RACE_12

Всю ночь шел дождь, а сейчас лучики солнца бликуют в лужах. Красиво. Но Бона очень сильно переживает, сжимая белую меховую накидку, и полностью не может заметить всей красоты на улице. Родители первыми уехали на мероприятие. Девушка едет одна к самому началу торжества. Где-то у назначенного места ждет Юнги. Бона морщится и утыкается лицом в ладони. Как можно было забыть отдать приглашение? Друг бы сейчас не стоял и не ждал, хотя… может, оно и к лучшему? Для парня лучше стоять неподалеку и ждать спутницу, чем бродить по залам одному среди людей, которых он презирает. Бона слишком переживает. Слишком сильно. Не нужно было его впутывать. Любой вариант ужасен: стоит он и ждет ее на улице, когда мимо проходят люди и косятся на парня, или же он бродит по залам поместья один, пока богатые ублюдки сквернословят и обсуждают его за спиной. Нужно побыстрее доехать. Если Бона будет стоять рядом, все заткнут свои поганые рты и отведут брезгливые взгляды, будто они смотрят не на человека, а на кусок дерьма. Да, это ужасно, но это работает. Если дочь мистера Со будет стоять рядом с Юнги, никто даже не пикнет. Спасибо отцу. — Мисс Со, мы приехали, — оповещает Йен, паркуясь рядом с поместьем. Бона дергает головой, за потоком мыслей она совсем перестала следить за дорогой и не заметила, как быстро они приехали. Будто бы водитель услышал внутренние переживания девушки. — Спасибо Йе… Она не успевает договорить, так как дверь машины открывают. Кто? Обычно Йен этим занимается. Бона поворачивает голову и распахивает глаза. Перед ней возвышается Юнги, который стоит с протянутой рукой. Серый костюм, который они купили в торговом центре перед «Лимеренцией», идеально выглажен, как и белая рубашка под ним. Пояс туго завязан в аккуратный бант, демонстрируя талию парня. Рыжие волосы превосходно уложены, открывая лоб. Только одна прядь выбивается из укладки, но она совершенно не мешает, только добавляет некого шарма. Серебряные серьги и кольца утонченно смотрятся на длинных пальцах Юнги. Бона машинально кладет свою руку в ладонь друга и вздрагивает, чувствуя холодный метал украшений. Только сейчас девушка просыпается. Юнги необычайно красив. Да, его непривычно видеть таким… Собранным? Он никогда не пытался делать такие укладки, да ему плевать было. Он никогда не носил костюмы, даже на выпуск из средней и старшей школ приходил в черных джинсах и белой футболке. Но Юнги, который стоит в строгом костюме, начищенных до блеска туфлях, с укладкой заставляет прикусить щеку изнутри и рвано выдохнуть. Молчи. Молчи. Молчи. Его вежливость — игра, а Бона — подруга, которую он спасает. — Ты выглядишь хорошо. Но от одного комплимента он же ничего не поймет? Ничего же не случится, если Бона разрешит себе сказать правду? Почти правду. Юнги выглядит сногсшибательным и горячим в этом образе. Он усмехается и смотрит по сторонам. Парень неожиданно притягивает руку девушки и целует тыльную её сторону. Кажется, у Боны ноги подкосились на этих неудобных каблуках. Губы Юнги сухие, они еле касаются нежной кожи, но в животе порхают те самые бабочки. — На нас смотрят, — шепчет Юнги и смотрит исподлобья. А, это тоже часть игры. Друг решил действовать сразу же. — Но мне приятно, что тебе нравится. Ты тоже прекрасно выглядишь. Уши, щеки краснеют, а пульс учащается. Дежавю. Бона сильнее кусает щеку, а второй рукой крепко сжимает накидку. Она чувствует пристальный взгляд Юнги, как он рассматривает её оголенные шею и плечи, спускается ниже к груди, к талии и скользит по бедрам. Дергает бровями, замечая, какой высоты каблуки. Девушка чувствует себя голой, когда Юнги отпускает её руку, облизывает свои губы, скользя металлическим шариком. Но он, как ни в чем не бывало, встает рядом и сгибает руку так, чтобы Бона могла ухватиться за него