Глава 8 – Кроу

      По дороге к месту проведения практической части теста, Руби, понимая, что теперь ей скрываться смысла особого нет, осмелела достаточно, чтобы снять с головы капюшон – что мгновенно подметила зоркая Саммер.              — Не против вернуть мне плащ? — риторически поинтересовалась та, уже самостоятельно начав стаскивать вышеупомянутый предмет гардероба с плеч своей зазевавшейся дочери. — Он тебе всё равно больше не нужен…              — Нет! — за доли секунды сориентировалась младшая Роуз, исчезая в проявлении только для того, чтобы появиться в нескольких метрах от своего прошлого местоположения – и в этот раз между ней и покусившейся на её собственность мамой находился директор. — Это теперь мой плащ!              Впрочем, надеяться на то, что Саммер Роуз так просто отдаст ей свой наилюбимейший предмет гардероба, было… слегка наивно, мягко говоря.              — У тебя есть и свой собственный! — возмутилась та, с более чем очевидным мотивом двинувшись навстречу дочери. — Отдай мне мою радость!              — Я буду с тобой за него драться! — выдвинула ультиматум Руби, вновь с помощью проявления разрывая дистанцию. — Я действительно буду с тобой за него драться!              — Руби Роуз! — всерьёз нахмурилась Саммер, не желая признавать поражение. — Ты всерьёз рискуешь остаться без печенья!              Это была внушительная угроза – но Руби лишь с болью во взгляде посмотрела на мать, вновь перемещаясь.              — Печенье того не стоит! — отрезала та, кутаясь в предмет их небольшой ссоры. — Я выбираю плащ!              — Мы всегда можем купить тебе точно такой же! — попыталась найти компромисс Саммер, прекратив безрезультатно гоняться за дочерью. — Тебе не обязательно забирать именно мой!              — Я хочу этот, — отбрила Руби, высовываясь из–за фигуры директора. — Покупка нового лишит всё большей части смысла!              — Но мне нравился мой плащ! — предприняла та ещё одну попытку дозваться до совести дочери. — И у тебя всё ещё есть свой! Почему бы не продолжить использовать его?!              — Он прочно ассоциируется с моей старой личностью, — пояснила младшая брюнетка, не спеша покидать своё политическое убежище. — Я не могу стать Охотницей, не изменив образ – и я не собираюсь избавляться от малышки Крессент.              — …И поэтому ты решила украсть мой плащ, — сощурилась Саммер, сложив руки на груди. — Не находишь это слегка… несправедливым?              «Ну, не только поэтому, конечно…» — мысленно признала Руби, неловко почесав затылок. — «Сентиментальность–то никто не отменял.»              Впрочем, ей не стоило отмалчиваться – наоборот, для сереброглазой пришло время перейти к более серьёзным методам убеждения.              — Нахожу, — вскоре согласилась та, состроив грустную мордашку. — Но ты же не зажмотишь плащик для любимой дочери?              Это было не слишком честно, но ради именного плаща матери Руби готова была пойти на многое – и в счёт этого «многого» неплохо вписывалась попытка надавить на жалость. Конечно, старшая Роуз не сдалась взгляду своей старшей дочери сразу, решительно посмотрев в ответ – но, половину минуты спустя, всё же проиграла битву взглядов.              — Нгх… Ладно! — сдалась Саммер, раздражённо топнув ногой. — Забирай!              — Спасибо, — благодарно кивнула Руби, игнорируя смешок со стороны своего укрытия.              Однако если она и не стала комментировать его реакцию, то вот злая из–за внезапной потери любимой части своего гардероба Саммер мгновенно переключилась на новую цель.              — Ты находишь это смешным?! — возмутилась она в спину Озпина. — У меня отобрали мой плащ!              

