Глава 19

Прошел еще месяц тренировок — время, которое умудрялось растягиваться и сжиматься одновременно. Дни, наполненные изнурительной пахотой, едва ли можно было назвать легкими. Каждый этаж давался мне с трудом: я буквально выгрызала путь наверх учась на собственных ошибках и синяках. И вот, я кое-как доползла до двухсотого этажа Небесной арены. И мне наконец-то выдали собственную комнату! За этот месяц я привыкла просыпаться с ноющей спиной и видеть в зеркале затягивающиеся царапины. Привыкла к адреналину, который тяжелыми ударами бил в виски перед каждым выходом на ринг. Если раньше страх был моим постоянным спутником, то теперь он отступил, уступив место утомлению и сосредоточенности. Лишь иногда тревога возвращалась — обычно это случалось при мысли о других нэн-пользователях и, в особенности, о Хисоке. После того инцидента нам, к счастью, больше не приходилось встречаться, но его образ оставался как темное пятно в уголке моего сознания. Впрочем, этот мрак легко разбавляли встречи совсем иного рода. Гон... его радость при виде меня каждый раз была такой искренней и безоговорочной, что я невольно терялась. Мы ведь знакомы всего ничего, откуда в нем эта теплота? Эта открытость? Каждый раз, когда он улыбался мне, я чувствовала, как на лице сама собой расплывается ответная улыбка. Он такой светлый человек, но при этом и упрямый. С Киллуа я встречалась часто. Он то таскался за мной на бои, критикуя технику с видом знатока, то внезапно возникал на пороге, зазывая к Гону. А иногда мы втроем просто оказывались вместе, и тогда часы пролетали незаметно: мы болтали ни о чем, находили смешное в обыденном, просто наслаждаясь компанией друг друга. Без особых причин, как это бывает у настоящих друзей. Порой я ловила себя на мысли, что хочу быть с ними подольше. А ведь что мне мешает? Я еще на экзамене поняла, что «канон» — вещь хрупкая, и я давно перестала идти по протоптанной дорожке. Сейчас в настоящем, мы были в доме у Винга. — С этого дня, — произнес мужчина, поправляя очки и переведя взгляд с Гона на Киллуа, — вы будете тренироваться вместе с Эри и Зуши. Мальчики синхронно кивнули. Затем Винг повернулся к Гону. — Гон, ты ведь сдержал свое двухмесячное обещание, не так ли? — Да, все благодаря этой нитке — с готовностью отозвался тот, протягивая руку. Только сейчас я заметила нитку, обмотанную вокруг его мизинца — крошечное напоминание о дисциплине, которое он пронес через все это время. Затем учитель попросил Гона продемонстрировать свой нэн. Мальчик глубоко вздохнул и сосредоточился. Я почти физически почувствоввала, как воздух в комнате немного загустел, как будто в нем появился новый, ощутимый элемент. Аура Гона пульсировала силой, и нитка на его мизинце, не выдержав напора, мгновенно порвалась. Киллуа, который все это время внимательно наблюдал со стороны, задал Вингу два вопроса. Первый касался приема Хисоки в бою с Кастро. В памяти тут же всплыли те жуткие кадры: оторванная рука Хисоки, его странное спокойствие и внезапная, жестокая смерть Кастро. Винг включил телевизор. На экране замелькали кадры того самого поединка. Мы все наклонились, пытаясь разглядеть детали. Мужчина начал объяснять: оказывается, Хисока использовал «Ин» – продвинутую технику, позволяющую делать ауру невидимой даже для других пользователей нэн. Чтобы «проявить» ее, нужно натренировать концентрацию ауры в глазах, а именно Рен. На второй вопрос Золдика о том, получится ли у нас сделать то же самое, что и Хисока, Винг объяснил, что сила Нэн глубоко индивидуальна и напрямую зависит от характера и склонностей человека. «Хм... А как же я?» — пронеслось у меня в голове. — «Если способности отражают личность, то почему мой Нэн связан именно с ветром и воздухом? У меня никогда не было каких-то особых предпочтений. Неужели мой характер такой?..» Пока я размышляла, Винг попросил мальчиков зарегистрироваться на бои: Киллуа на девятое июня, а Гону