Часть 2. Ярость и возмездие.

Ночь стояла темная, но теплая. Лунный свет едва пробивался сквозь листья деревьев, окружающих лагерь. Элис лежала в гамаке, глядя на колышущиеся тени на потолке хижины. Сон никак не шёл. Мысли в голове крутились настырными комарами. Всё, что произошло за последние дни, не давало ей покоя: этот странный лабиринт, жуткие сны, которые оставляли после себя ощущение холодного ужаса. А еще — неведомое будущее, полное неизвестности. Элис хотела бы просто встать и начать действовать. Но как? С чего начать? Никто из парней, с которыми она оказалась в этом странном месте, не знал, как отсюда выбраться. А ей, кажется, и вовсе доставалось больше всех: и непрошеное внимание, и опасность. Стукнув кулаком по тонкому одеялу, она приняла решение. Вставать. И разбираться со своими мыслями на свежем воздухе. Элис тихо приподнялась, аккуратно свесила ноги с гамака, чтобы не потревожить его скрипом. Рядом, в соседнем гамаке, отдыхал Ньют — парень, который теперь, как ей заявили, «охраняет ее». Она усмехнулась про себя. Наверняка ему всё это быстро надоест. Характер у нее был скверным. Поправив волосы, слегка растрепавшиеся после сна или того, что им можно было назвать, она на цыпочках направилась к выходу из хижины. Холодный пол приятно бодрил ноги, а легкий шум ночного леса около лагеря манил. Но стоило ей приблизиться к выходу, как раздался сонный голос: — Ну и куда мы собрались? Блять… Проснулся. — Я по делам, — на автомате солгала она, повернув голову в его сторону, но так и не сделав шага вперёд. Парень поднялся, потерев лицо рукой. Его голос звучал хрипловато, что придавало ему неожиданную серьёзность и каплю… чего-то сексуального: — Какие у тебя могут быть дела ночью? Элис прищурилась, обдумывая ответ. Врать дальше или сказать правду? — Невероятно важные, — уверенно бросила она, решив идти до конца. Но Ньют только тихо вздохнул. — Блять, Лис… Она вздрогнула. Лис? Это он её только что назвал Лисой? Или это сокращение имени? — Ньют, расслабься, — произнесла она, с трудом скрывая то, что ей понравилось его прозвище. — Я ненадолго. Ничего не случится. Парень сел в гамаке, скрестив руки на груди, и прищурился, словно проверял её на честность. — Напомнить тебе, что было в последний раз, когда ты одна куда-то вышла? Элис неохотно вспомнила тот случай с Галли. Задиристый парень, который пытался изнасиловать её морально и физически, а потом решил устроить что-то вроде «охоты». Мудак. — Неужели Галли поджидает меня прямо сейчас на улице? — усомнилась она, хотя понимала, что он так легко не отступит. — От него можно ожидать всего, что угодно, — Ньют наклонился вперед, глядя на неё серьёзным взглядом. — И даже если не он, то кто-то другой. Элис нахмурилась. — Ты единственная девушка на полсотни парней, Лис. Не забывай об этом, — добавил он, его голос звучал устало, но настойчиво. Девушка задумалась. Она могла бы продолжить спорить, доказывать, что справится сама, но в глубине души знала: он прав. Хоть она и не собиралась полностью соглашаться, вопрос вырвался сам собой: — А ты всегда такой упёртый? Ньют усмехнулся, но ничего не ответил. Элис отвернулась, слегка улыбаясь. Спорить дальше не имело смысла. Она некоторые время молча стояла, глядя на полуоткрытую дверь. Свежий ночной воздух манил её, но тяжелый взгляд Ньюта, прикованный к ее спине, словно приколол ее к месту. — Ну, и что ты там задумала? — голос парня прозвучал спокойнее, но всё ещё сохранял оттенок настороженности. Элис вздохнула, не оборачиваясь. — Просто хотела подышать воздухом. Мне не спится, — её голос звучал ровно, хотя внутри всё кипело. — Здесь душно. — Ладно, — Ньют