RACE_3

— Что?! — Да-да. — НЕТ, СТОП, ЧТО?! — Да не кричи ты так! Бона кидает зловещий взгляд на свою подругу, чтобы та умолкла. Нет, ну зачем кричать на всю столовую? Девушка не очень хочет привлекать к себе внимание, когда на противоположном конце помещения сидит Юнги — источник криков Мики. — Ты не поняла. Как ты, такая вся элегантная девочка, — Мика с забитым ртом активно жестикулирует, рисуя образ Боны. — Такой ангелочек, который сидит в розовом кардигане, с бантиком на шее и, блин, с маской с клубниками, может дружить с Юнги! — Бона морщится, когда слышит, как Мика с особым акцентом говорит имя друга. — С человеком, от которого веет холодом и агрессией. Ты лучшая подруга парня, у которого явно проблемы с эмпатией. Нет, конечно, круто, что он рисует картины, которые покупают, — мычит, оценивает у себя в голове Мика «плюсы» и «минусы» Юнги. — Но все равно, камон! Это Юнги, к которому страшно подойти! Бона ухмыляется, вспоминая, как она вчера с другом мило смотрела фильм. Как она его отчитывала, ведь только ей можно ругать Юнги. Мика щурится, потому что не может разгадать эмоции на лице подруги, поэтому просто вздыхает и попивает кофе, посматривая в дальний угол столовой, где сидит Юнги. Бона привыкла к этому. Привыкла к реакции людей, ведь все говорили одно и тоже. Что, как они могут быть друзьями, близкими, лучшими? Девушка терпеливо всем отвечала на вопросы, Юнги — нет. «Блять, не суй свой нос», — таков был его ответ. — Да, я понимаю, Мика. Но вот так сложилось. — Нет. Ты мне никогда не говорила. Вы совсем не подходите друг к другу, — начинает перечислять Мика, загибая пальцы. — Вы — две противоположности. Хотя в этом есть свой шарм. Как вы можете быть лучшими друзьями? — Ну, у нас на самом деле много общего, несмотря на внешние факторы и твои заметки. И как так получилось? Бона вздыхает, думает, как элегантно обмануть Мику. Нет, не обмануть, а не упоминать части правды. Прикусывает губу, ковыряя клубничный пудинг. — Мы познакомились еще в детстве, на территории под названием «Песочница», — рассказывает Бона. — Мы тогда не поделили формочки, и Юнги растоптал все мои куличики. — Вот видишь! Он с самого детства абьюзер! Бона не выдерживает и смеется от комментария Мики. — Ну, я тоже лучше не была. Я прыгнула на него и пыталась запихнуть песок ему в рот, — кривится, ведь сама недовольна своим поведением. Хоть они и были детьми, но пихать песок в рот — не очень здорово. — Наши мамы увидели драку двух спиногрызов и разняли нас. Помню, что очень долго ругали. — Та-а-ак, и что дальше было? — Мы с Юнги попали в один садик, где вообще не ладили. Дрались, задирали друг друга. Его отчитывали больше, ведь он — мальчик, — трет шею и поправляет свой бантик, улыбаясь. Все-таки приятно вспоминать начало дружбы. — Потом мы перешли в одну школу, в один класс. — Это судьба! — восклицает Мика, поднимая палец вверх. — Скорее всего. С возрастом мы стали общаться более-менее нормально. Стали взрослее, поменяли свои взгляды, и, вот, это детское баловство ушло, — умолкает и смотрит в сторону Юнги, который один сидит за столом и ест яблоко, слушая музыку. — В средней и старшей школе мы очень сильно сблизились. Поняла, что у нас много общего, и Юнги мне, в какой-то степени, показал мир. — Как это мило! Все равно немного не верю, что вы лучшие друзья, ведь ни разу не видела вас вместе, — размышляет Мика и встает с лавочки. — Пойдем, у нас сейчас поточная лекция. Бона кивает и берет свой рюкзак, закидывая туда книжки. Забирает стаканчик с клубничным молоком и последний раз смотрит на Юнги. Мики не нужно знать, что больше всего объединяет друзей. По крайней мере не сейчас. Бона ждет подружку, пока та перевязывает розовую клетчатую рубашку на бедрах, убирает крошки от печенья с белого топа. Мика хватает свою сумку, и они выходят из столовой. Девушка замечает, что её одногруппница непривычно молчит, теребит свой