7. Расплата

Где-то на границе между сном и реальностью мирно спящий Арсений начал ощущать, как его руки протащило куда-то вверх. Пока что рыжий не мог понять, снится ему это или происходит в действительности, однако головой он понимал, что вряд ли кто-то стащит его с кровати в своей же квартире, тем более за руки. Если уж кто и пытался будить его, намереваясь стянуть с кровати, то за ногу - так надежнее. А сейчас мозг парня решил, что тот просто сам так во сне потянулся, и не стал бить тревогу раньше времени. А зря... Спустя некоторое время ощущение волочения сменилось на подозрительное сдавливание в районе кистей, как будто кто-то пытается их вместе зафиксировать. Вот здесь уже сознание Сени почуяло неладное, и тот насильно разлепил себе веки. Поначалу глазам мешала сфокусироваться застилающая пелена из-за резкого внепланового пробуждения, однако даже так рыжий смог увидеть в нечетких очертаниях привычный интерьер своей комнаты. Значит, никуда его не волокли, уже неплохо. Проморгавшись, парень заметил подозрительное копошение где-то сверху. Откинув голову, тот с ужасом увидел своего брата, который... твою мать, он привязывает его руки к изголовью кровати!!! - СЛЫШЬ, ПОЛУДУРОК, ТЫ ЧЕ ТВОРИШЬ?! - в шоке выпалил Сеня, резким движением потянув руки на себя. К сожалению, это мало чем помогло - Денис уже успел хорошенько затянуть узел, приковав сложенные друг на друга кисти к древесине, и даже предусмотрительно обернул их какой-то мягкой тканью, дабы те не пострадали от трения веревки. Младший Синицын недовольно цыкнул - зафиксировать ноги он теперь уже точно никак не сможет. Ну да ладно, и так сойдет! Главное - следить за тем, чтобы любимый братец не сломал ему нос и не выбил пару зубов пяткой, а там он уж как-нибудь справится. - Да-да, и тебе доброго дня, Арсений. - ровным голосом протянул Дэн и, нисколько не смущаясь, сложил вместе колени брата (пока тот ещё не до конца проснулся и не очень быстро реагировал) и радостно плюхнулся на них своим задом, пригвоздив к матрасу. - Ай! Жирная ты задница! - возмутился рыжий и попытался сбить сиблинга с коленей, но тот успел неплохо так поднабрать в мышечной массе за лето, и потому сделать это оказалось уже не так просто. Кудрявый не сдержал усмешки, наблюдая за тщетными попытками старшего освободиться. Обездвижить его оказалось даже проще, чем он думал! В это время бедняга Сений пытался судорожно собразить, что сейчас такое вообще происходит. Может, он чего-то не так понял? Да нет же, всё предельно ясно: мелкий извращенец привязал его к кровати! В голове сразу зароились самые ужасные сюжеты из самых темных уголков сайтов с фанфиками. К горлу подступила тошнота. Вот чего-чего, а такого он явно не ожидал! Надо было срочно как-то вразумить этого мелкого... Набрав в грудь побольше воздуха, Синицын-старший самым низким голосом, какой только мог из себя выдавить, прокричал: - А НУ СЛЫШЬ СЮДА, СОДОМИТ! МОЯ Ж*ПА ДОЛЖНА ОСТАТЬСЯ ДЕВСТВЕННОЙ ДО САМОЙ СТАРОСТИ, ПОНЯЛ МЕНЯ?! От такого заявления ошарашенный Дениска поперхнулся слюной и в недоумении вылупился на брата: - Ты... ты за кого меня принимаешь?! Да не нужна мне твоя ж*па! - А... ну ладно. - рыжий едва не рассмеялся с уморительно-растерянной физиономии сиблинга. Да, судя по его выпученным глазам, посягать на честь и достоинство брата Дениска не планировал. Однако ситуация всё равно принимала пугающий оборот, и старший вновь пошел в наступление, - А вообще, за кого я тебя тогда принимать должен, а? На**я ты меня к кровати привязал, долб**б? Прокашлявшись, Синицын-младший натянул на себя привычное невозмутимое выражение лица и свысока (во всех смыслах) посмотрел на родственника, обдумывая, что бы ему на это ответить. Решив не накалять обстановку раньше времени, подросток спокойным тоном произнес: - Я просто хотел побеседовать. Однако этот ответ лишь сильнее разозлил прикованного: - Побеседовать, бл**ь?! А без этого шибари недоделанного побеседовать ну прям ваще никак нельзя, да?! На этот выпад младший лишь невозмутимо пожал плечами. - Я решил, что так ты будешь посговорчивее. Услышав эту фразу, Арсений спрятал злобный оскал и расслабил челюсти, пытаясь придумать, как ему действовать дальше. В целом, какая-никакая логика в действиях младшего была - если бы он просто ввалился в комнату Сени и потребовал переговорить с ним, то конопатый послал бы его на три весёлых буквы или свалил куда подальше, лишь бы не слышать нытье родственника. Видимо, случилось что-то из ряда вон выходящее, раз Денису пришлось идти на столь радикальные меры ради какого-то разговора. И, судя по всему, ему нужен был именно Арсений, ибо в противном случае он бы скорее пошел беседовать к понимающей маме или к вечно со всем соглашающемуся папе. Поразмыслив пару секунд над тем, что теоретически младшему может быть нужно, парень выдвинул предположение, борясь с прорывающимися в голосе саркастичными нотками: - Че у тебя стряслось? На деньги, что ли, встрял? - А? Не, не, со мной ничего не случилось. - Дэн поразился такой обеспокоенности, но виду не подал. Лицо Арсения вновь искривилось в злой и недовольной гримасе. - Ну тогда х**и тебе от меня надо? Всё нутро младшего уже буквально кричало: "Да приступай ты скорее к экзекуции!", поэтому он решил больше не тянуть кота за причинные места и начал активно подталкивать "беседу" к её неизбежной кульминации. - От тебя мне ничего не надо. Просто хотел спросить... ты ведь знаешь о нововведениях в школе, не так ли? Уже и без того порядком разозлившийся Синицын начал едва ли не рычать, услышав, к чему идет этот разговор. Он плотно сжал челюсти и напрягся всем телом, будто пытаясь невербально сообщить, что не хочет продолжать эту тему. - Мгм, судя по лицу, знаешь. - хладнокровно продолжил кудрявый, - Позволь поинтересоваться, что ты думаешь обо всем этом? - Я думаю, что эту х**ню придумал на голову отбитый фетишист. - В целом, я с тобой солидарен. - согласно кивнул Дэн, потому что противопоставить этому заявлению действительно было нечего, - Но ты так яростно реагируешь... может, на тебе уже опробовали эту методику, м? Не хочешь поделиться подробностями? - А может просто на х*й пойдешь? - перед глазами парня тут же пронеслись и урок физкультуры, и кабинет директора, и тот разговор под лестницей... Его, как там сейчас принято говорить? Стриггерило, во. Недоделанный палач упрекающе помотал головой и цокнул языком. - Н-да, и даже в таком положении Арсений Синицын продолжать строить из себя черт пойми что... - младший недобро зыркнул на свою жертву из-под стекол очков, - Ладно, перейдем сразу к делу. Не теряя ни минуты, подросток одним резким движением задрал футболку старшего выше пупка, оголяя напряженный живот, который после такого действия сжался ещё сильнее. Лишь в этот момент до рыжего дошло, что надо попытаться сгладить конфликт, пока не стало слишком поздно: - Так, э, погоди! Погоди, бляха! Ты же собирался просто поговорить, не?.. - На разговор ты, видно, не настроен. - Н-настроен! - обычно насмешливый голос Сени предательски дрогнул от осознания того, что с ним собираются сделать, - Что тебе нужно? Извинения? - Не утруждайся. - вновь безучастно пожал плечами Денис, - Извинения мне не нужны, как и твоя задница. Впрочем... Уже не сдерживая себя, он снова согнул палец и аккуратно погладил им подрагивающий живот возле пупка, как уже делал, пока его родственник мирно дремал. - ...