────୨ৎ────

             Остаток дороги к полигону прошёл в бурном обсуждении произошедшего. Бурном, однако, лишь с одной единственной стороны – потому что, в отличии от активно отстаивающей свою позицию Саммер, Руби с Озпином занимали в этом довольно пассивную роль.              Директор лишь бросал, в ответ на недовольные реплики старшей Роуз, редкие комментарии с улыбкой на лице – а Руби и вовсе молчала, наслаждаясь своей грандиозной победой.              Не собиралась она и дальше испытывать терпение матери – а то, не приведи Близнецы, так недолго и плаща лишиться.              В любом случае – стоило лишь их процессии перешагнуть порог тренировочного зала, как директор практически сразу попросил её подойти в центр арены, аргументируя это настройкой оборудования.              Что Руби, справедливо опасаясь за свой новый плащик, с радостью и сделала, оставляя всё ещё недовольную произошедшим маму на трибунах.              Настройка затянулась примерно на пятнадцать минут, по истечению которых ей была представлена неплохая возможность: переодеться, для предстоящего спарринга, в запасную форму Бикона.              Обычно она, естественно, проигнорировала бы это предложение с высоко поднятой головой – но сейчас у неё не было ни денег, ни второго комплекта одежды, из–за чего ей и пришлось, понурив голову, отправиться в раздевалку.              Но если Руби и готова была сменить свои привычные штаны с блузкой на тот ужас, который предлагал Бикон – что, на самом деле, всё ещё было неплохим спортивным костюмом – то вот плащ она всё же оставила.              Он был выигран в неравной, эпической битве, в конце концов – и Руби Роуз собиралась выставлять его напоказ каждый раз, как ей только представлялась такая возможность.              Так, переодевшись, Руби и вышла на поле; где её, к этому моменту, уже ждал тот самый «противник».              …Которым оказался Кроу.              Тот, однако, всю глубину проблемы ещё осознать не успел – он был занят тем, что пытался вытрясти из фляги остатки того, что в ней когда–то находилось, себе в рот, из–за чего и не мог видеть вышедшую из раздевалки «любимую» племянницу – чем она, будучи личностью довольно игривой, не воспользоваться никак не могла. Таким образом Руби, понимая, что долго он этим делом занят не будет, исчезла в проявлении, бесшумно появляясь у него за спиной.              А секунду спустя её ладони нежно накрыли глаза Кроу, после чего у него над ухом раздался тихий, проникновенный голос:              — Угадаешь кто?              Реакция от младшего из близнецов Бренвен последовала незамедлительно – тот мгновенно упал на землю, пытаясь неожиданно провести подножку. Но Руби не собиралась вступать с ним в схватку раньше времени – а потому исчезла в проявлении, выпадая из него, на всякий случай, лишь на расстоянии в двадцать шагов.              Где, держась за живот, и упала на землю в приступе неконтролируемого смеха.              Что неудивительно, ей также вторила и Саммер с трибун – та, наблюдая за сценой от начала и до конца, не смогла сдержать веселья при виде затруднительного положения друга. Хотя, видят Близнецы, она действительно пыталась не дать выхода эмоциям; всё же лишний раз поощрять лишь недавно укравшую у неё любимый плащ дочь ей хотелось не слишком–то и сильно.              — Какого хрена, Оз?! — возмущённо поинтересовался Кроу, с оружием наготове переводя взгляд на улыбающегося директора. — Что она здесь делает?!              — «Она» стоит прямо у тебя за спиной, — укорила его с трибун Саммер, вопреки собственному недовольству заступаясь за дочь. — Не веди себя так грубо.              — Мисс Роуз хочет поступить в Бикон, Кроу, — размеренно произнёс Озпин, отходя от центра арены. — Я думал что сказал тебе, в чём мне нужна помощь.              — Ты сказал, что тебе нужно проверить новую студентку! — возмутился тот, не спеша убирать направленное на Руби оружие. — Студентку, Оз, а не чёртову преступницу!              — Ай, — театрально поморщилась Руби, поднимаясь с пола. — Это было больно, дядя. Я думала, ты меня любишь.              Тот лишь окинул её нечитаемым взглядом.              — Ха–ха, — сухо рассмеялся тот, настороженно разглядывая стоящую напротив девушку. — Смешно.              — Так или иначе, Кроу, но она – твой спарринг партнёр, — подвёл итог директор, поднимая, для подачи, сигнала руку. — Бой будет идти по стандартным академическим правилам – он закончится в тот самый момент, когда у одного из вас аура опуститься до красной отметки. Готовы?              — Да! — энергично кивнула со своего места Руби, переводя Крессент Роуз в боевой режим и вставая, одновременно с этим, в наиболее удобную для использования своего проявления позу.              Кроу, однако, её энтузиазма не разделял.              — Ты должен мне объяснения, Оз, — прищурился тот, взглянув на директора. — Объяснения, и много, много виски.              — Конечно, — размеренно кивнул тот, опускаю руку. — Начали!              И стоило лишь сигналу слететь с уст директора, как сереброглазая мгновенно нырнула в своё проявление, кинувшись к Кроу.              Сначала, как умудрённая опытом Охотница, Руби хотела просто проверить дядю – ведь пусть она и помнила его примерный уровень, но это знание было довольно сомнительным из–за несоответствия как миров, так и временных рамок.              Потому она и начала с малого, планируя медленно увеличивать как скорость, так и силу ударов.              ...Что практически стоило ей значительного куска ауры тогда, когда она, выйдя из своего проявления, чуть не поймала острую грань меча лицом, лишь в последний момент успев подставить рукоять Крессент.              «Недооценила–таки, гримм побери!» — пронеслась в её голове недовольная мысль, пока та уклонялась, с помощью проявления, от уже летевшего ей в торс пинка. — «Ладно... поиграем!»              С этими мыслями она и отскочила от Кроу на значительное расстояние, с широкой ухмылкой на лице переключая Крессент в режим снайперской винтовки. Дальние дистанции были её самым естественным преимуществом, в конце концов; и она, поняв, что дядя в этом мире не только достаточно хорош, но и, прямо сейчас, настроен довольно серьёзно, решила отплатить ему тем же.              И мгновение спустя грянул гром выстрела.              Но хотя и стоит отдать Кроу должное за то, что тот не стал изображать из себя мишень, мгновенно пойдя на сближение, сути это почти не изменило – два из трёх выпущенных сереброглазой выстрела достигли своей цели, вышибая из её противника значительное количество ауры.              А на четвёртый Крессент Роуз постигла неведомая ранее проблема, имя которой – осечка.              «Ч–что за чёрт?!» — мысленно выругалась Руби, шокировано разглядывая свою косу. — «Как... как?!»              Впрочем, ответ не заставил себя долго ждать – ведь насмешливая ухмылка на лице дяди сказала ей всё, что нужно было знать.              — Твоё проявление, — пропыхтела та, блокируя удар подоспевшего, пока она была «вне сети», Бренвена. — чертовский нечестное!              — Хм, — лишь хмыкнул тот, не отвлекаясь от боя.              Однако радость Кроу была не столь уж долговечна: ведь если что и не стоило делать во время спарринга с Руби, так это трогать её косу или плащ. И пусть сам Бренвен в этом виноват, технически, не был – но сереброглазая не могла избить его проявление; так что её гнев, закономерно, пал на куда более материальную цель.              Она, перейдя в наступление, начала с самого банального, что только можно было придумать: простого, горизонтального взмаха косой. Кроу, что было вполне ожидаемо, с лёгкостью от него уклонился, отпрыгивая назад – но Руби даже не планировала достать дядю лезвием.              Ведь избежав удара, тот оказался на линии огня: и в этот раз никакой осечки, к счастью, не произошло – из–за чего расширившиеся от осознания своей оплошности глаза Кроу могли лишь наблюдать за тем, как из ствола Крессент в него вылетает крупнокалиберная пуля.              