браслет, но ничего не говорит. У Мики явно остались вопросы. — Тебя что-то еще интересует? — Да… Хотя я не очень-то и хочу спрашивать о таком, — утихает и смотрит себе под ноги. — Как бы сказать… Ну, я была у тебя дома, точнее в хоромах. У тебя есть горничные, личные повара, даже водитель! — Мика активно жестикулирует, показывает насколько у Боны богатая семья. — Но Юнги… Я понимаю, что его картины продаются, а иногда и за очень хорошие деньги, но… но… — кривится, ведь сама не хочет признавать этого. — Я не тот человек, который выбирает себе друзей по социальному статусу, по толщине кошелька, но знаю, что родители детей, таких как ты, даже запрещают общаться с детьми, такими как Юнги. Бона понимающе кивает. Знает, что это тоже удивительный факт их дружбы — разница по финансовому состоянию. — Юнги не нищеброд. Он недавно переехал в съемную квартиру. Мама только иногда отправляет ему посылки с едой, — рассказывает Бона, когда они уже зашли в аудиторию. — Он никогда не просил у нее денег. Всё сам. И моя мама воспитала меня так, что не нужно делить людей по статусу. Нужно слушать сердце и смотреть какой человек внутри, а не сколько у него денег. Бона перешла на шепот, так как не очень хочет, чтобы кто-то еще услышал о Юнги, об их дружбе, да и просто не хочет никого отвлекать от лекции. — Да ты святая! — а вот Мики плевать, что началась лекция. — Серьезно. — Ну, не все так хорошо. Мой папа очень… Он хочет найти мне жениха по достоинству, — умолкает и сглатывает. — Сама понимаешь, по какому достоинству. И он против Юнги… Немного грустно отвечает девушка и горько улыбается. Мама всегда прикрывала дочку, говорила отцу, что Бона идет гулять с подругами или остается на ночевку у той же Мики. Благо, отец не вел тотальный контроль над жизнью дочери. А хотел, только мама остановила его, сказав, что у Боны должны быть своя личная жизнь и свое личное пространство. Честно, Бона рада, что хотя бы мама её понимает. — Блин, вот это, конечно, у тебя отец… — вздыхает Мика и посматривает на преподавателя. — Я бы столько ссорилась поэтому поводу! Ну, камон, с кем хочу, с тем и дру… О, Юнги, привет! Бона резко оборачивается, когда чувствует, что рядом с ней садится парень и кидает рюкзак рядом с её. — Привет. Так холодно отвечает Мике, но тепло смотрит на Бону. Просто молча кивает и упирается лицом в ладонь, начиная слушать лекцию. — Вы точно друзья? — шепотом говорит Мика и поглядывает на парня. — Я все слышу. — Да, мы друзья, — устало отвечает Бона. — Юнги, пожалуйста, подтверди слова Боны, — требует Мика. — Подтверждаю. Сухо, без капли интереса, но хотя бы не грубо и без мата. Бона очень сильно удивилась этому. — Я в шоке. — Ну, он хоть и делает вид, что сухарь черствый… — Бона, — шипит Юнги и смотрит на подругу взглядом, как будто сейчас убьет её. — …но он душка, — заканчивает девушка и похлопывает по плечу друга. — Ты, вообще, что сюда сел, а не к своей группе? — Во-первых, ты моя подруга. Во-вторых, как видишь, мест нет. Мика все время наблюдала за друзьями очень внимательно и с открытым ртом. Несмотря на короткие ответы, на нелюдимость и раздражение, Юнги смотрел на Бону по-другому. На Мику он полностью не обращал внимания, даже когда она вставляла свои комментарии в разговор. Это два противоположных человека: внешний вид, манера разговора, отношение к другим людям. Все разное. Но вот, они сидят на лекции, обсуждают препода, обсуждают последнюю картину Юнги, обсуждают водителя Боны… Мика прищуривается, когда парень поправляет выбившийся локон за ухо подруги. И они, как ни в чем не бывало, продолжают разговор. — Вы точно друзья? Юнги закатывает глаза, а Бона с удивлением смотрит на Мику. Вроде бы девушка все ей рассказала. Почти все. Так почему одногруппница делает такой акцент на слове «друзья», что как будто сомневается в дружбе Боны и Юнги. — Бляха, прикинь? Друзья. — Мика, да. Знаешь, в английском есть фраза «close friends». Вот мы что-то типа такого. — И вы никогда не влюблялись? Не пытались подавить чувства, чтобы сохранить такую дружбу? — Мика продолжает допрашивать, а Юнги все больше начинает злиться. — Брось, Юнги. Неужели ты никогда не смотрел на Бону как на девушку? Бона замирает. Смотрит куда-то в айпад, на обрывистые записи лекции, но не смотрит на Юнги. Слышит, как он сжал карандаш в руке, как он почти хрустнул. Слышит, как он глубоко вдохнул воздух. Но не слышит ответа. — Нет, — почти рычит от раздражения. — Мика, хоть ты и подруга Боны, и я не хочу при ней как-то выражаться… — Вот, ты даже фильтруешь базар свой при Боне! — Потому что я знаю, что ей не нравится мат. — И хочешь быть лучше при ней? Камон, вы дружите с детства, как я поняла. Бона может и принять тот факт, что ты материшься, бьешь морды и так далее, зная, какой ты человек внутри, — Мика говорит без остановки, она буквально топит Бону в глубоких раздумьях. — И ты продолжаешь следить за речью. Ты, как ни в чем не бывало, поправляешь ей волосы. — Блять, если ты продолжишь… — Юнги, успокойся, — прерывает его Бона. Юнги сглатывает и отворачивается, продолжая записывать лекцию. Бона смотрит на Мику взглядом, умоляющим прекратить выводить парня из себя. Одногруппница поднимает руки в знак понимания и умолкает. — Мика, мы правда друзья. Мы никогда не переходили эту черту. — Я поняла. Извините, что лезу. — Все в порядке. — Просто хотелось раскрыть вас как в дораме, — признается Мика и сама же смеется от самой себя. Прикусывает губу и виновато смотрит на Бону. — Я не буду лезть… Если только иногда дразнить. Бона смеется и предлагает Мике поиграть в игру на айпаде, чтобы разрядить обстановку. Она периодически что-то спрашивает у Юнги, пытаясь расслабить его хмурое лицо. Но как бы девушка ни старалась отвлечься, в голове сидят вопросы Мики и долгий ответ Юнги. А что будет, если Бона посмотрит на друга по-другому?

\\\

Хоуп привет, Роуз как поживаешь? Роуз привет, Хоуп все отлично ты как? Хоуп да все хорошо все как обычно я пишу ммм я хз говорил ли тебе Шуга по поводу заезда в эту субботу Роуз да говорил Хоуп оу ты будешь? Роуз только как зритель он попросил Хоуп я рад даже такому мы не виделись около 2 лет буду рад видеть тебя пообщаемся Роуз я с удовольствием приду посмотреть и пообщаться Хоуп до встречи) думаю Шуга тебе сказал где будет заезд но если что мы встречаемся у Анимы Роуз знаю знаю до встречи!

///

— Ты к Мике? — Да, мама! — кричит Бона из комнаты, быстрее заталкивая в рюкзак необходимые вещи. — Завтра утром приду. Миссис Со стояла в коридоре и наблюдала, как её дочь бегает по дому и судорожно что-то ищет. Девушка остановилась у шкафа и взглянула недовольно на верхние полки. — Скажи папе, чтобы он больше не клал мои вещи Бог знает куда, — ворчит Бона и тянется за кепкой. — Потому что только он любит класть все повыше. Марио же убирает все на свои места. — Хорошо, я ему передам, — спокойно отвечает мама и облокачивается на дверной косяк. — Кстати, его и завтра не будет. Можешь прийти позже, — машет рукой и прищуривается. — На ночевке только вы будете? — Да, — быстро отвечает и смотрит на часы. — Я побежала! Меня такси ждет. — Может, тебя Йен подвезет? — Не хочу беспокоить нашего водителя в выходной. — Брось, — миссис Со закатывает глаза и подходит к дочке. Поправляет две косички и целует дочку в лоб. — Я ушла! — Будь аккуратна, милая, — говорит мама и прощается с дочкой. Бона вылетает из дома и быстрым шагом идет к такси. Она открывает дверь и садится в машину. Девушка покусывает губу и смотрит на время в телефоне. Вроде не опаздывает. Так почему Бона так переживает? Да, маме пришлось немного соврать: она едет не к Мике, а на заезд, где будет Юнги. Но девушка же не принимает участие, так почему Бона переживает? Там будет Юнги и другие ребята, с которыми она не виделась два года. Интересно, как они поменялись? Кролик до сих