Глава 24 Конец начала

      Темная глубокая ночь. Слышны звуки рычания мотора машины. Фургон неспешно ехал по центральной дороге, освещенной множеством фонарных столбов. Несмотря на темноту, некоторые заведения всё еще работали, а по встречке иногда проезжали машины. Оно и не мудрено, всё-таки Михелькрим считался крупным городом, в нем день и ночь бурлила жизнь. Фургон подъехал к пятиэтажному белому зданию. За рулем был парень в чумной маске, а рядом сидела Тюльпан. Он объехал здание вокруг и завернул на стоянку, которая находилась на первом этаже в самом помещении, поставив как можно ближе машину к выходу, парень заглушил машину. - Почему ворота на стоянке открыты? Я думала их закрывают, пока торговый центр не работает. - Есть у меня пара влиятельных друзей, один из них позволил тебе устроить свою маленькую шалость, - усмехнулся парень, лениво развалившись на сидении. - Ммм…как удобно. Т.е. есть третье лицо, который в курсе обо мне? - Ничего конкретно о тебе я не говорил, лишь про твои глаза. Не волнуйся, он не выдаст тебя копам. - Ладно, поверю тебе, - произнесла Тюльпан и открыла дверь. Выпрыгнув из машины, она хлопнула и направилась к обратной стороне фургона. Стоя пред дверями задней части машины, она ждала пока её спутник откроет их. Парень в маске достал ключи из кармана, вставил в скважину, а затем распахнул две двери настежь. На каталке, в свободном пространстве фургона, лежало тело, завернутое в чехол для трупов. Тюльпан залезла в машину, под креслами взяла длинную толстую веревку и гирлянду, небрежно кинула сверху и взяла ручки каталки, со своей стороны. Парень также схватился за ручки и поднял на себя, вместе они вытащили каталку из фургона. Тюльпан убрала держатели и на пол сами разложились колеса. Затем они вместе покатили тело к лифту. Добравшись на нем до второго этажа, ребята прикатили его к центру зала, где был эскалатор. В помещении было темно, лишь лунный свет из окон освещал пространство. - Что дальше? – спросил парень. - Надо повесить её над эскалатором, чтобы сразу все заметили эту звезду. - Подготовь её, а я займусь остальным. - Угу. – кивнула Тюльпан, провожая взглядом уходящего парня. Она направила взор на труп и достала нож из-за спины. Резкими движениями она начала рвать чехол. Освободив всё тело, дева взяла руки Зои и вытянула их вверх, сведя ладони друг к другу. Затем слегка согнула ноги и придала им невинную позу. Проведя пальцами по ребрам, она нежно любовалась своей работой. Внезапно девочка заметила медленно спускающуюся вниз веревку, обмотанную гирляндой, она скользила по балке над потолком. Внизу парень держал её с другой стороны. Крепко завязав узел вокруг рекламного столба, он подошел к Тюльпан. - Вешаем? - Ага. Вместе они подвезли каталку к веревке. Тело уже совсем затвердело и сгибать его было крайне тяжело. Парень обхватил Зои за туловище и как большую куклу подтащил к веревке. Тюльпан взгромоздилась на каталку и обвела веревку вокруг запястья, крепко связав. Всё было готово. Дева спрыгнула с каталки и отодвинула её, а парень со всей силы начал тянуть тело вверх, обходя вокруг того же столба. Девушка повисла на высоте пяти метров над полом. Убедившись, что она не упадет, парень завязал ещё один крепкий узел, а затем подключил гирлянду. Тюльпан неподвижно стояла, снизу наблюдая безумным и в тоже время влюбленным взглядом за телом, в переливающихся огоньках. - Вижу ты поражена, - начал парень. Он отряхнул руки и встал вместе с ней. - Не буду говорить, что я гениальна, но это определено произведение искусства, - спокойно говорила она, не отрывая взгляд. - Только