на десятое — До этого времени, — учитель строго посмотрел на нас. — Вы должны будете освоить "Гё". После инструктажа мы вчетвером вышли из дома и неспешно направились к Небесной Арене. — А ты стал сильнее, — с улыбкой заметил Гон, искренне радуясь успехам друга. — Нет, что ты, — смущенно отозвался тот, потирая затылок. — Я все еще на девяностом этаже. А вот кто действительно стал сильнее, так это Эри! Она уже на двухсотом. Услышав свое имя, я обернулась к мальчику. От такой внезапной и прямой похвалы я лишь неловко улыбнулась. — И это еще не все, — продолжал воодушевленный Зуши, не замечая моего замешательства. — У нее способности, связанные с ветром и воздухом! Это просто потрясающе! Гон и Киллуа уставились на меня. В их глазах читалось крайнее недоумение. — Способности? — переспросил Гон, слегка наклонив голову набок. Он явно был озадачен, пытаясь понять, о чем речь. Киллуа промолчал, но его взгляд стал острым и оценивающим. Он явно пытался сопоставить мои скромные тренировки с тем, что только что услышал. — Ну, Винг-сан ведь говорил, что у каждого свои качества и предпочтения, — произнесла я, посмотрев на них. — Вот у меня это проявляется через манипуляцию воздухом. Думаю, он вам потом все сам подробно объяснит. Золдик слегка нахмурился и засунул руки в карманы. Было ясно, что мой туманный ответ его не удовлетворил. Но ничего не поделать: я бы все равно не смогла ничего толком объяснить, ведь я и сама еще многого не знаю. И в этой немного напряженной тишине мы добрались до Небесной Арены и зашли в лифт. Мы планировали пойти в комнату Гона, чтобы спокойно потренировать «Гё», но стоило дверям открыться на двухсотом этаже, как я замерла. Прямо перед нами, преграждая путь, стояли трое. От одного взгляда на них по коже пробежали неприятные мурашки. Один сидел в инвалидном кресле, глядя на нас исподлобья, у второго вместо ног был металлический протез и трость в руке, а лицо третьего больше походило на маску, чем лицо живого человека. Каждый выглядел жутко. Зуши рядом со мной заметно напрягся, а воздух вокруг незнакомцев казался тяжелым от недоброй, липкой ауры. Незваные гости явно ждали именно нас. — Ваша приставучесть уже достала, — резко бросил Киллуа, делая шаг вперед. Человек, чье лицо напоминало неподвижную маску, ответил вкрадчиво: — Не будь так суров, — произнес он, слегка склонив голову. — Мы просто хотим стать вашими противниками. Киллуа, все больше раздражаясь, коротко взглянул на нас и пояснил: — Понятно же, что их фишка в том, чтобы отлавливать новичков и набивать на них легкие очки. «Похоже на то...» — подумала я, с опаской поглядывая на троицу. — Конец срока регистрации близок, — продолжил «маска», проигнорировав замечание белобрысого. — Так что не тяните время, сразитесь с нами. Взамен... я покажу вам часть своей силы. В ту же секунду воздух вокруг него изменился. Он активировал свой Нэн, и на нас обрушилась зловещая аура. Я почувствовала, как по спине пробежал холодок, а мыщцы невольно напряглись, готовые к рывку. — Я буду сражаться десятого июня, — вдруг подал голос Гон. Я позавидовала его спокойствию. — Гон, ты чего! — Золдик резко обернулся к другу, в его глазах читалось искреннее изумление вперемешку с недовольством. — Десятое июня? — переспросил человек-маска. — Это слишком поздно. Крайний срок, когда я могу принять бой — двадцать девятое мая. — Да нам плевать на твои сроки, — фыркнул Киллуа, а затем развернулся. — Пойдемте отсюда. Я поспешила за ним, чувствуя на своей спине тяжелые взгляды. — Я обязательно сражусь с тобой, Гон, — донесся нам в спину голос «маски». — Обещаю. Я шла вслед за друзьями, и внутри меня росло дурное предчувствие. Я знала, что за этим отказом обязательно последует какая-то грязная игра. В памяти лихорадочно всплывали обрывки канона. Что именно они сделают? Прижмут к стенке? Просто будут угрожать? Или, может, похитят кого-то?.. В этот момент мой взгляд упал на Зуши.

