Часть 1

      Еле выбравшиеся из Нан-Эльмота Майрил и Ириссэ стояли на перепутье. Юный эльф понимал, что долго так стоять они не могут, им нужно что-то решать и куда-то идти, потому что отец… то есть Эол может преследовать их, и тогда оказать ему сопротивление не сможет ни Майрил, ни тем более мама. Поэтому он просто решил, что для начала неплохо бы просто убраться подальше от Нан-Эльмота.       Начался долгий и тяжелый путь на запад, полный опасностей и страха, что их задержат, поймают или догонят. Но и ускориться у них не получалось. Аредель чувствовала себя все хуже. Наконец перед их взором появились горы, окутанные туманом. Оставалось только найти вход в тайный город и укрыться в нем. Но тут Аредель замерла и на лице ее застыл неподдельный ужас. В глазах отразился страх. - Он здесь! Он рядом! Он схватит нас! - она расплакалась и прижалась к сыну. Конечно же Майрил понял, в чем дело. - Мы не можем пойти в Гондолин. И не имеем права вести туда Эола, сын. - Но что же нам делать? - спросил Майрил, чувствуя обиду. Гондолин был совсем недалеко. - Пойдем в Хитлум. К моему отцу. Он защитит нас. - Но мама… - Пойдем-пойдем, сыночек. Быстрее! - сказала Ириссэ и повлекла Ломиона за собой.       Дальше был тяжелый и сложный переход через горы, полный опасностей. Ириссэ сложно было даже бежать, а тут лазать по горам - вдвойне сложней. И вдобавок они постоянно чувствовали, что за ними следуют. Эол был совсем рядом. Первым препятствием на их пути стало человеческое поселение. Хотя, препятствием его звать было сложно. В человеческом поселении они впервые отдохнули хотя бы на краткий миг. Но оставаться там было нельзя, их видели слишком многие и развязать язык адану эльф-колдун сможет за мгновение.       Маэглин привел Ириссэ в самый страшный, но в самый многолюдный трактир и усадил за стол. Беглецы были голодны. Но Ириссэ было страшно. Она понимала, что и ее нежеланный и настырный муж тоже не пройдет мимо человеческого поселения. Она встревоженно оглядывалась на посетителей и на эльфов, вот-вот ожидая увидеть высокого и светловолосого эльфа. Она видела его в каждом путнике, пока не вздрогнула от прикосновения к плечу. - Мама, это я, пойдем. Мы переночуем здесь и уйдем. - Нельзя здесь оставаться. Надо быстрее к нолдор, в Хитлум. - Нет, мама. Эол уже тут, но я отдал трактирщику деньги, чтобы он сказал ему, что мы здесь. А сами мы будем ночевать не здесь. Пойдем, мама.       Ириссэ последовала за сыном. Только он был ее надеждой и спасением. Бывшая охотница сама стала пугливой дичью.       Вскоре им пришлось выбираться чуть ли не из окна трактира, в котором они жили и бежать. Бежать к отцу, которого, как Ириссэ казалось, больше никогда не увидит.       Нолофинвэ узнав о прибытии Ириссэ, удивился. Но к этому чувству примешивалось и радость, и настороженность. Принцесса прибыла не одна,- сообщили ему, - С ней эльф, который говорит, что он - ее сын. - Позови их ко мне, - сказал Нолофинвэ.       Дочь свою он едва узнал. Той цветущей и обаятельной девы больше не было. Перед Нолофинвэ внезапно возник образ Нельяфинвэ, недавно освобожденного из плена.       Так вот, если бы Ириссэ еще получила бы увечья, то была бы похожа на своего старшего кузена. Но рядом с ней бы эльф, высокий и черноволосый, настоящий нолдо. Его она в Ангбанде достать бы не могла. - Где ты была, Ириссэ? И где успела обзавестись сыном? Это Туркафинвэ тебя так…? - Нет, отец, - слабо произнесла Нолофинвиэль. - А… кто? И главное…где? Ладно, впрочем, неважно. Я рад тебя видеть. Где бы ты ни была, вижу, ты спаслась бегством. Располагайся, милая моя и… как зовут моего внука? - Майрил, - угрюмо ответил эльф. - А… Майрил. Очень приятно, мальчик мой. Рад приветствовать. Вас проводят в покои и накормят. А вечером будет пир в честь вашего возвращения.       