IV. Когда дрожит небо

Острый запах разрушенного камня и крови заполнил воздух. Я, приземлившись на крышу полуразрушенного дома, откашлялась, давясь поднявшейся пылью. Прямо передо мной, возвышаясь над обломками, стояла Женская особь. Её ярко-голубые глаза были холодны и расчётливы. — Чёрт, — сорвалось с моих губ, и я покрепче стиснула рукоятки УПМ. Мои колени несдержанно дрожали от прокатывающегося по телу адреналина, но я отчаянно старалась держать себя в руках. Сражаться с тупыми титанами — дело обычное, но сейчас… Всё было по-другому. Женская особь всё осознавала, у неё явно был какой-то ей одной известный план. Всё, что оставалось, — это постараться не выпустить её за пределы города. Всё-таки, и у нас была припрятана пара тузов в рукаве, но многое зависело от действий подчинённых мне отрядов и меня самой. Женская особь сделала шаг вперёд, и я почувствовала, как земля дрожит под моими ногами. Без предупреждения титан бросился на меня, двигаясь с невероятной для своих размеров скоростью. Я едва успела отреагировать, цепляясь крюками УПМ за соседнее здание и отскакивая в сторону. Ветер свистел в ушах, пока я летела над руинами, не выпуская титана из поля своего зрения. — Не дайте ей уйти! — крикнула я, заметив, как внизу, по улицам Стохеса, мчатся другие разведчики, пытаясь окружить титана. Микаса с яростью атаковала Женскую особь, нанося стремительные удары по её ногам. Но та, словно предвидя все её движения, блокировала удары руками, покрытыми твёрдым, кристаллизованным веществом. Я понимала, что Микасе нужна помощь. Требовалось отвлечь титана, и как можно скорее. Я вновь запустила крюки УПМ, на этот раз целясь в плечо Женской особи. Лезвия вонзились в плоть, и я стала стремительно приближаться к неестественно огромному лицу, отвлекая её взгляд. Это был наш шанс. — Атакуйте ноги! Заставьте её упасть! — мой приказ растворился в свистящем воздухе и грохоте боя, но я точно знала, что все услышали его и скоро начнут действовать. Я летела прямо на Женскую особь, развив запредельную скорость и нещадно сжигая газ. Титан выставила руку, стремясь схватить меня, но я сумела уклониться, проскользнув под рукой титана и нанося удар по подколенному сухожилию. Титан зашаталась, теряя равновесие, и её тут же окружили остальные. Я приземлилась на крышу соседнего здания, тяжело дыша и наблюдая, как разведчики, воспользовавшись моментом, начали иссекать ноги Женской особи клинками, ослабляя её защиту. Я знала, что это только начало. Я чувствовала, что этот бой ещё далек от завершения. Но также я знала, что лягу костьми, лишь бы остановить Женскую особь и привести совместный план Эрвина и юного Армина, озвученный днём ранее, к исполнению. Тяжёлая металлическая сеть, способная её удержать, уже была готова к применению, нам оставалось лишь повалить титана наземь. Я продолжала наблюдать за разворачивающейся внизу схваткой, спешно составляя в голове новую цепочку действий. Женская особь, несмотря на повреждения ног, продолжала сопротивляться с нечеловеческой яростью. Она отбивалась от разведчиков, словно от назойливых мух, разметая их своими мощными руками. Несколько солдат, попавших под удар, отлетели в сторону, их УПМ запутались в обломках зданий. Я почувствовала, как поднимается волна гнева и беспокойства. Слишком много потерь. Под удар попадали не только военные, но и сотни гражданских. Гражданских, которых именно мы должны были защищать ценой собственных жизней. Что ждёт Разведкорпус после этой операции? Внезапно, титан издала оглушительный рёв, от которого задрожали стекла в окнах ближайших домов. В следующую секунду она резко рванула вперёд, заставляя Микасу, Жана и остальных броситься врассыпную, чтобы не попасть ей под ноги. «Черт! Что она задумала?» – промелькнула мысль в моей голове.  