другие части твоей наглой туши меня вполне себе интересуют. - Эй-эй-эй, пфх, блин, да подожди! - виновник попытался сильнее втянуть живот или дернуться куда-нибудь в сторону, однако это не сработало, и избежать щекочущего прикосновения не удалось, но зато оно придало ему сил и мотивации на дальнейшие переговоры, - Если тебе не нужны извинения, то чего ты тогда хочешь? Неожиданно рот Дениса растянулся в какой-то злорадной, не предващающей ничего хорошего улыбочке: - Я хочу тебя помучить. Больше ни в каких комментариях это заявление не нуждалось. Всё было понятно: задерганный и униженный младший решил вернуть должок в тройном размере. Он НИКОГДА так не улыбался, а значит, настроен предельно серьезно и отсупать не собирается. Старший Синицын прекрасно всё видел, а это значит, что вразумить палача притчами про "прости и отпусти" он мог даже и не пытаться. На самом деле, где-то в глубине подсознания Сеня понимал, что рано или поздно ему прилетит ответочка, однако такая?! Всё, чем сейчас была занята его голова - это подбор вариантов, как ему выпутаться из этой заварушки с минимальными потерями. Раз уж избежать расплаты никак не получится, то может хотя бы удастся договориться на что-то полегче?.. - Э... ну... окей, я могу тебя понять. - сочувственно покивал Сеня, - Хорошо. Можешь заставить меня смотреть "Битву экстрасенсов" до тех пор, пока я не откинусь от кринжа. Улыбка спала с лица Дениса, а его бровь недоуменно взметнула ко лбу. Его такое предложение совсем не впечатлило. - Ладно-ладно. Тогда можешь... э... скрести пенопласт прямо у меня над ухом. Пока родители не придут. - Да я скорее сам от такой пытки с ума сойду. - резонно подметил мститель. - Хорошо, хорошо! Тогда... - осознав, что из-за нервной обстановки не может придумать ничего вменяемого, Арсений сдался и смиренно предложил, - Можешь меня п*здануть. Со всей силы. Я не буду сопротивляться. Вот тут уже Синицын-младший по-настоящему удивился, он совершенно не ожидал от Арсения подобного предложения. Но тот, видимо, совсем уж отчаялся. Впрочем, даже после такого прямолинейного заявления Дениска никого бить не собирался. Да, положа руку на сердце, иногда у него проскальзывало мимолетное желание вломить своему мучителю так, чтобы тот отлетел в стену. Но он знал себя и отдавал себе отчет в том, что не сможет никого ударить, разве что только в целях прямой защиты или самообороны. А вот так, лежачего... ну уж нет. Арсений, бесспорно, говнюк, но вот Денис - ни разу не домашний боксер. Хотя вслух говорить об этом подросток не решился - старший и без того считал его слабаком, так что ну его нафиг. Нужно попытаться уйти от разговора любыми другими способами. - Пф. Думаешь, один удар компенсирует годы твоих издевательств? Это ни о чем. - Хорошо, ударь меня два раза. Или сколько там тебе надо. Денис понял, что его брат настроен решительно, и принялся нервно сжимать и покусывать губы. Нет, так дело не пойдет! - Ты просто хочешь, чтобы меня после такого родители в окно вышвырнули, да? Подлый план по избавлению от меня? - Ну так ты по е**лу-то не бей. - совершенно серьезно ответил Арсений, отводя взгляд куда-то в сторону и обреченно вздыхая. - Бей по ребрам, видно не будет. Ну или по стопам, там тем более никто не увидит. В груди потяжелело. Как бы сильно Денис ни злился на своего сиблинга, избивать его он не собирался, хотя тот уже явно смирился со своей участью и не возражал. В конце-концов, у младшего был план получше... и повеселее. - Ребрами и стопами твоими я займусь всенепременно. - заверил брата Дениска, - И бить их мне совершенно необязательно. Не дожидаясь реакции жертвы (чтобы тот ещё чего круче не предложил...), подросток приступил к исполнению своего обещания и стал энергично пересчитывать худые ребрышки, которые были особенно хорошо видны в таком вытянутом положении. Арсений тут же разразился хохотом. Ребра не были его самым слабым местом, но этот чертила щекотал со знанием дела: то быстро бегал от нижних ребер к верхним, то сверлил кончиками пальцев промежутки, то подключал к делу костяшки, водя ими вниз и вверх - но очень осторожно, чтобы не причинить боль. Эта легкая и аккуратная щекотка изводила даже больше, чем агрессивная! - БЛ*-ХА-ХАДЬ! ПРИ-ХИ-ХИДУРОК! ХА-ХА-ХА ЛУЧШЕ БЫ, А-ХА-ХА, ОТП**ДИЛ!!! - выкрикивал старший, пытаясь сбросить брата с коленей, но каждый раз получал в ответ лишь новую порцию щекотки. - Ну что ты, Сеня, как же я могу тебя бить? - фальшиво-встревоженным голосом пролепетал Дениска, - Я же убежденный гуманист! - ТЫ, ПХА-ХА-ХА, УБЕЖДЕННЫЙ ДОЛБА-ХА-ХА*Б!! Такого оскорбления младший не стерпел и, грозно цыкнув, запустил свои тонкие и длинные пальцы в подмышки, принявшись задорно в них копошиться. Бедняга Арсений от неожиданности поперхнулся воздухом, но через секунду уже вновь заголосил на все лады, вставляя в нескончаемый поток хохота всевозможные матюки и проклятия. А в это время Синицын-младший наслаждался своим триумфом. Это оказалось даже лучше, чем он себе представлял! Чувствительные места его изверга были такими мягкими и теплыми, что хотелось жамкать их ещё и ещё, будто игрушку-антистресс, а звук смеха заставлял непроизвольно улыбаться и тихонько посмеиваться на пару с жертвой, разгружая забитую переживаниями голову. Это работало лучше любого успокоительного и антидепрессанта! Подумав об этом, Денис убедился, что это было одним из лучших его решений в жизни. Раз старший сожрал столько его нервных клеток, то пусть теперь помогает ему восстановить душевное равновесие, всё честно! Радостно присвистнув, кудрявый на мгновение перестал терзать подмышки брата и указательными пальцами аккуратно оттянул вниз рукава его футболки. - Мгм, смотрю, ты побрился. Прям как будто для меня подготовился. - ИДИ НА