Папа не должен знать

Марта знала этот взгляд. Именно так смотрела её сестра на Влада. Девушка подмигнула Лидии, встала с кресла и пошла к выходу, оставляя их наедине. Фред тоже увидел её. Устраиваясь слугой к баронам Любовь, он даже не предполагал, что они на короткой ноге с семьёй Повелителя. Он поставил на поднос тарелки, потянулся за столовыми приборами, смущённо отвернувшись от Лидии. Прошло 20 лет со дня их последней встречи. Она изменилась. Теперь это была не девочка-подросток с наивными детскими чертами лица, а настоящая девушка. Великая Княжна Тьмы графиня Лидия Дракула. В её взгляде вновь разжёгся тот огонёк. Фред тоже выглядел не так, как раньше. Он возмужал, поддерживал лёгкую щетину в сочетании с зачёсанными на бок волосами. Взгляд стал более тусклым, сказалась нелёгкая жизнь, но Лидия сумела увидеть в нём ту подростковую искру, которая горела в его глазах во время конной прогулки. Лидия встала с кресла, поправила воротник фамильного плаща, который носит со своего 115-летия и подошла к Фреду. - Фред, - она положила на поднос вилку. - это правда ты? - она не верила. Не верила и точка, что это он. Может обозналась, всё-таки прошло столько лет. - Лидия? - Фред потянулся за ножом, не сводя с неё взгляда, в котором смешались удивление и радость. Она тоже потянулась за тем же ножом. Их пальцы соприкоснулись, и они одёрнули руки. - Фред, - теперь она верила. Верила ему. - может, - она кивнула на выход на балкон. - поговорим? Фред повернул голову к стеклянным дверям. Да, это точно была дочь своего отца. Интонация пусть и спрашивала, но голос приказывал следовать за ней. - Да, идёмте. - сказал он, сжавшись от её мужеподобного тембра, который ему нравился. Лидия сделала первый шаг. Шла она тоже, как отец - гордо и величаво. Фред семенил за ней следом, подражая ей, но получалось не очень. Он поспешил открыть ей дверь, пропуская Лидию вперёд. Сова где-то далеко в лесу подала свой голос. Луна осветила балкон, и Фред снова увидел то самое лицо Лидии, в которое когда-то влюбился. Он почувствовал как тепло, от встречи с ней, заполняет всё его тело. Неужели эта подростковая влюблённость может перетечь в что-то большее? Он очень на это надеялся, хотя понимал, что дальше, чем скрытый от-то всех роман они не зайдут. - Лидия, - он присел на перилла, глядя вниз. - как дела? Ему сделалось очень не ловко. Они не виделись столько лет, а он спрашивает у неё "как дела", вопрос который задают в случае, если не общались максимум неделю. - Всё хорошо. - Лидия пусть и держалась лучше, чем Фред, не показывая своего волнения, всё же слышала отдающееся в висках эхом сердцебиение. Она была рада, что он первый начал этот разговор. - Никаких изменений. - ляпнула она, понимая насколько абсурдно это прозвучало. Фред рассмеялся, развеяв обстановку. - Ну, да. Замуж не вышла и ни с кем не помолвлена. - она сама не знала, зачем это сказала. Может ей хотелось показать Фреду, что она хранила ему верность. - Это хорошо. - где-то в глубине души Фред ликовал. - А сам, как? - Лидия встала в точности, как Фред, глядя на опускающего взгляд в пол вампира. - А у меня изменения есть. - секундная пауза, такая короткая, но такая всемогущая. Лидия запаниковала от незнания, что дальше скажет Фред. А вдруг он женат? А вдруг у него есть ребёнок? Ведь скорее всего без второго не было бы и первого. - Я должен порядка 5 тысяч лей одному очень богатому господину, который убьёт меня, если я не верну долг в этом месяце. Лидия обрадовалась данной новости. И не потому что ей хотелось смерти Фреда. А потому что её опасения по поводу жены не оправдались. - Где планируешь брать деньги? - она посмотрела сквозь фигурное стекло, за которым были видны лишь очертания залы, где они с Мартой сидели. - Не знаю. Бароны Любовь, конечно, платят хорошо, но не столько. - пожал плечами Фред. Он вдруг пожалел, что поделился своими проблемами с Лидией. Буд-то бы ей есть дело до него, а ей дело было. Идя по коридорам Брана, Лидия вела внутреннюю борьбу. Она хотела совершить очень плохой поступок. Такой, какой отец ей никогда не простит. Она прошла мимо его покоев, остановилась, прислушиваясь к шумам из комнаты. Влад играл на укулеле, которую в будущем планировал подарить сыну. Лидия с облегчением выдохнула. Если отец играет, значит в ближайший час он точно не выйдет из своих покоев. Мама вышивала на платке золотой нитью какие-то символы. Лидия увидела это, благодаря дурной привычке Лилит не закрывать двери. Папа всегда ругался на неё из-за этого, но побороть привычку так и не получилось. Мать кивнула обеспокоенной дочери, посчитав, что встреча с подругой закончилась не на дружелюбной ноте, поэтому Лидия и была сама не своя. Не поделили кавалера, думала Лилит, выводя нитями символ, похожий на букву "Ф". Женщина на секунду замерла, глядя на вышивку. Она подняла голову к открытой двери, след дочери уже остыл. Лилит поднялась с кресла и вышла в коридор, увидела Лидию, прошедшую свои покои. Мать нахмурилась. Её дочь явно что-то задумала нехорошее. Лидия повернула ручку двери, ведущей в кабинет отца. Унаследовав от него привычку, противоположную материнской, закрыла дверь. Сердце стучало ещё сильнее, чем на балконе. Она даже не сразу увидела