***

Тренировка подошла к концу. Мы попрощались у самого порога: Гон остался у себя, а Киллуа, махнув рукой на прощание, тоже направился к себе. Зуши тоже двинулся в обратный путь. — Зуши, я тебя провожу, — сказала я, как только мы отошли от ребят. Мальчик притормозил и непонимающе посмотрел на меня. Его щеки тут же порозовели, и он застенчиво замахал руками: — Ой, что ты! Не стоит, мне совсем не трудно добраться одному! — Все в порядке, — настояла я, стараясь звучать как можно естественнее. — Мне все равно нужно зайти кое-куда по пути. Это была чистая ложь, но она сработала. Зуши просто улыбнулся и послушно кивнул. Мы вместе спустились на первый этаж и вышли из здания. Вечерный город сиял огнями, и мы неспешно пошли по улице. Внутри меня все сжималось от тревоги, но вокруг не было никого подозрительного. Никаких теней, никаких пристальных взглядов. Я знала, что должно произойти по сюжету, и просто не могла оставить Зуши одного. Он был моим другом. Но чем дальше мы шли, тем сильнее меня грызли сомнения: как я собираюсь его защитить? Я ведь сама едва научилась конролировать ауру. А если я ошиблась и сегодня ничего не случиться? Мы свернули в один из тихих переулок. Здесь, в тени зданий, я окончательно начала сомневаться в своей затее. — Спасибо, что проводила, Эри! — улыбнулся Зуши, останавливаясь. — Дальше я сам. Я уже открыла рот, чтобы ответить, как вдруг все изменилось. Я почувствовала чье-то присутствие и резко обернулась, но не успела даже вскрикнуть. Чужая аура буквально окутала мое тело, как вязкий кокон. Я не могла пошевелиться, не могла даже вздохнуть. Вдруг раздался глухой звук удара о землю. Я не видела, но по звуку поняла: Зуши упал. Он потерял сознание. Внутри меня мгновенно вспыхнул гнев на этого урода, посмевшего напасть и дикий страх за мальчика. Я отчаянно пыталась сопротивляться, дернуться, хоть что-то сделать, но тело было словно чужим. Сознание начало стремительно гаснуть от недостатка воздуха. В последнюю секунду, прежде чем окончательно провалиться в темноту, я услышала тихую усмешку и голос человека-маски: — Вообще-то, я хотел только девчонку... но так даже лучше. «Что?... Он хотел похитить МЕНЯ?!» — это была моя последняя мысль, прежде чем мир вокруг перестал существовать.

***

Сквозь вязкую дремоту я почувствовала ритмичные шаги и то, как чьи-то руки крепко, но осторожно прижимают меня к себе. Тяжело разомкнув веки, я сначала непонимающе проморгалась, глядя на проплывающие мимо стены, а когда в памяти мгновенно всплыл переулок и удушающая аура, я резко вскинула голову. Прямо перед собой я увидела знакомую серебристую макушку. — Киллуа?.. — удивленно выдохнула я, все еще не до конца веря своим глазам. — Очнулась довольно быстро, — раздался вкрадчивый, противный голос человека-маски, идущего рядом. Я тут же бросила на него яростный взгляд. Гнев на мгновение захлестнул меня, и я уже собиралась высказать этому уроду всё, что думаю, как вдруг почувствовала, что рука Киллуа, придерживающая меня за талию, предостерегающе сжалась. Я замерла и растерянно посмотрела на него. Встретившись со мной взглядом, он негромко произнес: — Всё нормально, успокойся. «Нормально?! А Зуши!..» — паническая мысль обожгла меня, но я тут же немного успокоилась, увидев, что мальчик сидит без сознания на коленях у того типа в инвалидной коляске, который катился следом за нами. И только в этот момент я в полной мере осознала, что Киллуа все еще крепко прижимает меня к себе. Стало ужасно неловко. — Киллуа, можешь уже опустить меня, — тихо попросила я. — Я сама дойду. Он послушно разжал руки и поставил меня на пол. Ноги слегка подкосились, но я удержалась. Только сейчас я осознала, где мы находимся. Мы были в Небесной арене, прямо у стойки регистрации. Я молча наблюдала, как Киллуа подошел к столу и записался на двадцать девятое мая — тот самый срок, который эти подонки вымогали у Гона. — Пойдет? — коротко бросил Киллуа, обрачиваясь к человеку-маске. Тот довольно усмехнулся. — Да, можешь забрать его. Золдик подошел к инвалидному креслу, легко перекинул обмякшего Зуши себе на спину и снова посмотрел на них. — Я повторю еще раз: это последний раз, — его голос прозвучал с предупреждением. — Если не сдержите слово... А, пофиг, забудьте. Пошли, Эри. Я в последний раз украдкой оглянулась и заметила, как они усмехнулись, явно не восприняв угрозу мальчишки всерьез. Кстати, почему их только двое? Куда подевался третий? Впрочем, не важно, главное, чтобы они больше не совершали ничего подобного.