Х*Й! - Не, туда я не пойду. Там ничего интересного. Я лучше пойду ещё твои подмышки помучаю, раз они сегодня при полном параде. Оттянув рукава ещё немного вниз большими пальцами, раззодоренный сиблинг продолжил мучить чувствительные ямки всеми остальными, то хаотично, то выстраивая их в один ряд и водя ими вверх-вниз, как будто граблями. По гладко выбритым подмышкам кончики пальцев скользили, как по маслу. От таких манипуляций Сеня совсем уж не по-пацански завизжал, ибо щекотало это просто люто. Лишь когда младший оставлял один указательный палец и принимался вырисовать им спиральки, у рыжего появлялся шанс о чем-то договориться: - Ме-хе-хелкий, бли-хи-хин, давай а-ха-ха как-нибудь по-другому это реши-хи-хим? Ну пожа-халуйста! - давясь смехом, пытался надавить на жалость несчастный. Не привыкший к такому вежливому обращению Денис удивленно ахнул: - Ничего себе, ты научился говорить "пожалуйста"? Поразительно! Вот видишь, как на тебя щекотка благотворно влияет? Надо щекотать тебя почаще. - НЕ НА-ХА-ХАДО!!! - Надо-надо, ещё как надо. - утвердительно покивал Дэн, опять начиная вразнобой бегать пальцами по чувствительной плоти, - Для начала утром, в обед и вечером. Если будешь хорошо себя вести, то потом будем только по утрам и вечерам. А там глядишь и одного раза в день будет хватать. Ну что, как тебе идейка? - ПХА-ХА-ХА!!! - Я знал, что тебе понравится такое предложение. Обязательно озвучу его на следующем семейном собрании. Арсений ничего не смог на это ответить, кроме протяжного визга. Ну, будем считать, что он согласен. После ещё минуты бесчеловечной щекотки подмышек Синицын-младший позволил своему брату отдышаться. Грудь его часто, прерывисто вздымалась, а кулаки нервно сжимались. Да уж, если бы Дэн не связал ему руки, они бы уже по-любому сомкнулись кольцом на его шее!.. Чуть отдышавшись, Синицын-старший злобно взглянул на родственника, намереваясь прожечь в его лице сквозную дырку своим испепеляющим взглядом. В ответ на это Дениска лишь тепло улыбнулся, глядя на бывшего мучителя с умилением. От подобного выражения лица Арсений даже на секунду растерялся, не зная, как на такое реагировать. Поймав сие минутное замешательство, младший перехватил инициативу: - Ну что? Тебе нравится наше семейное времяпрепровождение? - НЕТ! - выпалил парень и попробовал ещё раз потянуть на себя руки. Гад привязал их на совесть!.. - Эх-х-х, жаль. Видимо, придется мне получше постараться. - театрально вздохнув, Денис хрустнул пальцами и потянулся обратно к открытым щекотливым местечкам. - Нет! Бл**ь! Да не в этом смысле! - забрыкался бедолага. - НЕ ЛЕЗЬ! Когда Сеня заметил краем глаза, как руки младшего приближаются к его шее, его плечи машинально прижались к ней, стремясь защитить от посягательств. Мститель решил, что это явное приглашение к действию - наверняка он там жутко боится щекотки! Однако стоило ему провести по шее пальцами, как рот старшего искривился не в вымученной улыбке, а в напряженном оскале, и глаза плотно зажмурились. Это ясно давало понять, что ему не щекотно, а просто неприятно. - Ладно-ладно, прости, больше не буду! - палач вскинул руки, показывая, что снова лезть туда действительно не собирается. В ответ на это рыжий лишь что-то недовольно прорычал. Глядя на это обиженное создание, Денис иронично рассмеялся. Да уж, потискать шею - это страшнейший грех в сравнении с тем, что вытворял этот поганец на протяжении четырнадцати лет! - Ну-ну, не дуйся. Давай я займусь каким-нибудь более приятным местом. - проговорил младший и принялся задумчиво разглядывать торс своего пленника, вспоминая, какую же часть тела он ещё не удостоил своим вниманием. Ах, да! - А сюда можно? - будто из вежливости уточнил Дэн, поглаживая бока брата кончиками пальцев. Внятного ответа он не получил, но зато четко ощутил, как придавленные им ноги заметно напряглись. - Что же, молчание - знак согласия. Юркие пальцы тут же пустились в пляс по худым бокам. Подросток подумал про себя - как это его брат жрет за десятерых и не толстеет? Однозначно ведьмак! Неспроста он рыжий, точно предводитель ведьм. Наверное, оттого и характер такой поганенький. Мысли старшего же были заняты только тем, что он сделает с этим изувером, когда освободится. Он был ещё хуже, чем Антон Юрьевич, помноженный на два! Это был какой-то запредельный уровень садизма. И ведь он только начал... Пальцы художника монотонно скребли уязвимые бока, заставляя их обладателя смеяться и пищать всё отчаяннее. Кажется, его от этих движений даже больше торкнуло, чем от щекотки подмышек. Интересно. Ради эксперимента Денис стал почесывать бока только указательными пальцами, и это сработало ещё лучше - пленник начал вырываться активнее и кричать ещё громче. Хорошо, что в их новостройке стены с хорошим звукоизоляционным слоем - семья даже ремонт в соседней квартире едва слышала, а уж писки-визги за стенкой тем более никто из соседей не уловит. Да и, скорее всего, на работе ещё все. Главной задачей было не проморгать возвращение родителей - они такую картину точно не поймут! Самым интересным и привлекательным для Дениса местом был живот. Он на него делал большие ставки. Отчего-то тиклерская интуиция подсказывала, что это самая уязвимая область его братишки. Оставалось только окончательно удостовериться в правдивости этой теории. Прекратив мучить бока, Синицын-младший медленно потащил свои пальцы к интересующему его местечку. Почувствовав это движение, старший отчаянно взвыл. Да блин, только не туда! Только не живот! Это точно разобьет его окончательно. Вот бы оторвать противному брату руки и засунуть их ему в зад!.. Внутреннюю гневную тираду прервали осторожные почесывания, с которых Денис начал знакомство с особо чувствительной зоной. Он практически и не щекотал рыжего, скорее просто дразнил, но даже таких легких прикосновений хватало, чтобы довести беднягу до истерического хохота. - Ой, да брось ты, я тебя почти не трогаю. - заулыбался Денис, глядя на то, как старшего корежит от легчайших касаний, - Слабое место, да? Ответом младшему послужил надрывающийся, пронзительный смех, когда интенсивность щекотки стала нарастать, и пальцы начали уже не просто поглаживать нежную кожу, а нагло вгрызаться в неё, тыкая и щекоча. - Чувствительный животик, значит? Прямо как у котиков, - издевательски процедил Денис, - Жаль только, что характер и поведение у тебя, как у бешеной собаки. Ничего ответить на это Арсений не смог, потому что все его попытки что-то произнести тонули в нескончаемом потоке смеха. Старшеклассник едва успевал дышать, о каких там разговорах могла идти