Эльфов проводили в покои. Ириссэ все еще оставалась встревоженной, ведь впереди было самое страшное - встреча с Эолом, о котором отец ничего не знал.       Впрочем, долго ждать себя он не заставил, явился прямо в королевский дворец. Он вошёл в зал с несколькими своими слугами, в то время, когда в зале был лишь один секретарь короля и двое стражников. - Здравствуй, разоренный король. - Разоренный король? Ты видел мои счета и мою казну? - отшутился Нолофинвэ. - Нет, но я наслышан. - А я наслышан, что у Эльвэ есть сестра, которую он отдал в откуп Морготу. - Что за чепуху ты несёшь? - Ладно... что тебе нужно было?       Аклариквет, зашедший в королевский зал, посмотрел на Эола и понял, что этот эльф настроен решительно. Он не мог допустить, чтобы тэлеро причинил вред королю. Он сел за арфу и начал играть.       И Эол почувствовал чары. Он посмотрел на менестреля и некрасиво ухмыльнулся. - Ладно! Некогда мне с вами долго разговаривать. Я пришёл за женой и сыном. Отдай мне их и я уйду. - Прости, но о ком это ты? - произнёс Нолофинвэ. - Ты сам все прекрасно знаешь, нолдоран. Я говорю о твоей дочери, Ириссэ. - Ириссэ... Так это ты ее довёл до такого состояния? - До какого состояния? - Ну, я помню ее сильной, красивой и крепкой девочкой, а вернулась она измождённой и измученной. Так это ты этому виной? - Это не твоё дело, Нолдоран. - Ошибаешься, синда, - Нолофинвэ встал с трона и подошёл к зятю вплотную. Аклариквет заиграл чуть громче, вплетая в музыку чары. Эол лишь ухмыльнулся и посмотрел на короля коварно сверху вниз. - Ириссэ - моя дочь. И я не отдам её тебе так просто. И внука не отдам. - Дочь можешь оставить, так и быть. Она непутёвая жена. А сына отдай. - Мой тебе совет, синда - оставь Ириссэ и сына в покое и найди тех, кто действительно тебе ровня и будет тебя любить. - А тебя все любят, Нолдоран? Нолофинвэ сперва нахмурился, но потом ухмыльнулся и вернулся на трон, положил ногу на ногу. - Я - Верховный Нолдоран. Мне нужна верность и уважение, любить меня необязательно. Впрочем, как я понимаю, и тебе. Только тебе нужен ещё и страх, беспрекословное подчинение. - Ты угадал. - Ты же понимаешь, что я догадываюсь, что будет с беглецами, если я отдам их тебе? Они мои дети, мне придётся их защитить. Я не могу их тебе отдать, смирись. Лучше найди себе другую игрушку. Эту ты уже сломал, - Нолофинвэ поднялся с трона и собирался уже уйти, - Проводите моего зятя из дворца, дайте ему еды в дорогу. Стражники переглянулись, но не сдвинулись с места. Им тащить из зала огромного эльфа и его вооружённых слуг?       Но тут Эол запел и Нолофинвэ внезапно почувствовал, будто мир закружился вокруг него. Все объяло пламя и Эол стал огромнее, чем был на самом деле.       Аклариквет тут же почувствовал опасность. Перед ним был сильный колдун, но короля нужно было спасать. И Риньо решился и стал петь.       Эол смолк, перед ним был колдун из Валинора. Но он - ученик майэ Мелиан, рождённый у Куивиэннен и битвы он не испугался, поэтому направил чары уже на обоих. Нолофинвэ потерял сознание и лежал под троном, пока Аклариквет вёл ожесточенную битву с телерийским колдуном.       От чар болела голова, голос королевского менестреля слабел и он упал.       Нолдорские стражники и слуги были тут же обезоружены и обнздвижены слугами пришедшего тэлеро.       