День 4

Веном. Не знаю, чьи это шутки, но мне совсем не смешно. Вчера мне пришло письмо. Не спрашивай каким образом, удивишься. Сейчас я процитирую каждое клятое слово чтобы ты понимал моё недовольство. «Эдди Брок, здравствуйте. Я предпочту не разглашать свои данные из-за неких тесных отношений с правительством. Я ознакомлен с вашей трагедией, примите мои соболезнования, но то, что мне известно, надеюсь, сможет вас подбодрить. В моём округе уже как дня два назад проходят переговоры о вашем товарище — Веноме. Я не имею никакого права рассказывать кому-либо об этом, вам — тем более, но некоторые факторы, которые, к сожалению, я не могу вам рассказать, связывают меня с Веномом и Вами, в том числе. Вы меня не знаете, поэтому прошу, не ищите. Вернёмся к теме с Веномом. В нашей компании малого типа проводятся дискуссии, где обсуждается смерть Венома. Мне не всегда удается попасть на них, поэтому я лишь могу предполагать. Не буду медлить, есть теория, что Веном жив. У меня не в приоритете давать людям ложные надежды, но этот случай — другое. Сейчас между другими это только обсуждается, поэтому ещё не выставлены точные доказательства его жизни. Но мне посчастливилось держать в руках возможное место нахождение Венома, если он, конечно же, жив. Моё правительство не перестанет искать когда-то пропавшего симбиота, пока не найдут его. Эдди, я понимаю, что уже сейчас ты поверить мне не сможешь, но если ты хочешь вернуть Венома, не смотря на все недоверие тебе придется поверить. Я прошу тебя, вытри все свои сопли и отправляйся в место, указанное на карте. Если они найдут Венома быстрее нас, то отдадут его в правительство намного выше нашего. Зная о случившемся, я не могу утверждать, что они будут его лишь изучать, меня в такие дела не посвящают, к сожалению. Должен сообщить, что если Венома всё же не найдут — будут искать тебя. Уверенности в этом тоже нет, но будь наготове. Брок, пойми, ты должен найти его, пока не стало поздно. Пока что это всё, что я могу тебе сказать, но надеюсь ты услышишь мою просьбу». А знаешь, дружище, у тебя какие-то слабоумные друзья при жизни были, не находишь? Что, вашу мать, это такое? В голове Эдди не укладывается буквально ничего. Он перечитывает письмо раз за разом, но толку с этого мало. Неужели то, что говорится в письме правда, а не выдумка двенадцатилетнего мальчика? Веном жив? Черт, как это вообще возможно? Эдди на своих, мать его, глазах видел, как черного разрывает во всю и от него остаётся лишь пустота. Так как же могли так сложиться обстоятельства, что сейчас, где-то ближе к океану Веном пьёт виски со льдом? Нет, всё же это просто шутка, глупая шутка. Всю ночь Брок ночевал на уже приевшийся лавочке, хотя спать он толком и не смог — все время думал о письме. Гадал, что делать с ним да как поступить. Утро. Эдди спокойно заходит в квартиру Миссис Чен, не хочет давать ей ещё один повод для волнения, но уже было поздно. Женщина, увидев Эдди, сразу же подбежала к нему вся на нервах да с ярость в глазах, которую раньше, казалось, не видел никто. Она взяла его за локти, осматривая каждую часть тела чтобы не пропустить ни единой царапины. И это ей удалось: на лице Эдди ниже левого глаза виднелось свежая ссадина с засохшей кровью поверх нее. — Эдди, всю ночь, всю ночь, — повторила она более низким голосом, — тебя не было. Окно разбитое вдребезги, тебя нет, телефон оставил, мне ничего не сообщил, ты только представь, какие же мысли мучали меня всё это время, — на повышенных тонах продолжила женщина. — Эдди, пойми, я ведь волнуюсь за тебя! Миссис Чен была столь яростна, что Эдди пришлось знатно так напрячься. Она ведь никогда не была такой, никогда так не совала свой нос в жизнь Брока без причины, так что сейчас изменилось? После смерти Венома она теперь заточила ненависть на Эдди, верно же? Ну как же иначе, по-другому и бить не может. Эдди лишь громко вздыхает, дабы показать свою нервность. — Эдди, милый, я понимаю, что для тебя я не родной человек, — Миссис Чен опускает глаза, не хочет чтобы если что Брок увидел её слезы, — но ты мне как сын, и я не могу просто отпустить тебя, не могу не волноваться, понимаешь? У Эдди отнимает дар речи от услышанного. Он не может выдать ни звука. Миссис Чен и вправду не родная ему, но как она могла подумать, что не важна для него? Неужели всё это время, начиная с больницы, ей приходилось думать об этом? И снова на те же грабли, снова Эдди причиняет боль дорогим ему людям, не в состоянии что-либо с этим сделать. Какое же он грязное дерьмо. Сколько же боли он принёс окружающим его людям? Сколько зла и ненависти он вымещал на других? Теперь же единственное, что он может про себя сказать, что он — жалкий трус. Руки сами начинают раздвигатся чтобы взять женщину в объятия, а сердце с каждым мгновением решает колотиться лишь быстрее. Глаза намокают, но пустить им хоть единую слезу владелец не даёт, не может. Он хочет этого, но нельзя, нужно держатся. Миссис Чен вопреки злости поддается и закутывает его в свои теплые и столь нежные объятия. Женщина шепчет себе под нос какие-то ласкательные слова, столь нежны, что было ощущение, как будто матерь тихо напевает колыбельную, дабы ребенок поскорее уснул. Мягкость пробирает до кончиков пальцев на ногах, так не хочется выныривать с этого блаженства, но и оставаться в нём нельзя, нужно действовать. — Не думайте, что вы не важны мне, Миссис Чен. Вы единственный человек, который в столь трудное для меня время оказались рядом. Вы нужны мне, Миссис Чен, без вас я попросту не справлюсь. Эдди не хочет отпускать её, не хочет заканчивать этот глубокий момент. Он наконец-то понял всю ту любовь, которую так усердно давала ему Миссис Чен. Всё это время она поддерживала его намного больше остальных, не позволяла испортить себе жизнь окончательно, но самое главное, за что Эдди столь сильно ей благодарен, она никогда не давала и шанса, чтобы Веном возненавидел его. Мягкие ладони прикасаются к голове, нежно поглаживая Эдди. Женщина не уверена, что это ему нужно, но знает наверняка — ей это необходимо.