пор гонял, а вот о Жвачке девушка ничего не слышала. Хосок не говорил, кто точно будет участвовать. Бона даже надеется, что будут новые участники, которых раньше не видела. Девушка откидывается на спинку кресла и вздыхает. На душе все равно лежит камень. Та страшная ночь до сих пор снится ей в кошмарах. Бона каждый день, когда видит Юнги и его шрам на виске, вспоминает аварию. А фантомная боль в ребрах заставляет с головой окунуться в воспоминания. Только некоторые участники «Night Seoul» знали, что на самом деле произошло. Для родителей Бона неудачно упала с лестницы. Кажется, дурацкая отговорка, но она сработала. Для всех это был просто несчастный случай — падение. Но только Юнги, Кролик, Жвачка и Хоуп знали правду. Только они знали, почему Бона больше не гоняет. Бона морщится и вертит головой, пытаясь выбросить эти мысли. — Приехали, — говорит водитель. — Спасибо большое. Хорошего вечера. Бона вылезает из машины, натягивает кепку, капюшон и маску. Водитель остановился недалеко от точки проведения гонки. Девушка идет в сторону заброшенного ТРЦ, начиная слышать музыку. Ничего не поменялось. Хоуп как любил, так и продолжает любить делать из заездов целые концерты. Глаз Боны цепляет огромную толпу людей, которые так громко кричали, что иногда казалось, из-за них и музыки не слышно. Что вообще происходит? Сегодня точно просто заезд? Или Хосок решил устроить очередное шоу? — А почему сегодня такая бурная толпа? — спрашивает Бона у незнакомого парня, который стоял подальше от всех и курил. — М-м, сегодня семь участников и есть денежный приз. — Ого, понятно. Спасибо, — благодарит Бона и решает обойти толпу, чтобы выйти к участникам со спины. Вау. Семь участников? Кто? Да, там точно будет Юнги. Кролик? Жвачка? Бона чешет лоб и старается аккуратно обойти толпу и попасть в свободный проход, через который можно попасть к машинам. Девушка сразу узнаёт спину Хосока. Хоуп почти не изменился: все та же прическа, широкие джинсы, какая-то длинная светлая джинсовка. Бона ставит тысячу, что куртка увешана значками и пинами. Организатор разговаривал с кем-то неизвестным для Боны. Прищуривается, но все-таки не узнает человека. О, вон там, сбоку, Кролик раздает автографы фанаткам. Довольно улыбается, флиртует. Он совсем не изменился. Чонгук только перестал быть похожим на подростка. Его волосы сильно отросли, да и по телосложению он стал крупнее. Конечно, серый комбинезон добавлял объема, но одежда «механика» смотрелась сексуально. Бона понимает, почему девушки-зрители пускают на него слюни. Там вроде Жвачка стоит около машины, но не видно Юнги. Где же он… — Это кто? Роуз?! — Где?! Походу, Бону спалили. Толпа начинает довольно громко предполагать, кто же стоит поодаль всех гонщиков. Конечно, все участники поворачиваются на шум толпы, а Роуз окончательно стягивает свою «маскировку»: капюшон и маску. — Боже! Это реально Роуз! — кричит парень из толпы так громко, что Бона не сдерживается и начинает смеяться. В глубине души даже приятно, что ее помнят. Даже спустя два года помнят. — Все-таки явилась, — ахает Хоуп и разводит руки в стороны. — Наш розовый лучик света, наша Роуз! — Ну, прям так не нужно, — мямлит девушка и подходит к организатору, крепко его обнимая. — Привет. — Я скучал, — говорит Хосок и гладит Бону по спине. — Я рад, что ты пришла. Роуз широко улыбается и чувствует, как тепло разливается по телу. Волнение и страх моментально испаряются, ведь Хоуп так крепко обнимает, что кажется и двух лет не прошло. Как будто ничего страшного и не происходило. — РОУЗ!!! Боне, если честно, страшно оборачиваться на оглушающий крик Кролика. Она и не успевает это сделать. Чонгук набрасывается со спины и крепко прижимает девушку к себе. Роуз сгибается пополам и громко смеется, ведь гонщик начинает её тискать как маленького ребенка. — Я так скучал! Господь, это ты! Свежая, румяная, розовая, — слишком эмоционально говорит