и идти рядом под руку. — Извини, я забыла отдать приглашение. — Не волнуйся, я недалеко припарковал свою тачку, сидел там и ждал. Фух. Какое облегчение. — И тебе не холодно? Ты в одном костюме, — Бона бросает взгляд на него и вздрагивает. Холодный ветерок присутствует. — Я свой огромный бомбер оставил в машине, — спокойно отвечает Юнги. — Я боюсь, что тебя твоя «недошуба» не спасет от ноябрьской прохлады. — Она теплая, — бурчит Бона. Они подходят к главным дверям, где всех встречает дворецкий, спрашивая приглашения. — Вот, два приглашения на имя миссис Со, — да, девушка попросила сделать на имя мамы, чтобы не было проблем перед отцом. Он до сих пор не знает, кто пришел вместе с его дочерью под руку. — А вы… — мужчина всматривается в приглашения, а потом в лица пары. — Я дочь мистера Со, Со Бона, а рядом со мной стоит мой спутник, — отвечает на вопрос девушка. — Пропустите нас, — последние слова Бона говорит с нажимом, заставляя дворецкого немедля открыть главные двери. — Спасибо. Юнги тихо смеется, проходя вместе с подругой в огромный зал. — Даже у меня мурашки пошли от твоего тона голоса. Бона вдыхает через рот и краснеет. А парень спокоен, как никогда. Даже когда все люди собравшиеся на празднике оборачиваются, когда они пялятся и пожирают взглядами вошедшую пару. Но Со Бона и Мин Юнги идут дальше вглубь. — Это Со Бона? — Это же дочка мистера Со… — А кто с ней рядом? — Из какой семьи этот молодой человек? Они игнорируют гул, который поднялся за секунду. Девушка стучит каблуками и уверенно идет в сторону, где успевает заметить свою маму. Миссис Со, разговаривает с неизвестной женщиной, но как только видит свою дочь, широко улыбается. Пара подходит ближе, и Бона начинает чувствовать смущение. Ее мама так рассматривает Юнги и Бону, нежно улыбаясь, что по телу проходит жар. — Вы чудесно смотритесь вместе, — говорит мама и подходит ближе, целуя свою дочь в щеку. — Юнги, здравствуй. Давно мы не виделись. — Здравствуйте. Да, много времени прошло. — Ох, да. Заскочи как-нибудь к нам. Ты же даже не видел наш новый дом. — Мама, — шипит Бона, крепко сжимая руку друга. Миссис Со умолкает, горько ухмыляясь. Она тоже понимает, что это возможно только тогда, когда отца не бывает дома. — Ох, я совсем запамятовала. Миссис Ли, это моя дочь и её спутник, — мама быстро меняет тему, натягивая улыбку. — Да, я наслышана о вашей прекрасной дочери. Приятно познакомиться лично, а также и с её мужчиной. Юнги же? — Да. Мин Юнги. С ее мужчиной. Если миссис Ли так сказала, значит они отыгрывают правдиво. Но Боне хочется, чтобы это не было игрой. — Расскажите о себе. Началось. Об этом и предупреждала девушка. На Юнги сейчас накинутся с бесконечным потоком вопросов, потому что он новое, неизвестное лицо. — Я учусь в том же университете, что и дочь миссис Со. Только поступил на другое направление. Художественное, бюджет. — Боже! Ты прошел на бюджетное место? Сам или с помощью родителей? — Сам. Юнги отвечает спокойно. Только Бона переживает сейчас больше всего. — Да перед нами, возможно, будущий гений в искусстве. А кем твои родители работают? Ужасный вопрос. Конечно, несмотря на добрую атмосферу вокруг жены виновника торжества, ее все равно интересуют деньги и социальные статусы. Но этот вопрос… — Моя мама работает в школе учителем корейского языка, а отца у меня нет. …ужасен и по этой причине. Юнги воспитывался в окружении мамы и бабушки. Мужское воспитание дал дедушка в детстве, но он умер, когда Юнги было пять лет. — Оу… Соболезную. Мне не стоило спрашивать. Но миссис Ли все равно интересует факт, сколько денег лежит в карманах родителей парня. — Все хорошо, — отвечает Юнги ровным голосом. Да, ему всегда было плевать на отца. Он не пытался его найти, знал только то, что он был алкоголиком и, возможно, уже