Эол медленно подошёл к нолдорану и сказал: - Вставай! Нолофинвэ с трудом сел на под и посмотрел на эльфа. - Иди! И приведи её. - Стража!!! - крикнул Нолофинвэ. Вбежали двое эльфов. Увидев незнакомца и короля на полу, они всполошились. - Позовите принцессу Аредель! - крикнул он, страдая от собственного голоса, оперся на подлокотник трона и поднимаясь на ноги. Но твёрдо стоять на них не получалось, поэтому он уселся на трон. Эол все ещё нависал над ним. Нолофинвэ посмотрел на него с презрением и рявкнул: - Чего ты встал надо мной? Отойди от меня!       Эол не перечил ему и не ругался. В конце концов, ему и так досталось. Теперь от головной боли он долго будет лечиться. Менестрель все ещё лежал на полу. Видимо, он не так уж дорог нолдорану.       В конце концов, в зал привели кричащую и вырывающуюся Ириссэ, а вместе с ней - Маэглина. - Отец!!! Отец, не отдавай нас ему, прошу! Умоляю!!! - Заткнись! И так голова болит! - сказал Нолдоран. Ириссэ упала на под и посмотрела на отца полными слез глазами. - Ты нарочно ко мне пришла. Теперь, когда этот эльф пришёл, я понял. Ты не ушла в Гондолин, потому что твой муж выследил тебя, и ты решила, что мы с ним просто поубиваем друг друга, верно? Ты же ненавидишь меня, считаешь узурпатором. Что же, ладно. Ради тебя я руки не замараю. Это грязная история и она тут не завершится. Выкиньте всех троих отсюда! - Нет, отец!!! Молю!!! - срываясь на визг, кричала Аредель.       Нолофинвэ сжал виски пальцами. Эол довольно ухмылялся, но потом он внезапно задумался и сказал: - Нет, они мне не нужны. Ты прав, нолдоран, они мне не нужны. Но они убили трёх моих слуг, которые были мне верны и которых я любил. Они убили Серебряную Туфельку, она ведь была самой невинной... поэтому ты, как её отец, заплатишь мне виру. - Что? - растерянно спросил Нолофинвэ. - Ты отдашь трёх своих самых верных слуг. В том числе этого менестреля. Он так отчаянно защищал тебя. Его я заберу в первую очередь. - Я не отдам тебе Риньо! Он мне самому нужен. - Уже нет, он мой. Я имею право просить виру. И ещё ты должен мне двух девчонок. Я сам их выберу. Со мной пришли мои слуги. - Что ты будешь делать с Риньо? Он не воин и не работник, он ничего не умеет делать, только петь. - Я найду ему применение, не беспокойся. - Но он мой друг! - Мои слуги тоже были моими друзьями! Они служили мне верно много лет!       Нолофинвэ хотелось плакать, но Эол был прав. Он мог бы предложить Эолу денег или драгоценностей, но понимал, что ни за что не расплатится с этим эльфом за убитых.       Схватить его он не мог, в зале находились его слуги и они уже готовы были учинить здесь резню. - Забери жену и сына. - Чтобы они снова учинили у меня в доме пожар? Нет уж. Я обьявил условия! Я заберу вон тех девок и этого певца, - сказал Эол и слуги его зашевелились в зале. Они были словно тени. Такие были способны убить без звука.       Они живо вышли из зала, а Эол поднял на руки менестреля. Нолофинвэ поднялся на ноги и хотел двигаться, но упал. - Риньо! - жалостливо произнёс он, но ничего сделать не мог. Эол ушёл, забрав себе в рабство троих подданных короля Нолофинвэ. Нолофинвэ чувствовал, как его начинает трясти, а из носа закапала кровь. Король нолдор сделал над собой усилие и поднялся на ноги, приковылял кое-как к Ириссэ и сказал: - Убирайтесь отсюда! Сейчас же! Не Желаю вас здесь видеть, иначе я велю казнить. Пошли прочь, коварные интриганы! Стража! Выгнать их вон! Пусть хоть к Морготу идут!       И вправду, принцессу и Маэглина выставили прочь в чем были, без вещей и оружия. Они плелись прочь от Хитлума, на юг. По крайней мере, им дали коней. - Что теперь, матушка? - спросил Маэглин. - Теперь, сыночек, мы пойдём в Гондолин.