неожиданно легко сдался. — Только я иду с тобой. Элис резко развернулась. — Зачем? Парень пожал плечами, вставая с гамака. — Ты же знаешь зачем. Если хочешь выйти, то не одна. Она стиснула зубы, чувствуя, как в груди нарастает раздражение со смесью чего-то до сих пор непонятного ей самой. Почему он такой упрямый? Почему она вообще должна его слушаться? — Ньют, это смешно. Я же не ребёнок. Парень внимательно посмотрел на нее, его лицо стало серьёзным. — Ты единственная девушка здесь. Никто не знает, как всё может повернуться в глэйде полном парней. Я не могу постоянно тебе это повторять. Элис отвернулась, чтобы скрыть, как вспыхнули ее щеки от его слов. — Ты слишком все усложняешь, — буркнула она, направляясь к двери. Но Ньют уже был рядом. Он легко перехватил её руку, не давая сделать и шага за порог. Потянул на себя. Элис не ожидая такого, по инерция прижалась к нему. — Ты права, я усложняю, — тихо сказал он и наклонился ближе к её уху. Его горячее дыхание коснулось её шеи, — Но и тебе стоит отнестись к этому намного серьезнее. Элис замерла, ошеломленная его поведением. Она подняла взгляд на него, но он неотрывно смотрел ей в глаза. В темноте ночи, они красиво блестели. — Ладно, — пробормотала она после короткой паузы. — Пошли. Он отпустил её. Элис, почувствовав пустоту, а не его ахуительно-горячее-дыхание рядом, пожалела. Хотелось чтоб они остались так стоять. Хотя это не правильно. Ни черта тут не правильно! Она шагнула за порог, чувствуя за спиной его присутствие. Ночь встретила их прохладой и негромким шумом леса. Где-то вдалеке перекликались птицы, а лёгкий ветер шевелил траву у ног. — Скажи, Ньют, — вдруг нарушила тишину Элис. — Тебе вообще не надоело еще меня опекать? Уже второй день следишь за мной, как за маленьким ребенком. Парень улыбнулся уголком губ, но в темноте его выражение лица читалось плохо. — Не знаю. Пока не надоело. Прошло слишком мало времени, чтоб ты мне надоела, — его лица не было видно, но девушка почему то подумала, что он сейчас улыбается, — вот к примеру парни меня уже знатно подзаебали. Элис фыркнула, но ответила с легкой насмешкой: — Надеюсь, тебе хватит терпения и на меня. Ньют остановился, посмотрел на нее и вдруг серьёзно произнёс: — А ты попробуй не залезть в лабиринт или не встрять в очередную авантюру. Тогда, возможно, мне станет легче. Элис нахмурилась, но в его голосе не было упрека — только тихая…забота? Она не могла понять. — Знаешь, — сказала она, чтобы разрядить странное напряжение. — Может, тебе действительно не стоит за мной смотреть, а свалить это на кого нибудь другого? Ньют коротко рассмеялся. — Не дождёшься. Элис отвернулась. Она не смогла сдержать улыбку. Не хотелось, чтоб он её видел. В этой странной, непонятной обстановке его настойчивое присутствие почему-то успокаивало. Проходя мимо таких же домиков, в которых жили и они сами, вдалеке удалось разглядеть двух человек сидящих возле костра. — Кто так поздно не спит? — не задумываясь произнесла Элис. Ньют повернулся в её сторону и засмеялся. — Похоже ты вошла в это число. Девушка улыбнулась. — Пойдем к ним, я знаю кто это, — произнес парень, и не дожидаясь ответа, пошел в их сторону. Элис поторопилась вслед за ним. Уже ближе, подходя к костру, девушке удалось разглядеть их лица. Где-то она видела лицо одного… Уж до боли знакомым ей оно казалось. — Ньют! А ты чего не спишь? — спросил с улыбкой парень азиатской внешности. — Встречный вопрос, Минхо. Элис взглянула в глаза парню, что был рядом с Минхо. Голова начала кружиться и она стала лететь на землю. За секунду до падения, девушку успел поймать Ньют. — Томас… — последнее, что она успела прошептать.

