Часть 3

Если справочник в сумке Кэйи (который Лоуренс теперь называет «Обычаи и культура Ли Юэ для некультурных») — это его учебное пособие, то деловой ужин — это его личный тест. С того самого момента, как они переступили порог ресторана, явно предназначенного для высшего класса, Кэйя не забывает применять все виды манер и привычек, которым он научился, чтобы получить, вернуть или выразить свое мнение в официальной обстановке. Когда их проводят в отдельную комнату, он приказывает своей маленькой группе не спешить и подождать, пока Нин Гуан решит вопрос с рассадкой. Он более чем готов вступить в дружеский спор о том, кто должен занять место во главе круглого стола, но, к его удивлению, она настаивает на том, чтобы они сели там, где им удобно, чтобы отказаться от формальности иерархической рассадки и поощрить общение. Несмотря на это, Кэйя ждет, пока их соратники из Ли Юэ начнут двигаться к своим местам, прежде чем дать своим рыцарям разрешение разойтись. Те с ликованием выполняют его просьбу. Пока все занимают свои места, Кэйя присматривается к свободному месту рядом с Нин Гуан. Он мысленно готовится к неформальному общению и делает шаг вперед, но едва не теряет опору, когда Венти отталкивает его в противоположную сторону. Короткий вскрик Кэйи не замедляет торопливых шагов Венти, который ведет их к паре соседних стульев. Железная хватка на руке Кэйи не оставляет ему выбора, кроме как сесть рядом с другом. Настороженность Венти по отношению к Чжун Ли заставляет Кэйю автоматически следить за консультантом. Неудивительно, что выбор места привел их как можно дальше от собеседника. В голове Кэйи роятся вопросы, которые так и рвутся на волю, но тут же замирают, как только он слышит тихий, дрожащий вздох Венти, выдающий его нынешнее состояние самообладания или его полное отсутствие. Простой план Кэйи провести вечер за дружеской беседой легко уступает место настоятельной необходимости сделать этот ужин коротким и извинить себя и Венти, когда это будет приемлемо по этикету. Им нужно поговорить как можно скорее, вдали от посторонних глаз и посторонних ушей. А пока Кэйя прикрывает молчание Венти, нацелившись на офицера, сидящего по другую сторону от его друга. Тот, несмотря на ритмичную работу бумажного веера, потягивается за воротник халата, на лбу выступает пот. Разговор длится недолго. Они едва успели обменяться именами, как его собеседник (Чжан, как он представился) встает, пошатываясь, с красным лицом. Он с виноватым видом поворачивается к Кэйе и Венти и, пробормотав извинения, медленно направляется к другому концу стола. Мужчина едва не натыкается на официантов, которые ловко маневрируют подносами, уводя их от неминуемой катастрофы. Кэйя едва не застонал, когда офицер предсказуемо подошел к Чжун Ли и похлопал его по плечу. После короткого обмена словами консультант встает и позволяет офицеру опуститься на свое место. Кэйя проклинает всех вышестоящих за свое ужасное везение, пока Чжун Ли идет к ним. Венти, очевидно, тоже следил за этим взаимодействием. Он оборачивается и смотрит на Кэйю расширенными глазами. — Что бы он ни спросил, ничего ему не говори, — произносит он резким шепотом. Кэйя моргает. — «Ничего»? Венти, я не могу просто игнорировать его. — Тебе не нужно его игнорировать, — отвечает Венти. — Просто не говори ему ничего важного. Подожди… — Чжун Ли — информатор? — спрашивает Кэйя, расширив глаза. — Я думал, он не враг государства? Венти выглядит обескураженным. — Нет, но… — Приносим извинения за внезапное изменение договоренностей. Они чуть не подпрыгивают от голоса Чжун Ли. Мужчина садится на свободное место рядом с Венти, затем складывает в аккуратную стопку