***

Эдди сидит, согнувшись в спине да нервно тряся коленом. Его пот уже давно слился с кожаной оболочкой дивана, но дискомфорт, к счастью, он никому не приносил. Миссис Чен приходит с небольшим подносом, на котором едва поместились две чашки ромашкового чая для успокоения и металлическая коробочка с разнообразным печеньем. Ей нужно сказать. Ещё один случай, когда Эдди, ничего не сказав, уйдет и не факт, что вернётся — допустить нельзя. — Миссис Чен, — низким голосом зовёт Эдди, — мне нужно поговорить. — Увидев, что женщина вся во внимании, он продолжил, — сегодня четвертый день после его смерти, — голос звучал уверенно, но что сказать дальше в голове не укладывалось. Мне плохо промолвил он в своих мыслях. — Мне уже лучше. — Мне тяжело. — Мне намного лучше. Он был мне другом, но сейчас его нет и этого не изменишь. Я смирился с потерей. — Ты скучаешь? — легко, будто зная последующий ответ, спросила женщина, но для Эдди это было хуже остановки сердца. Да, скучаю, очень сильно скучаю, Миссис Чен. Каждую ночь, каждый день я не могу найти себе место между других. Он был мне другом, им он и остался. Но с уст послышалось совсем иное, такое жалкое, такое не правдивое, — нет. Нет, он мертв — все. Не хочу зацикливаться на этом. Взгляд направлен в пол. Эдди не может позволить себе смотреть прямиком в глаза женщины, ведь понимает, что из-за них раскроется вся правда. Этого нельзя допустить, нет, не сейчас. — Но это не всё, что я хотел сказать. Миссис Чен, как бы то ни было, но мне нужно немного остудить голову. Я думал над тем, чтобы разведать мир, так сказать, — небольшая улыбка просачивается сквозь тяжкие слова, не давая угнетать женщине напротив. — Не уверен, сколько это займет времени, поэтому мне сложно будет вас оставлять. Хоть в лице Миссис Чен и было видно каплю печали, но она понимала, что так будет и вправду лучше. Рассказывать всю правду Эдди не стал. Он понимал, что тогда начнется суета в голове Миссис Чен и это к ничему хорошему не приведет. Безусловно, потом он расскажет ей всю правду, но только не сейчас, в этот самый момент она ещё не готова. Тем более, не знать ведь, правду ли было написано в письме или же это очередная ловушка. Поэтому рисковать нельзя. Не Миссис Чен.