речь? Он мог лишь молиться про себя, чтобы это всё побыстрее закончилось. Наигравшись с большей частью живота, кудрявый сконцентрировался на жутко чувствительной коже около пупка. Ощущения электрическими разрядами расходились по всему телу некогда самого устрашающего обитателя квартиры. Сейчас же он устрашал разве что громкостью своих визгов. А оскорбленный Денис, видимо, снова вспомнив все обиды и унижения, с удвоенной силой стал чесать центр живота, хищно скалясь. Он явно вошел в раж, к огромному ужасу его жертвы. Благо, к тому моменту, когда смех рыжего уже стал становиться беззвучным от усталости, Дэн все же сжалился и, напоследок похлопав братца по животу, убрал руки и скрестил их на груди, с довольной миной любуясь на результат проделанной работы. Это была очень живописная композиция, куда более живописная, чем все его картины вместе взятые! Непослушные рыжие волосы рассыпались во все стороны, щеки покраснели не то от напряжения, не то от смущения, а сверкающие от проступивших слез голубые глаза безучастно уставились куда-то в угол комнаты. Он уже не мог ни пинаться, ни матюкаться. Тишь да благодать. - А теперь послушай сюда, Сенечка, - прошипел Денис, наклоняясь ближе к уху измученного родственника, - Ты можешь мне угрожать, можешь зажимать по углам, хочешь - можешь хоть родителям всё рассказать, я, к слову, с радостью бы на это посмотрел, хе-хе. Но имей в виду - я найду способ повторить это ещё раз, и ещё раз, и так до тех пор, пока ты не угомонишь свой сраный тестостерон. Понял меня? Я больше тебя не боюсь, сволочь. На эту гневную тираду Арсений никак не отреагировал, продолжив лежать тряпочкой, равнодушно глядя куда-то в никуда. Единственное, что его сейчас интересовало - это почему извращенные методы воспитания из школы перетекли прямиком к нему в дом. Уж здесь-то он мог бы чувствовать себя в безопасности, нет?! - Почему... именно... так? - набрав в грудь побольше воздуха, спросил старший, не меняя своего положения. Лишь его светлые глаза упрекающе уставились на сиблинга. - Почему так? - переспросил Дэн, ухмыляясь, - Ну, я просто подумал... если учителям, которые терпят тебя дай Боже сорок минут в день, ну восемьдесят в крайнем случае, разрешено прибегать к таким мерам, то почему этого не могу сделать я? Им тебя можно щекотать за любой косой взгляд, а мне за годы издевательств, значит, нельзя? Да я имею полное право измываться над тобой сутки напролет, прям как ты, да, братец? - Я тебя никогда не трогал. - парировал Сеня, пытаясь отдышаться, - Говном поливал - да, не спорю. Но физически я ничего тебе такого не делал. - Ах, не делал? - притворно-стыдливым тоном протянул шатен, - Да ну? И эти замечательные пяточки никогда меня, как последнюю шавку, не дубасили, да?! Ловким движением развернувшись в полоборота, младший Синицын со злостью провел пальцами по прижатой босой стопе. Та рефлекторно дрогнула. - Э... это не то же самое! - дернувшись, выпалил рыжий, возобновляя попытки выпутаться из чертовой веревки. - Ну конечно не то же самое. То, что делал ты - больно и унизительно. А я тебя тут всего лишь развлекаю. Вон как ты заливисто смеешься, прям как после смачного пенделя. Считай, я дарю тебе те же радостные эмоции, только тебе теперь ничего делать не надо! Даже ногой замахиваться! В этот момент Арсению ужасно захотелось хорошенько съязвить, но сил у него на это уже не было. Да и не стоило оно того: не совсем вменяемый Денис сейчас мог вытворить, что угодно, и лишний раз провоцировать его на новые выдумки было бы неразумно. - Ну да ладно, ногами мы ещё успеем заняться. - развернулся обратно Дэн, не переставая придавливать конечности своим весом, - Мы ещё с верхом не закончили. - Да в смысле?.. - разочарованно пролепетал хулиган, смотря на своего мучителя, как на некого монстра из Преисподней. Впрочем, в каком-то смысле он сейчас таковым и являлся... Ничего не ответив, младший пододвинул поближе к себе стул, который Сеня ранее не замечал. Обратив на него внимание, тот с ужасом увидел аккуратно разложенные на сидушке художественные кисти, маркеры и даже перья, Бог знает откуда взятые. Уловив ошарашенный взгляд сиблинга, Денис поспешил объясниться: - О, это нужно было для театральной постановки. Я реквизит девчонкам делал. Веера, шляпы и всякое такое. Ну и вот, что осталось... - П**дец... - только и сумел прошептать Синицын-старший, прежде чем Денис наклонился вниз и до кучи выудил из-под кровати ещё и ведерко с водой, тряпку и клеенку. Подготовился как надо, гаденыш! Смотря на это непотребство, старший молился, чтобы эта тряпка хотя бы не предназначалась для его рта. - А это, бл**ь, ещё что такое?! - Увидишь. Не буду же я раскрывать сразу все карты. - заулыбался младший брат и, взяв в руки яркое желтое перо, мигом запустил его под рукав уже порядком смятой футболки, щекоча подмышку. В сравнении с пальцами это было не настолько мучительно, но все равно достаточно щекотно, чтобы заставить старшего прыснуть и рассмеяться. Восстановив силы, тот вновь принялся ерзать, хохотать и материться. - Ты-хы-хы, па-ха-хаскуда, да чтоб тебя... и-хих... - Чем больше ты меня оскорбляешь, тем больше у меня энтузиазма, имей в виду, братец. Взяв второе перо, уже более классического белого цвета, Денис отправил его гладить другую подмышку. Когда смех затихал, он принимался энергичнее водить перьями, а затем вновь возвращался к размеренным поглаживаниям, понимая, что иначе жертва быстро вымотается, а ведь у него на этот вечер большие планы. Наигравшись с подмышками, подросток переместил перья пониже, к животу, и принялся дразнить его с левой и с правой стороны. Как бы он ни менял тактику, реакция всегда была одинаковая и, пожалуй, самая яркая. Да, это точно золотая жила. Тут будет по-настоящему щекотно, даже если не выкладываться на полную. Изумительно. Решив не откладывать самое сладкое на потом, Денис ненадолго вернул перья на место и взялся за свою дорогую беличью кисть с длинной черной ручкой. Он ею очень дорожил, потому что она была потрясающего качества. Ну, что же... для любимого родственника такой штучки не жалко. В сухом виде она слегка пушилась, что отлично подходило для того, чтобы подразнить конопатый живот ещё немножко. - Сеня, а Сеня, скажи, что хуже - перья или кисточка? И, позволяя сиблингу провести сравнительный анализ, Дэн принялся наносить невидимые мазки краски на чувствительную кожу, аки на холст. Все-таки манеру живописного письма не пропьешь, она пробивается даже в такой экстравагантной ситуации. Старший оценил мастерство братца по достоинству и рассмеялся ещё