Глава 1 "Пришельцы атакуют!"

      Утро было свежим и прохладным. Несмотря на ранний час по дорогам уже сновали легковушки, автобусы, газельки и лесовозы. По небу наперегонки с электричкой носились ласточки, сороки, коршуны и разные мелкие пташки. Над полями, ручейками и озерками клубился туман, густой и золотистый от восходящего солнца. Поезд то заезжал вглубь леса, где его с двух сторон обступали высокие темные ели и сосны, сквозь ветви которых струились золотые лучи, то выныривал на цветущие опушки, поля, заброшенные коллективные сады, сгоревшие или сгнившие дома которых призрачными фигурами чернели в утренней дымке.       Периодически по дороге встречались маленькие деревушки с разноцветными домиками, тонущими в сиреневых кустах, фермы, ангары, непонятные железные конструкции и зернохранилища на сваях. Заскрипев, поезд остановился на пригорке, с которого открывался вид на раскинувшийся в низине поселок городского типа, окруженный лесом. По другую сторону железной дороги располагалась ферма. В тумане паслись кони, лаяли собаки и крякали утки, а с крыши недостроенного сарая смотрела на поезд ушастая сова.       В кабинке плацкартного вагона сидел, забравшись с ногами на лавку, миниатюрный худой мужчина лет двадцати пяти с гладко прилизанными морковно-рыжими волосами, вытянутым лицом, длинной шеей, узким носом и огромными круглыми голубыми глазами. Молодой человек вертелся на своем месте, кутаясь в маленькое фетровое одеяло с фигурными краями, больше похожее на салфетку для протирания очков, чуть великоватую для того, чтобы уместиться в футляр, и уж точно слишком маленькую для того, чтобы ей укрыться. Он пытался заснуть, но глухое тарахтение, похожее на шум трактора, не давало сомкнуть глаз.       — Ю-у-у-ур…. — Сонно простонал он, натягивая на голову «салфетку» и отворачиваясь от окна. Ответа не последовало. Откинув одеяльце, он оглянулся в сторону соседа по кабинке, зарывшегося в кучу вытащенной из чемодана одежды.       — Юрец! — Крикнул он в то место, где под тряпками должно было быть ухо и, не дожидаясь ответа, тряханул соседа за плечо. Тарахтение прекратилось, и из-под лежащей на вершине кучи толстовки выглянула сначала копна взлохмаченных темно-рыжих волос, а затем вся голова полностью: круглое лицо с синими глазами, с округлым, слегка вздернутым носом и тонкими губами.       — А… ммэ там это… не на… этого, — нечленораздельно пробормотала голова, пытаясь сфокусировать взгляд.       — Ты храпишь, — заметил мужчина.       — И чё-о-о? — Буркнула голова. Из-под тряпок появилась ладонь и начала приводить в порядок волнистые волосы, которые, несмотря на все усилия, оставались похожими на большое красноватое облако.       — Ты мне спать мешаешь.       — Надо же, какое совпадение, Лёш! — продолжил ворчать сосед.       Вслед за головой показалось туловище, принадлежащее плечистой пухлой девушке, ростом немного выше своего соседа. Скинув с себя гору тряпок, она вытащила из кучи и протянула Лёше спальный мешок. Укрывшись, мужчина вытянул ноги и задремал.       Его недолгий сон прервал громкий вопль. В вагон зашла мать с четырьмя детьми, самому старшему из которых было не больше восьми. Алексей поднялся, кося глазами и не понимая, что происходит. Один из детей, четырехлетний мальчик, устроил скандал по неизвестному поводу и колотил все, что попадалось под руки. Вероятно потому, что в плацкартном вагоне на этой станции заняли почти все свободные места. Дойдя до кабинки Лёши и Юры, мальчик принялся хвататься за вещи пассажиров и скидывать их с лавки, не обращая внимания на протесты Алексея, а когда мужчина попытался оттащить мелких от чемоданов, на него накинулась мать с воплем «Отстань от ребенка!». В это же время ее младшие сыновья и старшая дочь кинулись помогать брату освобождать