***

Мы шли по коридорам Небесной арены. Тишина давила на уши, прерываемая лишь мерным сопением Зуши у Киллуа за спиной. — Эй, ты как? — нарушил молчание Киллуа, искоса подглядывая на меня. — А то выглядишь так, будто привидение увидела. — Все хорошо, — спокойно ответила я, хотя внутри все еще мелко дрожало. — Расскажи... что там произошло? Как ты там оказался? Киллуа вздохнул и поудобнее перехватил Зуши. Он рассказал, что его не покидало дурное предчувствие после нашей встречи у лифта. Зная повадки таких типов, он решил незаметно проследить за нами, и интуиция его не подвела. Когда он добрался до переулка, мы с Зуши уже лежали на земле без сознания, а рядом стояли двое — "маска" и тип в инвалидной коляске. Киллуа пообещал, что выйдет против каждого из их троицы и позволит им всем выиграть. После этого они сразу направились к Арене, чтобы Золдик официально зарегистрировался на нужные им даты. Ну а дальше я уже и сама все видела. — Слушай, — Киллуа внезапно остановился и внимательно посмотрел на меня. — Ты ведь тоже догадывалась, что они что-то выкинут? Поэтому и пошла за Зуши, чтобы помешать? «Ну... скорее знала, что они нападут» — пронеслось в мыслях. — Да, — ответила я, встретившись с ним взглядом. — Вот только... они охотились на меня, а не на него. Я слышала, что сказал тот тип с лицом маски перед тем, как я отключилась. Он хотел похитить только меня, а Зуши... просто оказался рядом. Киллуа на мгновение замер, и его взгляд стал пугающе острым. — Ясно, — произнес он и снова зашагал вперед. В его голосе сквозило раздражение.— Наверняка решили, что тебя похитить проще, раз ты девчонка. Идиоты. «У них это почти получилось...» — подумала я, глядя ему в спину. Вскоре мы остановились у двери моей комнаты. Прежде чем зайти, я обернулась к Киллуа, который уже собирался уходить. — Киллуа, — позвала я. Когда он повернулся, я тихо, но искренне произнесла: — Спасибо... за то, что спас нас. Его глаза на мгновение расширились от неожиданности, будто я сказала что-то из ряда вон выходящее, но тут же стал привычно безразличным. — Да ладно, забей, — небрежно отозвался он. Отворачиваясь, Киллуа поудобнее перехватил обмякшего Зуши у себя на спине и бросил через плечо: — Я пошел. Белобрысый зашагал прочь по коридору, быстро скрываясь за поворотом. Я же зашла в комнату, и сухой щелчок закрывшегося замка отозвался в сознании блаженным чувством безопасности. Я сползла по двери, обхватив колени руками. Только сейчас, оказавшись в тишине и одиночестве, я почувствовала, как меня накрывает. Это был тяжелый, липкий стресс, смешанный со страхом. Осознание того, что я была чьей-то целью, буквально придавило меня к полу. Стоило лишь вспомнить, что я не сделала ровным счетом ничего для защиты Зуши, как сердце сжималось от вины. Но сильнее всего душило чувство собственной беспомощности. Стоило той зловещей ауре коснуться меня, как я превратилась в безвольную куклу. Я ничего не смогла сделать. Совсем. «Слабачка...» — Нет! — я резко вскинула руки и с силой, до красноты, ударила себя ладонями по щекам. Хлёсткий звук удара эхом разнесся по комнате. — Не смей так о себе думать! Только не вздумай раскиснуть! С этими словами, и с обжигающей болью на щеках, я решительно поднялась. Каждая клеточка тела, казалось, пробудилась, вытесняя липкое оцепенение. «Я должна тренироваться еще усерднее!» Больше не позволяя себе ни секунды слабости, я остановилась посреди комнаты. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох, концентрируясь на ощущении энергии, которая тонким слоем обволакивала кожу. Я заставляла ее стягиваться вверх, чувствуя, как в области глаз нарастает жар и давление. Спустя несколько секунд я резко распахнула глаза. Мир мгновенно стал чётче, а контуры предметов — ярче. Держать такую концентрацию было трудно: глаза пощипывало, а по лбу катился пот. Стоило мне на секунду отвлечься, как аура тут же «растекалась» обратно, и мне приходилось начинать всё сначала. Я повторяла это упражнение снова и снова. Собирала энергию, фокусировала ее и удерживала до самого предела, пока перед глазами не начинало плыть. В тишине комнаты слышалось только мое прерывистое дыхание, но я не останавливалась, упрямо продолжая оттачивать навык.