громче. - Ага, значит, кисточка все же хуже. А знаешь, чем так хороши беличьи кисти? - спросил Денис, но не получил никакого ответа, потому что его пленник продолжал неистово смеяться, - Тем, что они принимают заостренную форму, когда намокают. И, на мгновение опустив кисть в подставленное ведро, кудрявый выудил оттуда ужасающий инструмент - кисть с очень, вот прямо очень заостренным кончиком! - Это значительно помогает в акварельной живописи. Ты конечно не аквалерист, но, думаю, тебе это тоже очень понравится. И, избавив кисть от лишней влаги путем легкого нажатия на ворс, Денис занес её над животом, несмотря на громкие протесты второго участника перфоманса. Когда острый кончик коснулся кожи живота и принялся вырисовывать на нем тонкие контуры, плотину прорвало, и воздух опять наполнился звонким смехом, визгами и проклятиями. Это было самое ужасное, что доводилось чувствовать старшекласснику. Но впереди был ещё и гвоздь программы... Увлекшись "рисованием", Дэн случайно прошелся не возле пупка, а прямо поверх него. По инерции кисточка слегка провалилась и задела мокрым ворсом его стенки. Результат был... крайне результативный: такого вскрика стены этого дома ещё не слышали. На секунду в комнате повисло неловкое молчание: Денис, по правде сказать, слегка шуганулся, а Сеня тут же втянул живот и сжал губы, будто это могло спасти его от того, что должно было произойти далее. - О, а это занимательно... - НЕТ! НЕТ! ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ, НЕ СМЕЙ, НЕТ! А- Стоило беличьей кисточке лишь слегка задеть серединку живота, как комнату тут же сотрясло отчаянным воплем, а когда заостренный ворс проник внутрь и принялся наглаживать пупок, голос парня окончательно сорвался и стал похож на крик раненой чайки. Денис посчитал, что это безоговорочная победа. Подразнив это замечальное место ещё с минуту, Дэн великодушно вытащил свой художественный инструмент и положил его обратно на стул. Во-первых, не хотелось распушить ворс, а во-вторых, где-то в глубине души ему было все же жалко члена своей семьи. Ну так, немножечко. Совсем чуть-чуть. Где-то о-о-о-очень глубоко. На уровне Марианской впадины его души. Восьмиклассник ещё разок сочувственно похлопал пленника по животу и ловко развернулся к его стопам, перемещаясь с коленей на лодыжки несчастного. - Гни-хида... - Самокритично. Понимая, к чему идет дело, рыжий попытался выдернуть ноги из-под младшего, но сил ни на что уже не хватало. Щекотка выжала из него всю энергию и всю злость - ему попросту не хватало дури, чтобы эффективно брыкаться, и потому мучитель остался крепко сидеть на своем месте. Отчаявшись, конопатый попробовал сменить тактику: - Денис... - парень навострил уши, поскольку ему было очень непривычно, что брат называет его по имени, а не нарекает какой-то дурацкой кличкой, - Прекрати, пожалуйста. Серьезно. Я всё понял. Больше тебя и пальцем не трону, ладно? Только прекрати... - А ты сам-то хоть раз прекращал? - посмотрев через плечо, буркнул кудрявый, - Ты когда-нибудь останавливался, когда я тебя просил? По-моему, только когда тебе самому надоедало, или когда появлялись лишние свидетели, которым не нужно было знать, какой ты на самом деле засранец. Арсений приоткрыл рот и втянул побольше воздуха, но так и не нашел, что ответить. Воздух резким хлопком вылетел обратно, когда он понял, что действительно, сам никогда не шел на уступки и не проявлял милосердия. В груди всё сперло. Ответить было нечего. - Поэтому будешь терпеть, пока мне не надоест. В абсолютном молчании подросток схватил большие пальцы обеих стоп, дабы они не могли прикрывать друг друга, да и в принципе как-то особо шевелиться. К горлу подступил ком, а сердце стало учащенно биться - фобия давала о себе знать. Но ничего. Денис уже твердо решил посмотреть своему страху в глаза... ну, или в ноги, в данном случае. "Не переживай, он уже тебе ничего не сделает. А вот ты ему сделаешь, и ещё как..." Следующие десять минут прошли очень и очень продуктивно. Сначала мститель хорошенько обработал стопы жестким серым пером, особенно ему понравилось щекотать им серединки, а также места под пальцами и между ними. Вопли от этого были ну очень вдохновляющие. Затем живописец прошелся по тем же местам сухой беличьей кисточкой - тоже весьма недурно. Для сравнения взял синтетическую кисть со скошенным ворсом, а также веерную - первая хорошо подошла для мелкой работы наверху, возле пальцев, а вторая отлично вписалась в серединку стопы и весьма бодро гладила пятки. Наконец, решив, что он готов, Дениска рьяно вцепился в подошвы уже своими руками - он бы никогда не подумал, что они окажутся такими мягкими и приятными. Когда у многих других стопы с подросткового возраста уже начинали грубеть, у этой пубертатной язвы они по-прежнему оставались ухоженными, как у ребенка или очень молодой дамы. Не, ну точно ведьмак, других объяснений нет! Как можно было понять, для самого ведьмака эти десять минут были сущим адом. Он уже успел возненавидеть и этого отвратительного Дениса, и себя, за то что издевался над этим отвратительным Денисом, и своих родителей, за то что те работали и оставили их наедине в этой камере пыток, и сморивший его сон, из-за которого тот попал в такое грустное положение... Вот был бы он в сознании, этот ушлепок огреб бы по самое не хочу при первом же приближении! Хотя... Сеня всё равно не смог бы всегда держать глаза открытыми, да? Мелкий мог бы его в любое другое время подловить, было бы желание... а желание было! А вот у старшего было лишь одно желание - свалить отсюда к чертовой бабушке!!! Если бы только можно было развязать эти гребаные веревки... В редкие секунды передышки Арсений откидывал голову назад и пытался разглядеть узел на изголовье. Просить мелкого о пощаде бессмысленно, это он уже понял, так что лучше попытаться спасти себя самостоятельно. Да и не мог же этот профан завязать такой узел, который невозможно было бы развязать? Ну точно нет. По-любому где-то можно подцепить край узла и развязать его. Вот только где? После того, как пальцы вдоволь натанцевались на порозовевших от пытки ступнях, младший повернулся обратно к стулу и забрал оттуда черный маркер. - Не волнуйся, он водорастворимый. "Бл**ь, меня это сейчас еб*т меньше всего" - подумал про себя Синицын-старший, продолжая упорно разглядывать веревку в поисках слабого места. И, кажется, он его нашел... часть узла от резких дерганий слегка выбилась из общей массы. Возможно, удастся всё же как-то её подцепить... - Давай-ка мы с тобой вспомним все те чудесные прозвища, которые ты мне давал. - прервал