***

Медлить с выездом Эдди не стал. Хоть Миссис Чен и уговаривала его хотя бы на дня два перенести свое небольшое путешествие, но Брока не переубедишь, такой уж он человек. Он, конечно же, не без помощи Миссис Чен, собрал самые нужные, по мнению женщины, вещи в дорожную сумку и вот, уже через примерно минут тридцать начнется его познания мира. С любимой Миссис Чен в аэропорту он прощался удивительно долго, не привычно для него самого. Это даже не она всё оттягивала время остаточного прощания, а он сам. Эдди и вправду не хотел прощаться с ней, не хотел снова покидать её одну, но выбора сейчас нет. Он отправляется на поиски Венома. Уже в самолёте Эдди достает примерно нарисованную карту возможного местонахождение Венома, написанной, похоже, её владельцем. Остров Банкс выделен красным контуром, но не полностью: лишь малая его часть не была показана в приближенной форме самого острова. Дорога туда длинная и не простая, а там, скорее всего, будет ещё сложнее, учитывая дикие условия жизни. Но у Эдди есть важная цель, ради которой он готов пересечь всевозможные океаны мира, потому достичь острова будет легче простого. Безусловно, прямого рейса с Нью-Йорка в Банкс нет, поэтому полет обещает быть долгим, с несколькими пересадками. Одна из первых — с Нью-Йорка в Калгари, которая заберёт примерно пять часов, не меньше. Что важнее всего, так это то, что каждая минута потраченная впустую, может стоить жизни многих, и Венома, в том числе. Если на острове всё же есть люди, а Веном и вправду там побывал, сомнений никаких, правительство загадочного человека ликвидируют каждого, кто выдел симбиота воплоти. Поэтому нужно как можно скорее добраться до назначенного пункта, а иначе настанет конец всего. Канадская армия не оставит убийство своего народа без наказания и тогда возможен разрыв между правительствами, а это ни к чему хорошему не приведет. Казалось бы, жизнь нескольких беззащитных людишек может повлиять на что-то большее, что-то, чего стоит боятся всем. Эдди тяжело вздыхает. Придуманные ним сценки в голове не позволяют до конца расслабиться, что ещё больше вызывает агрессию. Сейчас ведь ему как никогда нужно позабыть обо всех переживаниях и просто уснуть, к примеру, ведь дальше его ждёт долгий путь, на котором он повстречает разные трудности, что с каждым разом да сильнее будут тянуть его на дно, пока тот не сдастся окончательно. А этого допустить никак нельзя. Пять часов спустя. Пилот проговаривает долгожданную речь, в которой благодарит всех за полёт и вот, наконец-то, заканчивается первая пересадка, что уже немного подбадривает. Всю дорогу Эдди не сомкнул ни глаза, хоть и было необычайно скучно, но уснуть ему так и не удалось. Он выходит с самолёта, задев своими плечами почти что всех пассажиров. Вторая пересадка, где самолёт должен вылететь за три часа, состоится с Калгари в город Инувик, что расположен ближе всех к острову Банкс. Время пролетает незаметно. Три часа, хоть и кажутся долгими, под влиянием мыслей сокращаются к одному. Эдди не может думать ни о чем другом, как о Веноме. Неужели и вправду есть вероятность, что он жив? Казалось бы, звучит это как абсурд, но сейчас почему-то Эдди сидит в аэропорту, в ожидании самолёта, который вот-вот должен плавно приземлиться на посадочною полосу. Надежда проснулась. Проснулась и никак не хочет засыпать, когда без неё было бы намного проще смириться с потерей и дело с концом, но нет, сейчас уже поздно.