Кролик, начиная осматривать девушку. — Похудела только, — цыкает Чонгук и хмурится. — А ты что? Знал что она придет? — Я ее и позвал, — спокойно отвечает Хоуп. — Ах, ты… Хоуп, ты эгоист. Я думал, что мы друзья! — Сюрприз, — пытается унять Бона Чонгука, но отвлекается на подошедшую девушку. — Ой, Жвачка! Роуз улыбается, видя её. Девушка, кажется, вообще не изменилась. Если Хосок и Чонгук стали выглядеть более взросло, то Жвачка осталась той Жвачкой, какой Бона её помнила. Все тот же пучок на голове, все та же маска. Стиль одежды не поменялся: спортивные штаны с белыми лампасами, черно-белый лонгслив и идеально чистые кроссовки. — Я удивлена, что ты пришла, — говорит медленно, разглядывая Бону. Жвачка всегда была вдумчивой, немногословной. — Я имею ввиду… Я рада. Да, рада, что ты пришла. Бона улыбается и обнимает гонщицу. Жвачка вздрагивает, но спустя буквально секунду аккуратно опускает руки на плечи Роуз. До сих пор удивительно, как она, такая робкая и тихая, управляется с тачкой на крутых поворотах. — Так ты что, решила вернуться? Ты сегодня рейсишь?! — Кролик, нет, — вздыхает Роуз. — Я пришла как зритель. Ну, и Шугу поддержать. — Боже, нахер ему поддержка? Не его трахают заезды, а он — их, — фыркает Чонгук, закатывая глаза. — Впервые хочу согласиться с тобой. Бона оборачивается и видит своего друга. Взгляд скользит от его шеи, где висела длинная серебряная цепочка. Разглядывает монотонный образ: большая черная толстовка на молнии, футболка и кожаные потертые штаны. Пара колец дополняли одежду. Юнги толкается языком в щеку, одной рукой зачесывая непослушные волосы назад. Он выглядит так просто, но так горячо… Бона невольно прикусывает внутреннюю сторону щеки. От Шуги пахнет сигаретами, но впервые этот запах не раздражает. Роуз, конечно, никогда негативно не высказывалась по поводу курения друга и запаха от этого, но всегда морщилась. Со временем даже привыкла, но сегодня этот запах не раздражает, а наоборот… — О-о, Бог тачек пришел. — Кролик, заткнись, — шипит Юнги. — Привет, Роуз. Рад, что ты пришла, — уже спокойно говорит парень и смотрит на девушку. — Привет, — говорит Роуз. — Вы опять не ладите с Кроликом? — Да нет, — кратко отвечает Юнги. — Ой, только Шуга постоянно ворчит как дед, — дразнит Кролик. — А так, нормально всё. Чонгук успевает уклониться от подзатыльника Шуги и начинает хихикать над ним. Да, Бона неправа, эти двое стали более дружными. Роуз переводит свое внимание на других участников, а также на автомобили. Тачка Юнги как обычно натерта до блеска; его Ниссан Скайлайн должны видеть из космоса. А вот, Чонгук сменил машину. Теперь у него новенькая красная Хонда. Бона даже подходит и разглядывает поближе. Кролик не стесняется, показывает свою малышку изнутри, а также рычит мотором, чем вызывает громкий вопль толпы. — Неплохая, — комментирует Бона и показывает палец вверх. — Боже, а чья эта машина?! Роуз указывает пальцем на синий Ниссан Сильвия, полностью обклеенный аниме-картинками. Девушка даже рот раскрыла! Не то, чтобы это плохо выглядело, просто даже Чонгук выбрал что-то проще. — Моя. Бона резко разворачивается на голос и замирает. — Джи?! Парень, стоящий в смешной шапке с мишками, развел широко руки. Роуз сразу же кинулась обнимать его. Джихёна, если ей не изменяет память, она не видела три года. Гонщик пришел в «Night Seoul» с самого начала, Бона и Юнги — чуть позже его. Но из-за учебы за границей Джи улетел во Францию, а потом и Роуз покинула гонки. — Твой свитер колючий! — Это первое, что ты хочешь мне сказать? — громко возмущается Джихён. — Ты еще и мою тачку оскорбила! Я долго клеил. — Во-первых, я очень рада видеть тебя, — оправдывается девушка. — Во-вторых, я не оскорбляла. Я очень удивилась, увидев это чудо. — Даже сейчас оскорбляешь! — Нет, — вздыхает Бона. — Просто, когда твоя аниме-машина стоит рядом с этой черной Супрой… — Роуз переводит свой взгляд на дорогой