посуду предыдущего хозяина. — Чжан-сяншэн склонен нервничать и легко перевозбуждаться в обществе. Так как я сидел у ближайшего окна, я согласился на его просьбу поменяться местами. Он машет рукой ближайшему официанту и останавливается, встретив взгляды Венти и Кэйи, выражающие различные оттенки недовольства. — Похоже, мне следует извиниться за то, что я помешал вам, — говорит он, откидываясь назад, чтобы официант освободил столешницу и положил чистую тарелку, палочки для еды и блюдце для соуса. — Пожалуйста, пусть мое присутствие вас не беспокоит. Продолжайте свою беседу. Дальше они не говорят абсолютно ничего. Не то чтобы Кэйя не хотел говорить, но вокруг того, кто хочет хранить молчание, существует почти осязаемый барьер, а у Венти он особенно удушающий. Кэйя решает последовать его примеру и занять себя блюдами, стоящими перед ним. Он аккуратно подает себе рис, крепко держит палочки в руке и старается не уронить ни одного зернышка на вышитую скатерть. Это… сложнее, чем он думал. Тот, кто придумал палочки для еды, явно не учел микроскопический размер риса. Боковым зрением Кэйя замечает Чжун Ли, наклонившегося чуть ближе. — Если позволишь, попробуй оставлять между палочками малейший зазор и использовать их для зачерпывания риса, — говорит он. — Прикончить миску, захватывая каждое зернышко, было бы впечатляющим подвигом, но есть и более эффективные методы. Кэйя пробует, и только посмотрите: — Это творит чудеса, — произносит он, стараясь не выдать своего смущения. — Спасибо за совет. Чжун Ли слегка наклоняет голову. — Конечно. Пожалуйста, дай мне знать, если возникнут вопросы о Ли Юэ и его обычаях. — Мы не совсем некомпетентны, — бормочет Венти, скрещивая руки. Каким-то образом напряжение немного спадает. Это хороший знак, верно? Кэйя внимательно следит за языком тела Венти, пытаясь понять, насколько велика эта свобода действий. — Думаю, мой коллега имеет в виду, что мы сделали все возможное, чтобы узнать о ваших обычаях и образе жизни. Это помогает нам глубже понять долгую и богатую историю Ли Юэ, — комментирует Кэйя. — Тем не менее я благодарен за помощь, Чжун Ли-сяншэн. Признаюсь, дома мне никогда не приходилось пользоваться палочками для еды. Это неожиданное испытание. Взгляд Чжун Ли странно пронзителен. — Дома? Венти замирает. Кэйя смотрит на них обоих, не понимая, где он допустил оплошность. — Да, в Мондштадте мы не пользуемся палочками для еды. Верно, Венти? Венти неопределенно хмыкает, выражение его лица трудно разобрать. Кэйя видит, как мышцы его челюсти подрагивают из-за напряженного скрежета зубов. Вокруг снова воцаряется тишина. Венти просил Кэйю ничего не говорить, но, конечно же, он не сказал ничего предосудительного? …я пока помолчу и позволю Венти начать следующий разговор. Кэйя делает несколько глотков чая. Посидев еще несколько минут в тишине, Кэйя послушно вспоминает о тех, кого он выпустил на этот светский прием. Он осматривает стол, чтобы убедиться, что его рыцари не находятся в затруднительном положении. К их чести, похоже, все в полном порядке: хотя их товарищи из Ли Юэ превосходят их числом, троица привлекает к себе внимание нескольких чиновников и консультантов, которые ведут все более оживленные беседы. Вежливый смех не сразу перерастает в нечто более искреннее. Джинн действительно проделала замечательную работу, одобрив предложение Кэйи о составе его команды. Ему нравится следить за новыми потенциальными информаторами для своей сети, и хотя он почти никогда не вербует никого из Рыцарей, все же полезно знать, не назначат ли его капитаном на предстоящее задание с группой недотеп, выпендрежников или бездельников. Несмотря на свою милую склонность