Часть 18

Родители ничего не рассказали Тане, а через пару дней в гости действительно пришел тот самый сын друга Григория. Как и обещались. Парень вроде и не трус, хотя идти был стыдно. Аксинья и не ожидала, что первым его увидит. Тогда Аксинья как раз возвращалась с Дона и заметила казака, который терся около их плетня. Тот лишь скромно стоял, поправляя чуб время от времени. Темноволосый голубоглазый парень, на вид лет 25. Он оглянулся и заметил Аксинью. Та вопросительно взглянула на него, кратко оглядывая. —Здорово ночевали! Батя недавно приходил к вам...— немного скромно говорил незнакомец, на что Аксинья улыбнулась. Всё же, он выглядел молодо, да ещё и беспомощно всего лишь перед женщиной. Это весьма льстило Аксинье. Любила она скромность в мужчинах. Хотя, если смотреть на ее мужа, так никогда не скажешь. Ласков и скромен был только с ней. —Слава Богу. Пойдем в курень. Григория Пантелеевича пока нет, убег на собрание, но ничего, скорейшей буде. Тебя-то как звать? — Аксинья была весьма дружелюбна. Что-то в нем ей приглянулось. Видимо парень это почувствовал и чуть более выпрямился, как бы говоря, что стало чуть комфортнее. —Анисим я. Не тутошний рожак, конечно, но с батей покудова так. Милый хутор. Они зашли в курень, где Таня занималась своими вышивками и ещё каким-то делами. —Здорово живёте... —Слава Богу. — подняла голову Таня, которая слишком часто стала видеть незнакомцев в своем курене. Это ее не напрягало, однако удивляло. Думала, что друзья папины, да куда же ей перечить было. Не ее дело, кто к родителям ходють. —Тань, заняла бы гостя. У меня ещё дела. Надо отца дождаться. —Хорошо. — спокойно ответила дочка и встала навстречу гостю, приветливо улыбнувшись. Аксинья же вышла из куреня, дав им возможность пообщаться самим. Таня же предложила присесть, и молодые люди сели на лавочку. Немного поодаль друг от друга. Казалось бы, скромная Таня, но сейчас она чувствовала себя совершенно спокойно и в своей среде. Она знала, что человек не совсем чужак, да и к тому же угрожающе не выглядел. Но скромно молчал. Хотя Тане даже приятно было, что к ней не лезли с нудными непонятными разговорами. Они разве что имена друг другу сказали и сидели. Таня смотрела на парня, а тот в пол. —Неужели у моего отца такие скромные друзья? — с улыбкой спросила Таня, получая стеснительный и весьма немногозначный взгляд голубых глаз. —Нет, я... Я сын друга. Батя... С поручением послал. Вот... — Анисим понял, что Таня не знает кто он и зачем пришел. А прямо признаваться не хотел. Думал, что спугнет ее. И этого дюже не хотелось. —А мамане поручение передать нельзя? — ради приличия поинтересовалась Таня, хотя это было явно не ее дело. —Можно. Но лучше бате. Не женского ума дело... — Анисим немного помолчал и улыбнулся более уверенно, — А я надысь тебя на игрищах видел.. Таня улыбнулась, даже, кажется, немного смутилась и отвела взгляд. Она не успела понять, какие чувства испытала, да и к чему это было сказано. —И как, понравилась? — тихо поинтересовалась девушка. Она сама не поняла, как умудрилась это спросить. Это была лишь мысль. Но сил хватило и озвучить. Но ответа она не получила. Тут в курень вошёл Гриша, прерывая неловкость и всю атмосферу. Аксинья уже сказала ему, что в курене сын его друга. Попросила, конечно, не мешать знакомиться, однако Григорий сам хотел понять, кто это такой за человек. —Здорово дневали! — сказал Григорий, заставляя парочку рассесться по разным углам скамейки и смутиться. —Слава Богу... —Здорово, брат, здорово. Ну как живёшь-то? Что вы тут с Таней, познакомились? — улыбчиво напал батя на парня, заставляя впасть в задумчивость и неловкость. Таня хмыкнула и ускользнула на гумно, оставляя мужчин одних. А там маманя. Она сидела около крыльца, задумчиво смотря на вход. —Вот говорила Грише, чтобы подождал, а он как всегда... — вздохнула Ксюша, пожимая плечами, как бы извиняясь перед Гришей. —Да... Ничего.. Все хорошо. Спустя какое-то время мужчины вышли из куреня. Гриша довольный, а Анисим более смущенный, чем довольный. Вышли и парень ушел, со всеми попрощавшись. Таня же ушла в курень, как только так стало немноголюдно. —Ну чего ты им мешал, а!