***

Днем я направилась к Вингу. Солнце уже вовсю припекало, заливая светом улицы вокруг Небесной Арены, но внутри меня все еще сохранялся холод вчерашнего вечера. Ночная тренировка давала о себе знать легким напряжением в глазах и накатывающей сонливостью. Дверь оказалась приоткрыта, и я, коротко постучав, осторожно вошла внутрь. В гостиной уже собралась вся компания: Винг, Гон, Зуши и Киллуа. Увидев Зуши — живого, здорового и ведущего себя как ни в чем не бывало, я наконец-то смогла облегченно выдохнуть. — Всем привет, — негромко произнесла я, проходя в комнату. — О, Эри! Ты пришла! — бодро сказал Гон, оторвавшись от обсуждения чего-то с Киллуа. Я подошла к Зуши. — Как ты себя чувствуешь? Все хорошо? — Все отлично! — улыбнушись, ответил тот, а затем внезапно отвесил мне вежливый поклон. — Прости за беспокойство. И большое спасибо! Я в замешательстве замерла, глядя на него сверху вниз. — За что спасибо?.. — Ну как же, — Зуши застенчиво почесал затылок. — За то, что не бросила меня на улице. Киллуа рассказал, что вчера это ты позвонила ему и попросила помочь отвезти меня домой. Услышав это, я взглянула на Золдика. Он стоял чуть поодаль и внимательно наблюдал за нашей сценой. Поймав мой взгляд, он едва заметно качнул головой, давая понять: ни слова о том, что случилось на самом деле. — А-а... ну да, все верно, — я натянула улыбку и поспешила перевести тему. Повернувшись к Вингу, я произнесла уже увереннее: — Винг-сан, я освоила Гё. Учитель удивленно приподнял бровь. — Да? Что ж, давай проверим. Он включил запись боя Хисоки и перемотал на нужный момент. — Сфокусируйся. Сколько нитей ты видишь? Я прикрыла глаза на мгновение, вызывая в памяти ночное ощущение жара и давления в веках. Когда я снова открыла их, мир на экране преобразовался. Раньше я видела просто бой двух бойцов, но теперь... теперь сквозь обычное изображение приступила скрытая правда. — Пятнадцать, — твердо произнесла я, не отрывая взгляда от экрапа. — Я вижу пятнадцать нитей. И одна из них тянется прямо из его правой руки. Винг удовлетворенно, даже с оттенком легкого волнения, поправил очки. – Верно. Тебе тоже удалось освоить Гё за одну ночь. Хорошая работа. Я перестала удерживать концентрацию и глубоко выдохнула, чувствуя как напряжение в глазах сменяется усталостью. Контролировать такой поток энергии все еще было физически тяжело, но осознание успеха придавало сил. Вскоре мы попрощались с Вингом и Зуши. Когда вышли на улицу, вечерний воздух приятно освежил лицо. Небо к этому времени уже начало окрашиваться в глубокие оранжевые и пурпурные тона. Огромное здание Небесной Арены возвышалось над городом, отражая последние лучи заходящего солнца своими зеркальными окнами. Гон шагал слева от меня. Его лицо, обычно жизнерадостное, сейчас выглядело необычайно серьезным. — Киллуа, — внезапно заговорил он. — Они и тебя одурачили, да? Эти трое... они начинают меня бесить. — Ну, меня больше беспокоила лишь реакция Винга, — спокойно отозвался Золдик, закинув руки за голову. — Но мы получили его одобрение. Гон на мгновение замолчал, а затем посмотрел на меня. В его глазах читалось искреннее беспокойство. — Эри, тебе никто не угрожал? — Ну... — я замялась на секунду. — Вчера они пытались похитить меня вместе с Зуши. Но, к счастью, все обошлось. — Что?! Правда?!– Гон ошарашенно уставился на меня. — Я думал, что они будут давить на нас только через Зуши... — он сжал кулаки. — Они снова могут схватить вас. — Нет, — вдруг отрезал Киллуа. — Все будет хорошо. Не волнуйтесь об этом. Я мельком взглянула на него. По его лицу было ясно, что он что-то задумал. И это «что-то» явно не сулило той троице ничего хорошего. Я перевела взгляд на догорающий закат, чувствуя странную уверенность. Теперь я была готова ко всему.