размышления старшего Денис, - Ну-ка помогай... - Придурок! - машинально выпалил парень, не оставляя попыток освободить руки. - Во, да, придурок. Так и запишем. Отложив в сторону крышку маркера, Дэн пересел спиной к стене, к которой примыкала кровать, зажал замученные ступни между своих коленей и начал медленно выписывать загаданное слово на правой стопе, придерживая пальцы, дабы те не прикрывали "полотно". От этих ощущений Арсений выгнулся дугой - это было дикое, пронзающее всё тело чувство щекотки, которое невозможно было игнорировать. Он вновь зашелся в истерическом смехе, мигом позабыв про свой план побега. - При... ду... рок. Ага, получилось. - довольно кивнув головой, художник хитро взглянул на раскрасневшееся, измученное лицо брата, - Какое будет следующее слово? - Иди нахрен... - прошептал собеседник, зарываясь лицом в свое плечо. Ему не хотелось видеть эту наглую, мерзкую физиономию. - Хм. Ну ладно, тогда я сам вспомню. Что же у нас ещё было... Хм, точно! Имбецил! Следом за "имбецилом" на правой стопе оказались увековечены такие замечательные слова, как "ублюдок", "урод", "дебил" и конечно же самое любимое "отродье". - Ого, как быстро у нас закончилось место. И как хорошо, что у нас есть ещё вторая нога! Со стороны изголовья послышался разочарованный вой. - Вот знаешь, Сеня, я же вообще не матерюсь, - прижав руку к груди, начал Дениска, - но сейчас придется! Потому что слова в моей памяти остались только матерные. Что там у нас было... хм... ага. Ху*ла. Тонкий фетровый стержень снова заскользил по мягкой коже, выписывая на ней кривоватые буквы одну за другой. К этому невозможно было привыкнуть, каждое движение маркера ощущалось как удар по голым нервам. - Так, что ещё... Выбл*док. У**ище. На этот раз писака сильно размахнулся, и крупные буквы быстро заполнили всё свободное пространство. - Ладно, кажется, пришло время освободить место для новых записей. Развернувшись обратно спиной к брату, шатен одной рукой приподнял ноги за пятки, а другой протянул под них приготовленную заранее клеенку. Поначалу Сений не вдуплял, а для чего вообще нужна эта клеенка, но сейчас, кажется, он начал догадываться, что к чему... - Ну-с, приступим. Смочив одной рукой лежащую на полу ткань и хорошенько выжав её, Денис опять схватил большие пальцы ног и держал их вместе, чтобы они не мешали умыванию. Смоченной тряпкой же он начал вымывать чернила с кожи, сопровождая это всё ужасно щекочущими движениями пальцев. Особенно старательно он чистил промежутки между пальцами стопы, на которых, на минуточку, вообще ничего не было написано. Видимо, ему было принципиально важно обработать вообще всё. Стараясь не обращать внимание на собственные крики и визги, рыжий наконец смог разглядеть вылезший из узла кончик веревки. Он мог либо моментально развязать ему руки, либо затянуть их ещё сильнее, но второй исход его нисколько не пугал, если хоть какую-то вероятность имел первый... Поймав момент, когда младший перестал терзать его стопы, Сеня подтянулся к концу веревки, схватился за него зубами и... - Ладно, продолжим нашу летопись. - спокойно произнес Дэн, вытирая ступни сухим краем ткани и затем выбрасывая её вместе с клеенкой обратно на пол, - Что ещё мы не... Монолог резко оборвался, как только младшего грубо схватили за плечи, толкнули на кровать, подмяли под себя и навалились сверху всем телом. Всё, что он успел сделать - это снять с себя очки и вытянуть их вперед, потому что иначе их бы вдавило прямо ему в лицо. Неприятно, мягко говоря. Непонятно, откуда у запыхавшегося старшего нашлись такие силы, но он буквально вдавил младшего в кровать, не позволяя тому пошевелиться ни на миллитиметр. Со злости он сильно сжал плечи брата, но тот не подавал виду, что ему больно - не хотел злить ещё больше. Увидев, что со стороны мстителя не идет никакого сопротивления, Арсений все же перестал давить на него всем своим весом, выпрямился и сел на кровати, продолжая прижимать сиблинга к матрасу за загривок. - Ещё раз, с*ка, притронешься ко мне - убью. Прижатый подросток смог лишь согласно промычать, потому что боялся, что молчание примут за неповиновение. Когда его шею всё же отпустили, он поспешил сесть на краю кровати, надеть обратно свои очки и отвести взгляд в сторону. Смотреть в глаза старшему было стыдно. А тот продолжал прожигать его взглядом, словно врага народа. - Че, фантазию свою воплотил, фетишист е**чий? От такого выпада младший Синицын сгорбился и густо покраснел. - Я никакой не фетишист. Я использовал узаконенные теперь методы. Раз их теперь даже в школах используют... - Ага, да, п*зди больше. До такой х**ни никто в здравом уме бы не додумался! - Сеня грозно махнул рукой в сторону стула, - Или ты у нас просто дох*я креативный, а? Не придумав, что на это ответить, младший стыдливо поджал губы и сцепил руки в замок. Просидев в таком положении пару секунд, Денис вдруг почувствовал, как внутри него вновь разгорается праведный гнев. Это он его ещё отчитывает, значит? Да неужели? - А ты тоже был весьма креативен в своих "комплиментах". - ответил Дэн, разворачиваясь в сторону сиблинга и начиная в ответ тоже буравить его недобрым взглядом, - Что скажешь в свое оправдание, садюга? Удовольствие получаешь, принижая других, да? Теперь уже Арсений нервно поджал губы, не зная, что и возразить. - Что я, блин, такого страшного тебе сделал? Родился? Так это даже не моя идея была! - разошелся Синицын-младший, - Я никого не просил меня рожать! И меня никто не спрашивал! Если бы меня спросили, я бы сказал, что ни за что не хотел бы в такой семье родиться, подселите мою душу лучше к семье бомжей! Это была идея наших родителей! Если я тебе так жизнь отравляю, чего ты им не выговариваешь свои претензии? Если бы они не захотели, меня бы не было, корень всех твоих проблем не я! - Ой, только посмотрите, какая бедолага, - не растеряв своей былой надменности, ответил старший, - Прям настолько тебе плохо! Это ведь не с тобой родители всегда носились, как с хрустальной вазой, да, маменькин сынуля? От возмущения младший чуть не прикусил свою губу. - В смысле "носились, как с вазой"? Ты о чем вообще? Да им на меня плевать глубоко, это тебя оберегают, как не пойми кого! Услышав это заявление, рыжий рассмеялся во весь голос, но быстро затих, потому что его щеки все ещё горели, а грудная клетка ныла от напряжения. - Ну конечно, Денисочка, ты у нас главный страдалец. Так им на тебя пох*ю, так пох*ю! - Да! Иначе они бы уже давно среагировали на мои просьбы о помощи, тебе так не кажется, нет?! Тут уже Арсений окончательно притих