что, впервые в жизни, я наконец запечатлела момент. - Таково твоё убийство? Убиваешь ради искусства. - Это не просто вынужденная мера, я убила её не просто так. Я считаю все человеческие души жестокие, злобные…бессердечные…они уже давно утратили нравственность. Поэтому им следует, как можно скорее пасть на стол правосудия, но это уже не моя забота. Вот их тела…с телом совсем всё иначе. Прекрасное человеческое тело, увы, безвольно и подвластно душе. Редко какой человек ценит его по-настоящему, для них тело – праздно, а душа чиста. Попробовали бы они хоть раз уважать своё тело, а не окунать его в дерьмо. - Ты говоришь совсем как мы…ты понимаешь суть существования, надеюсь подобных тебе будет как можно больше. - Я – Тюльпан, та что запечатлевает момент. Ты сказал, что я могу делать всё что за хочу, и я буду делать. Освобожу прекрасные тела из гнета низменной души человека, и оставлю их украшать этот мир. - Предчувствие меня не обмануло…Я – один из смертных грехов, Чревоугодье полностью солидарен с тобой. Человеческое тело и правда прекрасно, и тем не менее жалкие безвольные люди набивают себя едой и даже не задумываются о мере. - Э-э-э? Ты спрашивал меня о имени, теперь ты его знаешь. Значит твое имя Чревоугодье? – слегка повернув голову, дева хитро посмотрела на парня. – Теперь понятно, почему твое тело такое подтянуто и спортивное. Вижу ты свой же грех не совершил. - Н-да, таково мое имя. И хоть я ношу его – греху я никогда не поддамся. - Стоит полагать, что есть еще шесть? Вы не так просты, как может показаться, да? - Намекаешь на новый вид убийц? Н-да-а-а…мы все из одного теста, отличие в том, что кто-то сгнивает в собственной пучине, а кто-то становится великим. - Как ты? – перебила его Тюльпан. - Верно. Но не беспокойся, ты на пути к нему. - Боже-боже, как много пафоса в твоих словах. Такое прекрасное тело, охватила такая жалкая душа, - вдруг Тюльпан резко улыбнулась и мгновенно достала нож из-за спины, быстро она вонзила его в бок парня, прямо под сердце. - Кха! – застонал он, схватившись за рану. – Ты что творишь?! - Освобождаю тело, ты что не слышал мою речь? Ха-ха! Девчонка со всей дури снова вонзила в тоже место лезвие. Удар-удар-удар. Быстро истязала она его тело, от сильной боли он рухнул на пол, крепко прижимая ладонью рану. - Я ведь тебе помог…неблагодарная, сука! – выплевывая кровь, яростно кричал парень. - И что-о-о-о? Тупи-и-и-ица! – дева со всей силы шибанула его по ранам ногой. – Ты думаешь одной этой живодерки достаточно?! Хах! Нет-нет, дорогуша, избавить прекрасное тело от такой пафосной души, как твоя мне хочется еще больше! - Ты такая же… - А? Что ты говоришь? - Ты такая же тупая грешница, что и остальные! – безумно орал парень. – Лишь бы удалить свою жажду! Лишь бы угодить самой себе! Ты не понимаешь меня и никогда не приблизишься к нашему величию! К нам – Семи смертным грехам! - Господи, да завали…- устало произнесла дева наступив на рот парня. – Почему если вас семь, то обязательно грехи? Это слишком заезжено, дорогуша, давайте другое название. Почему никто не называет себя всадниками апокалипсиса? А что, тоже пафосно и тоже прямиком из ада, - игриво рассуждала Тюльпан, прислонив указательный палец к виску, будто размышляя. - Вот блядь! Смеешь глумиться над нашей верой?! – яростно голосил парень, не отводя от неё глаз, несмотря на ногу на его лице. - Какой верой, дурачок? Опять какие-то психи возомнили себя богами…ни ты и твои соратники, ни я или кто-то еще не может карать и судить. Просто у меня есть решимость на мое искусство, и я делаю это, вот и всё. Так что