Я чувствовала, как напрягаются все мои мышцы, готовясь к чему угодно. Женская особь двигалась, несмотря на ранения, с невероятной скоростью, прорываясь сквозь строй разведчиков. — Она уходит! Не дайте ей уйти! — мой крик прозвучал как гром среди ясного неба. Я понимала, что если мы позволим ей сбежать, то весь план Армина пойдет прахом. Не раздумывая, я вновь запустила крюки УПМ, преследуя Женскую особь. Однако титан вновь резко сменила направление, поворачиваясь ко мне лицом. Её огромные глаза, казалось, прожигали меня насквозь.  Я увидела, как она поднимает руку, готовясь нанести удар. Времени на манёвр не оставалось. Инстинктивно я выставила руки вперёд, пытаясь защититься. Удар был оглушительным. Меня отбросило назад, словно тряпичную куклу. Я почувствовала, как хрустят кости в ноге, и острая боль пронзила всё тело. Я потеряла управление и рухнула на землю, ударившись головой о каменную кладку. В глазах потемнело. Я попыталась приподняться на трясущихся руках, но они отказывались меня слушаться. В голове гудело, и мир вокруг меня расплывался. Повреждённая нога горела огнём, не давая и шанса сдвинуться с места. Я видела, как Женская особь приближается, её тень нависла надо мной. Всё происходило слишком быстро, но единственное, что я смогла понять: какая же чушь, что за несколько секунд до смерти перед глазами проносится жизнь. В голове было пусто, и я уже успела сдаться. Ни сил, ни возможности сопротивляться. Какой тупой меня поджидал конец. Оставалось надеяться, что после того, как меня раздавят, моих подчинённых не будет поджидать та же участь. — Капитан! — услышала я отчаянный возглас где-то сбоку, а через миг, буквально за мгновение до того, как тяжёлая конечность прикончила бы меня на месте, чьи-то руки подхватили меня, и я взмыла в воздух, не сразу осознавая произошедшее. — Вы в порядке? До моего взора донёсся отблеск ярко-рыжих волос, и разум сопоставил с ними голос говорившей. — Венди! Ты вовремя, — я едва выдохнула, когда мы приземлились неподалёку, в относительно безопасном укрытии, и поморщилась от жгучей боли в ноге, которая уже начала неметь. От собственных эгоистичных мыслей минутной давности стало стыдно. — Кажется, перелом кости. Двигаться могу, но было бы неплохо зафиксировать ногу неподвижно. Венди кивнула и, поддаваясь какой-то панике, спешно огляделась в поисках чего-нибудь подходящего для перевязки. Я повторила её жест, выискивая среди обломков какую-нибудь длинную широкую палку или доску. Венди, поозиравшись ещё, на мгновение замерла, после чего кинулась за находкой, выуживая кусок сломанной деревянной двери из-под груды развалин. — Подойдёт? — я кивнула, и Венди подошла чуть ближе ко мне, с лёгким страхом уставившись на мою ногу. Я невесело усмехнулась, понимая, что ей, наверное, ещё ни разу не приходилось перевязывать раны. Вряд ли она сделает это мастерски с первого раза. Будет больно. — Давай, нужно примотать эту доску к ноге. Обычно мы это делаем с помощью плаща, снимай, — распорядилась я, и Венди повиновалась, сбрасывая ткань с плеч. Я попыталась аккуратно выпрямить ногу, шипя от пронзившей её боли. Венди дрожащими руками разорвала плащ на несколько длинных полос. Ткань, к счастью, оказалась довольно прочной. — Так, теперь самое главное — как можно плотнее примотать доску к ноге, чтобы она не двигалась, — объяснила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё дрожало от пережитого стресса. — Начни обматывать вокруг доски и ноги, туго