Тем не менее, Руби не воспользовалась отдачей от выстрела для того, чтобы, как обычно, разорвать дистанцию – нет, она, пока Кроу был ошеломлён из–за последствий её атаки, бросилась вперёд.              Тот, понятное дело, так просто становиться грушей для битья не собирался, и, не глядя, вертикально взмахнул мечом, заставив племянницу слегка отступить – чем благополучно сорвал её атаку.              Впрочем, та не могла дать ему и секунды передышки, справедливо опасаясь отдавать инициативу столь грозному оппоненту – из–за чего, рискуя подставиться под удар, вновь кинулась вперёд, замахиваясь Крессент.              Рывок Руби был наивен на многих уровнях; о чём более чем прямо говорило лезвие меча, что всё же врезалось ей в плечо. Сама она, однако, пусть и не смогла уклониться, но всё же продолжила начатый удар, вонзая лезвие Крессент в бок дяди.              Но так как ни Руби, ни тем более Кроу не были новичками в использовании ауры, то и внимания они на фантомную боль не обратили – наоборот, каждый из них сразу же замахнулся уже для второго удара по оппоненту, вновь принимая на свою ауру последствия.              Хотя если сереброглазая и проигнорировала возможный урон полностью, предпочтя сконцентрироваться на его нанесении, то вот Кроу всё же пожертвовал силой удара, минимизировав, посредством частичного уворота, возможные потери.              Логичное действие, на самом деле: ведь если Руби, из–за увеличенных силами Девы запасов ауры, вполне могла пренебречь уклонением в угоду урону, то вот Кроу такой роскошью не обладал, будучи вынужденным выжимать из каждого момента максимум.              Потому и следующий шаг дяди не должен был стать для неё сюрпризом.              Как бы то ни было, ключевая часть здесь именно «не должен был» – потому что Руби умудрилась забыть о том простом факте, что сейчас их с Кроу не связывают крепкие семейные узы, не позволяющие обеим сторонам использовать грязные трюки... из–за чего та, увидев у себя под носом дуло пистолета, лишь удивлённо моргнула.              «Откуда...?!»              Однако как бы удачно Кроу не подобрал момент, это спокойно нивелировалось проявлением его племянницы – ведь стоило лишь той осознать проблему, даже не начав задумываться о её решении, как тело среагировало без участия мозга, убирая, при помощи вышеупомянутого проявления, её тушку с траектории выстрела.              И пусть из–за этого Руби была вынуждена прервать свою собственную атаку, но останавливаться она на этом не собиралась: так, выпав из проявления слегка сбоку от Кроу, та, сконцентрировав ауру в ноге, ударила, добавляя к этому ещё и частично активированное проявление.              А следующее, что увидели окружающие – это вихрь алых лепестков и отлетевшего куда–то в сторону Бренвена.              — Фьюф, — выдохнула Руби, опуская ногу. — Будешь знать, как в лицо целиться!              Но как бы эффектно со стороны этот удар не смотрелся, факт был в том, что им она практически ничего не добилась – ведь ей не повезло, и весь урон пришёлся на вовремя подставленную дядей рукоять.              Однако не всё было так однозначно: ведь пусть урон она и не нанесла, но полученная ею передышка дала сереброглазой время обдумать стратегию – потому что пусть Кроу и потерял, судя по мониторам, уже больше половины ауры, сама Руби также не осталась невредима: её аура умудрилась просесть чуть больше, чем на четверть.              И сереброглазая всерьёз начинала задумываться о том, чтобы наконец воспользоваться своими силами по максимуму – ведь Озпин, учитывая личность поставленного против неё человека, наверняка хотел узнать всё из того, на что она была способна.              И она была не против это ему показать.              Хотя, если говорить начистоту, то точку в её рассуждениях поставил сам Кроу – тот, поднявшись после своего непродолжительного полёта, нахально ей ухмыльнулся, вследствие чего глаза Руби и загорелись силой Девы.              — Хорошо, — прищурилась та, мысленно отмечая, насколько сильно, оказывается, может раздражать это выражение лица, когда оно направлено против тебя. — Хочешь по–взрослому? Будет тебе по–взрослому!              С этими словами она и подняла в сторону своего оппонента руку, выпуская в него молнию; но пусть Кроу от той с лёгкостью и увернулся, вновь попытавшись послать племяннице высокомерную ухмылку, однако мгновение спустя следом в него прилетела и пуля, точным попаданием вновь выбивая внушительный пласт ауры.              Что и стало причиной скалиться уже для самой Руби.              Тем не менее, Бренвен, пусть и раздражённо нахмурившись, отреагировал на это довольно профессионально – снова мгновенно пошёл на сближение, рассчитывая навязать снайперу ближний бой.              Но Руби уже перестала относится к этому так, как относилась к тренировкам с друзьями – теперь это был бой, который ей нужно было выиграть с минимальными потерями.              Так что в уже подбегающего Кроу сначала полетела стена огня, а уже после, наугад, и несколько острых сосулек; но в тот миг, когда младший из близнецов Бренвен всё же прорвался сквозь исчезающую завесу пламени, сереброглазой на старом месте уже не было.              А вскоре недоумённо замерший Кроу получил ещё одну пулю, которая в этот раз свободно поразила его спину.              Спешно развернувшись на месте, тот попытался найти племянницу взглядом – но единственное, что он увидел, так это уже знакомую стену огня.              Из которой в него, как и в прошлый раз, полетели острые сосульки.              — Вот же хрень, — выругался тот, уклоняясь от ледяных снарядов. — Когда она...?              И вновь его остановила пуля; хотя в этот раз она попала тому в бок.              — Чёртовы Девы, — поморщился Бренвен, бросив раздражённый взгляд на дисплеи.              И его реакцию вполне можно было понять — от поражения Кроу отделял один хороший удар, в то время как Руби всё ещё щеголяла тремя четвертями изначальных запасов ауры.              Но сдаваться он и не собирался, решив нанести напоследок хоть один сильный удар – для чего и принял защитную позу, выжидая момент. Вскоре, по уже знакомой ему методике, в него из слепой зоны была запущена ещё одна стена огня; но в этот раз Кроу лишь пригнулся к земле, моментально разворачиваясь в противоположную сторону.              И пусть такой ход позволил ему избежать как сосулек, так и пламени, благополучно пропустив обе атаки над головой – но вместо ожидаемой фигуры Руби увидел он перед собой лишь ещё одну стену огня.              Однако Кроу, будучи опытным Охотником, не растерялся – на земле он в любом случае был в относительной безопасности как от огня, так и от сосулек, из–за чего тот и проигнорировал атаки, судорожно стараясь выцепить племянницу взглядом.              И так как с трёх из четырёх сторон от него всё было скрыто стенами огня, Кроу закономерно решил сконцентрироваться на том направлении, которое для себя, по логике вещей, должен был избрать снайпер.              Не могла же Руби начать стрелять прямо через огонь, буквально вслепую, верно?              Так подумал и Кроу – но, когда ни секунду спустя, ни две та так и не появилась, он всё же почуял неладное, решив осмотреться по сторонам.              Как ни странно, сереброглазая его запинкой не воспользовалась и, казалось бы, ничего вообще не изменилось: он всё ещё был скрыт пламенем от возможного взгляда племянницы сразу с трёх сторон, в то время как четвёртая была абсолютно пуста... А мгновение спустя краем глаза Бренвен заметил под потолком неестественное белое пятно, подозрительно начавшее мигать.              Это заставило его напрячься, готовясь к неожиданностям; но вылетевшая молния оказалась быстрее реакции даже такого опытного Охотника, как он. И последние мысли Кроу были, по понятным причинам, не слишком цензурны:              «**** **** *** этих ****** летающих Дев!»              