***

Эдди ступает на землю Инувика, не такого теплого, как хотелось бы. Уже шесть часов вечера, солнце всё ещё приглушённо светит, но хладный порыв спокойного и столь тихого ветра обдувает белую футболку, которую заставила сменить Миссис Чен, чтобы Эдди не шёл в люди в потрёпанной одежде. Прошло лишь несколько часов, а туга по женщине набивает себе цену. Теперь единственное, что даёт хоть крупинку надежды на лучшее — поиски Венома. Эдди уверен, что когда вся эта загадочность развеется и откроется только жалкая правда, смысл в чем-либо потухнет навсегда. С этим он не справится даже при поддержке Миссис Чен. Красота северного города Канады не оставляет сердце равнодушным. Во времена, когда черный товарищ ещё был полон жизни, все в троем хотели съездить в такое же тихое да чистое место, чтобы просто отдохнуть ото всех. Небольшое семейное путешествие, если обобщить. Ведь сейчас Эдди здесь, без Венома, без Миссис Чен, и вот, вся чистота подобного месте чернеет, не оставляя ни единого светлого пятнышка. Вот и настал последний рейс, в котором наконец-то первая цель будет достигнута — с Инувика на остров Банкс. Если судить строго по расстоянию, то определенно этот путь будет куда меньше двух предыдущих, но вот по сложности он переплюнет любой долгий рейс. Эдди со своей дорожной сумкой черного цвета проходит около моря и замечает порт, что занимал небольшую территорию на самом берегу. Порт не большой, местный, если можно так сказать. Вот и план. Голову просветило моментально, будто до этого все подальшие действия крутились на языке и только сейчас смогли вырваться с уст. В зор кидается небольшое судно, в которое затягивает идентичные друг другу бочки, с пол юного парня, мужчина, по виду немного старше средних лет. Эдди подходит ближе, с каждым шагом уверяясь в своей догадке на счёт призначение подобного судна. И он оказывается предельно прав. Этим транспортом надходят различные потребности для проживания. К посещению жизни пригодного острова Эдди полазил по нескольким сайтам в интернете и открыл для себя, что на острове есть некое поселение, состоящее с не более ста людей. Включая сложные условия для проживания, людям оттуда местное правительство предоставили помощь в виде еды, одежды да всего крайне необходимого. А в мыслях то было, что все уже давно позабыли об их существовании, вот досада. — Ей, парень, — мужчина всё же заметил Эдди, и нашёл в этом необъяснимую странность, — нужно что-то? — договорил старший с ожидаемым недоверием. Эдди знал, что хотел, но как бы это сформулировать так, чтобы тот не послал его прямо в правоохранительные органы, которые сам Брок приметил по пути к порту. — Вы ведь на остров собираетесь, — не спрашивает, говорит как факт. — Мне нужно на него попасть, подкинете? — Слушай, парень, вижу, ты не отсюда, — говорящий спускается с судна и подходит немного ближе к человеку напротив. — Мне разборки с полицией не нужны, понимаешь? Да, Эдди понимает это куда лучше любого, хотя не придерживается простых правил безопасности на счёт этого. Его руки проникают в карманы спортивных штанов, а потом уже он достает пятьдесят долларов с кошелька. — Не за доброе слово, конечно же. — Пятьдесят долларов? Да за такие деньги скоро и хлеба не сможешь купить! Вот заноза в заднице. Эдди ничего не остаётся как удвоить суму и накинуть двадцатку сверху. Наконец-то мужчина, которого, как оказалось позднее, зовут Стив, одобрительно кивает и доброжелательно приглашает спутника на борт. Частично сильный ветер заставляет бурные волны кружить за его направлением. Судно немного, но ощутимо шатается, что ещё больше придает завораживающую атмосферу. Безусловно, если нету морских болячек. Но Эдди в этом плане повезло — ни грамма за все плавание из него не вышло. Хриплый голос уже знакомого Стива прозвучал в ушах: — Зачем тебе на тот чёртов остров, парень? — Хоть они были и представлены друг другу, но, похоже, Стив уже успел позабыть имя Брока. Вот и славно. — Мы разве не договаривались, что без вопросов? — спокойно отвечает вопросом на вопрос, но всё же без ожидаемого ответа не оставляет, — ищу друга. — Сложно представить, что у тебя за друг такой, который в таких местах шляется. С уст Стива слышится довольный смешок, от которого и лицо Эдди расслабляется, а небольшая усмешка позволяет себе вырваться с рамок дозволеного. Она вторая по счету. Уже вторая.