засунь чушь куда подальше и делай что хочешь. - Я разочарован…я сильно разочарован в тебе, грешница…но придет время, и ты заплатишь за свой грех. - Вот тупица, мысли как-нибудь оригинальной, а ни клише из адской библии. - Вы наговоритесь сегодня или нет? – внезапно прозвучал голос сзади, он был похож на голос мальчика. - А вот и третий, значит ты всё-таки показался, - Тюльпан убрала ногу с лица парня и обернулась, встав лицом к фигуре из тени. – Ты тоже грех? Только мантру свою не читай, ладно? - Ты сильно ранила его…нам нужно уйти. - Оре-е-е-е? – дева высокомерно снова поставила ногу на раненный бок. – Прости, я не собираюсь оставлять его в живых, ведь я, как он сказал, еще не утолила свою жажду. - Сейчас я не собираюсь драться с тобой, его жизнь важней. Так что не усугубляй ситуацию и отойди. - Если не драться, то как ты собираешься сдвинуть меня? – нахально улыбалась Тюльпан, шурша ногой по телу. От сильной боли парень вскрикнул. Фигура надменно встряхнула головой и выпрямила руку. На свет вышел пистолет. - И что вы такие нудные, - игриво разочаровалась Тюльпан и начала медленно отходить назад. - Я бы с радостью поуговаривал тебя, но времени нет, - фигура вышла на свет. Это был мальчик в темной одежде и маске козерога, которая скрывала лишь верхнюю часть лица. Чем ближе он приближался к парню, тем дальше отдалялась Тюльпан. Он поднял его за руку и облокотил на свои ключицы, обхватив рукой туловище. Затем он снова направил пистолет на Тюльпан. - Интересные маски у вас ребята: козлиная рожа и общипанный петух, - злорадствовала она. - Наша кара вскоре настигнет тебя, будь готова…- спокойно произнес пацан и медленно начал пятиться назад, скрываясь в темноте. - Пф, ну и ладно, - поправила волосы Тюльпан. Она подняла голову на труп и пристально смотрела на него. – Не этот дурачок, так другой, что в этом городе мало прекрасных тел для освобождения? - Ладно, хватит… Это был голос Нигай. Всё это время Фанаэль показывал события, которые происходили без её ведома. Дева снова перенеслась в больничную палату. Она мирно лежала на кровати, в полусидящем состоянии, облокотившись на подушку. Дева открыла глаза и обратила внимание на окно. Краешек солнце виднелся из-за горизонта, верно, это был восход. Девочка снова обратила внимание на Фанаэля, сидевшего напротив неё. - Похоже все мои воспоминания вернулись. - Это не конец, ты точно не хочешь увидеть, что было дальше? - Паучиха убьет Саманту, да? Не хочу вновь переживать это событие, общих воспоминаний будет достаточно. - И что ты скажешь…- - Что это пиздец. - Как резко, - усмехнулся парень. - Она довела двух людей до суицида, двоих убила и ладного сильно ранила, ничего хорошего в этом нет. Но учитывая, как много времени прошло с момента тех событий мне до сих пор не предъявили серьёзных обвинений, значит эта девка достаточно умна, чтобы скрыть улики своей вины. - Н-да, что-что, а этого у неё не отнять. - Кое-что встало на свои места, - задумалась Нигай, подведя кулак к подбородку. - Что именно? - Она сказала, что позволила попасть мне в бессознательное, но от неё это не зависело. Та ситуация с котом была для неё триггером, стрессовой ситуацией. Именно поэтому ты осмелел и показал обрывки реальности, поэтому я смогла очнуться в реальном времени, а затем погрузиться в эго к вам. - Теперь, когда ты говоришь об этом… - Значит паучиха тоже подвластна стрессовым ситуациям. Какой бы особенной себя не возомнила, тем не менее она такая же личность, она тоже может подвергаться напряжению. Кстати, по поводу кота. - А? - Она назвала его «Черныш», и кот в мире грёз был «Черныш»…как-то это… - Некоторые ситуация я дублировал в мир грёз из реальности, в том числе и этого кота. А ещё твоих подружек, психотерапевта, соседку, всех, кто хоть как-то оказывал влияние на тебя. - Хоть я и была в забвении, но огрызки реальности всё-таки просачивались ко мне. Поэтому я слышала, как Зои и Саманта злились на меня, или Миранна наставляла пистолет в мою сторону. - Именно. - Теперь мне надо решить, что делать дальше… - И снова мы вернулись туда откуда начали. Время у тебя еще есть, но не затягивай, тебе нужно договариваться с Тюльпан. - Думаешь это меня волнует в первую очередь? – начинала злиться Нигай. – Паучиха обосрала мне всю мирную жизнь: обозлила на меня класс 1-А, нагрубила Бенжамину, нарвалась на президента и студ. совет, еще и сделала меня убийцей, ну и как мне теперь со всем этим справляться?! Как мне быть в школе, меня ведь теперь все ненавидят! Раньше хотя бы просто не замечали, а теперь будут мстить… - Не обижайся, но месть Тюльпан во много раз яростнее, чем любое действие твоих одноклассников и членов студ. совета. Поэтому в первую очередь разберись с ней, пока ты не довела её до бешенства. - Ну да, конечно, о чем же мне еще думать, - закатила глаза девочка. Вдруг она заметила, как некоторые люди из палаты начали просыпаться. Оказывается, её разговор с Фанаэлем длиться столько же сколько проходит реальное время. Затем дверь открылась и в комнату вошла худощавая женщина, она была в строгом черном костюме. Она поправила светло-русые волосы чуть ниже плеч и подошла к кровати Нигай. Это была её мать. - Мама? Ты рано. - Мне к восьми на работу. Врач сказал серьезных травм нет, поэтому долечиваться будешь дома. Оплачивать больничные услуги удовольствие не из дешевых, так что собирайся, - строго произнесла она. - Ладно, - повиновалась Нигай. После сборов, они вместе вышли на улицу и стояли возле ворот в больницу. - Я пойду на работу, а ты чеши домой. Благо с завтрашнего дня каникулы и не придется тащиться в школу. «Так сегодня не просто июль, а конец? Я пропустила весь первый триместр» - Ладно, пойду домой, - собиралась развернуться дева в сторону своего дома. - Погоди…как чувствуешь себя? – остановила её мать за руку, а затем скрестила руки на груди. - Нормально, ничего не болит. - Я не об этом, я имею ввиду твое ментальное здоровье. - А что с ним не так? - Эти месяцы ты была словно отстранённая, погруженная в себя, будто ничего вокруг не замечала. «Так вот как я выглядела со стороны» - Я подумала у тебя снова буду приступы, у тебя случаются сильные головные боли? - Приступы? Разве они когда-либо были у меня? – девочка вопросительно посмотрела на мать. - А…н-нет…конечно, нет. Просто, может ты ощущала такое…врач сказал, что бывают подобные последствия после столкновения с машиной…- нервничала женщина. «Про врача она явно придумала. Какие еще приступы? Никогда у меня их не было…или мама, что-то скрывает, а я просто не знаю об этом. Связано ли это с потерях воспоминаний за прошлые два года?» - Если я буду чувствовать себя хуже, то скажу об этом. - Ладно…- всё также напряжено говорила она. Хлопнув деву по плечу, она жестом указала в строну. – Ладно, иди. Сегодня я приготовила побольше, как следует поешь, пока этот всё не сожрал. Лучше спрячь куда-нибудь…и выспись хорошенько. - Тогда я пойду, пока. - Пока. На этом женщина развернулась и быстрым шагом направилась на работу. Нигай же провожала её взглядом. «Мда, слишком много событий произошло за эти два месяца. Осталось еще куча вопросов без ответов, надеюсь в скором времени я смогу разобраться со всем этим» Конец первого сезона.