────୨ৎ────

             — Что же, — донёсся до сереброглазой голос Оза с трибун. — это определённо ваша победа, мисс Роуз. Поздравляю.              — …Спасибо? — неуверенно отозвалась та, краем глаза окидывая поджаренную фигуру дяди взглядом. — И не должны ли мы..?              — Он поправится, — фыркнула Саммер, заметив объект интереса дочери.              Впрочем, несмотря на демонстративное пренебрежение, та всё же немедля направилась к другу, бережно начав того расталкивать.              И Руби, впервые оставшись с директором практически наедине, не могла не воспользоваться её отсутствием.              — Эй, Оз! — приветственно махнула она ему рукой, подходя ближе. — Мне… нужно будет с тобой кое–что обсудить. Наедине. Ничего, если я зайду сегодня после уроков?              Это был вопрос – но вопрос риторический. Тон сереброглазой не подразумевал отказа, звуча достаточно серьёзно для того, чтобы заставить директора слегка нахмуриться.              — Конечно, — кивнул тот, поправляя съехавшие на нос очки. — Думаю нам действительно найдётся, что обсудить.              — Отлично! — мгновенно вернулась та к привычной манере поведения, широко улыбнувшись. — Тогда я, пожалуй, пойду искать свою команду. До вечера!              — …Вы так уверены в том, что вас приняли? — вопросительно приподнял тот бровь, заставив младшую Роуз остановиться. — Мне казалось, что вы захотите хотя бы дождаться оглашения результатов.              — Да брось! — фыркнула та, по привычке продолжая обращаться к директору довольно фривольно. — Разве это не было простой формальностью? То есть – посмотри на меня! Я мало того, что сереброглазая, так ещё и Дева! Разве не очевидно, что ты в любом случае попытаешься меня завербовать?              — Это не отменяет того факта, что ваша репутация слегка… нелицеприятна, — отметил тот. — Я вполне мог бы отказать вам в поступлении, просто оставив где–то рядом, не так ли? В качестве наёмной работницы, к примеру.              — Мог бы, — согласилась Руби, задумчиво почесав нос. — Но ты же не станешь этого делать, правда? Правда ведь?              — Да, — после небольшой паузы согласился тот, пожав плечами. — Саммер не привела бы в Бикон даже свою дочь, не будучи уверенной в ваших мотивах. Я доверяю ей – и, учитывая особенность сереброглазых, принять ваше присутствие становится довольно просто.              — …Ладно, — пожала та плечами, не став лишний раз задумываться о уже решённом вопросе. — Так я пойду?              Тот в ответ лишь кивнул, отпивая из термоса. Однако, стоило лишь Руби отойти на несколько шагов, как её остановили в буквальном смысле шокирующие слова директора:              — О, и скажите лидеру своей команды, чтобы она позже подошла ко мне или Глинде, — попросил тот, сверкнув, стоило лишь Руби повернуться, линзами очков. — Нужно будет составить вам список дополнительной литературы, основываясь на результатах теоретического теста.              — О, нет… — простонала сереброглазая, под смешки подошедшей матери хватаясь за голову. — Вайсс утопит меня в литературе. Я буду буквально спать в книгах! Спать, есть, купаться…              — О, Вайсс действительно бывает немного придирчивой, — согласно кивнула Саммер, даже не пытаясь скрыть веселье.              — …Проклятье, — вновь вздохнула Руби, поняв, что от матери она сострадания после кражи плаща уж точно не дождётся. — Ну, по крайней мере Янг не будет издеваться надо мной, используя полномочия лидера. Везде есть плюсы… наверное.              И тут Саммер громко рассмеялась.              — Ты… действительно попала, не так ли? — сквозь смех выдавила та, держась за живот.              — …Почему? — подозрительно прищурилась Руби, почуяв неладное.              Впрочем, тут слово взял Озпин, окончательно руша надежды сереброглазой на спокойное будущее:              — Мисс Сяо Лонг – лидер вашей новой команды, — пояснил тот, пряча улыбку за поднесённым к губам термосом. — Хотя я не совсем понимаю вашей озабоченности возможными издевательствами; она не та девушка, что будет злоупотреблять своей властью.              Руби в ответ лишь моргнула, пытаясь осознать сказанное: в её голове фраза «не будет злоупотреблять властью» определённо не могла находиться в одном предложении с именем её сестры.              Хотя, судя по взглядам окружающих, это определённо была не шутка.              — …Я хочу домой, — сделала та единственно верный вывод, протягивая, как ребёнок, руки в сторону матери. — Забери меня отсюда.