***

— Элис? Элис! — голос Ньюта звучал встревоженно, но будто издалека. Глаза девушки с трудом открылись. Размытые силуэты склонились над ней, а знакомое имя всё ещё эхом отдавалось в голове. Томас… — Ты в порядке? — Минхо выглядел настороженным. Элис попыталась кивнуть, но тело не слушалось. Вместо этого она прошептала: — Он… Томас… Все переглянулись. Ньют сжал руку Элис, помогая сесть. — Ты знаешь его? — его голос был осторожным. Девушка повернула голову и встретилась взглядом с тем, кого назвала. Томас смотрел на меня так, будто тоже пытался вспомнить. — Я… — слова застряли в горле. Воспоминания были рядом, но словно спрятаны за плотной пеленой. Томас нахмурился. — Мы встречались раньше? Она закрыла глаза, надеясь выловить хотя бы обрывки прошлого. И тут оно нахлынуло. Флэшбеки, разрозненные, но яркие: белые стены, голоса, бег, страх… Томас. Девушка резко вдохнула. — Да. Трое парней переглянулись. — Откуда? — Он ра… — Элис было хотела сказать, что тот работал с ней, но побоялась, — Не знаю, просто помню его. Да и откуда она точно могла знать, что тот работает с ней? — Это очень странно. Сначала за многие годы, лифт привозит девушку. Потом оказывается, что она знает имя одного из нас, — сказал Минхо. — Слушай… Минхо. Я не знаю, откуда я знаю его имя. Он как дежавю! Я будто вижу то, что когда то видела, а так же испытываю то, что тоже когда то чувствовала! — Элис разозлилась не на шутку, — Я, твою мать, ни хрена не понимаю! Точно так же как и ты! Думаешь я выбрала оказаться тут, среди вас всех? Среди ебучего лабиринта! Среди тех, кто моется раз в месяц? — Вообще-то, я моюсь каждый день… — прошептал Ньют. — Ты! А они? Они нет. Я от половины мужиков, чувствовала запах дерьма за несколько метров! — Сейчас речь не о дерьме. — Да! Лучше вообще с вами не разговаривать! Пошли вы все! И Элис утопала в сторону леса, злобно спотыкаясь. Она как разъяренная пантера, неслась сквозь заросли. Каждый шаг отдавался глухим стуком в висках, а в легких горел огонь. Слова Минхо, его ехидные замечания, запах "дерьма" от этих оборванцев – все это слилось в один невыносимый ком, который душил ее, заставляя желать лишь одного: сбежать, исчезнуть, раствориться в этом проклятом месте. Ветви хлестали по лицу, царапали кожу, но она не чувствовала боли. Только жгучую ярость, которая, казалось, вот-вот вырвется наружу, сметая все на своем пути. Она не знала, куда бежит, просто вперед, подальше от этих стен, от этих глаз, от этого безумия. Лес становился гуще, деревья смыкались над головой, образуя темный, зловещий свод. Воздух здесь был тяжелым, пропитанным запахом прелой листвы и чем-то еще... чем-то первобытным, диким. Элис остановилась, тяжело дыша, прислонившись к шершавому стволу. Сердце колотилось, как пойманная птица, а в голове кружились обрывки мыслей, словно осколки разбитого зеркала. И тут она услышала его. Шаги. Тяжелые, размеренные, приближающиеся. Холодный озноб пробежал по спине, но ярость не отступила, лишь сжалась в тугой комок, готовый взорваться. Она знала, кто это. Чувствовала его грязные мысли, его похотливый взгляд, который, казалось, уже раздевал ее. Галли. Он вышел из-за деревьев, словно призрак, его глаза горели нездоровым блеском. Ухмылка исказила его лицо, превратив его в маску хищника. — Я слышал ваш разговор, дорогуша. Ты знала имя Томаса. – прохрипел он, делая шаг к ней. — Сейчас ты