22. Let's break up?

Соцсети разрывались от уведомлений, а голова разрывалась от количества голосов вокруг. В закулисье часто происходит полный балаган и это – самое ненавистное для Ханы. Она терпеть не может этих мельтешащих людей, которые не могут найти себе места. Стилист в очередной раз поправляет подол короткого платья на айдоле. А смысл? Все равно, пока будет танцевать, а то и раньше, – пока будет подниматься на сцену, – идеальная одежда поменяет свой внешний вид. Не на фотосессию все-таки. Комбэк взорвал интернет и теперь из каждого сапога была слышна песня glowers. Девушки уже отметили свой успех выпивкой, наплевав на то, что Сохен, как бы, еще несовершеннолетняя. Из колонок играют уже надоевшие первые ноты песни, а тело начинает двигаться в заученном танце. Образы, конечно, подобрали сегодня отменные, вот только на удобство, как всегда, наплевали с высокой колокольни. Вот бы на этих стилистов натянуть эти платьишки и заставить корячиться на сцене! Трек звучал весело и излучал позитив, но текст был отнюдь не про это. Астрология как проекция на реальную жизнь, в которой звезды тоже умеют падать, либо же отражать чей-то свет. Девушки пели о тяжелом взлете и больном падении. Хана долго спорила с трекмейкром и иногда ей поддакивала уставшая от всего Чживон, что эта песня не должна звучать так позитивно, но мужчина, как и остальной стафф, забил на ее мнение огромный толстый... сами знаете, что. Она даже напевала мотив, подходящий к тексту! По окончанию выступления, когда камера выбрала Миён в качестве "феи концовки", девушки счастливо улыбнулись, несмотря на накопившуюся усталость, и убежали за кулисы. Переодеться во что-то удобное хотелось неимоверно, но предстоящее награждение не давало этого сделать. — о, ты уже все? Мы смотрели твое выступление по телевизору, — вместо приветствия вскрикивает Джисон, сидящий на явно неудобном пуфике. В руках он держал кофе со льдом. — и как? — поинтересовалась Хана, отдав предпочтение твердому кожаному дивану. — хену понравилось, — хихикнул синеволосый, ловя убийственный взгляд Минхо. — я бы на твоём месте порвал это платье и танцевал бы нагишом, — темноволосый украл напиток из рук возмущённого Джисона. — думаешь, это лучше? — приподняла одну бровь. — выглядит неудобным, — лицо Ли скривилось и непонятно, отчего: от вкуса украденного кофе или от платья девушки. — на деле еще неудобнее. — мне так понравилась эта часть, типо "star-star", — пританцовывал и напевал песню Хан. — мне тоже нравится ваше "chk chk boom", — повторила его действия Ли, — особенно история создания хороша. Троица засмеялась, вспоминая то, как они сидели за созданием букета из атласных лент для Сохи. Было обидно, что покупной она не приняла и айдолам пришлось обжигать кожу на руках в процессе работы, так еще и переживать такую потерю в виде взорвавшегося клеевого пистолета. Было действительно страшновато. До выступления stray kids оставалось примерно пятнадцать минут. Они почти не переживали, что было видно по их уверенным походкам. Шоу не было каким-то значимым, как, к примеру, МАМА, потому представления состояли из обычной хореографии и пения. Милая визажистка подбежала к парням с целью проверить, не съели ли они еще свой мейкап и, убедившись, что все на месте, удалилась. Хана взяла в руки салфетки и нацепила их на лицо, чтобы убрать излишки жидкости с поверхности кожи. Со стороны это выглядело забавно, будто она мумия. Помимо этих троих в помещении так же находились неизвестные девушке люди, обслуживающие знакомых айдолов. Было неудобно толпиться со знаменитостями, но никуда не денешься. К блондинке подошел какой-то парень с просьбой снять совместное видео, но его лица не было видно за салфетками, а по голосу различать едва знакомых людей она пока не научилась. Пришлось отлепить от себя бумагу и поднять взгляд на заинтересованного парня. — здравствуйте, — Ли встала и поклонилась стоящему перед ней сонбэнниму. Работать с парнями всегда было сложно и немного смущающе, но Хана держалась молодцом перед Рики и даже смогла без запинок научить его танцу их группы. Так как парень был младше, он заметно стеснялся и старался не смотреть в глаза. — нуна, я видел нарезку, где ты говоришь, что хотела бы станцевать под "Bite me", — неловко кашлянул он. — но вы же сейчас продвигаете другую песню, нет? — просто подумал, что если тебе хочется, то мы могли бы станцевать "Bite me". Но если не хочешь, то... — давай его, — подмигнула Ли по привычке, вгоняя младшего еще пуще в краску, а также не забыв мысленно ударить себя по лицу. Наблюдающий за этим Минхо негромко фыркнул и отвернулся настолько резко, что шея хрустнула. Бедная губа, которую он чуть не прокусил, осталась целой только благодаря вовремя подоспевшей визажистке, которая как раз подбежала с целью подправить макияж перед выступлением. Может, ему