скончался где-то в подворотне. Друга уже не раздражают эти вопросы, это упоминание отца в его жизни, а точнее — его отсутствие. Юнги давно все прожевал и проглотил. — Мам, а где отец? — осторожно спрашивает Бона, оглядываясь по сторонам. — Они на совещании с мистером Ли и другими представителями. — В день рождения? — Да, мой муж решил не терять времени. М-да, сегодня такой прекрасный вечер, а он только о работе и думает, — женщина цыкает и крутит головой, явно негодуя. — Понятно, — девушка выдыхает и крепче сжимает руку друга. — Вы можете прогуляться пока. В этом поместье много картин известных художников. Я думаю, Юнги будет интересно и полезно. Мама подходит к дочке и гладит её по плечу. Она целует её в лоб и мило улыбается, отходя. Бона и Юнги кивают болванчиками, прощаются с миссис Ли и отходят в сторону. Они медленно шагают к картинам, которые висят по всем стенам. Дорого. Роскошно. Показушно. Да, Бона выросла с серебряной ложкой во рту, но ее все это раздражает так же, как и Юнги. Только она привыкла к этому определенному социальному дну. Все эти люди делают вид, что они лучезарные и дружелюбные, самые милые существа на свете. Но нет. Прямо сейчас каждый ищет момент, человека, ситуацию, как и где можно заработать побольше денег. Ищут с кем можно выгодно познакомить своих детишек. Поэтому Бона и позвала Юнги. К ним никто не подходит. Да, смотрят, но не подходят. — Кого я вижу? Со Бона! — этот голос девушка узнает всегда. Бона глубоко вздыхает и поворачивается. И видит человека, из-за которого не хотела появляться здесь. Грейс. Выбритая макушка, верхние пуговицы белой рубашки расстегнуты, а пиджак накинут на плечи. Он ядовито смотрит, разглядывая девушку с ног до головы, полностью игнорируя стоящего рядом Юнги. Он не смотрит, он раздевает взглядом, прикусывая губу. Мерзко. Боне мерзко и тошно. А еще этот удушающий аромат. — Боже, я не думал, что увижу тебя тут, — потому что Грейс не умеет думать, — а ты пришла. Мне отец ничего не ответил на предложение быть моим партнером на вечер. Я думал, мы поладили тогда. — Нет, — шипит девушка. — Воу-воу, не нужно здесь показывать свои клычки. Это ты из-за этого пацана? — Грейс небрежно тыкает пальцем в Юнги, а Бона чувствует прилив злости. — Кто это вообще? — Не тыкай в меня. Я… — отвечает Юнги с каменным лицом, но умолкает, когда рука Боны взмывает в воздух и останавливает следующие реплики. — Это мой партнер на вечер. И да, не смей тыкать своими пальцами в моего спутника, — обычно девушка очень спокойна и решает все вопросы рационально, но когда кто-то не подобающе обращается с её людьми, вся рациональность пропадает. — Грейс, это первое предупреждение. — Да, и что же ты мне сделаешь? — он нагибается и ухмыляется. — Я вырву этот палец, которым ты тыкал в моего партнера. Девушка видит, как Юнги дергает бровями и тихо усмехается. — Кажется, твой партнер чувствует себя комфортно, пока девушка защищает его, — Грейс выпрямляется и полностью переводит свое внимание на друга. Бона сглатывает, видя взгляд Грейса, как у бешеного пса. — Мы пойдем поговорим с твоим партнером. Мне интересно узнать его поближе. Может, подружимся. — Вы никуда не пойдете. — Тебя зовет моя мама поговорить. И ты не можешь отказаться. Бона сжимает руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Грейс прав. У нее нет права на отказ. Ладно. Ничего не произойдет. Они на мероприятии, где куча людей. У Грейса хватает мозгов, чтобы не портить себе репутацию. — Бона, иди, — говорит Юнги и поднимает руку девушки. Он вновь целует её, прижимаясь губами сильнее. Бона вмиг краснеет, замечает, как Грейс сжимает челюсти. — Мы переговорим с ним, узнаем друг друга поближе. Не волнуйся. Бона смотрит на друга большими глазами, пока он отпускает её руку и разворачивается к Грейсу. Юнги