— кинулась Ксюша на мужа, недовольно прожигая его взглядом. —Ну-но! Чего ты, Ксюша? Да хорошо всё! Погутарили с ним, хороший парниша. И дюже Таня по сердцу. Только, говорит, кубыть пока она не захочет, как бы сватов не пошлем. —А это весьма благородно! — довольно улыбнулась Аксинья. —А я тут подумал... Може на игрища сходим, м? Тут мы ни разу не были. Посмотрим на девок и казаков, чего ж тут исть. — с шаловливой улыбкой сказал Григорий. —Балбес ты горячий! Ну куда ж нам на игрища? Женаты, уже не молоды, да ещё и я в положении.. — Аксинья улыбалась. Идея была интересной. Она не сомневалась в своей привлекательности или в чем-то ищо... Просто не по-божески энто было. —Совсем и не видно покуда, что ты ждешь дитя! Да и ничуть ты не изменилась, Ксюша. Всё так же горяча и красива. За энти гляделки я готов отдать многое~ — Григорий аккуратно обнял Аксинью, притягивая к себе. Она так и растаяла от комплиментов. —Ладно... Только смотри, чтобы я кого не убила, ежели к тебе приставать начнут~ Они посмеялись, стоя в обнимочку и отстранились друг от друга. А вечером действительно были на игрищах. Таню оставили присматривать за курением. Конечно, сказав, что они ушли по делам, но к ночи вернутся. Григорий и Аксья притворились, будто не знают друг друга, расселись по разным углам, но поглядывали друг за другом. Долго ждать не пришлось: Григорий сразу получил какое-то внимание от рыжеватой девчушки с зелеными глазами. К Аксинье пытались подойти, но та не обращала никакого внимания. А одному парню даже сказала отойти, иначе ушибет. Что-то дюже н хотелось ей с кем-то кроме мужа заигрывать. Григорий и девушка о чем-то говорили, а Аксинья наблюдала за этим. Когда Гриша взглянул на свою жену грустными кошачьими глазами, мол "Помоги мне, Ксюша", та не выдержала и неспеша подошла, присаживаясь с другой стороны подле Григория. —Какой сегодня вечер... — начала была она, но сразу была перебита рыжей бестией. —Эй! Или себе других казаков ищи, я первая с ним загутарила! —А я первая на него смотрела! Ищь ты, хлюстанка! Иди отсель, молоко на губах не обсохло, а она к казакам пристает. —Ксюша гутарила уверенно и легко. В конце концов, правда была на ее стороне. —Тетенька, идите посмотрите кого-то из стариков. К вам больше никто не прибьется. Не мешайте! Аксинья победно улыбнулась, взяла Гришку за рубаху, притянула к себе и поцеловала прямо в губы. Григорий послушно ответил, ластясь к Ксюше, как котенок. Девушка ажник от зависти не поперхнулась. Как только они отстранились, странная девчушка развернула его к себе и было хотела повторить за Ксюшей, но Гриша ее немного толкнул, и та повалилась в стог с соломой. Аксинья засмеялась, а та девчонка выбралась, показала Гришке кулак и куда-то ушла. —Теперь можно спокойно познакомиться! — улыбнулась Аксинья, давая Григорию руку. — меня Аксиньей звать. —А я Григорий! Какая вы... Такая... Такая... Обжигающе соблазнительная. Я бы Вас замуж позвал хучь сейчас! Настолько Гриша плохо сейчас играл, что Аксинья лишь усмехнулась и притянула его к себе, вновь целуя. Григорий поддался, но достаточно скоро забрал инициативу, крепко целуя Аксинью. Они оторвались от губ друг друга, глубоко вздыхая, касаясь друг друга лбами и довольно улыбаясь. —Как-то неправильно это, Григорий Пантелеевич... — игриво прошептала Ксюша, облизывая непогасший след поцелуя на губах. —А я всегда такой... Резвый~ — сладко прошептал Гриша и поцеловал ее в уголок губ, затем переходя на шею. Ксюша лишь откинула голову, позволяя собой овладеть. Григорий нежно изучал такую давно уже знакомую шею, будто в первый раз. Аккуратно целовал, время от времени просто вдыхая сладкий аромат чего-то вкусного. —Ладно, пойдем, Гриш... — сказала Аксинья, когда на них уже косо стали подглядывать молодые парни и старики. —Пойдем... — по-мальчишески смутился тот, взял Ксюшу за руку и увел домой. Они ещё долго посмеивались, пока шли, как бы пытаясь познакомиться друг с другом. А дома усталые и веселые в обнимку легли и уснули.