***

Человек-маска, которого, как выяснилось, звали Садасо, не явился на поединок. В итоге Киллуа присудили победу из-за неявки оппонента. Когда подошла очередь Гона сражаться с тем же Садасо, ситуация повторилась: тот снова не пришел. Мы же продолжали упорно тренировать свой Нэн. С каждым днем я все лучше и лучше училась управлять своей силой, чувствуя, как аура откликается на малейшее движение моей воли. Это ощущение контроля окрыляло, и мне уже не терпелось по-настоящему испытать свои способности в бою против реального противника. Так незаметно пролетело время, и наступило четвертое июня. — Сегодня Гон сражается с Гидо, а Киллуа с Рильвельтом, — спросил Винг, серьезно глядя на мальчиков. — Ну что, вы готовы? — Да! — вскрикнули оба. — Гон, поскольку с этим противником ты уже однажды дрался, у меня для тебя нет особых советов, — Винг поправил очки и чуть прищурился. — У тебя есть какой-то план? — Хм, да... — задумчиво протянул Гон, а затем с хитрой искоркой в глазах указал куда-то в сторону. — Вообще-то, я думаю использовать это. Я проследила зв его жестом и увидела прислоненную к стене рыбацкую удочку. — Ясно, — лишь улыбнулся Винг.