спорить при каждом удобном случае, Свен, Лиззи и Лоуренс за время обучения изучили различные аспекты экономики и торговли. Более того, Нин Гуан сама присоединяется к разговору Лиззи. Кэйя перестает слушать, услышав что-то о портовой торговле и налогах. Он оставит это в ее надежных руках. Растущий шум голосов резко контрастирует с тишиной в углу Кэйи — такими темпами они заработают себе ярлык «недружелюбных и антисоциальных», что, несомненно, сделает следующие несколько дней постоянных встреч и обсуждений излишне неловкими. Кэйя обращается к своей последней надежде — офицеру Ли Юэ, сидящему справа от него. К вечной досаде Кэйи, этот план срывается, поскольку тот, похоже, сосредоточен на несомненно увлекательной речи Лоуренса о сравнительной истории инфляции моры в разных странах. Кэйя тихо вздыхает. Беглый взгляд на своего «помощника» подтверждает, что за прошедшее время Венти так и не пошевелился. Что же относительно Чжун Ли… Кэйя напрягается против своей воли, встретившись с препарирующим взглядом консультанта. Сердцебиение учащается, когда он обнаруживает, что не может отвести взгляд. Низкий гул в глубине его сознания неуклонно нарастает, превращаясь в опасение, которое гасит его мысли. Как он мог не заметить человека, пристально смотрящего на него? Инстинкты никогда не подводили его, когда он улавливал то, чего не видел. Хотя глаза Чжун Ли не выдают ни мыслей, ни намерений, их интенсивность почти оглушает Кэйя своей внушительной тишиной. Волосы на его шее встают дыбом, а дыхание сбивается в горле. Ясно одно: перед ним не простой консультант. Может, Чжун Ли и непритязателен в своих манерах и не вызывает подозрений, но его глаза когтями впиваются в сознание Кэйя, и, несмотря на их общее молчание, Кэйя чувствует себя необъяснимо уязвимым. Это само по себе доказывает, что настороженность Венти вызвана не простой неприязнью. Кэйя чувствует, как дрожат его пальцы, разрываясь между желанием вооружиться и странным ощущением бесполезности. Периферийное зрение расплывается и туннелируется, тысяча вопросов режет и ломает его внимание. Звук превращается в белый шум. Его кровь жаждет борьбы и умоляет спрятаться. Кто ты и что тебе от меня нужно? — Кэйя. Тихий зов Венти не похож на удар хлыста. Внимание Кэйи вырывается из почти гипнотического состояния. Его голова кружится, когда он обращает внимание на своего друга. В глазах Венти на мгновение вспыхивает глубокое золотое свечение. — Все в порядке, — голос Венти почти беззвучен, но его уверенный, хотя и дрожащий тон приносит неожиданное облегчение. Подсознательно Кэйя чувствует, как делает медленный вдох. Судя по тому, как спадает напряжение в груди, кажется, что это первый вдох за последнее время. Венти почти незаметно кивает ему и поворачивается к Чжун Ли с расправленными плечами, скрывающими нехарактерное для него волнение. — Прошу прощения за наше короткое молчание, Чжун Ли-сяншэн. Подозреваю, что усталость от путешествия навалилась на нас, хотя я уверен, что мы все благодарны за отдых в хорошей компании. Чжун Ли закрывает глаза на несколько долей секунды дольше, чем моргает, затем он открывает их и смотрит на него безразличным взглядом. — Конечно, — кивает он, уголки его рта очерчивает нейтральная улыбка. — Могу я узнать, что вы обсуждали до того, как я вас прервал? Если это затрагивает темы встреч на этой неделе, я с удовольствием выскажу свои соображения. Кэйя сглатывает беспокойство и формулирует ответ. Его прерывает небольшой рывок за рукав. Венти снова ловит его взгляд, его губы произносят четкое напоминание: не говори ему ничего. Кэйя моргает. — О, я… — опять же, что такое «ничего»? Он останавливается на чем-то