, скопившиеся в уголках глаз от смеха. Он искренне надеялся, что Льюис сделал так не только от отчаяния, чувствовалось, что Мориарти выплеснул скопившиеся в душе эмоции. А это тоже было полезно. – А вот я не совсем понял,– признал Майкрофт, которого эта "пантомима" больше завела в ступор. – Это единственный тигр, которого я видел в своей жизни,– пожал плечами Мориарти, снова взяв свой бокал,– прошу прощения, директор. – Что вы, это же всего-то игра,– вежливо заверил Майкрофт, надеясь, что это был единственный прецедент в сторону отсутствующих сегодня. – Мне очень интересно, кто написал фант тигра,– произнёс в то же время Фред, он не видел записки и не мог вычислить по почерку. Конечно, предупредить домочадцев обо всех триггерах для Льюиса не было никакой возможности и всё же Порлок чувствовал некоторое раздражение, в частности от того, что сам ни о чём не догадывался. Его постановка Мориарти не развеселила, скорее даже наоборот. Льюиса натурально потряхивало после этого. О Себастьяне с той ночи не говорили вообще, поэтому Порлок сам даже не догадывался, какую реакцию у Льюиса может спровоцировать напоминание. – Я,– признался Бонд и пояснил под стеклянным взглядом Фреда,– просто по восточному календарю год тигра, вот я и подумал, что будет забавно... – Ты не мог знать Бонд, и не стал бы писать, если бы помнил о таком пристрастии Морана,– разрядил обстановку Джек, совсем не одобряя выпад Порлока,– это игра Фред. К тому же, не можем же мы вечно избегать упоминаний о тех, кто составлял не малую часть нашей жизни. Гердер рядом вздохнул и с силой пихнул Джека в бок, чтобы он сворачивал свою шарманку. По большому счёту, не прошло и трёх месяцев с того события и было, по меньшей мере, глупо не выждать ещё чуть дольше, чтобы эта территория для воспоминаний стала более безопасной, чем первый лёд на Темзе. – Ваши слова, как всегда, верны, учитель, но всё же было бы здорово, если этот вечер закончится на позитивной ноте,– с трудом улыбнулся Льюис, отвернувшись от Майкрофта,– у директора есть идея для нового развлечения. Впрочем, объяснять, почему игру в фанты продолжать не стали, не понадобилось. Но даже после этого предложения Майкрофта и ещё пары часов безудержного веселья Джеймс потащил всех на каток. В Лондоне устраивали большой, почти в центре, который в эту неделю работал и по ночам. Для хмельной и сонной компании, где не все и кататься-то умели, это было то ещё испытание. Учитель с Гердером спокойно остались бы в парке рядом, но инженеру было настолько любопытно, что он настойчиво потащил спутника с собой. Катались они под присмотром Бонда (у которого новые силы вообще неизвестно откуда брались) и Манипенни, так что можно было не переживать. Льюис же совсем не доверял своим ногам сейчас и предпочёл остаться на твёрдой земле. Вот только Майкрофт и Фред не собирались оставлять его тосковать в одиночестве. Благо, снега на этот Новый год выпало достаточно. – Ох,– Льюис почувствовал, как в шарф впечатался снежок и горстка снега неприятным холодком просочилась к шее, под воротник. Он обернулся и увидел двух хулиганов,– Нечестно, директор! – Это не оправдание, Льюис,– произнёс тот, давая Мориарти фору. Тот отбежал, собрал снежок со слоя на скамье. Но не успел Льюис запустить свой, от Фреда в него тоже прилетел снаряд. – На чьей ты стороне, Фред?!– рассмеялся Льюис и запустил свой снежок в парня, попав прямо в цель. – А вы как думаете?– парень обогнул Холмса и подбежал к Мориарти. – И вы думаете, что это всё ещё нечестно?– уточнил Майкрофт. – Конечно,– Льюис взял у Фреда снаряд и пометил неровным броском плечо Холмса, после чего с чувством выполненного долга отряхнул перчатки,– вот только это не моя любимая игра. – Нам показалось, что это поднимет вам настроение,– признался Порлок, не собиравшийся его расстраивать. – Спасибо,– улыбнулся Льюис, а потом чуть запрокинул голову, глядя на ровное чёрное небо. На лицо падали и таяли маленькие снежинки. Неожиданно для всех Мориарти поинтересовался,– мистер Холмс, а вам не нужно поднять настроение? – С вами мне более чем весело,– заверил Майкрофт, подойдя ближе. Он ничуть не лукавил, сегодняшний вечер настолько был необычен для его привычного образа жизни, что было даже приятно. А рядом с Мориарти он давно уже ощущал себя как будто в компании близкого друга. Фред встал по другую руку от Льюиса. Они даже не сразу заметили, что неподалёку стоял человек с фотоаппаратом и делал кадр катка. Очень удачно они стояли в опасной близости для того, чтобы попасть в зону видимости объектива. Майкрофт потом найдёт того человека и выкупит это фото самой лучшей новогодней ночи за все последние годы. Пусть и с лёгким налётом грусти. Он искренне скучал по брату и всё же обрёл тех, с кем может разделить это бремя потери.