затягивай. Венди, сосредоточившись, принялась за дело. Её руки двигались неуверенно, но она старалась изо всех сил. Я чувствовала, как она осторожно обматывает полосы ткани вокруг моей ноги и доски, стараясь не причинить мне лишней боли. Каждый раз, когда она затягивала узел, по моему телу словно пускали разряд, но я молча стискивала зубы, чтобы не испугать Венди ещё сильнее. — Сильно больно? — прошептала она, её глаза были полны беспокойства. — Терпимо, — ответила я, стараясь улыбнуться. «Почти закончили. Осталось только завязать последние узлы» — с некоторым облегчением подумала я и снова поморщилась от очередного движения Венди. Наконец Венди закончила обматывать ногу, завязав последние узлы с такой силой, насколько могла. — Готово! — выдохнула она, глядя на свою работу с некоторым сомнением. Я оглядела свою ногу. Доска была примотана довольно надёжно, нога была зафиксирована. Этого должно хватить, чтобы немного облегчить боль и позволить мне более-менее свободно двигаться на УПМ. — Отлично, Венди! Ты хорошо справилась, — похвалила я её и выдохнула, вглядываясь в сторону, откуда всё ещё доносился грохот. — Некогда рассиживаться, нам нужно возвращаться обратно, пока эта громадная тварь весь отряд не перебила. — Но, капитан… — Венди на мгновение растерялась, и я перевела на неё взгляд. — Вы ранены… Наверное, вам стоит добраться до безопасного места и… — Отставить, Хейл, — строго отчеканила я и нашарила ладонью рукоять своего устройства. — Лети вперёд, я буду следом. Мы возвращаемся. Я приготовилась выпустить тросы в стену, чтобы поднять себя в воздух из сидячего положения и не тревожить ногу слишком сильно, но громкий оклик «Эй, Дюран!» заставил меня затормозить, а в следующую секунду рядом приземлился капитан Леви. — Хейл, отправляешься одна, я останусь с капитаном Дюран. Исполняй, — бросил он девушке, и та, отдав честь, молниеносно скрылась из виду, оставив за собой след от взметнувшейся пыли. Леви перевёл усталый взгляд на меня, я на него — озлобленный. — С ума сошла? — И что это было? — конечно, он имел право отдать моей непосредственной подчинённой приказ, но в этот раз мне это совершенно не понравилось. — Я вполне способна сражаться дальше. И вообще, что ты здесь делаешь? Ты ранен, Эрвин приказал… — Вот именно, — процедил Леви, сверкнув глазами. — Я ранен — я сижу и не высовываюсь. Связь улавливаешь, или тебе разжевать? От тебя теперь толку… Или прикажешь потом искать твои кости по всему Стохесу? А может, для верности сломать тебе и вторую ногу, чтобы не дёргалась? Я лишь фыркнула в ответ. Леви в своём репертуаре. — Фыркай сколько влезет, — не меняя тона, ответил Леви, продолжая смотреть на меня в упор. В его глазах плескалась тревога, замаскированная под раздражение. — Раз уж я здесь, ты будешь выполнять мои приказы. Я понятно излагаю? Я закатила глаза. «Приказы», как же. Звучит так, будто я новобранец на службе у главнокомандующего. Но спорить сейчас не было никакого смысла. Он прав, я бесполезна в бою с подбитой ногой. И чем меньше проблем я создам товарищам, тем лучше. — Непонятно, — буркнула я, отвернувшись. Он с удивлением и каким-то недобрым интересом воззрился на меня. — Непонятно, откуда ты вообще узнал, что я ранена. Леви немного смягчился, но голос его остался жёстким. Он поджал губы и с минуту помолчал, прежде чем ответить: — Эрвин видел, как Хейл вытаскивает тебя из-под лапы этой твари. Приказал найти тебя и держать поблизости, не допускать раненую к бою. Знает, говнюк, что я бы не простил его и себя, если бы… — он запнулся, подбирая слова, но я и так прекрасно знала, что он собирался сказать. Вместо ответа я положила свою руку на