нейтральном. — Мы будем рады, если ты присоединишься к нам, Чжун Ли-сяншен, — говорит он и тянется к чашке с чаем. Обнаружив, что она пуста, он машет официанту, чтобы тот налил еще. К концу долгого глотка его самообладание вновь обретает подобие уверенности. Поскольку Венти, кажется, ничего не говорит, Кэйя возвращается к привычным методам. Конечно, обмен элементарными любезностями не нарушит границ Венти? — Мне жаль, что наше предыдущее знакомство было таким коротким, сяншэн, — извиняется Кэйя, склонив голову. — Не можешь ли ты назвать свое полное имя? К сожалению, я не знал о твоем присутствии заранее; в моем отчете твоего имени не было указано в списке присутствующих консультантов. Выражение лица Чжун Ли не изменилось от расчетливого интереса. — У меня нет фамилии в традиционном понимании. Можете продолжать называть меня Чжун Ли, — он соединяет пальцы вместе. — Если позволите, я знаю, что жители Мондштадта обычно называют друг друга по имени. В Ли Юэ же большинство жителей предпочитают называть себя по фамилии, поскольку гордятся своей родословной и наследием, которое они воплощают. Могу ли я иметь честь называть тебя по твоей? Венти вздохнул. — Вообще-то… — Я ценю вашу любезность, сяншэн, — говорит Кэйя. — Однако я бы предпочел, чтобы между нами возникло чувство близости, как и с остальными членами моей команды, я настаиваю, чтобы ты называл меня просто по имени. Венти облегченно вздыхает. Кажется, они наконец-то на одной волне. Может, Кэйя и не понимает контекста их ситуации, но в прошлом он был весьма осведомленной мишенью для любопытных кротов. Чжун Ли, конечно, не такой скандальный человек, но в данный момент он может хотя бы присоединиться к Венти, чтобы убедиться, что человек, стоящий перед ними, получил как можно меньше информации — какой бы ни была эта информация. Кэйя коротко встречает взгляд Венти и улыбается. Прости, что так поздно спохватился. Я знаю, что мы оба можем болтать пустые слова, пока во рту не пересохнет, давай отвлечем его, пока не соберемся после ужина. Венти отвечает ему улыбкой. Кэйя чувствует, как его притворная уверенность превращается в нечто более твердое. Венти поворачивается к Чжун Ли. — Мой дорогой коллега скромничает, думаю, для тебя будет честью узнать, что ты находишься в присутствии весьма влиятельного рыцаря! — он дружески подталкивает Кэйю локтем. — Кэйя из семьи Рагнвиндр, владельцев одного из самых уважаемых предприятий в Мондштадте. Если захочешь узнать что-нибудь о виноделии, он — тот самый человек. Кэйя моргнул. Ладно, скрывать неполную правду — один из способов сделать это. — На самом деле, — продолжает Венти, — он был усыновлен в раннем возрасте и быстро стал частью семьи. Едва ли можно сказать, что его брат был единственным ребенком, они неразлучны. …значит, мы не утаиваем информацию? Личная информация — это свободное основание? — Понятно, — произносит Чжун Ли. — Рагнвиндр — действительно уважаемое имя, даже в Ли Юэ, — он коротко наклоняет голову в сторону Кэйи. — Приветствую, Кэйя Рагнвиндр. Как твоя жизнь в Мондштадте? Отлично, теперь он подозревает, что я вообще не из Монда. — Там очень мило, уверен, мои коллеги скажут то же самое. Возможно, мои биологические родители не смогли позаботиться обо мне, но Рагнвиндры — гостеприимный дом. Не знаю, где бы я был без них. Чжун Ли хмыкает. — Рад это слышать. Должно быть, нелегко было оказаться в такой незнакомой обстановке, — он делает глоток чая. — Если ты не против моего вопроса, как давно вы с Венти знаете друг друга? Венти напрягся. Прежде чем Кэйя успевает решить, стоит ли прикрывать эту информацию ложью, его друг отвечает за него. — Мы познакомились очень давно, — неожиданно