места. Подбежав к соседней лавке, они увидели, как из-под кучи одежды поднимается широкоплечая фигура с грозно сверкающими синими глазами. Мать, до этого трепавшая Лёшку за шиворот и утверждавшая, что он ничего не понимает в воспитании, замерла, глядя на Юрку, после чего подлетела к детям и, отвесив каждому по подзатыльнику, схватила их в охапку и вылетела из кабинки. При этом оглядывалась с таким ужасом на лице, будто у Юрки в руках был пулемет. Из соседней кабинки послышался отрывистый стук в стенку, затем глухой шлепок подзатыльника, после чего шум стих. Через пару минут двери поезда захлопнулись, и он покатился по сосновому лесу.       — Видал? — кивнула Юрка на стенку, разделяющую кабинки. — Чего она так шарахнулась?       — Так она ж из нашей деревни, — начал Алексей, но замялся.       — И чего?       — Да так, просто слушок шел, будто ты померла, — пожал плечами Алексей.— Собутыльники моей матери, наверно, пустили.       — А что, кстати, с ней случилось? Ну, с Еленой Захаровной. Ты говорил, она задохнулась.       Лёшка опасливо оглянулся, как бы ожидая, что их подслушивают. Юрка встала с места и заглянула в соседнюю кабинку. Прильнувшая ухом к стене мать-героиня шарахнулась в сторону, получив от Юрки предупреждение в виде продемонстрированного многодетной семейке крупного кулака.       — Так вот, — продолжил Лёша шепотом, — твоя бабушка несколько месяцев назад толкнула на улице местную ведьму, а как пришла домой, так затопила печку, заснула и угорела. Ну и вот, говорят, это ведьма её убила.       — Ты уверен, что во всем виновата ведьма?       — Ну так это она на нее наверняка порчу навела.       — А что, она пить бросила?       — Нет.       — Повторяю вопрос. Ты уверен, что во всем виновата ведьма, а не белочка? Она ж пьет каждый день с тех пор, как Ива пропала. Они мне экран разбили, — отвлеклась она на смартфон, скинутый детьми на пол. Из коридора выглянула и тут же спряталась голова среднего сына соседки, — Будь у нее возможность, она бы нас на пару бутылок рома обменяла бы. Она ж ни тебя за сына, ни меня за внучку не считала. Со мной даже ребята особо не водились, боялись ей под руку попасть.       Из соседней кабинки раздался шум и в стенку за спиной Юры ударили: мать семейства вышла в туалет, и дети снова принялись хулиганить.       — У меня дома еще один телефон есть, — вздохнул Лёха, отмахиваясь от плохих мыслей, в то время, как его племянница, грозно шипя, отгоняла от вещей разбушевавшихся пацанов. — Сейчас все по-другому. Развлечений в деревне мало, поэтому все молодые вместе тусят. Мы даже свой неофициальный клуб организовали.       — Да… Вот только мне кажется, что с моим именем я в коллектив не впишусь.       — Ты, Юр, забыла, что сейчас жить будешь в селе. Тут имена придумывают — кто во что горазд! Неонилла, Спартак, Майк…       — Майкл?       — Нет, просто Майк. Это я туда немножко не вписываюсь, — усмехнулся Алексей.       Дети угомонились, когда женщина, вернулась из туалета, раздав каждому по успокоительному шлепку. Некоторое время все ехали в тишине, прерываемой гудками поезда и стуком колес.       — Мороженое-е-е-е! Клубничноеванильноешокола-а-адное-е-е-е! — В распахнутые двери вагона зашла продавщица с сумкой-холодильником, растягивая слова, словно исполняла церковные песнопения.— Двадцатьпятьрублейшту-у-у-укаа-а-а-а!       Дети за стенкой заметно оживились, наперебой умоляя маму купить стаканчик пломбира. Через минуту их от продавщицы сладостей отделяла только кабинка Лёхи и Юры.       — Женщина, можно вас на минутку? — подозвал продавщицу Алексей, пока Юрка распихивала вещи по чемоданам,       — Сколько у вас? — Кивнул он на сумку.       — Двадцать пять рублей штука, — невозмутимо повторила продавщица.       — Нет. Сколько у вас мороженого?       — Двадцать две штуки, — уже не настолько невозмутимо произнесла женщина. — Ванильного пятнадцать, — начала она перечислять, загибая пальцы, — пять шоколадных и два клубничных.       Лёша молча протянул ей купюры в пятьсот и пятьдесят рублей. И указал на лежавшую у его ног раскрытую спортивную сумку.       Пока продавщица переваливала мороженое, Лёша с нескрываемым злорадством смотрел на пять голов, высунувшихся из соседней кабинки и беззвучно хихикал. Раздался скрип тормозящего поезда и, прежде чем женщина попыталась заявить свои права на мороженое, дядя с племянницей выскочили из вагона и оказались на станции, окруженной густым и мрачным еловым лесом, под табличкой «ост. с. Безречное». Пока Леша завязывал шнурки на кроссовках, Юрка наблюдала за тем, как пять пар голодных глаз скрываются из виду в удаляющемся вагоне электрички.       — Разве они не на нашей остановке выходят?       — Они переехали пару лет назад, — ответил дядя, разгибаясь. — В последнее время много кто уезжает, особенно верующие.       Леха кивнул в направлении узкой лесной тропинки. Юра, взвалив на спину рюкзак и взяв в руки по чемодану, пошла вперед. В лесу было довольно холодно и мрачно. Густые высокие ели едва пропускали солнечные лучи, в верхушках деревьев шумел ветер и кричали птицы. Утренняя холодная роса неприятно сочилась сквозь ткань кроссовок.       — Люди поговаривают, — продолжил идущий позади Алексей, — Что в некоторых домах слышат странные звуки, в лесу вроде как какую-то тварь видели, чертика. Охотники говорят, что следы какие-то огромные на болоте находили. А теперь и баб-Галя.       — Кто?       — Да колдунья! — Махнул рукой Лёха. — Погоди-ка.       — Ась?       — Я остановлюсь на минутку, иди вперед, я догоню.       Девочка молча кивнула в ответ.       Лес становился гуще и темнее. Где-то закричала птица, но тут же замолкла, схваченная хищником. Пару раз под ноги попадались кучки перьев, разбросанные по земле. Неподалеку хрустнула ветка. Юра замерла, насторожившись. Кто-то шевелился в кустах малины. Меньше медведя, но определенно больше собаки. «Так, чуть ли не половина жителей деревни — хронические алкоголики. Верить их байкам — себя не уважать. Это наверняка какой-то грибник или охотник. Точно охотник. И ту птицу взяла его собака.»       Юра пригляделась. В кустах угадывались очертания человека примерно ее роста в облегающем спортивном костюме с капюшоном. Что он там делает в кустах? Тоже в туалет решил сходить?       Человек стоял неподвижно, вытянув руки по швам. Что он там увидел? Что случилось?       — Э…! Здрасте! — Начала разговор Юра.       Фигура повернулась и отодвинула ветки, позволяя девушке разглядеть бледное, вытянутое кверху лицо безо всякой растительности с огромными черными каплевидными глазами и двумя узкими щелками вместо носа. Инопланетянин, переваливаясь, пошел на нее, набирая скорость. Юрка, не растерявшись, крепко схватилась за ручку чемодана и подняла его вверх, замахиваясь на пришельца. То издал вполне человеческий вопль и, развернувшись, кинулся было бежать, но поскользнулся на мокрой от росы траве и смачно плюхнулся вниз лицом.       Капюшон с головы слетел, обнажив затылок, покрытый короткими русыми волосами и пластиковые завязки, удерживающие маску на голове.       — Я смотрю, ты ужасно спешишь на тот свет, — процедила Юра, стягивая маску с «инопланетянина». Под ней, как и следовало ожидать, было вполне человеческое лицо, принадлежащее парню лет семнадцати. Кривой нос парня кровоточил, но больше ничего не пострадало.       — Что случилось?! — Заорал подлетевший сзади Лёха. — Кто кричал?       — Приве-е-ет… — пропищал «инопланетянин», зажимая нос платком и виновато моргая карими глазами.       — Вот, — протянула она дяде «лицо пришельца».       — Это он так шутит, — вздохнул Алексей, — Он каждый раз так меня встречает, когда я возвращаюсь из города. Юра, ты помнишь Спартака? Твоего троюродного брата?       Недоверчиво хмыкнув, Юра зыркнула на шутника. Спартак поднялся, держась за руку Алексея, отряхнул кофту, затем принялся очищать штаны. Над лесом разнесся громкий визг. Юрка подскочила, Лёха спрятался за спину племянницы, Спартак замер в согнутом состоянии, крепко сжав пальцами вытащенные из штанины хвоинки.       — Это тоже кто-то из ваших? — шепнула Юра.       — Не-е-е, — проблеял Спартак, — Я сюда один шел.       — Тогда нам лучше идти домой, — предложил Алексей, — Человек так не кричит.       Компания быстрым шагом двигалась через густой лес, время от времени оглядываясь по сторонам. Через несколько минут они услышали низкий гул, который нарастал по мере того, как ребята приближались к краю леса. Через просветы между кривыми стволами деревьев уже было видно широкое поле и раскинувшуюся на холмах вдалеке деревушку. Ельник кончился. Впереди, под высоким обрывом, текла не очень широкая, но быстрая река. Огибая поля на юге, она, петляя и пенясь, шумела между двумя скалами и скрывалась в лесу на севере. С одной скалы на другую перекинулся шаткий подвесной мост. Перейдя реку и спустившись по пологому склону горы, ребята оказались на широкой грунтовой дороге со следами копыт, шин автомобилей и гусениц трактора. По обе стороны дороги росли полевые цветы и кусты, над полем порхали чеканы и трясогузки, у пересыхающих луж копошились бабочки. Солнце было еще низко, но, по сравнению с сырым лесом, в поле было намного теплее, да и спокойнее.       Наконец, поднявшись вверх по холму и случайно спугнув по пути гуляющую у заброшенной фермы стайку чибисов, компания выбралась на асфальтированную деревенскую дорогу. Спартак, быстро попрощавшись, легким бегом скрылся в ближайшем проулке, а Юрка и Лёша покатили свои чемоданы к двухэтажному домику в самом конце улицы.       Проходя по знакомым с детства местам, Юрка обратила внимание, что многие дома ее давних знакомых и одноклассников были заброшены: тропинки к домам давно заросли, в некогда цветущих садах качали листьями лопухи, окна забиты фанерой, а на дверях или воротах висели амбарные замки. С ранних лет у Юры остались об этих местах неприятные воспоминания. После исчезновения дочери, Юркиной мамы, ее бабушка погрузилась в девятилетний запой. Дело доходило до того, что семилетнюю Юру отдавали соседям, чтобы та работала в огороде за алкоголь для бабушки, в то время как Лёша, на тот момент еще подросток, подрабатывал репетитором, пытаясь раздобыть для племянницы лишний кусок еды, ходил на охоту с отцовским ружьем и ловил рыбу на реке самодельным копьем.       Сейчас, ранее черный от времени и сырости дом с лоскутами мха на крыше и заклеенным пленкой окном, изменился под стать хозяевам и сиял красной черепицей, исписанным граффити темно-синим забором и оранжевым сайдингом, выделяясь на фоне высоких сосен. Кованые железные качели перед домом, не сданные предыдущей владелицей в металлолом только по причине огромного веса, были очищены от ржавчины, покрашены и накрыты прозрачным желтым пластиком. Полянку под окнами украшали альпийские горки и кусты кизильника.       Взобравшись по высокому крыльцу на веранду и скинув кроссовки, Юра тяжело ввалилась внутрь дома и, прислонив чемоданы к дверке шкафа, плюхнулась на диван лицом вниз.       — Ты не будешь раскладывать свои вещи? — спросил Алексей. — Я могу помочь.       — Ммм-м, — отрицательно промычала Юрка, стряхивая с плеч рюкзак и не отрывая лица от дивана. — Ффтану — фафкфаду.       — Ну ладно. Позовешь, когда отдохнешь. — С некоторым разочарованием пожал плечами дядя и скрылся на кухне.       