зла, напугана… Я могу помочь снять тебе это напряжение, — с мерзкой улыбкой он сделал еще один кроткий шаг. Элис не ответила. Ее взгляд был прикован к нему, словно взгляд змеи, готовящейся к броску. Внутри нее что-то щелкнуло. Ярость, отчаяние, страх – все это слилось в единый, мощный поток, который хлынул наружу. Она не думала, не планировала. Ее тело двигалось само по себе, ведомое этими чувствами. Галли сделал еще один шаг, протягивая к ней руку, его глаза горели предвкушением. Но он не успел. Элис, резко шагнула вперед. Ее кулак, сжатый в камень, врезался ему в челюсть. Удар был настолько сильным, что Галли отшатнулся, его голова дернулась, а в глазах мелькнуло удивление. Разве может девушка так ударить? — Чертова сука! — вытерев кровь с губы, он схватил её за шею и повалил наземь. Она кряхтела и вырывалась, не имея права даже на крик. А этот подонок лыбился и второй рукой уже приподнял майку девушки. И это было его ошибкой. Элис с силой пнула его в пах. Он от боли и шока убрал руку с шеи девушки и она медленно поднявшись, набросилась на него. Ее ноги, как пружины, подбросили ее вверх. Колено врезалось Галли в живот, выбивая из него дух. Он согнулся пополам, не зная за что хвататься: за пах или живот, а Элис, не теряя ни секунды, схватила его руку и переложила её через колено. Хруст. Глухой, отвратительный звук, который эхом разнесся по лесу. Галли взвыл, его лицо исказилось от боли, а в глазах застыл ужас. — Ты посмел тронуть этой рукой меня. Элис отшвырнула его руку, как ненужную тряпку. Он упал на землю, корчась и скуля, его сломанная рука свисала под неестественным углом. Она стояла над ним, тяжело дыша, ее грудь вздымалась и опускалась. В ее глазах горел дикий, безумный огонь, который заставил бы любого, кто осмелился бы взглянуть в них, отшатнуться в ужасе. Она была готова добить его, разорвать на куски, стереть в порошок. В этот момент она была не просто девушкой, а воплощением ярости и возмездия. И тут, сквозь шум леса, сквозь ее собственное бешеное сердцебиение, она услышала голоса. Ньют, Томас, Минхо. Они выбежали из-за деревьев, их лица были искажены тревогой. Но когда они увидели Элис, стоящую над корчащимся Галли, их тревога сменилась шоком. И ужасом. — Что здесь произошло? – тихо спросил Томас, его глаза расширились от увиденного. Ньют бросился к Элис, пытаясь обнять ее, но она оттолкнула его, он был лишь помехой. Ее взгляд все еще горел, и он понял. Она была на грани. Еще немного и она бы прикончила его. — Галли! – воскликнул Минхо, бросаясь к раненому. — Его нужно спасать. Девчонка могла его прихлопнуть. Элис стояла, тяжело дыша, ее взгляд метался между Галли, корчащимся на земле, и лицами парней, в которых читался немой укор. Она была готова к бою, к убийству, к чему угодно, лишь бы заглушить эту боль, эту ярость, которая разрывала ее изнутри. Но теперь, когда они были здесь, когда они увидели ее такой, что-то внутри нее дрогнуло. — Прихлопнула..? О да… Да! Я бы прихлопнула. Тогда руки не распускал, — очнувшись прорычала девушка. Она посмотрела на свою руку. На ней было немного крови и она чувствовала, как по ней пробегает дрожь. Дрожь от осознания того, что она была способна на такое. И в этот момент, среди запаха листвы и стонов Галли, она поняла. Она была не просто Элис. Она была чем-то большим. Чем-то, что могло как создавать так и разрушать. И это было только начало