автомобиль, поднимая брови и втягивая щеки. — То… Кстати, чья она? — обращается уже к Хоупу. Организатор, который общался с новым участником, отвлекается на Бону. Щурится и щелкает пальцами. — Эта нового гонщика. RM, — отвечает Хосок. — Он скоро подойдет. Да, у нас сегодня три новых участника. Это Кан, — Хоуп указывает рукой на рядом стоявшего парня. Бона скромно улыбается, называет свою кличку и кланяется. Гонщик делает тоже самое. — А вон там Сакура. И да, девчонка из Японии. Роуз выглядывает из-за Юнги и замечает очень милую девушку, немного похожую на Жвачку. Одета она просто: голубые широкие джинсы и лонгслив от Адидас. Сакура чатилась с кем-то по телефону, особо не обращая внимания на остальных. Бона просто кивнула и ушла в сторону, куда ей показал Хосок. Заезд скоро начнется. Участники стали потихоньку готовиться. Вот и подоспел владелец Супры. Ого. Честно, Роуз думала, что ее обладателем будет смазливый паренек из богатый семьи судя по машине, но нет. К автомобилю подходит мужчина в черном комбинезоне, под которым виднелись белоснежная футболка. Короткая стрижка, поднятая наверх, пара сережек в ушах. Бона предполагает, что он ровесник Хосока, если не старше. Конечно, гонщик выглядел солиднее, когда подошел к машине и облокотился на капот в ожидании. Хотя RM и так выглядел очень солидно. Толпа начала громко кричать, требуя начала. — А люди жаждут увидеть этот заезд, — начинает свою речь Хоуп. — Я тоже хочу увидеть вас сегодня на дороге. Буду краток, — улыбается Хосок и разводит руки. — Семь километров извилистой дороги. Приз — одна тысяча долларов! Бона хочет закричать вместе со зрителями, услышав сумму приза, но сдерживается. Трасса тут и впрямь непростая, просто так разогнаться не получится, и повороты слишком крутые. — Но я думаю, для вас — не проблема. Так что порвите друг друга! Хосок завершает речь и проходит вперед, жестом указывая участникам, чтобы они сели за руль. Бона в последний раз смотрит на Шугу и кивает ему, сжимая кулачки. Юнги ухмыляется и садится в машину. ‘3’… Слышится рев автомобилей. ‘2’… Люди кричат как никогда. ‘1’… Воздух поднимает пыль, слышится свист от колес и все семь стартуют. Роуз лишь успевает заметить, что первым вырывается Чонгук, а на его хвосте — Юнги и RM. Когда машины скрываются за первый поворотом, Бона вздыхает. Все-таки непривычно видеть заезд с такой стороны: когда раньше Роуз была гонщиком, а сейчас стоит рядом с Хоупом и наблюдает трансляцию гонки через телефон. — Ты потратился на два дрона, сделал специальный закрытый сайт для трансляций. — Я нашел людей, которые теперь мне помогают организовывать, — спокойно отвечает Хосок. — Новые участники неплохи. Бона кивает, наблюдая, как в крутой поворот входит сначала Юнги, поднимая столб пыли, а за ним Чонгук и RM. Этот парень очень хорошо обращается со своей Супрой. Девушка никогда не каталась, а тем более не рейсила на таких тачках. — RM хорошо водит. — Да, заметил. Он дышит в спину самым лучшим из «Night Seoul», — указывает пальцем на экран. — Думаю, его я возьму на большие заезды. — Что? — искренне удивляется Бона. — Тебе Шуга ничего не говорил? Роуз озадачено смотрит на организатора. Друзья очень редко поднимали тему гонок. После аварии они даже общаться нормально не могли, даже в переписке. Сначала Бона пережила несколько операций, потом реабилитация дома. Но… самое ужасное, что она не могла разговаривать с Юнги. Моментально девушку начинало трясти, а слезы так и норовили политься. Бона то и делала, что бесконечно винила себя и извинилась перед другом. Подруга просто закапывала себя в вине. Все стало лучше, когда они оба поступили в один университет. Общие знакомые, общие проблемы с учебой дали толчок возобновления привычного общения. Но по сей день Бона не может нормально общаться, смотреть на друга. Она не может вновь сесть за руль. — По твоему лицу вижу, что не говорил, — вздыхает