серьезно говорит он. — Со временем мы стали близкими друзьями, и я с гордостью называю его одним из своих самых надежных доверенных лиц. …мы действительно не скрываем личной информации. Несмотря на себя, искренность слов Венти оседает в груди Кэйи приятным теплом. Глаза Чжун Ли поминутно расширяются. — Твой друг? — он делает паузу. — Интересно. Он знает, кто ты… — Да, знает, — отрывисто отвечает Венти. — И нет, это не проблема. — Нет? — Я доверяю ему свою жизнь. — …ясно. Остальная часть разговора, похоже, продолжается без участия Кэйи. Венти и Чжун Ли ведут молчаливый спор; по острому, граничащему с оскалом взгляду одного и задумчивому хмурому лицу другого почти невозможно понять, о чем идет речь. Кажется, сейчас самое подходящее время для мозгового штурма на предмет назойливых, но незаметных вопросов, это специализация Кэйи. Он постучал пальцем по ободку своей чайной чашки. Что спросить и как сформулировать, чтобы не вызвать подозрений? Чжун Ли удручающе хорошо скрывает свои мысли, поэтому трудно полностью понять его характер. Если Венти будет настаивать на том, чтобы Чжун Ли общался с ним как можно реже, то… — Эй, капитан! Голос Свена выводит Кэйю из задумчивости. Его рыцарь протискивается мимо нескольких стульев, шепча извинения, пока другие протискиваются, чтобы пропустить его. Он останавливается у кресла Кэйи и отдает расслабленный салют. — Надеюсь, на вашей стороне все идет хорошо. — Взаимно, Свен. Что привело тебя сюда? — Кэйя бросает взгляд на свободное место рыцаря и замечает, что в их сторону смотрит троица из Ли Юэ. — Прости, я хотел привлечь твое внимание, но не хотел кричать через стол. Ну, думаю, я и так мог это сделать, — смущенно говорит Свен. Он слегка подпрыгивает, заметив, что на него смотрят еще две пары глаз. — О, Венти! Привет, извини, если я тебя прервал, — он поворачивается к Чжун Ли. — Чжун Ли-сяншен, верно? Рад знакомству, с нетерпением жду возможности пообщаться с тобой в будущем. Чжун Ли кивает. — И я тоже. Свен склоняет голову в небольшом поклоне, затем снова поворачивается к Кэйе. — Капитан, разрешите задать вопрос? — Обычно ты не спрашиваешь разрешения. — А, я подумал, что формальность может быть оценена, — он слегка шаркает на месте. — Итак, разрешено ли нам здесь играть в игры на деньги? — …ты имеешь в виду азартные игры? — Звучит не так хорошо, когда ты так говоришь. Кэйя вздыхает. — Свен, ты — рыцарь и взрослый человек. Ты можешь делать что хочешь, но помни, где мы находимся и для чего мы здесь. — Конечно, капитан. Коллеги пригласили меня сыграть в местную игру, похожую на покер. В ней используются плитки и что-то про печенье и палочки… в любом случае я хотел бы использовать эту возможность, чтобы лучше узнать их через честную и дружескую игру, — какие красивые, отрепетированные слова. Из уст известного мошенника они звучат глупо и поверхностно. — Дерзай, но, пожалуйста, не порти репутацию Мондштадта. Свен выглядит почти оскорбленным. — Это само собой разумеется, неужели ты так мало веришь в меня? — Я имел в виду твои шутки, гений. Не забудь оставить немного денег на сувениры. Свен ухмыляется и отдает честь. — Будет сделано, капитан! — он поворачивается, чтобы помахать рукой своим товарищам по играм. Трое машут в ответ и переходят к небольшому столику в углу комнаты, скорее всего, для того, чтобы начать свою игру. — Венти, не хочешь присоединиться к нам? Судя по тому, что мне рассказывали об игре, думаю, тебе понравится, — Свен делает паузу , раздумывая. — О, подожди, у нас может быть только четыре игрока… что ж, ты можешь понаблюдать! Я буду благодарен за моральную поддержку. Глаза Венти искрятся в небольшой, но искренней улыбке. — Я