тоже начать подмигивать девушкам? Нет, настолько низко он не опустится, чтобы выводить свою девушку на ревность. Выигравшие stray kids стояли посреди сцены. Чан говорил какую-то благодарственную речь и держал в руках увесистую награду. Взгляд Минхо бегал по залу со множеством фанатов. Различить «своих» было не сложно – лайтстики выдавали их. Хана не выглядела расстроенной проигрышем, она только улыбалась, глядя на сонбэ, и хлопала в ладоши. Она стояла недалеко и парню даже начало казаться, что он чувствовал сладкий аромат ее духов прямо у своего носа. Когда настало время уходить со сцены, девушка посмотрела прямо в глаза Минхо и от его взгляда по спине пробежали мурашки. Источающий холод, он отвернулся, оставив после себя легкое недоразумение, и ушёл вместе с остальными участниками. Хана-яяя >3 — в чем дело? Конечно, он не прочитает сразу. Хана это понимала. Но от этого проще не становится. Вот девушка уже лежит в своей кровати в общежитии, вдыхая знакомый аромат виноградного шампуня, впитавшегося в постельное белье. Голову переполняют мысли, а смелости подняться на этаж к парням не хватает. Секрет долгих отношений в том, чтобы обсуждать проблемы по мере их поступления. И если пара так и продолжит дуться друг на друга непонятно (понятно) из-за чего, то долго не протянет. Снова уведомление. Блондинка судорожно берет в руки телефон, проверяя, кто написал и ожидая там знакомый ник с излюбленной аватаркой, но на деле же оказывается уведомление от обычного новостного канала. Даже не прочитав содержимое, она нажимает на кнопку питания, гася экран. Тяжелый вздох срывается с ее губ, а из глаз начинают течь непроизвольные слезы. Это так глупо с его стороны – ревновать, особенно после всего, что он узнал о ней. Алтарь, посвещенный ему, как айдолу, дома, уже чего стоит! И разве она, кроме этого случая, давала поводы для ревности..? Хана не знает, но надеется, что нет. Утро выдалось тяжёлым. Опухшие веки приоткрылись с трудом, так еще и не по собственной воле, а из-за того, что девушку кто-то будил. Сидя на кухне в кругу подруг, она пыталась прийти в себя, пока Миён нервно покусывала ноготь на большом пальце. Сохен поглаживала Хану по руке, а Чживон так же клевала носом, как и блондинка. — ночью опубликовали статью, — хрипло начала лидер, наконец опускаясь на стул, — про тебя, Хана. — и? Не впер... — там от твоей подростковой жизни до твоих нынешних отношений с Лино-сонбэ, — перебивает та. Сердце Ханы пропустило удар, а после забилось в бешенном ритме. Оно было готово выпрыгнуть из груди в любой момент; отбивалось пульсом в висках, как будто по голове били молотом. В смысле от подростковой жизни до нынешних отношений с Минхо? — пиздец, — спустя какое-то время произносит девушка, а потом зарывается лицом в ладони. В голове всплыли воспоминания о вчерашней "ссоре", которую таковой назвать язык не поворачивается, ведь по сути никто не ссорился. Просто сцена ревности. Точно. Минхо! Девушка забежала в комнату со скоростью света и схватила телефон в руки, чтобы проверить, ответил ли он ей. Но нет. Ответа не было. И прочитано сообщение тоже не было. — какого черта? — взбесилась она. Решив воспользоваться случаем, она открыла ту самую статью и ужаснулась своей корейской стороной. Американская же сторона не видела в этом ничего плохого. Фотографии с броским макияжем в школе, сигарета в зубах, выпивка, – все это было во времена жизни в Америке и в первые месяцы после приезда в Корею. Потом же это отошло на второй план. Не сказать, что у Ханы была зависимость, нет, совсем нет. Просто здесь подействовал стадный инстинкт. Все из ее небольшой компании увлекались подобными посиделками, пусть и нечасто получалось их устраивать. Потом фотография с парнем, лицо которого было закрыто смайликом, но Хана знала, что это Чжохван. Откуда только эти фото взялись в интернете? Кто их нашел? Как? И, наконец, фотографии с Минхо. Фанаты верили в то, что они хорошие друзья, но после этих фото продолжать в это верить не получится. Кто успел застать их то за поцелуем, то за объятиями? Они старательно скрывались на улицах и передвигались только на арендованной машине. Все это было закреплено какими-то длинными текстами, читать которые не было ни сил, ни желания. Хана приняла решение подняться на этаж в блок Стрей Кидс, чтобы разобраться с проблемой лично. Такие вопросы не решаются по звонкам и, тем более, перепискам. Хотя о каких звонках и переписках идет речь, если он даже не читает сообщения? Чтобы избежать вопросов, она выбежала сломя голову и направилась прямиком к парням. Ждать лифт пришлось бы слишком долго, поэтому лестница стала лучшим другом на данную минуту. На этаже было тихо, но чем ближе девушка подходила к мужскому блоку, тем громче становилось происходящее там. Родной голос был до боли узнаваем. — почему вся эта