Хосок. — После Нового года будут собраны гонщики с разных городов Кореи. Мы будем устраивать большие заезды на крупные выигрыши, — объясняет организатор. — Я познакомился с классными чуваками, которые занимаются тем же, чем и я. Вот и готовимся медленно. — Ого, вау. Это очень здорово, что ты растешь и даешь возможность наслаждаться гонщикам «Night Seoul». — Я буду смотреть еще на новичков, а также на Жвачку и Джихёна. Он только недавно вернулся. Но Кролик, Шуга и RM точно будут участвовать. Бона активно кивает и начинает слышать рев моторов. Участники приближаются к финишу и их уже можно видеть. Роуз вместе с толпой наблюдают, как три машины пытаются догнать друг друга. Девушка прищуривается и видит, что на дороге валяются старые железные бочки. Но эти трое не отлипают друг от друга, никто не хочет уступать. Но если сейчас никто не вырвется вперед, то кто-нибудь врежется в бочки! Нет, нет… Роуз сжимает кулаки и хочет зажмуриться, но не позволяет себе этого сделать. Юнги в последнюю секунду вжимает педаль газа и вырывается вперед, маневрируя между бочками. У Боны глаза сейчас вылезут, когда видит, что её друг первый пересекает финиш и выполняет полицейский разворот и останавливается со свистом. Когда он научился такому?! За ним приезжают все остальные участники и они вылезают из машин. Толпа кричит, орет поздравления для Шуги. Парни в восторге с маневра, девчонки — с крутости гонщика. А Бона в душе в шоке с обоих факторов. Хосок и Роуз подходят к участникам и поздравляют Юнги, а также хвалят других гонщиков. — Шуга, честно, я даже не расстроился, что сегодня проиграл тебе! — восклицает Кролик и хлопает по плечу гонщика. — Господь, я готов отсосать тебе, потому что ты в конце так обошел эти бочки… — Бля, завались и не неси бред, — мычит Юнги, но все-таки тоже хлопает Кролика по плечу. — Ты тоже был хорош. — Вы все были на высоте, — комментирует Хосок. — RM, ты на своей Супре раздал стиля! — Мг, спасибо. А он походу нелюдимый. Бона склоняет голову, пытаясь как бы проанализировать поведение гонщика. Чем-то похож на Жвачку, но от девушки нет такой подавляющей ауры. — Шуга, деньги упали на твой счет, — радует Хоуп и пожимает руку гонщику. — Благодарю. Бона делится своими впечатлениями о заезде. Говорит о Чонгуке, как он не сдавался и до последнего хотел прижать Юнги. Радуется, что Жвачка не потеряла свой стиль. Роуз эмоционально восхищается дрифту Джихёна, а также и новичков не оставляет без комментария. — А ты, — тыкает пальцем в грудь Юнги. — расскажешь мне, когда научился полицейскому. Юнги улыбается и машет руками. — Хорошо. Тогда поехали покатаемся по городу, и я тебе расскажу. Что? — О-о, вот они, лучшие друзья, — тянет Кролик и хихикает. — Заткнись. Бона, конечно, в приятном шоке от предложения Юнги. Да, она и согласна, потому что не хочет возвращаться в три утра домой. Мама явно её не поймет. Но и садится в машину с Юнги… Девушка не каталась на стрит-рейсерских машинах очень долго, даже как пассажир не могла себя заставить. Друг много раз предлагал, но Роуз столько же раз отказывалась. Сглатывает и смотрит внимательно на Юнги. — Хорошо, — соглашается Бона. — Только медленно, — подойдя к другу, говорит шепотом. Шуга кивает и салютует всем участникам и зрителям. Бона прощается со всеми, машет и кланяется толпе. Кто-то закричал, что ждет в следующий раз её за рулем, на что девушка просто смеется и отмахивается. Друзья идут к машине, Юнги открывает дверь пассажирского, и Бона замирает. Она гипнотизирует кресло. Все же будет хорошо? Они просто покатаются по городу. Ничего не произойдет. — Бона, я буду аккуратно вести; без всяких приколов. Девушка оборачивается и видит на лице друга уверенность, а также беспокойство. Юнги не обманывает. Он хочет, чтобы Бона насладилась поездкой и начала перебарывать свой страх. Она кивает и с выдохом садится в машину. Все будет в порядке. Юнги её никогда не обманывал.