толкается языком в щеку, и Бона чувствует, как вокруг парня сгущается невидимая аура гнева. Напряженная атмосфера, их нельзя оставлять наедине. Но девушке нужно уйти. Она обеспокоенным взглядом последний раз смотрит на Юнги, разворачивается и ищет мать Грейса. Бона уверена, что эта женщина опять будет рассказывать, какой её сынок самый лучший, что он во многом преуспел. Грейс успешен, Грейс богат, Грейс красавчик. Грейс, Грейс, Грейс! И да, Бона сейчас это слушает. Хотя, по правде говоря, все мнимые заслуги Грейса — заслуги отца. Деньги, успех, авторитет. И девушку это не интересует. Ей интересен парень, который добился всего сам. Бюджетное место в престижном университете, он оплачивает квартиру и полностью обеспечивает себя. Продажа картин, обслуживание своей машины. А еще этот парень гоняет на этой тачке так горячо и искусно, что Бона восхищается каждый раз этому. — Миссис Фэллон, мне было приятно поговорить с вами, но мне нужно отлучиться. Мне необходимо поговорить с мамой, — Бона пытается мягко намекнуть, что ей это все неинтересно. — Ой, да. Конечно! Беги-беги. Передавай ей большой привет. Кстати, мой муж и сын скоро навестят ваш дом. — Замечательно! Прекрасно, я передам, — она пытается улыбаться и не выдать своего притворства. Бона кланяется и разворачивается, сразу скрывая улыбку. Это самые долгие десять минут в её жизни, когда нужно улыбаться и тупо кивать. Девушка вздыхает и ищет взглядом Юнги и Грейса, где она их оставила. Но парней нет. И это напрягает. Где Юнги? Бона поднимает подол платья и быстрым шагом возвращается на прежнее место. Девушка судорожно оглядывается, чувствуя, как пальцы начинают дрожать. Все тело немеет, а в горле сохнет. Она будто задыхается. Юнги… вдруг он в опасности. Где он? Куда они ушли? Или его насильно увели? Тут повсюду люди семьи Грейса, они могут сделать все что угодно и без лишнего шума. Нет. Нет. У Боны подкашиваются ноги от осознания, что могут сделать с её другом. Зачем она привела его сюда? Зачем? — Эй, ты чего такая бледная? — девушка чувствует, как её голых плеч касаются холодные шершавые руки. Она поднимает голову и видит обеспокоенный взгляд Юнги. — Тебе что-то наговорила мать того придурка? Бона, очнись. Он дергает подругу за плечи и давит большими пальцами, а Бона всхлипывает тихо. Все хорошо. Юнги цел и невредим. — Я п-переживала за тебя. После разговора увидела, что тебя нет на месте… и мой мозг начал генерировать ужасные си… — Успокойся, — говорит Юнги и аккуратно прижимает девушку к себе. Она может услышать его быстрое сердцебиение, а её руки хватаются за пиджак. — Все хорошо, да, мы отошли с ним переговорить. Но сейчас, возможно, он плачет где-то в туалете. — Ч-что? Бона отодвигается и смотрит на Юнги с непониманием. — Бона, он редкостный придурок. Прости, что не выполнил обещание не вступать в конфликты. — Что он сделал тебе? — у девушки внутри все скручивает. Неужели все-таки Грейс… — Не мне, а тебе. Я даже рассказывать не хочу, как он на самом деле отзывается о тебе, — Юнги хмурится и хрустит пальцами, оглядываясь куда-то назад. — Дай угадаю: он хочет меня, потому что у моего отца много денег. — Типа того, а еще то, что такой нищеброд, как я, должно быть чувствует эйфорию, трахая такой мешок денег, — парень рассказывает с неподдельной ненавистью. Такое ощущение, что Юнги сейчас — машина для для убийств. — Сукин сын. Я еле сдерживался, чтобы не набить ему морду. — Я убью его, — не своим голосом шепчет Бона. — Брось, не трать свое время на кусок дерьма, который завидует нищеброду, что он стоит рядом с такой девушкой, — Юнги усмехается и встает сбоку, чтобы Бона вновь обхватила его плечо. — Да-да, я ему так и сказал, добавив факт, что это он походу кусок хуйни, раз девушка выбрала меня, а не красавца с кучей бабла. — Но… ты