***

Сквозь вечерний туман виднеется край берега. За несколько минут судно уже касается земли и даёт полное разрешение чтобы наконец-то ступить с него. Ноги становятся такими тяжёлыми, что всё тело поневоле наклоняется за уже приевшийся сумкой. Но не сильно, поэтому равновесие восстанавливается довольно быстро. Сумка летит на темный песок, а сам Эдди берется за помощь Стиву с бочками. Во время их разгрузки Брок краем глаза замечает девочку лет шести-восьми, которая смотрит на него издалека и не желает подходить, боится. Он останавливается и полностью оборачивается в её сторону. Сразу же после некоторых мгновений так называемого обмена взглядами, к девочке сзади подбежала взрослая женщина в тонкой тунике в пол с вышитым принтом и вязаной накидкой на плечах, что доставала по самые колени. Она обернулась к девочке, что-то ей нашептала на ушко и та послушно убежала, а сама женщина направилась прямиком к Эдди и Стиву. Её взгляд намертво прибит к Броку, но говорит она не ему: — Стив, не прочь отойти на минутку. Сначало Эдди показалось, что женщина заговорила то ли на китайском, то ли на ломанном английском, а под конец вообще ноты французского были. Вообщем, он не понял ни слова. В стороне было видно, как они выяснили что-то, и это что-то безотказно был сам Эдди. Было ясно как день, что здесь, в таком небольшом месте, где каждый считается членом семьи, будут не рады кому-то на стороне. И именно Эдди при таком раскладе был посторонним. Но несмотря на это надежда не угасала. Она слишком бурно пульсировала в венах и закончится, когда все только началось, попросту нельзя. — Эдди, — Стив впервые окликнул Брока за именем, что, правду говоря, заставило тело напрячься, — не переживай, тебя готовы принять. Единственное, что здесь люди очень ценят свою культуру и язык, который использовался веками ранее, они употребляют и сейчас. Но здесь есть семья, муж в которой глухонемой, поэтому большинство граждан знают язык жестов. Тебе повезло с этим, как бы это ужасно не звучало. Это, — Стив протягивает руку, представляя немного озабоченную женщину, — Беверли, и, собственно, её муж страдает от злых сил. Если ты здесь не надолго, то Беверли готова принять тебя в свой дом и округ. Эдди, я надеюсь, что ты найдешь здесь того, кого ищешь, а если и нет, то останешься с тёплыми воспоминаниями после этого чудесного места. Стив похлопал собеседника по плечу, после этого обговорил с Беверли все деловые дела, попрощался и уплыл на судне назад к городу. Несколько мужчин, по виду таких же, как Эдди и старше, пришли ровно оттуда, откуда появилась сама женщина. Они начали поднимать бочки и направились к своему городку, как сказала Беверли. Эдди, конечно же, не остался в стороне: он перекинул дорожную сумку через голову и одно плечо и взял бочку, похоже, с одеждой в основном для детей не больше шести лет. Значит здесь есть дети кроме той девчонки. Мимолётно пролетело в голове. Вот и настал час увидеть долгожданную красоту отделенного ото всех городка. Сакс-Гарбор — название города, как прочитал ранее на сайте Эдди, обещал быть небольшим, со своими причудами. Видны дети разных возрастов, которые бегают в разные стороны да нервируют людей постарше. Старики же сидят на лавочках, ранее сделанных их же детьми. У каждого есть своя задача: кто-то наблюдает за тем, кто входит или выходит с городка, кто-то собирает ягоды неподалеку, но в глаза кидается парни подростки, которые выносят со своих домов столы, а потом их же соединяют воедино. Эдди не понимающе посмотрел в сторону Беверли. Она, поняв, что её спутник пребывает в недоумении, языком жестов дала ответ на интересующий его вопрос: — У нас сегодня праздник. Язык жестов Эдди знал хорошо ещё с раннего возраста, поэтому понимал каждое грациозное движение рук женщины. И всё же, необычное место этот городок.