пока пас, но спасибо за приглашение. Боюсь, мы тут обсуждаем дела, и я пока не могу откланяться. — А, понятно. Может, я потом научу тебя правилам? Они кажутся сложными, но, думаю, суть я уловил. Мы могли бы вместе придумать стратегию, у меня есть ощущение, что я могу проиграть в ближайших раундах — Звучит как план. Свен кивает. — Отлично! — он смотрит на стоящую перед ним троицу, вероятно, чувствуя затянувшуюся неловкую атмосферу. — Еще раз извините, что прервал вашу беседу. О чем вы все говорили? Кэйя чувствует вспышку удовлетворения. Вот он, мой шанс. Свен — напарник Лиззи по выискиванию драмы; дай ему хоть крошку, и он проследит за ней до самых глубин Бездны и обратно. — О, ничего особенного. Венти и Чжун Ли-сяншэн просто обменивались новыми фактами друг о друге. Свен поворачивается к Венти. — А, так ты знаешь Чжун Ли-сяншэна! Я знал, что ты несколько раз бывал в Ли Юэ, но не подозревал, что у тебя такой знающий друг. Как давно вы знакомы? Мило, Свен. Простой вопрос прожег в голове Кэйи дыру. Чжун Ли смотрит на стену, словно на море с утеса. — Дольше, чем я могу вспомнить. — Мы просто разговаривали несколько раз, — говорит Венти. Он нервно постукивает пальцами по столу, а затем берется за палочки. Свен моргает. — Правда? Почему ты никогда не рассказывал нам о нем? — Полагаю, эта тема никогда не поднималась, — говорит Венти с фальшивой беззаботностью. Он набивает рот жареным пельменем. — Тогда я подниму эту тему позже, мне бы хотелось послушать ваши истории, — говорит Свен. Он, кажется, не замечает легкого недовольства Венти. Свен начинает делать шаг назад, невербально обозначая выход из разговора. Он приостанавливается во внезапной задумчивости. — Скажите, Чжун Ли-сяншен, ваши коллеги упоминали, что перед тем, как прийти сюда, вам пришлось оттащить вас от кого-то важного. Какой у вас ранг? Должен ли я обращаться к вам с другим титулом? Чжун Ли, похоже, не возражает против такого личного вопроса. — Ах, да. Обычно я не работаю на Цисин, до прихода сюда я был на своей обычной работе. Мой работодатель иногда бывает немного вспыльчивой. Наконец-то нормальная тема. Кэйя вежливо рассмеялась. — Я понимаю. Моя начальница и сама немного вспыльчива, хотя и по-другому. Какую работу ты обычно выполняешь? — Я только что вышел на пенсию после долгой, но насыщенной карьеры. Теперь я занимаюсь смертью. Даже Венти смотрит на него с недоумением. — …так ты гробовщик? — спрашивает Свен. — Не совсем. Я работаю консультантом в похоронном бюро. — О, я не знал, что они нанимают консультантов. — Обычно нет, — Чжун Ли складывает руки на коленях. — Похоже, мой работодатель считает меня интересным. Я обладаю огромным количеством знаний по различным вопросам. — И все же ты не знаешь, когда нужно заткнуться, — пробормотал Венти. Свен приподнимает бровь и открывает рот, чтобы ответить, но тут его внимание привлекают гул от партнеров по игре. — Похоже, меня вызывают. Что ж, приятного аппетита! Увидимся позже. Кэйя смотрит, как он возвращается на свое место, уже оплакивая легкомысленную атмосферу, которую тот уносит с собой. — Похоже, твои рыцари тебя уважают. Кэйя чуть не подпрыгивает от такого замечания Чжун Ли. — Я польщен, — отвечает он с легкой усмешкой. — Я знаю их с тех пор, как они были оруженосцами, и горжусь тем, как далеко они продвинулись. Чжун Ли напевает задумчивую ноту. — Значит, ты уже некоторое время состоишь в рыцарях. Похоже, ты знаешь Рагнвиндров и Венти еще дольше, — он наклоняется вперед. — Если позволишь, сэр Кэйя, когда ты впервые прибыл в Мондштадт? У Кэйи перехватывает дыхание. Венти чуть не сломал палочки в руке. — Чжун Ли, — хрипло шепчет он, почти как предупреждение. На