***

— Матч-реванш, которого мы так долго ждали, вот-вот начнется! — голос комментатора гремел на весь зал. — Гидо против Гона! Одиннадцатого марта Гона отправили на больничную койку... Повторится ли история сегодня? Но посмотрите на него! Сегодня претендент притащил с собой... рыбацкую удочку?! Я сидела на своем месте, спокойно наблюдая за Гоном. В отличие от изумленной толпы, я была абсолютно уверена, что сегодня победа будет за ним. Рядом со мной сидел Киллуа. Его взгляд был прикован к арене, и хотя он казался безразличным, я видела, как внимательно он следит за каждым движением друга. — Начали! — скомандовал судья. Гон сорвался с места, мгновенно переходя в атаку. Гидо тут же закружился, как торнадо, а затем выпустил своих волчков. Они неслись на Гона со всех сторон, но тот даже не вздрогнул. Вокруг него вспихнула плотная аура, и волчки, ударяясь об этот невидимый щит, просто разлетались в стороны. Я невольно улыбнулась, мысленно похвалив его. Затем Гон замахнулся удочкой. Леска со свистом прорезала воздух, и крючок вонзился в пол. Гидо, увидев это, злорадно захохотал: — Хе-хе... Какая жалость! Я вложил нэн в свое вращение, так что у тебя не получится навязать свою игру! Но он рано радовался. Крючок зацепился за трещину в плитке прямо под Гидо. Гон резко дернул удилище на себя, вырывая огромный кусок бетона. Плита подлетела вверх, отправляя Гидо в полет. Он смачно рухнул на пол, потеряв ориентацию. Гон подошел к нему. Не говоря ни слова, он нанес точный, мощный удар кулаком прямо по металлической опоре Гидо, лишая того возможности подняться. — Еще хоть раз тронешь моих друзей, — голос Гона прозвучал непривычно злобно. — и под удар попадет уже твое лицо. И в этот удар я вложу все свои силы! Гидо испуганно смотрел на него, а через мгновение просто потерял сознание. Рефери тут же обьявил Гона победителем, и зал взорвался криками и свистом. Я же радостно зааплодировала. — Что ж, теперь моя очередь, — негромко произнес Киллуа. На его губах играла легкая улыбка, когда он поднимался с места. Я повернулась к нему. Хотя я прекрасно знала, что он с легкостью победит Рильвельта, но все же бросила: — Удачи. Беловолосый посмотрел на меня. В его глазах промелькнул дерзкий огонек, и он ехидно усмехнулся. — Угу, — коротко ответил он, разворачиваясь. — Хотя я и без нее справлюсь. Я проводила его взглядом, чувствуя легкий укол раздражения. «Какой самоуверенный...» — пронеслось в мыслях, но не смогла сдержать усмешку. — А теперь главное событие дня... Киллуа против Рильвельта! — объявила комментатор под оглушительный рев трибун. Как только названные бойцы вышли на свет прожекторов, ко мне на соседнее место подсел Гон. — Поздравляю с победой! Ты был действительно крут, — сказала я, повернувшись к нему. В ответ мальчик расплылся в своей фирменной широкой улыбке. Поединок начался. Киллуа тут же исчез из поля зрения, оставив противника в замешательстве. Рильвельт в панике оглядывался по сторонам, но затем быстро проехал на своей коляске вперед, чудом уклонившись от атаки. Мужчина потом достал два черных хлыста, кончики которых напоминали змей. — Это моя спецатака! И пока я в этом состоянии, тебе не победить! — кричал Рильвельт, молниеносно размахивая хлыстами, создавая вокруг себя живой щит. — Почему? — денесся совершенно спокойный голос Киллуа. — А по виду ты не понял, что ли? — продолжал злорадно вопить этот дурак. — Обычному человеку не уследить за моими движениями! — Но я не обычный человек, уж прости, — произнес Золдик, и выждав момент, просто перехватил летящие хлысты руками. Рильвельт опешил, но, не теряя времени, активировал электричество. По хлыстам с треском пробежали разряды, и Киллуа ударило током. Я невольно напряглась, хотя и знала, что для него это будет пустяком. Вдруг Киллуа резко дернул за оружие противника и подбросил его в воздух. — Электричество мне не помеха, благодаря пыточным тренировкам, — объяснил Киллуа, смотря на Рильвельта. — Но боль я все же ощущаю, и это меня бесит. И что же мне теперь делать? Ты ведь разобьешься, если шлепнешься с такой высоты. — Прошу! Спаси меня! — вопил во всю глотку Рильвельт, стремительно падая вниз. — Лады, — усмехнулся юный убийца. После его следующих слов у меня вырвался смешок. — Иди ко мне, пупсик. Киллуа ловит его и мужчину тут же бьет током от его же собственных хлыстов. Тот мгновенно обмяк и потерял сознание. — Рильвельт вырубился! Победа за Киллуа! — объявил судья под неистовый гул толпы. «Какой же он все-таки сильный...» — подумала я, с восхищением глядя на Киллуа, который с невозмутимым видом направлялся к туннелю. Мы с Гоном поспешили за ним, покидая шумную арену. — Поздравляю, Киллуа! — бодро сказал Гон, когда мы встретились с синеглазым в коридоре. — Спасибо, — отозвался Киллуа. На его губах играла довольная улыбка. — Ты следующий. Дерешься с ним через шесть дней? — Ага, десятого июня, — подтвердил Гон. — Помни, что если тебя током ударят, ты сразу вырубишься, — коротко предупредил его Золдик и пошел дальше, закинув руки за голову. Мы последовали за ним. Я перевела взгляд на Гона. Он выглядел очень сосредоточенным, явно уже прокручивая в голове сценарии будущего боя. — И как ты планируешь избежать его электричества? — поинтересовалась я. — Ну, есть у меня одна мысль, — уверенно ответил он.