отцовский сундук, стоящий слева от стола, в котором Владислав III хранил своё золото, которое он собирал в качестве налога. Она ещё раз посмотрела на дверь, прислушалась. В коридоре было тихо. Папа, на её счастье, отпустил стражу, оставил двоих мужчин на входе в замок. Лидия на цыпочках подошла к сундуку. Она прикоснулась ледяными кончиками пальцев к вырезанной на крышке фигуре дракона, не почувствовав ребристую поверхность. Взгляд упал на скважину. Сундук, наверняка, был закрыт на ключ. Она обернулась. Ей послышались чьи-то шаги. Дверь по-прежнему была закрыта. Лидия облизнула губы, попыталась поднять крышку, но, как она и предполагала, нужен был ключ. Лидия встала с колен, обошла отцовский стол, заваленный документами. В каком-нибудь ящике точно лежал ключ. Лидия открыла один. По коридору кто-то шёл. Сердце бешено застучало. Она открыла другой. Печать Тьмы. Третий. Четвёртый. Шаги были всё ближе и ближе. Лидия выдвинула самый нижний ящик. Взяла непослушными пальцами ключик с вырезанным драконом точь-в-точь, как на сундуке. Шаги слышались ещё отчётливее. Лидия вставила ключ в замок, повернула. Механизм сработал. Девушка посмотрела на россыпь золотых монет по 5 лей каждая. Сколько он сказал? 5 000? Шаги стихли. Кто-то остановился у кабинета. Лидия замерла, боясь даже пошевелить окоченевшей рукой. Дверная ручка повернулась. Лидия поняла - это конец. На пороге показалась Лилит. - Лидия?! - она сурово посмотрела на дочь, подходя к ней и забыв закрыть за собой дверь. - Что ты делаешь? Лидия повернула голову к деньгам, закрыла сундук и встала. - Я всё объясню. - сказала она, едва не дрогнувшим голосом. - Только дверь закрой. Лилит пусть и не сразу, но выполнила просьбу дочери. Лидия кивнула ей. - Я встретила Фреда. - начала она без лишних вступлений. - Он должен большие деньги, если он их не вернёт, его убьют, а ... - она осеклась, но маму не обманешь. Лилит опустила руки и села на своё место, из которого всегда ставила Печать, махнула Лидии на диван для посетителей. Лидия села. Лилит помнила свою свадьбу, помнила, как не хотела идти к алтарю, помнила, как ей было противно отдаваться нелюбимому мужу. Да, со временем она привыкла к Владу, и он привык к ней. Но каких-то возвышенных чувств у них друг к другу не было, нет и не будет. Их отношения были похожи больше на крепкую дружбу, с огромнейшим взаимоуважением. Сначала Лилит думала, что Влад уважает её только, потому что она может ставить Печать. Потом, после рождения дочери, поняла, что Влад относиться к ней, как к сестре. Они 60 лет не могли лечь в постель, чтобы зачать Владика. Но Тьме нужен был наследник, поэтому они, пересилив себя, поборов мысль, что совершают акт инцеста, провели вместе несколько дней. Потом Лилит узнала, что рожать ей нельзя, но деваться было уже некуда. Влад очень переживал за жену и, возможно, даже полюбил, но не Лилит. Она по-прежнему видит в муже просто друга, по совместительству отца своих детей. Для дочери она, как и любая другая мать, желала счастливого брака с любимым и любящим мужем. И пусть он просто вампир, пусть. Главное, чтобы она была с ним счастлива. Но, что скажет Влад? Лилит поборола приступ паники, кашлянула в кулак, глядя на сверлящую её взглядом Лидию. - Я возьму всю ответственность на себя. - Лидия вздрогнула. - Но ты должна будешь вернуть эти деньги. - она встала и пошла к двери, кинув дочери напоследок. - И, да, дочка, не забывай, кто ты такая... - она замолчала, глядя на Лидию, отсчитывающую тысячу монет. - Помни про честь, лишившись невинности, ты потеряешь её. - Я даже не... - Лидия оторвалась от монет и вопросительно посмотрела на мать. - не думала об этом. - Ты - нет, а он... - Лилит вздохнула. - Будем надеяться, что несмотря на простое происхождение, у него благородное воспитание. Отсчитав тысячу монет, Лидия сложила их в мешочек, который спрятала в рукаве платья. Дождавшись, когда все разойдутся, и Фред выйдет убирать посуду, Лидия подошла к нему и сунула мешочек в карман фартука. Фред открыл было рот, но Лидия опередила его: - Тут вся сумма. - она удалилась. Влад вышел из покоев. На счастье Лилит и Лидии Повелитель не заметил пропажу 5 000 лей. Единственное, на что он обратил внимание, зайдя на следующий день в свой кабинет, так это открытые ящики, но он плюнул на них, будучи погружённым в свои мысли. Лидии было уже 125 лет. Она была в самом соку и ещё лет через 5 можно было задумываться о её браке. Но Влада этот вопрос начал терзать уже сейчас. Его дочери нужен был хороший жених. А что он подразумевал под этим понятием? Ответа на этот вопрос Влад дать не мог. Ему очень не хотелось вынуждать дочь выходить замуж за какого-нибудь старика. Тогда надо было искать кандидатов ей в мужья среди её ровесников. А где взять нужного, "хорошего"? Влад закрыл ящики и попросил Андриана позвать к нему Лилит. Мать наверняка лучше него знает, что нынче хотят 125 -летние девушки. Лилит выслушала мысли мужа. Она глубоко вздохнула, её взгляд коснулся сундука. -Я считаю, - глядя на него, говорила она. - что Лидия должна сама выбрать себе мужа. Влад закивал. Он вспомнил соломенную шляпу Фреда и самого Фреда. Ему почему-то стало грустно. - Да, ты права. Она сама должна сделать свой выбор.