Часть 4

Открывая глаза, я вижу знакомые лица, но такие чужие. Рассматривая суровое лицо своей сестры, я никак не могу ее признать. В ее объятьях холодно, как никогда за всю мою жизнь. Она все говорит и говорит, будто пытаясь заглушить мои собственные мысли, может, это и не могу в ней принять? Где та Сейран, что всегда услышала бы мой голос, даже если бы сама я прошептала? Она так изменилась после свадьбы? Но прошло всего лишь пара дней. Тело ноет болью, видимо отец в этот раз слишком сильно постарался. Не стоило мне входить тогда к нему с кофе. Не стоило верить матери, что все обойдется… Все мысли обрываются на вопросах врача. Имя, глупость, разве могу я забыть, кто я? Я отвечаю скорее на автомате, думая о том, как же быстро сюда приехала сестра с мужем. А потом этот же врач обрушивает на меня проклятье, не иначе. Годы. Что значит годы прошли? И стоило это произнести вслух, как и сестра, и Ферит стали говорить наперебой, даже не спрашивая, помню ли я сама все их сказки. Зять, что должен был стать мои мужем, теперь утверждает, что я сама стала женой его брата… и развелась. Я. Развелась? Это даже принять на слух невозможно. Но когда я смеюсь, они так странно смотрят. Почему они снова повторяют, что я была замужем? Почему твердо уверены, что я сама лично подала на развод и это было моим решением. Я не могла быть замужем. А если…, если все же вышла замуж, то никогда бы не развелась. Я так долго пыталась сбежать от отца, чтобы снова вернуться в его дом?! Я сошла с ума? Хотя… как знать. Если послушать Сейран, меня нашли пьяной в их дворе. Даже не знаю, что меня удивляет больше. Спиртное или бывший муж? Что же случилось со мной за это время? Я стала столько храброй или же безрассудной? Мысли рвут на части, а этот “муж” все никак не прилетит из Лондона. Какой он? Как выглядит мужчина, которого я посчитала страшнее собственного отца? Развод по моей инициативе мог означать лишь одно. Брак с ним был ещё большим адом, чем был в моем отчем доме… Но на утро, когда открывается дверь моей палаты, а Сейран снова щебечет, но благо уже не про мои прошлые решения, отщипывая семит, сидя у моей кровати, я понимаю, как сильно ошиблась. Смотря на лицо незнакомого мужчины, я вижу слишком много чувств, для него будто бы мое состояние оказалось испытанием. Я не видела такой искренней боли в глазах даже у собственной матери, как бы не были сильны мои порезы от ремней, даже видя множество синяков… Но сожаление, сменяется удивлением, стоит ему взглянуть на мое лицо, которого он очень откровенно избегал взглядом, оглядывая мое тело. Его так удивили мои раны или что? - Это кто? – слышу я его тихий шепот, когда он разворачивается к Фериту.

***

Я возненавидел больницы с детства. Но это было единственным местом, где маме было хорошо. Где я сам мог хоть на мгновение прекратить играть роли, чтобы мама не злилась, не… не ненавидела меня. Это же место было самым холодным из всех. Это же место, где каждый бросал на меня сочувствующие взгляды, убеждая, что как же мне не повезло иметь такую мать. Благодаря отцу, дом был сущим испытанием, но стоило мне попасть в больницу, и я понял, что шайтаны есть даже среди добрых людей. Тех, кто не знает силу слова. Желающих сделать доброе дело, но ударяющие в сердце и нанося в нем рану. Была бы моя воля я никогда бы не ступал в стены больницы после того, как маму выписали из нее. Так я думал. Искренне верил, ха. А теперь лечу в другую страну лишь бы ступить в эти белые стены, очищенное своими шайтанами. Слова Ферита будто проходят сквозь вату, я неосознанно ускоряю шаг, чтобы быстрее пройти эти коридоры, дойти до нужной палаты, лишь бы убедиться, что она правда здесь. Как бы я не убеждал себя, что не важно, что с ней, а сердце все равно рвется лишь бы успокоиться. Мне необходимо до безумия увидеть, что она невредима. Что память это все, что может беспокоить. Вот только… Открывая дверь и врываясь внутрь, я торможу, как вкопанный. Изящные руки по локоть забинтованные, одна из которых вообще в гипсе, она сидит, непривычно облокотившись в одну сторону, будто ей больно сесть иначе, а из-под одеяла видно шину на ноге… О, Аллах… Суна, почему ты выглядишь так? Мой взгляд блуждает по ее телу, каждый раз отмечая новую ссадину, синяк и от каждой детали мне самому больно. Да лучше быто я оказался там, где тебя нашли, лучше бы это случилось со мной. Почему, Аллах, за что ты так поступил с ней? Я чувствую ее взгляд и вдыхаю, будто перед прыжком в воду прежде, чем взглянуть на ее лицо. И… - Это кто? – я разворачиваясь к стоящему за спиной Фериту. Кто эта девушка? - Только не ты брат! – закатывает глаза Ферит, хлопнув меня по плечу. – мне и твоей жены хватает! - Ферит! – строго восклицает Сейран со своего места подле Суны, - бывшей жены. - Несущественная деталь, - хмыкает Ферит и поворачивается к Суне, подталкивая меня в сторону девушки. – это Кайя, Суна. Кайя Сонмез. Ее любопытный взгляд прожигает, улыбка, которая трогает губы мне совсем не знакома. Не осторожная, открытая, слишком открытая. Где моя холодная королева? Что за ребенок лежит на этой кровати с внешностью моей Суны?