После многочасовой качки в поезде Юрку клонило в сон, перед глазами крутились мелкие «мушки» — от постоянного наблюдения за пробегающими за окном видами. Через несколько минут она уже крепко спала. Разомкнула глаза она уже под вечер. Часы на разбитом экране телефона показывали 20:45. Голова все еще кружилась и картинка перед глазами рябила, да вдобавок ее еще и качало из стороны в сторону. Только через несколько секунд до нее дошло, что это дядя Лёша трясет ее за плечо.       — А? — Прищурилась девушка, поднимаясь. — В чем дело?       — Вставай и слушай меня внимательно, — строго сказал Алексей.       — Слушаю, — отозвалась Юра, собрав глаза в кучку. Когда ей удалось сфокусировать взгляд на предмете, который дядя держал перед ее лицом, девушка увидела громоздкую темно-зеленую рацию. На стуле у окна сидел бледный как снег Спартак и какой-то бородатый дед в камуфляжном костюме.       — Возьми, — приказал дядя. — Я буду держать тебя в курсе происходящего. Если от меня долго не будет сигнала, иди в подвал и запрись там. Все запасы еды я перенес туда.       — Что? Что случилось? Ураган? Ядерная война? Метеорит? — Юрка крутила головой по сторонам.       — Хуже, — пробасил бородатый мужик. — Этот молодой человек, — бородач указал на Спартака, — утверждает, что видел в лесу неподалеку отсюда…       — Ну? Кого? Террористов? Сатанистов? Японских гольфистов?       — Инопланетянина, — пискнул Спартак.       — Предположительно, робота-шпиона, — уточнил бородатый. — С какой целью его послали — еще предстоит выяснить. Возможно, он собирает информацию о земной биосфере… или проводит разведку перед началом вторжения.       — Вы в курсе? — обратилась она к мужчине. — Он же постоянно всех разыгрывает с этой темой пришельцев!       — На этот раз он не шутит, — покачал головой Лёша. — Я тоже его видел. Только хвост, правда.       — Понятно, — протянула Юрка. — Я звоню в органы опеки.       — Это все очень серьезно, — Алексей внезапно нахмурился. — Оставайся дома и будь на связи. Мы пойдем, попытаемся найти робота и установить контакт.       — Вы же в курсе, что, если это — в самом деле представитель внеземной цивилизации, есть такой ма-а-а-аленький шанс того, что у него есть такая ма-а-а-аленькая пушечка, которой он расщепит вас на атомы?       — В курсе, — кивнул дядя. — Поэтому мы сделали пару звонков.       Он указал на окно, ведущее на улицу. На полянке перед домом выстроилось несколько фургонов и грузовиков: два телевизионных канала, отряд спецназа, машины исследователей аномальных явлений, вокруг которых скучковались такие же бородатые мужички со всевозможными рамками, лозами, кристаллами и четками, два БТРа и самый настоящий танк!       — Сиди дома и жди меня. Если услышишь или увидишь что-то странное на улице — дай сигнал мне и прячься в подвал! Спартак останется с тобой. Лёха снял со шкафа отцовское ружье, кивнул бородатому и вслед за ним вышел на улицу.       — Что же теперь будет? — Обеспокоенно пробормотал Спартак, глядя в окно на то, как машины одна за другой спускаются с холма на грунтовую дорогу и едут в сторону реки.       — Все равно, я не верю ни в какое нашествие инопланетян. На что, говоришь, был похож тот робот?       — На…? На… таракана? Да, больше всего он был похож на большого таракана с хвостиком.       — С хвостиком.       — Да… У него был длинный хвост, покрытый чешуей.       — Понятненько. Я пойду, принесу что-нибудь перекусить, а то я с поезда нежрамши.       Юрка подняла люк за холодильником и скрылась в тоннеле под домом, где располагались в ряд котельная, ванная, туалет, две комнаты неизвестного предназначения и кладовая. Спартак мельком глянул на закрывшийся за девушкой люк и, вздохнув, уставился в окно.       — А-а-а-а! Япон патефон! — Раздался вопль из подвала. Крик был такой, словно кого-то резали живьем. Крышка подвала резко открылась, ударившись об стену, из люка появилась взъерошенная голова Юрки с выпученными от страха глазами. — Они прорыли тоннель под домом! Беги! Вали отсюда скорее!       Юрка попыталась подтянуться на руках и вылезти из подвала, но медленно сползла обратно, истошно вопя. Или же кто-то ее утащил? Спартак не хотел выяснять, что именно произошло, поэтому пулей вылетел из дома.       Темнело. Небо затянуло сплошной пеленой серых облаков. Птицы как-то разом стихли, только ветер шумел в верхушках сосен да на озерце на дне оврага квакали лягушки. Маленький серый лягушонок, неспешно перебирая лапками, вылез из оврага и в несколько прыжков оказался на высокой, покрытой мхом и сухой травой кочке. Внезапно почва под его лапами затряслась и начала медленно и тяжело подниматься. Из-под кочки появилась пара рук, сжимающая бинокль. Человек в маскировочном костюме поерзал по земле, выбирая наиболее удобную позу для наблюдения. В нескольких метрах от него еще одна кочка приподнялась, из-под нее выглянуло бледное лицо Лёхи.       — Ну? — шепнул Алексей.       — Ничего не вижу, — пробурчал напарник. — Одни лягушки. Наверное, стоит выбрать другую точку для наблюдения.       — Это самая высокая точка. Тут лучше всего обз….       — Тихо! — Шикнул военный, крутя колесико бинокля. — Я кого-то вижу.       По краю оврага прогулочным шагом шел человек в мешковатых штанах и толстовке.       — Стой кто идет! — Рявкнул мужчина с биноклем.       — А! Вот вы где, урологи! — Всплеснула руками фигура и широкими шагами начала приближаться.       — Уфологи! — Поправил человека Алексей. — Погоди-ка! Юрец? Ты что тут делаешь?! Я же сказал оставаться дома!       — Я чаю тебе с бутиками принесла заточить, — девушка протянула дяде пакет с бутербродами и термос и села на кочку рядом. Кочка натужно крякнула и тихо матюгнулась, что заставило девушку быстро вскочить. — Вставай, давай, ешь и иди домой. Простынешь еще.       — Юра, мы заняты делом, мы выслеживаем…       — Да нет тут ни роботов, ни инопланетян, ни чертиков. Я на все сто процентов уверена, что все можно объяснить.       — Тише! — Шикнул потревоженный Юной военный, указывая пальцем на противоположную сторону оврага. Там, где недавно прогуливалась Юра, копошилось что-то полукруглое, похожее то ли на таракана, то ли на чешуйницу, но размером с небольшую собачку.       Раздался оглушительный грохот. Лёха не выдержал и пальнул из ружья в сторону существа. То резко подскочило, сжалось в шар и покатилось по склону вниз. Достигнув дна оврага, нечто резво заползло в нору между корнями деревьев.       — А это ты как объяснишь? — Прошипел Алексей. — Как?! Оно трансформировалось!       — Похоже, оно пришло по твоему следу.— Заметил первый военный.       — Значит, ему что-то да надо от людей, — сделал вывод второй.       — Я пойду, приведу подкрепление, — предложил Лёша. Двое кивнули в ответ. — Юра, пошли. Юра?       Девушка, покатываясь на шишках, спускалась в овраг.       — Стой на месте! Я сейчас приведу подмогу! — Крикнул парень и убежал.       Никакого внимания на слова дяди Юрка, конечно же, не обратила. Пригнувшись, она подобралась к норе и заглянула внутрь. Существо внутри закопошилось, но видимых признаков агрессии не проявляло.       — Малая! — Крикнул один из военных. — Отойди, я стрельну.       — А ну затихли там оба, а то я вас шишками зашвыряю! — Гаркнула Юрка так, что не только нечто в норе, но и оба военных свернулись калачиками.       Девушка села на корточки перед норой и поманила существо пальцами. В норе засопели, и из темноты показалась длинная узкая мордочка.       — Я говорю, мы загнали его в угол, — тяжело дыша, объяснял на бегу Алексей.— Оно там, в овраге, только побыстрее! Он там, этот робот! Я все видел собственными глазами!       