не нищеброд, — протестует Бона. — Да? А что, может, я еще и красив? Бона хлопает глазами. Атмосфера резко поменялась, а Юнги давит взглядом. Он склоняет голову ближе, чтобы рассмотреть лицо спутницы, прочитать её эмоции, но может видеть только яркий румянец на щеках. Они кучу раз говорили друг другу комплименты, но сейчас это ощущается по-другому. Будто Бона признается ему, что друг ей нравится. Не как друг. — Эх, все-таки урод, — вздыхает и выпрямляется. — Пойдем, там этот уже вышел в центр зала, скоро все начнется. Они подходят ближе, берут бокалы с шампанским, которые предлагают официанты. — Спасибо всем, кто пришел и решил присоединиться к этому скромному торжеству, — Боже, как наиграно и пафосно говорит мистер Ли. — Буду краток, потому что и так задержал начало празднества из-за совещания. Давайте поднимем бокалы и выпьем. Все поднимают бокалы и пьют. Бона делает несколько глотков и морщится, а вот Юнги выпивает все и даже бровью не ведёт. Он ставит бокал на поднос рядом стоящего официанта и неожиданно забирает шампанское Боны. — А-а… Бона раскрывает рот, когда видит, что Юнги допивает ее бокал, также ставит на поднос и облизывает губы. — Тебе нельзя пить. Ты плохо переносишь алкоголь. — Но я же чуть-чуть! — Нет. — Дорогие друзья и коллеги, начнем же этот вечер! Все хлопают, и начинает играть живая музыка. Гости разбредаются по залу, в центре которого стоят мистер и миссис Ли, и становятся в позицию начала вальса. Юнги отходит на пару шагов и протягивает руку вперед, приглашая Бону на танец. Конечно, они репетировали его вчера, но девушка предупредила, что эта часть не обязательна и можно не танцевать. Но она принимает приглашение и кладет свою ладонь поверх руки парня. Он прижимает её ближе, обхватывая крепко талию девушки. Бона не знает, куда деть свой взгляд. Юнги так близко, что его аромат бьет в нос. Хочется окунуться в него, хочется прилипнуть к другу и вдыхать, вдыхать, вдыхать аромат табака. Они двигаются в ритме музыки. Так нежно, так легко. Бона не замечает никого, только Юнги, что ведет танец. Юнги, что дарит ей самый незабываемый момент в жизни. Юнги, что смотрит с нежностью на нее. — Ты красивый. Юнги, что в глазах Боны самый красивый мужчина на свете. — Что? И только сейчас осознает, что поддается моменту. Из-за атмосферы и танца она совсем забывает, что так девушка признается, как минимум, самой себе. — Ты не урод и не нищеброд, — Бона утыкается ему в грудь, не может поднять голову, ведь так Юнги увидит её смущение. Он может все понять. — И спасибо, что защитил меня перед Грейсом. — Пф-ха-ха, ты все время об этом думала? Над моими словами? — он тихо смеется, не сбиваясь с ритма. — Да… — Спасибо. И я не мог по-другому поступить. Музыка заканчивается, и приходится оторваться от объятий друга. Они кланяются друг другу и благодарят за танец. Спутники идут к фуршету, выбирая закуски. Юнги берет себе обычную водичку, а Бона — креветку в кляре на шпажке. Пока они делятся впечатлениями от живой музыки, Бона радуется, что не видит больше Грейса. Обычно, этого парня ничто не может остановить. Но Юнги смог это сделать. Неужели друг способен и на такое и обладает сильной и пугающей аурой, что даже такой придурок Грейс отлип от Боны. — Со Бона. Девушка роняет шпажку и вздрагивает. Отец. Отец узнал, что его дочь с человеком, которого он не любит всей душой. Она оборачивается и смотрит, как отец зло смотрит то на Бону, то на Юнги. Он подходит ближе и склоняет голову ближе, а девушка вжимается. — Зачем ты притащила его сюда? Кто давал тебе разрешение?! — мистер Со рычит, и его не волнуют люди вокруг. — Юнги не собака, чтобы его притаскивали сюда, — выплевывает Бона в ответ. Да, она боится своего отца сейчас, но не позволит ему оскорблять дорого ей человека. Неважно к чему это