его и аккуратно погладила холодную кожу большим пальцем. — Я поняла, — я улыбнулась, но он так и продолжал буравить меня хмурым взглядом. — Ты слишком пережи… Громогласный рёв не дал мне закончить, и мы разом обернулись к его источнику. — Это Эрен! — выкрикнула я, напрочь забыв о травме и порываясь встать. Шикнув от боли, я повалилась обратно на землю, придерживаемая Леви. — И куда нам теперь? Картина, открывшаяся перед глазами, казалось, была чем-то слишком тревожным. Женская Особь и Эрен, теперь превратившийся в титана, собирались сойтись в схватке, и я прекрасно понимала, что это будет нелёгкая битва. Кажется, это понял и Леви, и подчинённые нам разведчики, потому что в считанные мгновения УПМ сработали практически синхронно, и крыши ещё уцелевших домов оказались забиты доброй численностью Разведкорпуса. Это было правильным решением. Потому что, стоило двум массивным титанам сцепиться, оглушающий рёв показался последним, о чём стоило бы волноваться. Все здания, что попадались им на пути, как и любые другие строения, разлетались, как игрушечные, стоило огромным телам во что-то врезаться в процессе битвы. Опираясь на Леви, прежде чем он помог мне аккуратно прислониться к стене печной трубы того здания, на котором мы находились, и морщась от неприятной ноющей боли в ноге, я могла лишь молча наблюдать за происходящим. Армин нас заверял неоднократно, что Эрен может быть ключом к спасению человечества. Лучше бы так тому и быть… Потому что со стороны казалось, что титан Эрена практически на грани проигрыша. Кем бы ни была Женская Особь на самом деле, создавалось впечатление, что она действительно выращена как машина для убийств. Мой взгляд метнулся в сторону, скорее интуитивно, нежели целенаправленно. Неподалеку от нас стояла Венди, и на лице я явственно увидела… Отчаяние. Руки девушки подрагивали на рукоятках клинков, её дыхание заметно участилось. — Хейл? — позвала я, стараясь не выдавать зарождающегося во мне подозрения. Только идиот не заметил бы, что Венди успела встрескаться в Йегера по уши, и теперь, зная этот факт, я не могла не предположить, что она явно что-то задумала. Что-то слишком опасное. Что-то, из-за чего я имею риск отдать её матери нашивку с её куртки, аргументируя это тем, что этот клочок ткани — всё, что осталось от её дочери. По другую сторону от себя я заметила и Микасу, наблюдавшую за боем с похожим блеском в глазах. Она вот-вот была готова сорваться с места и полететь на помощь Эрену, но её удерживал отданный секундой ранее приказ Леви не двигаться. Надеюсь, у Венди тоже не будет проблем с исполнением распоряжений старших по званию. — Хейл, стой на месте. Это приказ, — мой голос отчего-то дрогнул, когда я попыталась вразумить её. Отчасти, я прекрасно понимала её рвение… Вот только она, увы, не я. Возможно, потому она меня и не услышала. Снова громкий рёв. Я отвлеклась, глядя на очередные руины некогда жилого дома и двух неистово борющихся титанов. И следом, как удар под дых… — Простите, капитан. Я не успела крикнуть Венди вслед о том, что это идиотский поступок. Странно, что и Леви тоже, учитывая остроту его языка. Может, потому, что мы оба не ожидали того, что Венди Хейл, чересчур послушная и дисциплинированная девочка, вдруг неожиданно решит поступить по-своему. Но взметнувшиеся в воздухе огненно-рыжие волосы, собранные в низкий хвост, говорили громче любых слов. — Леви… Она… — я выдавила из себя слова через минуту. Теперь я могла только смотреть, как моя подчинённая, так яростно пытавшаяся утащить меня с поля боя из-за сломанной ноги, старается ловко маневрировать между агрессивно настроенными друг на друга