Следом за Алёшей бежала толпа журналистов, омоновцы с шокерами, сетью, пятеро военных с автоматами и «урологи», вооруженные кристаллами и чётками. Юрка, как ни в чем не бывало, сидела на бревне в компании военных и держала на руках что-то полукруглое, накрытое толстовкой.       — Вот он! Вот! Инопланетянин! Вы его подстрелили? — кинулся он к племяннице. — Тебя не задело?       — Тише вы все, не орите, — фыркнула Юра и медленно развернула толстовку.       Из-под нее показалась длинная мордочка, голова с маленькими темными глазками, покрытое неровным панцирем из пластин тело и длинный, сужающийся к концу хвост с толстой кожей. Зверек озирался по сторонам, нюхал воздух и водил ушами. По толпе покатился смешок.       — Это… что? — пробормотал Алексей.       — Насколько я могу судить, броненосец, — хмыкнула Юра.       — Откуда? Это же Сибирь!       — В десятке километров отсюда, — влез в разговор один из омоновцев, — Накрыли нелегальных торговцев экзотическими животными по пути с Урала на Дальний Восток. Чтобы не попадаться на постах, они ехали проселочными дорогами. И, видимо… потеряли груз.       — А по моему следу он шел потому, что ручной. И искал людей, чтобы те его покормили.       — Теперь его передадут в зоопарк, где о нем будут заботиться. На волю такого отпускать нельзя. Не выживет, — сделал вывод один из военных, гладя зверька по макушке.       — Помогите! — Раздался сзади истошный вопль. К толпе со скоростью Формулы-1 несся Спартак. Поскользнувшись на сыром мхе, он проехал несколько метров на брюхе, сбив с ног двух репортеров. — Там… Там человека в подвале инопланетяне съели! — Заверещал на весь лес молодой человек. — Но мне никто не верит! Скорее в деревню, может ей еще можно помочь.       — А. Привет, Спартак, гы-гы, — хохотнула Юра.       Парень растерянно перевел взгляд с девушки на зверюшку и отвернулся, скорчив лицо, будто съел лимон.       — Ну… Я думаю, каждый из нас сегодня вынес для себя урок, — бородач с кристаллом горного хрусталя на шее оглядел молодежь.       Спартак что-то прохныкал и еще больше напыжился. Лёха все еще стоял в полном шоке, глядя на броненосца, мирно спящего на коленях у одного из солдат.       — Ладно тебе, Лёш, — Юра похлопала дядю по плечу. — Не отчаивайся, встретишь ты еще своих зеленых огуречков. Как люди говорят? Правда — где-то там!       Толпа перед домом потихоньку рассасывалась. Военные дружно расселись по машинам и первыми покинули село. Их БТР долго ползли, покачиваясь, по разбитой грунтовке. Уфологи и экстрасенсы напоследок обходили с лозами улицу и брали образцы воды из ключа, телевизионщики запускали квадрокоптеры с камерами над деревней. В конце концов, все расселись по машинам и разъехались по своим делам. Юра наблюдала в окно за машинами, скрывающимися одна за другой в лесу, пока Спартак из литровой банки хлебал ромашковый чай.       После того, как брат окончательно успокоил нервы, девушка проводила его до ворот дома, потому что после пережитого за день ему было страшно идти одному в темноте. Рыжая не спеша шла домой, задрав голову к небу. Пелена туч потихоньку уползла на север, открыв взору ясное ночное небо. В детстве она ни разу не обращала на россыпь звезд наверху, а в городе вместо Млечного Пути и расчерчивающих небо метеоритов были огни взлетающих самолетов и украшающие небоскребы и многочисленные торговые центры неоновые вывески. Тут же, вместо бесконечного потока автомобилей вокруг шумели кузнечики, стрекотали козодои. В темном лесу кричали совы.       Девушка остановилась у накрытого резным деревянным навесом родника, присела на лавочку и долго смотрела на открывающийся с холма вид: зубчатую стену леса, гладь поля, лунный свет, отражающийся в бурной реке, сверкающие на севере отблески грозы. Теперь Юрке предстояло привыкать к переменам. Приют, как и издевательства бабки-алкоголички, остался далеко в прошлом. Теперь впереди была новая жизнь в любящей семье.       