***

Десятое июня наступило быстро. Зал Небесной арены гудел, предвкушая очередное зрелище. Бой Гона против Рильвельта должен был вот-вот начаться. Я спокойно сидела на своем месте, с аппетитом похрустывая чипсами, которые купила специально к началу поединка. Вскоре ко мне подсел Киллуа. Он тут же скосил взгляд на мою пачку и, недолго думая, протянул руку. — Дашь немного? — бесцеремонно попросил он. Я молча протянула ему пачку, делясь угощением. Пока Киллуа выбирал чипсы покрупнее, я принялась блуждать взглядом по трибунам и вдруг замерла. Среди сотен лиц мое внимание зацепилось за до боли знакомую розовую макушку. Это был Хисока. Словно почувствовав мой взгляд, клоун повернул голову. Наши глаза встретились. Хисока хищно усмехнулся и, прежде чем я успела отвернуться, задорно мне подмигнул. От неожиданности и резкого укола тревоги я поперхнулась чипсом. — Кха!... Кха-кха! — я согнулась, пытаясь откашляться. — Эй, ты чего? — Киллуа с подозрением покосился на меня, застыв с чипсом в руке. — Ничего... — прохрипела я. — Просто... кха... поперхнулась. Все нормально. К счастью, в этот момент свет прожекторов скрестился в центре арены, и внимание Киллуа переключилось на бойцов. Гон и Рильвельт уже заняли свои позиции. Как прозвучал сигнал, Рильвельт, не теряя времени, достал свои хлысты и начал бешено вращать ими, создавая вокруг себя тот самый барьер, который мы уже видели в его бою с Киллуа. Гон же повел себя совершенно иначе. Он спокойно присел на корточки, вонзил пальцы в стык между бетонными плитами и с оглушительным треском вырвал одну из них из пола. Трибуны ахнули, когда Гон мощным рывком швырнул тяжеленный обломок прямо в противника. Рильвельт в панике закричал и резко отъехал в сторону, чтобы уйти с линии удара. Но как только плита с грохотом врезалась в пол, Гон уже был рядом. Он буквально вырос перед инвалидным креслом, жестко блокируя колеса своими ботинками. Нависнув над ним, мальчик стальной хваткой перехватил запястья Рильвельта. Тот истошно закричал. Глядя на то, как Гон сжимает руки врага, я невольно содрогнулась. «Он... сломал ему кости?» — пронеслось в голове. Но Гон тут же разжал пальцы. Прежде чем Рильвельт успел что-то сообразить, мальчик перехватил змеиные головы его же хлыстов и прикрепил их прямо к плечам владельца. Гон посмотрел на включатель и с самым серьезным видом произнес: — Включаю! Рильвельт, представив мощнейший разряд тока в собственное тело, от ужаса просто вывалился из кресла, потеряв сознание. Но разряда не последовало. Гон стоял совершенно спокойно — он даже не коснулся кнопки. Он просто блефовал. — Рильвельт потерял сознание! Победитель — Гон! — провозгласил судья. Зал буквально взорвался от восторга. Гон, направляясь к туннелю, первым делом отыскал нас глазами на трибунах. Киллуа, улыбнувшись, поднял руку и показал ему большой палец вверх. Гон, заметив этот жест, просиял и уверенно повторил его в ответ, прежде чем скрыться в тени коридора.