хуйня происходит именно с ней!? — раздался крик. Сердце замерло, слезы застыли в глазах. — хён, успокойся, — спокойно, но уже с каким-то нажимом произнес Сынмин. Щелчок замка и вот дверь открывается. Перед Ханой стоял Феликс с маской на лице и усталым видом. Завидев девушку, он слабо улыбнулся, что было видно по его глазам. — проходи, думаю, вам стоит поговорить, — пробасил он, открыв дверь шире, чтобы блондинка могла пройти. Некогда родной мужской блок, в котором всегда было комфортно, сейчас не отдавал теплом, как это было раньше. Хане даже показалось, что здесь все стало куда тускнее. Минхо, до этого ходящий из стороны в сторону, остановился и поднял взгляд на вошедшую. От зрительного контакта стало не по себе. И вот снова она чувствует себя полной размазней перед ним. До их знакомства такого не происходило. Хана плакала только из-за глупостей. И ей было все безразлично, да. Нет. Хане не было все безразлично. Слезы уже холодными каплями стекали по щекам, когда раздался первый всхлип. Было все равно на сидящего за столом Сынмина, на вышедшего из своей комнаты заспанного Хенджина, на Чонина, растерянно поглядывающего на нее с излюбленного дивана. Была только Хана и объятия Минхо. Он не медлил. Как только увидел ее, сразу подбежал с извинениями за свое глупое (он сам так его назвал) поведение. Но от этого легче не стало ни на грамм. — прости меня, теперь из-за меня тебе достанется, — рыдала девушка. Пальцы судорожно хватались за тонкую домашнюю футболку, — и рейтинг вашей группы упаде-е-ет... боже, мне так стыдно, прости, прости, прости! — слова было разобрать сложно, но реально. — не извиняйся, все нормально будет, многие с таким сталкивались... — вы столько добились своими силами, а я испортила это все одним своим существованием, — будто в бреду, продолжала она. — Хана, — Минхо отстранился и взял девичье лицо в свои горячие ладони. Заплаканная она выглядела не так красиво, как на сцене, — слышишь меня? Успокойся. — давай расстанемся? Сердце отдало острой болью и парень уверен, что ощутил ее физически. Глядя прямо в красные от слёз глаза, он не мог вымолвить и слова. В горле застрял ком, пальцы похолодели. Мир вокруг словно остановился, оставив этих двоих в полной тишине. Даже сглатывание слюны казалось слишком громким звуком. — н-нет, — вымолвил он из себя, заикаясь, — нет, Хана, — продолжил он более уверенно. — ты понимаешь, что сейчас делаешь хуже своей группе? Не будь эгоистом и подум... — перестань думать обо мне и моей группе, подумай о себе, блять, хоть раз! Не на меня сейчас рушится шквал хейта и пожеланий смерти! Много пар раскрылось и ничего, некоторые еще сохранились и до сих пор встречаются. Мы не сделали чего-то смертельно наказуемого. Нельзя осуждать людей за чувства и, тем более, желать им плохого. — п-погоди, так тебя же тоже сейчас должны захейтить, нет? — подуспокоилась Хана. — я не курил, не пил в подростковом возрасте и не фоткался так, — закатил глаза Минхо, — нетизенам почему-то не все равно только на это. Отношения настолько негативно не прокомментировали. Ты еще не читала ничего, да? — парень отстранился окончательно, чтобы налить воды из фильтра девушке. По телу прошёлся холодок. — только статью, — хмыкнула она и села на стул. Парни, до этого сидящие в общей комнате, разбежались и никто не заметил, как и когда. Им не хотелось лицезреть женские слезы и то, как их старший будет их подтирать. Уж слишком сопливая картина для их глаз. — тогда расскажу кратко, — на поверхность стола с характерным стуком Минхо поставил стакан с водой, которой так не хватало в организме, — из-за того, что образ айдола подразумевает собой существо святое, тебя сейчас хотят убрать из этой индустрии из-за твоих предебютных фотографий. Нетизены утверждают, что ты недостойна этого звания и тому подобное, — парень задумался, прикусив губу, — скорее всего, тебе дадут что-то типо отпуска, как было у Хенджина. Уйдешь в рест, "переосмыслишь свое поведение" и вернешься. — а с тобой что? — стакан уже опустошенный стоял там, куда его поставили, а большие круглые глаза смотрели прямо на темноволосого. — что со мной? — ну, тебя же тоже должны повалять в грязи, как знаешь... ну, будто я тебя тоже в эту яму зарываю. — хорошо, что мы с тобой коллеги, — вздохнул Минхо, слегка улыбаясь, — потому что никто пока до такого не додумался, по крайней мере, я не видел. Будь ты хейтером, у тебя бы была большая фанбаза среди подобных. — на самом деле, пока ты не видишь, я веду по тебе хейтерский аккаунт, — щёлкает пальцами Хана. — это очень... романтично. Минхо еще не раз извинялся за то, что поддался ревности вчера, хотя не должен был. Как в этой индустрии не взаимодействовать с противоположным полом? Никак. Жаль, что он осознал это только перед сном, когда отвечать на сообщение от девушки уже было слишком поздно.