Счастье любит тишину

Зульфикар не послушал Госпожу, покинул сад, сдерживая в груди боль, которую создала Хюмашах - отказом. Это нельзя точно назвать отказом, но молчание порой ранит сильнее любого слова. Хюмашах же осталась в саду стоять. Она так винила себя. —Такой талант все испортить.... —выдохнула она, теребя рукава платья. Она не стала сдерживать и одергивать себя. Просто слезы, слезы обиды, слезы неприязни к себе и своим поступками. Она вспомнила, как такие же слезы лились, когда её оповестили о замужестве, мать смотрела холодно, Хюмашах в очередной раз стала её пешкой. Сейчас такие же слезы, только вот обида на саму себя. Чувство пустоты, потери — знак, что она вновь потеряла все, абсолютно все. Тишину сада нарушил тот голос, который она никогда и подумать не могла, что услышит в такой обстановке. —Госпожа, вы в порядке? —Х... Халиме? Халиме Султан. —Оставьте это, Госпожа, не нужно притворства. Вам ведь больно... Только сейчас Хюмашах поняла, что Султанша-змея могла видеть абсолютно все. —Сколько ты видела? —О чем вы? Я не требую чего-то от вас, лишь хочу узнать, могу ли помочь...—тихий голос несчастной матери звучал несмело, такими же были её жесты. —Ты сможешь понять мою боль?—Хюмашах потеряла весь контроль над собой, ища поддержки в ком угодно. —Знаете, Госпожа, я столько стерпела, живу в молчании столько лет, думаю смогу. Халиме Султан была совсем не такой, как о ней говорят. По-настоящему она была верна почившему брату Хюмашах - Султану Мехмеду, а он, будучи под влиянием своей Валиде Сафие Султан, предал свою Хасеки, казнил старшего сына, тем самым лишив Халиме будущего. Хюмашах была поражена её историей, и, честно говоря, рада, что Халиме сейчас оказалась рядом. Может в будущем это станет дружбой? Маловероятно. *** Хюмашах должна была поговорить с Зульфикаром, ответить ему, но боялась, она и так все испортила. Случай представился. Ахмед со своей львицей уехал в Эдирне, оставляя все на Хюмашах, явно нуждавшейся в помощи, ибо одну бы не справилась. Ахмед, естественно, оставил ей в помощь верного Хранителя покоев, который уже давно выполнял обязанности самого Великого визиря, однако это было невозможно, без его связи с династией. —Госпожа... Доброго вам утра—произнёс Зульфикар, при виде Султанши-Ангела. —Здравствуй, Зульфикар, у тебя есть несколько минут, мне нужно с тобой поговорить. Лёгкий Блеск в глазах воина выдал все его чувства. —Конечно, Госпожа, есть —Тогда пойдём ко мне в покои. *** Хюмашах давно бы могла занять покои Валиде-Султан, или проворная Кёсем могла бы это сделать, однако никто не спешил. И причина была не в том, что Ахмед не дал разрешения, почему-то обе сошлись на том, что пока Ахмед жив, покои будут пустовать, почитая честь покойной Хандан Султан. Причём, не из особой любви к Валиде Султан, а из любви и почтения к Ахмеду. Обе знали, как мать была ему дорога. *** —Так о чем вы хотели поговорить, Госпожа? —поинтересовался воин, входя в покои Египетской Госпожи. —О случившемся в саду... —Хюмашах указала рукой на тахту рядом с собой, чтобы говорить с ним на одном уровне. Зульфикар нерешительно сел. —Зульфикар... Как-бы это сказать... —она опустила взгляд и сомкнула пальцами подол своего платья. —Говорите, как чувствуете, я приму любой ваш выбор... Ваше слово закон, если вы прикажете, я буду готов вонзить кинжал себе в грудь. —Не стоит вонзать кинжал... —горькая усмешка прошла по губам Златовласой Госпожи —Зульфикар... Я... —воздуха не хватало от волнения —Я... Я отвечаю взаимностью на твои чувства... Я тоже люблю тебя. —дальше она готова была в обморок падать, если бы Хранитель покоев не прижал её к себе. Она слышала трепетное биение его сердца и трепетала сама, чувства переполняли её. Шквал эмоций захватил обоих, Хюмашах, плача, смеялась, Зульфикар гладил её по золотистым волнам. —Моя Хюмашах... *** По возвращении, Ахмед вызвал Зульфикара на разговор, что очень напугало Хюмашах, ведь их отношения могли лишить воина жизни, однако все было куда лучше. —Зульфикар, я хочу сделать тебя Великим Визирем всего Османского Государства—Ахмед с улыбкой смотрел на ничего не понимающего Зульфикара. —Для этого тебе нужно стать зятем Династии. —Но на ком же я женюсь, Повелитель? На малолетней Дильрубе Султан? —Нет, Хранитель Покоев. Не на ней. Ахмед жестом пригласил стражу открыть двери и в покои прошла Хюмашах Султан. —Тётушка, у меня есть к вам один важнейший вопрос. Ахмед уже давно заметил все, что происходит между его верным Зульфикаром и мудрой и прекрасной Тетушкой. —Конечно, Повелитель... —Госпожа, я хочу сделать Зульфикара Великим Визирем, считаете ли вы его достойным этой должности? —Конечно, Повелитель, никто не справится с этой ролью лучше Зульфикара Аги. —А согласны ли вы ему помочь занять эту должность? —Конечно, Повелитель. —Тогда, Госпожа, последний вопрос, согласны ли вы стать женой Зульфикара Паши? Хюмашах лишилась дара речи, она замерла взглядом на Зульфикаре, который почему-то улыбался самой смешной улыбкой для неё. Зульфикар, с Позволения Повелителя, подошёл к Египетской Госпоже и сам задал вопрос. —Хюмашах Султан, станете ли вы моей женой? —Да... —с её уст сорвалось такое желанное всеми присутствующими слово. *** С подготовкой к свадьбе тянуть не стали, да и никто не хотел затягивать. Во время подготовки будущие супргури мало виделись, и ужасно скучали, даже в свой общий дворец вещи пришлось им перевозить по одиночке. *** И вот настал такой долгожданный день. Хюмашах облачили в красное атласное платье, расшитое камнями и драгоценностями, на голову водрузили венец, усыпанный рубинами, в гармонии к нему серьги из чистого золота с огромными камнями по центру. Золотые кудри были завиты в причудливую причёску. Все это время подготовки, она тихо молилась, чтобы это все наконец закончилось и она смогла бы остаться наедине со своим любимым. *** Зульфикар безумно волновался, Ахмед помог ему с выбором подарка для невесты. Драгоценный кулон в виде птицы, вольной и свободной, как символ того, что Хюмашах сможет летать на воле, сколько ей захочется, но всегда сможет вернуться в родное гнездо, а главное там её будут ждать. *** Огромное торжество прокатилось по всей столице, а когда праздник наконец был завершён, соблюдены все традиции, Зульфикар наконец смог добраться до, не менее измученной торжествами, Жены. Она стояла на балконе в их общих покоях, мерно вдыхая ночной воздух. Он тихо подошёл, одел ей на шею кулон и так чувственно обнял, будто боясь, что сейчас обнимет воздух, когда его мечта расстворится. Он взял её руки в свои и прошептал: —Дальше мы пойдём только вместе... —Держась за руки— закончила за него Хюмашах.