этот раз Чжун Ли, кажется, уловил напряжение. — Мои извинения. В этой части мира редко можно встретить кого-то вроде тебя, мне просто было любопытно. Ах. Это из-за его темного цвета кожи, не так ли? Его волосы тоже можно отнести к необычным, если сравнивать их с населением Мондштадта. Чжун Ли не мог знать о… нет. Может, он и обладает «огромными знаниями по разным темам», но даже лучшие ученые Сумеру не должны знать слишком много о Каэнрии. Сама Селестия, очевидно, запрещает архонтам делиться информацией со своими подданными. Несмотря на это, Кэйя вдруг отчетливо осознал, что у него открылся глаз. Он сглатывает неловкость и старается не отводить взгляд. — Мне часто задают этот вопрос. Ты прав, я родился не в Мондштадте. Я… переехал туда, когда мне было около семи лет. — Хм, это довольно давно, — Чжун Ли обращает свой взор на Венти. — Надеюсь, с тех пор ничего существенного не произошло? — Нет, — качает головой Венти, слишком резко, как острие ножа. — Все было хорошо, и сейчас тоже все хорошо. — Понятно, — пробормотал Чжун Ли. — Как интересно. Кэйя не очень понимает, что он видит и почему это интересно. Однако очевидно, что этим двоим есть с чем разобраться. Кэйя, похоже, ничего не может предложить в их нестройной беседе. Пожалуй, лучше пока отступить. В такой ситуации ему, наверное, стоит поработать сетью, верно? Кэйя быстро убирает тарелку с едой и отодвигает стул. — Надеюсь, вы двое не будете возражать, если я проведаю остальных рыцарей. Думаю, нам всем пора отправляться в спальные покои. Чжун Ли, похоже, его не услышал. — Сэр Кэйя. У вашего бедра… Кэйя поднимает руку, чтобы посмотреть вниз. Он видит свой Глаз Бога. — О, эта старая штука? Оно у меня уже несколько лет. У тебя ведь тоже есть, верно? И у Венти тоже. Похоже, мы все на хорошем счету у богов, или так они говорят. Чжун Ли не отвечает ему. Он смотрит на Венти сузившимися, расчетливыми глазами. — Похоже на то. Венти отвечает ему защитным взглядом. Через несколько долгих секунд Чжун Ли задумчиво хмыкает, взгляд его тускнеет. Он обхватывает руками чашку с чаем и проводит большими пальцами по ее гладкому ободку. — Не останешься ли с нами еще на некоторое время, капитан? Я был бы признателен за возможность задать тебе еще несколько вопросов. Прошу прощения, если я навязываю свое присутствие этим вечером… — Перестань, — Венти слегка приглушенно проговорил сквозь стиснутые зубы. — Почему ты так себя ведешь? Чжун Ли хмурится. — Боюсь, я не понимаю. Как я себя веду? Венти выпрямляется с треском, глаза дикие. — Вот так… вот так! — шипит он. — Ты видишь нас — видишь его — и ты не… ты оттягиваешь время? Ждешь, пока не поговоришь с ними? — в его глазах плещется смятение, приглушая его манию. — Но ты не можешь. Ты отдал свой… почему ты… Тревожный гул, преследовавший его с самого начала путешествия, кажется почти слышным. Несколько взглядов обращены в их сторону, и Кэйя рассеивает их быстрой улыбкой и бесстрастным взмахом руки. Чжун Ли лишь смотрит на Венти с тихой, глубокой озабоченностью. Я так и знал, что-то не так. Я не могу оставить его в таком состоянии. Кэйя кладет руку на плечо друга. — Венти, — мягко зовет он. — Думаю, нам стоит выйти на минутку. Мне нужно поговорить с тобой. — В этом нет необходимости, сэр Кэйя, — вмешивается Чжун Ли. Он отставляет чашку с чаем и складывает руки на коленях. — Спасибо, но поговорить с ним должен именно я. Похоже, нам с ним нужно кое-что прояснить. Плечо Венти остается напряженным под рукой Кэйи. — Да, думаю, так будет лучше. Кэйя колеблется, затем убирает руку. — Хорошо. Венти встает вместе с Чжун Ли. — Прости, что так ухожу, Кэйя, но это важно. Это может занять некоторое