***

Первый вечер в этом чудном месте. Эдди, как и обещал Стив, предоставили жилые в доме уже знакомой женщины Беверли вместе с её семьёй. Безусловно, дома здесь далеко не такие большие да удобные, как было в Нью-Йорке, но ему не привыкать, ведь долгое время он с Веномом жил в не самом лучшем месте проживания. Когда Веном был ещё с ним, конечно. Как оказалось, девочка, которую Эдди видел на берегу, была дочкой Беверли. Кроме них троих, включая мужа женщины, в доме жила её бабушка, как говорила Беверли: "Старше всех на этом свете". Пожилая женщина была прикована к кровати из-за нетипичной болезни, которую так и не смогли назвать. С ней Эдди и поселили: пол засыпали сеном, на верх постелили простынь, сделанную с тяжёлой ткани, что чем-то напоминала ковер, подушка ручной работы, шерстяное покрывало, похоже, со шкуры белого медведя да и дело с концом. Не густо, но об лучшем он и мечтать не мог. Вечером здесь особенно красиво. Фонари зажигаются по всей округе, луна светит своим ярким светом, слышатся бурные танцы волн со стороны моря, что это, как не мечта? Здесь и вправду очень спокойно и уютно, с этим не поспоришь, но не стоит забывать, что есть задача куда важнее, нежели уют. Эдди здесь не для умиротворение души, он здесь чтобы найти Венома. И это все, о чем нужно думать. Никак нельзя позволить местным запасть в сердце, ведь он всё равно скоро покинет эти края и не намерен тревожится о жизнях других, нет. Единственное, что важно — найти Венома. Переживать за простой народ времени нет и не будет. Вот что важно. Эдди попивает чай с местными травами да ягодами, который принесла ему Беверли и взглядом пронзает карту. Если верить написанному на ней, на этом острове десять лет назад был построен исследовательский центр где непосредственно изучали дивные происшествия, которые не были никак связаны с природой планеты. Когда учёным оттуда соизволило изучать симбионтов, свершилось самое удивительное открытие за последние несколько столетий. Но правительство, увидев всю мощь таких существ — приняло решение закрыть цент, а самих симбионтов заморозить. Среди них был и Веном. Каким образом он остался жив, избежав заморожение, неизвестный человек не соизволил сообщить, что пробуждает ещё больше вопросов. Уточнил лишь, что именно в этом месте, в исследовательском центре, они з черным и познакомились. Каким образом, как они смогли хотя бы словом перекинуться — известно не было. И это раздражало Эдди куда сильнее, чем закрытые целого центра по исследованию только лишь из-за нескольких ничтожный паразитов с космоса. Намного сильнее. Мысли Эдди перебивает та самая девчонка с берега, которая немного отклоняет занавесу, что служила вместо двери, одной рукой. Ни сказав ни слова, она быстро берет Брока за руку, да так, что у него и шанса не было противостоять, и ведёт его на улицу. Эдди не понимает ничего, но останавливаться не желает. Они выходят из дома и рот попросту отвисает от увиденного. Посередине улицы, между домами выстроились, похоже, все жители городка. Они стояли развернуты к самому Эдди, улыбались да радостно смотрели, увидев удивление новоприбывшего, чего, очевидно, и добивалась. Около них стояли роскошные столи от начала и до конца заполнены их традиционной едой. Девочка, что так и продолжала держатся за руку, жестами объяснила что здесь происходит, от чего Эдди почувствовал некое тепло в середине около сердца, сам не понимая почему: — Мы приветствуем тебя в нашем городке. Эдди не мог выдавить ни слова. Он настолько был шокирован такой добротой со стороны буквально незнакомых ему людей, большинство которых он и не успел увидеть даже. В сердце что-то стукнуло. Что-то такое родное, такое тёплое и нежное, чего он не думал почувствовать больше никогда. Он был благодарен эти людям. Благодарен за все. Дальше в памяти лишь музыка, народные танцы, игры на баяне, радостные крики маленьких детей и это все для незнакомого им человека. И вправду удивительные люди. Эдди в тот момент без сомнений почувствовал зарождение чего похожего на.. счастье? Третий раз, когда его серьезность проигрывать настоящей улыбке. Третий раз.