и недоуменно уставился на брата, давая понять, что не конца въезжает, о чем речь. - Ты думаешь, я всё это время молча проглатывал всё, что ты вытворял? - А че, нет, что ли? - Нет, прикинь! Я мазохизмом не страдаю! В помещении повисла неловкая пауза. Слышно было лишь неровное дыхание обоих собеседников, которые явно не до конца понимали друг друга. - Я с детства говорил о том, что я, блин, боюсь находиться в своей же квартире. - Денис принялся вытирать очки о простыню, не зная, чем занять свои руки, - Сначала папе. Он такой - ну, сына, ты же мужик, давай сам разбирайся! И пофиг, что тебе три года, отращивай броню и давай в бой, че тупишь. Потом я сказал маме. А она... у Сенечки просто такой характер, найди к нему подход! Ну да, в четыре года я уже был психологом высшего разряда, действительно! И она отвечала так каждый раз - подстраивайся, привыкай, терпи. Как будто я, блин, железный. Потом я уже перестал им говорить. Им же насрать абсолютно. Главное, чтобы Сенечке было хорошо! А этот, ну как его, очкастый, перебьется. Дунув на стекла, Денис надел их обратно на переносицу и устало посмотрел на родственника: - Вот скажи, тебе хоть кто-нибудь из них что-то говорил? Типа, ну... хватит травить брата, сыночек? Призадумавшись на пару секунд, рыжий помотал головой и подтвердил нехорошие догадки сиблинга: - Не-а, мне ничего не говорили. Я ещё думал, а че ты терпишь-то? Значит, всё устраивает, че. - Не устраивает. - резко ответил младший, - У меня просто выбора не было. Родителям пофиг, тебе тем более. Куда мне ещё деваться? В органы опеки? А-а-а, помогите, я живу в богатой семье и мне ни в чем не отказывают, но старший брат меня обижает, а-а-а-а спасите! Так, что ли? Старший почувствовал, как в его груди начало неприятно пощипывать чувство вины, и ему это не понравилось. Решив затолкать совесть куда подальше, Сеня стал перетягивать одеяло на себя: - Вообще-то у меня другая версия событий. Про тебя хотя бы, блин, помнили! Болячки твои детские по кругу лечили, праздники-х*яздники, все дела. А я чуть гайморит себе не заработал, потому что любящие родичи решили, что я не болею, а придуриваюсь. Ну правильно, этот рыжий хрен болеть же не может! Не удивлюсь, если бы они меня с открытым переломом в школу отправили. А один раз они вообще про мой дырэ чуть не забыли, вот это была красота! - Когда это такое было? - настороженно уточнил Дэн, решив, что это звучит как-то ну совсем уж неправдоподобно. - Лет в шесть или семь, точно не помню. Подслушал разговор на кухне - они обсуждали, как им за два дня всё организовать и гостей созвать, а то они же чуть не прошляпили День рождения своего... как там этого х*я зовут? Ах, да, Арсения. Синицын-младший с ужасом понял, что Сеня не врет - такое действительно было, когда старший учился в начальной школе, а младший ещё ходил в подготовительную группу. Обычно все их Дни Рождения отмечались с размахом, в хороших детских кафе, с профессиональными аниматорами. Но в тот год праздник отмечался дома, в компании близких. Родители на удивленные вопросы мелкого пояснили, что они приняли решение отметить этот День Рождения скромно. Они - это, как полагал тогда ребенок, мама, папа и Арсений. Но, видимо, Арсения в тот раз никто не спрашивал. - Блин, это действительно жесть... - согласился кудрявый, - Но, может, это из-за того, что они в тот год похоронили бабушку и дедушку? Если я правильно по времени помню, конечно... Типа, ну, замотались... - Нет, я конечно всё понимаю, но мы вроде бы Дни Рождения не каждую неделю празднуем, не? Можно же что-то придумать? К тому же, если ты забыл, у нас с тобой обоих Дни Рождения в ноябре, и почему-то к твоему они подготовились вполне основательно. - Ну... потому что он позже? И времени было больше... - попытался оправдать родителей младший, но он и сам понимал, насколько притянуто за уши это звучит. - Ага, ну или просто любимка-Денисочка у них в приоритете. - пожал плечами Сений, - А вообще... хватит сопли жевать. Сейчас я выкачу такой аргумент, который ты никак перебить не сможешь. Денис напряженно приподнял плечи, готовясь услышать нечто сокрушительное. - Перед введением всей этой... гадости в школе, родителям давали подписывать соглашения. - Соглашения? Они, блин, сами на это согласились? - удивленно выпалил Дэн, на что старший раздраженно шикнул: - Да ты, бл*, дослушай! Так вот, родители могли или разрешить применять к своему ребенку эту х**ню, или запретить. На тебя подписали отказ, то есть тебя никто из учителей не имеет право трогать. В воспоминаниях тут же всплыло необычное поведение физрука - ко всем из класса он чуть ли не подскакивал, а его обходил стороной. Всё встало на свои места. - Ну, на тебя ведь тоже написали отказ, да? Написали же? Да?.. По озлобленному взгляду старшего Денис понял, что в его соглашении подчеркнули совсем другие слова. - Вот же блин... А почему так? Это реально несправедливо! Ты конечно тот ещё чудак на букву м, но мы же оба их сыновья... значит, должны быть равны... - В теории да. На практике, как видишь, ни**я подобного. Комната опять наполнилась неловким молчанием. Каждый думал о своем, не зная, как продолжить этот тяжелый разговор. Лишь когда в душе Дэна вновь разлилась горькая обида, он нашел в себе силы спросить Арсения прямо в лоб: - Слушай, ну это всё ужасно, я не спорю. Но всё, о чем ты говоришь - это косяки родителей! Почему за них огребаю я? Что я-то не так сделал?! А Сеня по-прежнему молчал. Лишь посмотрев на эту ситуацию со стороны, в отрыве от своих эмоций, он осознал, насколько же это было тупо. Мелкий и вправду был здесь не при чем, ему доставалось лишь за то, что он был младше, слабее и ближе. Эдакая груша для битья, которая всегда под рукой. - И если уж так посмотреть, то и я нифига не любимчик. - продолжил парень, - Меня никак не защитили. Всем было плевать. Хочешь сказать, что так поступают с любимыми младшенькими? Почувствовав облегчение от того, что он выговорился, старший Синицын принял более расслабленное положение, сев в позу лотоса, и вернул себе привычный издевательский тон: - Н-да, Дениска. Похоже, мы с тобой оба - жертвы неудачного аборта. - Вот спасибо, братиш, поддержал так поддержал! - в той же манере ответил младший, обиженно надувшись. Он ему, значит, всю душу открыл, а этот говнюк!.. - Ладно, если серьезно, то твоя ситуация тоже п**дец. - понимающе протянул рыжий, слегка покачиваясь, - Я бы на твоем месте сидел в не меньшем ах*е. С одной стороны родители "великие слепые", а с другой стороны агрессивный у**ан. Неудивительно, что ты такой пришибленный вырос. - Да, спасибо