время. — Хорошо, — Кэйя делает паузу, пытаясь понять выражение лица друга. В море его смятения все еще ощущается тревога. Трудно сказать, чего он ожидает от этого разговора. — Я не лгал о том, что сказал раньше. Мы здесь, если тебе что-нибудь понадобится. Взгляд Венти на мгновение смягчается. — Да, я знаю, что всегда могу рассчитывать на своих рыцарей. Спасибо, Кэйя. Кэйя смотрит им вслед, и в груди у него зарождается тревога. Он отмахнулся от него, покачав головой и глубоко вздохнув. Как можно незаметнее он переставляет свой стул на другой конец стола и присоединяется к увлеченным беседой Лиззи и Нин Гуан. Лиззи обрывает фразу, наблюдая за тем, как он устраивается рядом с ней. — Привет, капитан. Наелись разговоров с вашим «личным консультантом»? — она поворачивает шею, чтобы посмотреть на его прежнее место. — О, он ушел, как и Чжун Ли-сяншэн. Что-то случилось? — О нет, ничего не случилось, — как таковое. — Просто им нужно было кое о чем поговорить. — О, звучит интересно. Надеюсь, ты поджаришь его, когда он вернется. Если бы Лиззи не была так увлечена сплетнями, Кэйя завербовал бы ее в свою информационную сеть только из любопытства. — Ты и сама знаешь это, — вспомнив о манерах, он поклонился Нин Гуан, немного неловко поднявшись со своего места. — Еще раз спасибо за организацию этого ужина для нас, Нин Гуан. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я послушаю ваш разговор. Она улыбается, слегка покачивая головой. — Не нужно благодарить. Мы будем рады, если ты присоединишься к нам. Я надеюсь, что ты также внесешь немного своих знаний в нашу текущую дискуссию. Глаза Лиззи сияют. — Да, мы обсуждаем возможные способы поощрения экологической устойчивости при освоении новых сельскохозяйственных территорий. Кэйя поднимает бровь. — Тогда введите меня в курс дела. Я буду рад узнать, что вы думаете.

***

Их беседа не дает покоя, пока Кэйя не замечает, что глаза рыцарей начинают опускаться. Неудивительно, что после наступления сумерек они устали: ведь они путешествовали без остановки целых три дня. Кэйя собирает всех, отмахиваясь от любопытных вопросов о местонахождении Венти тем же ответом, который он дал Лиззи. Пожелания «спокойной ночи» настолько формальны, насколько это вообще возможно. Выходя из ресторана, Кэйя и Нин Гуан уточняют время утренней встречи. Гань Юй встречает их внизу, любезно предлагая проводить Кэйю и его группу в их резиденцию для заслуженного отдыха. На протяжении всей прогулки Кэйя вглядывается в теплые огни ночной жизни Ли Юэ, вполуха слушая стоны Свена о его недавних проигрышах в азартных играх и несимпатичные соболезнования его коллеги. Он не замечает ни Венти, ни Чжун Ли, даже добравшись до резиденции и отпустив рыцарей в их покои на ночь. Каждая деталь в комнате Кэйи улучшена по сравнению с его квартирой в Мондштадте: у дипломата, безусловно, есть свои преимущества. Он замечает плюшевый диван, который уже прозвал местом для сна Венти на ближайшие несколько дней. Кровать, затянутая шелком, очевидно, принадлежит только Кэйе. О чем бы ни говорили Венти и Чжун Ли, это, надеюсь, уладит все, что беспокоит Венти. Кэйя не привык видеть своего друга таким потрясенным; от этого по его конечностям пробегают мурашки. Он стряхивает с себя дорожную одежду и надевает удобное ночное белье. Он рассеянно задумывается: знает ли Венти, где находится резиденция? Он отстегивает от пояса свой Глаз Бога. Верно, он легко найдет следы любого из своих аллогенов. Странно, что эта мысль его не тревожит. Кэйя с удивлением обнаружил, что она его несколько успокаивает. Он гасит пламя прикроватного фонаря, позволяя приглушенным звукам далеких разбивающихся волн убаюкать его.