Персики

Тишина длилась всего пятнадцать минут, но в воздухе она ощущалась, как вязкий, липкий ком, прилипший к коже. Сакура продолжал аккуратно бинтовать вялые руки Кадзи, чувствуя, как тот напряжён, как его тело ещё дрожит после срыва. Время от времени Рен морщился, но не издавал ни звука, словно боль была для него чем-то привычным, не заслуживающим внимания. Когда перевязка была закончена, Сакура отложил бинты и взглянул на парня. Он сидел, опустив голову, тяжело дыша, будто внутри него всё ещё не утихала буря. Неловкая тишина заполняла комнату, давила, оставляя в воздухе невыраженные слова и неозвученные мысли. Сакура решил, что пора действовать. Поднявшись, он потянулся к пакету, который принёс с собой. Внутри были лекарства, но… кроме них там было кое-что ещё. --- Рен никогда не умел сдерживаться. Агрессия внутри него была как зверь в клетке — стоило её задеть, и она вырывалась наружу, сметая всё на своём пути. Он дрался не ради удовольствия, не ради доказательства силы, а просто потому, что иначе его бы разорвали. Он не помнил момента, когда гнев захлёстывал его полностью. Всё происходило одинаково: вспышка, движение, а потом пустота. Когда сознание возвращалось, он видел перед собой одну и ту же картину. Кровь. Бетонная площадка. Тела валяются без движения. В глазах тех, кто ещё в сознании, читается злость, страх, желание добить его, но они не могут. Они проиграли. Возвращаясь назад, Рен чувствовал странное опустошение. Будто он что-то сделал не так. Будто он должен был позволить тем мальчишкам победить. Будто это было бы… честнее? Но в драке нет честности. Побеждает тот, кто сильнее. Разве не так? Мысли метались, запутывались в голове, создавая клубок вопросов без ответов. Единственное, что хоть как-то успокаивало его, — это персики. Они были мягкие. Сладкие. Нежные. Запах свежих персиков напоминал ему что-то далёкое, неуловимое, почти забытое. Он никогда не понимал людей, которым они не нравятся. Поэтому почти после каждого срыва он заходил в уже привычный магазин. Брал лекарства, бинты, средства первой помощи. А вместе с ними — персики. Это стало его ритуалом. Маленьким секретом. Ведь если кто-то узнает, что такой, как он, любит персики… это будет выглядеть нелепо, правда? --- Кадзи заметил что-то в пакете и едва заметно вскинул бровь. Персики. Нежные, приятно-розовые, с бархатистой кожицей. Он мельком глянул на Сакуру, и не смог скрыть короткий проблеск в своих глазах. Почти детская радость. Огонёк, который вспыхнул, но тут же был спрятан за обычной маской безразличия. Это было… непривычно. За всю свою жизнь к нему никто не приходил вот так просто. Никто не заботился о нём, не приносил ничего просто потому, что хотел помочь. Никто, кроме… Хираги? Сакура усмехнулся, встряхнул пакет, позволяя персикам показаться ещё сильнее, и шутливо спросил: — Что? Тебе персики нравятся? Рен вздрогнул, но быстро взял себя в руки. — Нет, — слишком резко ответил он, но взгляд всё ещё был прикован к фруктам. Сакура хмыкнул и сел обратно, разрывая пакет. — Ладно, значит, мне больше достанется. Он вытащил один персик и с хрустом надкусил, специально громко, чтобы Рен слышал. Тот поморщился, будто хотел отвернуться, но не смог. — Ты специально, да? — Что? — Сакура приподнял бровь, делая невинный вид. — Я просто ем. Кадзи фыркнул, но через несколько секунд его пальцы потянулись к пакету. Сакура ухмыльнулся. Может Харука всё-таки смог сломать его оковы, ну хотя бы немного?