тебе, блин, большое! - Денис думал, что ему станет легче после того, как он выскажет в лицо обидчику всё, что накопилось, однако его внутренняя злоба лишь сильнее раскалялась, когда он смотрел на эту конопатую рожу, не обремененную муками совести. На душе как будто стало даже ещё гаже, чем раньше. С трудом проглотив образовавшийся в горле нервный ком, младший хотел уж было свалить обратно в свою комнату, прихватив инструментарий, и никогда оттуда больше не высовываться, как тут... - Эх. Ладно. Наверное, тебе это сейчас как слону дробина, но тем не менее... извини за всё. От шока кудрявый замер, как статуя, и вытаращил свои серо-голубые глаза на брата. Что-что? Ему сейчас не послышалось? - А... э... в смысле?.. - Ну, бл*, я реально вел себя, как последний у*бок. - старшеклассник выпрямил ноги и придвинулся ближе к краю кровати, где сидел его родственник, - В детстве мне казалось, что все проблемы из-за тебя, типа это ты всё внимание родителей забрал. А потом я уже просто вел себя по-му**цки по инерции. Это не имело никакого смысла, я просто спускал на тебе пар, потому что мог, и это х**во. Я про твое состояние вообще не думал. Так что... прости за то дерьмо, что я на тебя вываливал. Вообще-то, я не думаю, что ты конченный. Ты нормальный пацан, в отличие от меня, хах. Маман постоянно говорит, как тобой гордится. И рисуешь ты классно. Глаза Дениса подозрительно сощурились: - Классно? Стебёшься?.. - Не, правда. Всё, что я тебе говорил - х**ня из-под коня. Не думал, что когда-нибудь буду тебе в этом признаваться, но... мне просто было завидно, что ты такой рукастый, а я ни**я не умею. Даже рисую через ж*пу. Что ни нарисую - получается х*й, а у тебя прям сраная Третьяковка, чтоб её! - Не, ну это ты преувеличиваешь... - сдувшийся мститель смущенно потер шею и отвернул голову, намереваясь скрыть покрасневшие щеки - И... Ну... Я твои работы, правда, не видел, но уверен, что всё было не настолько плохо. - Да, всё было ещё хуже, чем ты можешь себе представить, - рассмеялся старший, - Даже когда портрет рисовал на День матери, там и то вместо носа получился огромный х*й. Младший не сдержался и рассмеялся вместе с ним: - Эх, ты, а ведь если бы нормально со мной общался, я бы тебе с ИЗО подсобил! - Ну а х*ли уже сделаешь. Тройбан заработал, и на том спасибо! Перекинувшись ещё парой смешков, братья неловко переглянулись. Блин, а ведь реально - если бы они поговорили раньше, может, их детство было бы куда менее стрессовым. Да, их родители косячили. Сильно косячили. Но если бы у них обоих была поддержка в лице друг друга, может, им было бы проще справиться с этим... Однако время вспять уже не повернешь, ничего не попишешь. Оставалось только смириться и жить дальше. - Ладно, в общем... ещё раз извини. Ты ни в чем не виноват. Это я м*дак. Услышав заветную фразу "Ты ни в чем не виноват", Денис понуро опустил голову. Это то, что он хотел услышать все свои четырнадцать лет. Не "Найди подход", "Поищи проблему в себе", "Научись не принимать близко к сердцу", "Подумай, чем ты мог это спровоцировать?", а простое человеческое "Ты абсолютно нормальный. Просто плохие вещи иногда случаются. Это не твоя вина". Он так хотел, чтобы ему это сказали родители, которым он намекал на нездоровую обстановку в семье, или учителя, которым он тоже пытался сообщить, что у него не всё в порядке, а родителям плевать... Однако, какая ирония, он услышал эти слова от главного виновника своих психотравм. Это было настолько смешно, что аж грустно. Горло снова сперло, а уголки глаз предательски налились тяжестью. - Э-э-эй, только не говори, что ты реветь тут собрался! Денису хотелось ответить что-то вроде: "Не-не, ты что, тебе показалось", однако он боялся, что у него сейчас по закону подлости дрогнет голос, и это будет полное фиаско, поэтому стыдливо промолчал, не поднимая головы. Так, вспоминаем техники быстрого успокоения: считаем до десяти и обратно, один... два... три... - Ой, бл*, иди сюда, плакса. До того, как мелкий успел что-либо предпринять, его плечи вновь крепко обхватили, но уже не настолько болезненно, как в первый раз. Он поначалу испуганно застыл, подумав, что его сейчас опять придавят, но больше ничего не произошло. Объятия Арсения были крепкие, даже очень, ещё чуть-чуть - и будет уже больно, но, благо, в обнимашках, в отличие от всего остального, он знал меру, и потому больно не было. Осознав, что всё-таки только что произошло, Дэн облеченно вздохнул и уткнулся в плечо старшего брата, обнимая его в ответ за торс. Ладони младшего оказались на ребрах, которые тот всего полчаса назад жестоко терзал, и ему опять стало стыдно. Блин, ну рыжий по итогу оказался не таким уж и плохим человеком... может, не стоило... - Ты тоже меня извини. - тихо проговорил Синицын-младший, слегка повернув голову к уху сиблинга - Я ничем не лучше тех извратов, которые насрали в устав нашей школы. Я больше никогда подобного не выкину. Мне охренеть, как стыдно. - Да ладно, хрен с тобой. - также тихо ответил Сений, успокаивающе похлопав брата по спине, - Другие на твоем месте начали бы с расстрела или расчленения, а это я уж как-нибудь переживу. Подросток расслабленно выдохнул и уткнулся обратно в крепкое братское плечо. Кто бы мог подумать, что эти двое когда-то будут вот так тепло обниматься. Кто бы им пару лет назад сказал - не только не поверили бы, но и обругали того, кто посмел им подобную чушь озвучить. А сейчас... а сейчас плевать. Им спокойно и хорошо. Это главное. Вот только когда замочная скважина входной двери заскрипела, братья отскочили друг от друга, как будто на них кто-то сверху вылил ведро воды. Это с работы вернулись родители. - Мы должны прямо их обо всем спросить! - решительно выпалил Денис, подтягивая очки ближе к переносице. Арсений явно не разделял этого боевого настроя: - Э-э-э... прям вот сейчас? Может, потом как-нибудь?.. - Когда потом? Потом мы забьем и забудем. Так ты хочешь узнать, почему они на тебя разрешение подписали, или нет? Черт, а этот мелкий умеет надавить на больное место! Конопатому ничего не оставалось, кроме как подчиниться. - Окей, окей, спросим сегодня. Дай только жвачку достану, а то горло пересохло от твоей мсти, знаешь ли. Едва перебирая затекшими конечностями, Сений кое-как доковылял до своего рюкзака и, с таким же трудом присев, вытащил из кармана заветную упаковку. Внимательно присмотревшись, тот настороженно нахмурил брови и упрекающе протянул: - Так, погоди... ты что, ещё и жвачку у меня под шумок стащил, засранец?! - А... Э... Сеня, давай чуть позже это обговорим, ладно?..