титанами, чтобы помочь Эрену. — Она идиотка. И я надеюсь, ты когда-нибудь это до неё донесешь. Как и последствия нарушения приказов, — Леви практически скрежетал зубами. Могло показаться, что он взбешён из-за наглости зелёного солдата, из-за подрыва нашего авторитета, но я точно знала, что дело не только в этом. Он просто слишком сильно переживал за каждого из нас, великолепно зная, к какому исходу в большинстве случаев ведёт неповиновение. В моей голове его речь отложилась куда-то в участок мозга «Не забыть, если разведчик выживет». Я стиснула челюсти. Мои глаза нервно наблюдали за яростным боем и за Венди, старающейся подобраться к слабому месту Женской Особи. — Чёрт тебя дери, Венди… Закончим с этим, и я тебя… Договорить угрозу в пустоту я не успела. Женская Особь умудрилась заметить её и откинуть от себя, как назойливого комара. Я уверена — Венди даже толком вскрикнуть не успела. Жалкие секунды — и девушка уже на пыльном асфальте, вероятно, с многочисленными ушибами или, ещё хуже, переломами. Женская Особь теперь целенаправленно двигалась к моей обездвиженной подчинённой. Очевидно, она пыталась устранить лёгкое препятствие, чтобы более не отвлекаться от серьёзного противника. Венди даже не пыталась подняться. Обморок от сотрясения мозга? Или… Я похолодела, пытаясь разглядеть, шевелится ли она. Погибла? Я не знаю, что сейчас для неё было бы лучше. Да и от этой мысли меня снова отвлек громкий, яростный рёв. Такой, что у меня моментально заледенела кровь. Не уверена, что когда-то раньше слышала Эрена звучащим так злобно. Его титан в прямом смысле этого слова озверел. Иначе я не могу объяснить ту силу и скорость, с которой он накинулся на Женскую Особь, повалив её с ног. Останавливаться на этом он не собирался. Всё с тем же громким воем титан уверенно выкручивал конечности Женской Особи, ломая их и лишая её возможности двигаться. Голоса титанов смешивались в адскую какофонию, от силы их битвы — уже, наверное, насмерть, — содрогалась земля. В каком-то трансе, вызванном переживаниями за жизнь Венди и итог этого поединка, я практически пропустила момент, когда Эрен всё же добрался до шеи Женской Особи, а та не успела её защитить, прикрыв хоть как-нибудь. Разверзшаяся пасть титана говорила только об одном… Он собирается её сожрать! И тут сорвался Леви. Звук рассекающих плоть клинков — и вот он уже вытаскивает Эрена из тела титана за шкирку, как нашкодившего котёнка. — А ну не жрать важных свидетелей! Я вздрогнула, прежде чем тихо выдохнуть. Разведчики потихоньку спустились к телам титанов, и я, прежде чем с помощью Леви аккуратно совершить такой же манёвр, посмотрела туда, где лежала Венди. До меня донесся её стон, и я увидела, как она пошевелилась. Я опустилась на землю, кладя на неё обездвиженную ногу. Живая. Хорошо. Потому что я сама её, вероятнее всего, прибью. — Венди Хейл, — донёсся до меня стальной голос Леви, и я поняла, что он, вероятно, прибьёт её раньше. — За отказ следовать приказу офицера тебя ждёт заключение, это ясно? Девушка, едва отошедшая от жёсткого падения, лишь кивнула в ответ, но взгляд её ни на мгновение не отрывался от бессознательного Эрена. Я мысленно усмехнулась, поражаясь, насколько безрассудна бывает молодость и первая влюблённость. И насколько безрассудна была когда-то я сама, точно так же пытаясь спасти Леви, который раз в десять сильнее меня, от опасности. Микаса стояла ближе к Эрену и окидывала Венди пламенными взглядами, в которых читалось раздражение, но и уважение. Наверное, она была благодарна ей за попытку вмешаться и помочь, раз уж сама не осмелилась действовать вопреки всему. Постепенно грохот боя