может привести, Бона не позволит. А вот мистеру Со не нравится тон дочери. Кажется, что он сейчас покраснеет от злости. — Мистер Со… — начинает Юнги и делает маленький шаг вперед. — Заткнись, щенок! — Папа! — Бона выставляет руки вперед и преграждает путь отцу, потому что тот уже готов наброситься на Юнги. — Как ты смеешь вставать у меня на пути… Притащила сюда его, так еще и перечишь своему отцу! — Бона поджимает губы и бегает взглядом по залу. Все смотрят на них. — Еще раз я увижу его… — У моего спутника есть имя, — перебивает девушка. — Что ты сказала? Хах, — мистер Со усмехается и зачесывает волосы назад. — Я сказала тебе: у моего спутника есть имя. — Бона, ты переходишь все границы, — он сейчас взорвется. Бона выпрямляется и делает шаг вперед. Страшно ей? Да. Хочет ли она все высказать отцу? Да. — Нет, это ты переходишь все границы, отец. Я не хочу слышать оскорблений Юнги. — Да что ты в нем нашла?! Из неблагополучной семьи, тусующийся, живущий… да где твой Юнги вообще живет? Вот именно. Мистер Со ничего не знает о Юнги. — Он живет в квартире, которую сам оплачивает. Он учится на бюджете в университете, в котором я учусь платно. Он сам зарабатывает себе на жизнь, а не сидит на шее у родителей, как Грейс, — Бона тыкает пальцем в отца и с нее слетает меховая накидка. Тело окутывает жаром от злобы и несправедливости. — Кстати, Юнги тот, кто защитил меня и отстоял мою честь. Твой любимый Грейс хочет меня заполучить только потому, что хочет насытиться твоими деньжатами, — Бона ухмыляется, видя, как мистер Со раскрывает рот от удивления. — Ха-а, только Юнги не хочет этих денег. Ему интересна я, а не твои бумажки. А ты… Ты просто хочешь продать свою дочь. — Нет, Бона, я не хочу продавать тебя! — протестует отец, кладя руки на плечи дочери. Мерзко. — Точно, не продать. Выдать замуж повыгоднее, чтобы ты также получил деньги. Но знаешь, — Бона скидывает руки отца и морщится, ее будто потрогали грязными перчатками, — это все равно, что продать меня. Девушка обходит отца и идет вперед. Перед ней все расступаются, не пытаясь остановить. Плевать, что она навела шума прямо посреди мероприятия. Плевать, что теперь её семья замешана в конфликте и репутация подпорчена. — Со Бона! Стоять! Плевать на крики отца. Она не остановится. Девушка толкает главные двери и выходит на улицу, глубоко вдыхая холодный воздух. Бона хочет плакать. Хочет громко разрыдаться из-за осознания ситуации и чувств. Как же ей противно, омерзительно и погано. Почему отец не хочет принять свою дочь такой, какая она есть? Почему не желает ей счастья как нормальный родитель? И Юнги все слышал. Да, он знал, что мистер Со не любит его, но выслушивать это в лицо… Бону выводят из мыслей руки Юнги, которые подхватывают ее. Она ойкает, смотрит на серьезное лицо своего друга и краснеет. Он вновь так близко, такой теплый. — Ты сейчас упадешь на этих каблуках, — только сейчас девушка видит, что стерла все ноги. Друг это заметил и поэтому несет ее? — А еще ты забыла свою шубу там, — и только сейчас Бона чувствует настоящий ноябрьский холод. Она покрывается мурашками и неосознанно жмется к телу парня. — Куда мы идем? — тихо спрашивает Бона. — В машину. Тебе нужно успокоиться. Юнги быстро доходит до своего ниссана, опускает девушку на ноги и открывает машину, усаживая в первую очередь Бону. Удивительно, как друг действует на нее. Еще минуты три назад девушка готова была рвать и метать, а сейчас остался лишь горький осадок. Удивляется, когда Юнги набрасывает сверху на нее свой большой бомбер. — Ты вся дрожишь, — он говорит это, и Боне моментально становится теплее. — Также можешь снять туфли, пока мы едем. — Я даже домой не могу вернуться… Она не хочет. Девушка сейчас не хочет видеть и слышать своего отца. То… как он говорил с ней, что