Вернувшись домой, девушка поднялась наверх, где несколько лет назад располагалась её спальня. Распахнув дверь, она увидела чистую, только после ремонта, уютную комнату с просторным рабочим столом, книжным шкафом, гамаком у окна и широченным диваном, полным разноцветных подушек. На прозрачном кофейном столике у дивана лежал перевязанный бантом ноутбук. Сюрприз, который весь день планировал её дядя, не удался. Лёша, не дождавшись племянницы, задремал на диване с книгой в руках. Тихонько хмыкнув под нос, Юрка осторожно укрыла спящего дядю пледом и вышла из комнаты, выключив свет.       Высокие сосны качались как травинки под порывами ветра, громко скрипя. Темную лесную поляну то и дело освещали холодные вспышки молний. Вода потоками стекала с веток деревьев на низкую чахлую траву, желтую опавшую хвою, и… огромную железную статую.       Непонятно, кто, а главное — зачем поставил её посреди глухого леса. Сидящая в позе лотоса фигура неведомого существа склонилась над небольшим холмиком между двух валунов. Туловищем статуя смахивала на мужчину, но выше плеч сходства заканчивались. На шее виднелись плотно прижатые жаберные щели, челюсть — явно не по размеру и будто приклеенная к голове, на макушке — колючий, неаккуратно вырезанный рыбий плавник, в углах рта и над глазами — тонкие усики. Странный памятник стоял тут уже давно — в некоторых местах железо покрылось пятнами ржавчины. Только кинжал у ног статуи блестел как новый. К тому же, кто-то изловчился натянуть на громадину короткие камуфляжные штаны. На шее статуи висел тяжёлый кожаный ошейник с массивной металлической коробкой. Найди захоронение случайный грибник — кошмары на пару дней и личный сюжет на печально известном теориями заговоров телеканале ему обеспечены. Казалось даже, что грудь существа медленно вздымается. Или мерещится от вспышек молний?       Миниатюрная рыжеволосая женщина в легкой белой блузке и коротких шортах, поскальзываясь на грязи, поднялась по склону оврага, осторожно приблизилась к могиле и положила руку на памятник.       — Айрон?       — Какого дьявола ты тут ищешь? — низкий и гулкий, похожий на раскат грома голос разнесся над поляной.       Статуя зашевелилась. Отлитое из железа тело бесшумно повернулось. Существо поднялось на ноги, сжимая перепончатой рукой кинжал. Даже самый прожженный любитель ужасов тут струхнул бы: ростом существо было чуть ли не вдвое выше обычного человека. Монстр возвышался над женщиной, не сводя с неё горящих как у кота глаз. Уголки челюсти опустились, мягкая бахромка около рта разошлась, обнажив оскал вдвое шире лица.       — Тебя. — Размеры и внешний вид великана, казалось, вовсе не пугали женщину. — Тебе не стоило возвращаться в лагерь.       Айрон приподнял верхнюю губу, показав кривой клык.       — Не тебе решать. Я болен. На воле я погибну.       — Ты знаешь Матушку Айту. Она запутала тебя в своей лжи, как паучиха в сетях.       Взгляд Айрона смягчился.       — Ты знаешь, какие у неё на меня планы?       Женщина указала взглядом на могильный холмик. Айрон напрягся, его надбровные усики прижались к макушке.       — Ты последуешь за Коппером. Даже если твоя болезнь не выдумана, лекарство только отсрочит твою гибель. Ступай в заброшенное село, там есть всё необходимое.       — А как ты объяснишь моё исчезновение?       — Пасть об этом позаботится. Здесь, на Земле, её разум чист.       Айрон молча кивнул и отступил в тень. В два прыжка он преодолел стену поваленных деревьев. Перед тем, как исчезнуть за холмом, он повернулся к смотрительнице и благодарно наклонил голову. Ещё через секунду был слышен только плеск потревоженной им воды.