говорил про Юнги… до сих пор крутится в ее голове. — Поедем ко мне, — Юнги рычит мотором и выруливает на дорогу, быстрее уезжая от поместья. — Сейчас покатаемся, а потом домой. Забудь этот разговор. — Юнги, он… — Бона, успокойся. Прикрой глаза и расслабься. Да, он прав. Девушка снимает туфли и поджимает ноги под себя, морщась. Она отворачивается к окну, разглядывая ночной Сеул. Друг ведет медленно, не гоняет и не ускоряется. Он помнит, что в любой момент на подругу может накатить новая паника. Он так заботится. Этот человек черствый со всеми, но с Боной он самый нежный. Они молчат, каждый думает о своем. Бона поворачивает голову и смотрит на друга. Красный свет светофора озаряет его. Юнги гладит свое бедро, пока второй рукой крепко сжимает руль. Красивый. Юнги сейчас такой красивый. Он поворачивает на другую дорогу. Пустую, где можно спокойно ехать и наслаждаться видом. Можно переварить все мысли и успокоиться. И это все ради Боны? — Прости меня, — тихо говорит девушка. — Ты не должна извиняться, — хрипит Юнги, пока сворачивает на мост. — Но мой отец… наговорил гадостей. — Мы не в ответе за своих родителей. Бона, все хорошо. Мне важнее были твои слова, которые ты сказала ему, — он облизывает губы и вздыхает. — А так, мне плевать, что другие думают обо мне. Бона молча кивает, ведь это правда. Она откидывает голову на спинку кресла и смотрит прямо. Желтый свет фонарей, ночное небо. Это все успокаивает, как и рядом сидящий Юнги. Только эту идиллию прерывает рингтон на телефоне друга. Он шипит и достает из кармана брюк разрывающийся смартфон. Друг вздыхает, но отвечает на звонок. — Алло, Юнги, занят? — Хоуп, я еду и ты на громкой. Интересно, что понадобилось организатору в вечер воскресенья? Бона смотрит на экран телефона, где виден входящий вызов. — Слушай, мне нужна помощь. Мне нужно срочно найти двоих для парного заезда. — И? — Если ты сможешь, то я заплачу тебе вдвое больше, — говорит Хосок. — Я все-таки прерываю твои планы. Я найду второго и… — Не нужно второго, — отзывается Бона, а Юнги мигом оборачивается на нее. — А-а?! С тобой Роуз? — Да-да, Хоуп, привет, — запоздало здоровается Бона. — Э, ты чего такое мелешь? — спрашивает Юнги, стараясь следить за дорогой, но девушка видит потрясение на его лице. — Согласен с Шугой. — Парни, я что, не подхожу для напарника? — спрашивает девушка. — Подхожу, так в чем проблема? — Бона, у тебя страх до сих пор есть. Ты не садилась за руль два года! Какие тебе гонки?! — друг повышает тон, а Бона закатывает глаза. Да, и страх остался. Он по сей день живет с ней. Но… жить она больше так не может. — Да, за руль я не садилась два года. Но поведешь тачку ты, а не я. — Да какая, нахуй, разница! Бона, ты не сядешь со мной в одну машину. — Я уже сижу здесь! Юнги, дай мне хотя бы попытаться попробовать перебороть мой страх! Ты сам мне что говорил? Юнги умолкает, поджимая губы. Хосок тоже молчит в трубке. Бона складывает руки и громко вздыхает. — Шуга, может Роуз права? Это шанс для нее вновь начать заниматься тем, что ей нравится, — рассуждает организатор на другом конце провода. — Ага, а если с ней что случится? — Бона понимает, что Юнги искренне беспокоится за нее, но это ее личное желание поучаствовать в гонке спустя два года. Даже если она будет навигатором. — Остановим заезд. Шуга, дай ей попробовать. Юнги молчит. Он крепко сжимает руль и тихо рычит, хмурясь. — Блять, ладно. Говори адрес. — Третий переулок, красный завод. — Понял, — Юнги сбрасывает трубку и прибавляет ходу, а Бона вжимается в кресло. — Ты уже реагируешь, а это даже не заезд. —Я справлюсь, — Бона кашляет и смотрит на друга. — К тому же Хоуп еще не видел тебя в костюме. Юнги закатывает глаза. Он до сих пор недоволен решением подруги, но пойти против тоже не может. А у Боны появился шанс.