утихал, но и наша надежда разузнать что-нибудь от Женской особи, Энни, стремительно утекала сквозь пальцы. Она полностью скрылась за непробиваемым кристаллом, и пока было неясно, что теперь с этим делать. Усилия пошли прахом, и мне стало невыносимо горько от этого. — Ничего, Мари, мы с этим разберёмся, — проговорил подошедший Леви, кладя мне руку на плечо и слегка сжимая его. Он тоже понимал, в каком мы теперь положении. Я подняла на него взгляд и поправила прядь волос, выбившуюся из причёски, продолжая разглядывать витрину магазина. Ощущая странную нехватку воздуха, Мари вздохнула чуть глубже и пошатнулась. Глаза жгло, а в голове словно медленно рассеивался туман. — Что со мной? — недоумённо проговорила Дюран и внимательнее вгляделась в собственное отражение. Не найдя там ничего необычного, она отступила на шаг назад, намереваясь продолжить путь к суду, но единожды стрельнувшая внезапно боль в левой ноге заставила её издать тихий стон. Она оглядела свою ногу и наступила на неё ещё раз, но боли больше не было. — Долбанные каблуки, все ноги переломаю… Мари всё ещё хмурилась, чувствуя себя так, словно тело её внезапно предало. Голова кружилась, будто она слишком долго сидела на карусели, а в ногах ощущалась какая-то странная ватность. Она прислонилась к стене магазина, пытаясь стабилизировать своё состояние. «Нужно прийти в себя» — подумала она, делая глубокий вдох. Прохладный воздух, пусть и с примесью городского смога, немного помог. Она попыталась сосредоточиться на чём-то одном, на яркой вывеске магазина, на проходящих мимо людях, на звуке гудков автомобилей. Бросив взгляд на наручные часы и успокоив себя, она ещё раз глубоко вдохнула и прикрыла глаза, восстанавливая равновесие. — Да уж, мне точно нужно в отпуск, — тихо усмехнулась Мари сама себе, понимая, что эти приступы внезапной усталости стали преследовать её слишком часто. — И витамины пропить, что ли… Вздохнув, Мари отогнала навязчивые мысли о странных ощущениях и решила, что лучший способ справиться с ними — это вернуться к рутине. Витамины, отпуск, да, это всё нужно. Но сейчас — работа. Она выпрямилась, поправила сумку на плече и решительно зашагала в сторону здания суда. День выдался напряжённым. Длительное судебное заседание, допрос свидетелей, прения сторон – всё шло по накатанной колее, но требовало максимальной концентрации. Мари чувствовала, как усталость наваливается на неё, но держалась, собрав всю свою волю в кулак. Победа в этом деле была очень важна для её клиента. К концу заседания она чувствовала себя выжатой, как лимон. Судья удалился в совещательную комнату для вынесения решения и указал сторонам на отсутствие необходимости дожидаться, что частенько случалось из-за большой загруженности судов. Мари, стараясь не показывать усталость, собрала свои документы и покинула зал. Ей нужно было успеть на вечерний поезд. На вокзале царила обычная для этого времени суета. Люди спешили, тащили чемоданы, прощались и встречались. Мари купила кофе в автомате и, присев на скамейку в зале ожидания, принялась бездумно листать бесконечную ленту в соцсети. Но мысли вновь вернулись к недавнему инциденту с Леви и Виктором в главных ролях. Она вздохнула и раздражённо дёрнула бровью, пытаясь не дать им снова завладеть её сознанием, однако едва ли у неё это получилось. Она до сих пор не могла понять одного. Зачем вмешался Леви? И как ей стоило правильно отреагировать? Может, после этого случая стоило хотя бы позвонить и поблагодарить как следует? Как ни крути, но он спас её от целой кучи неприятностей, решив всё быстро и относительно мирно. Взгляд упорно натыкался на контакт «Леви Аккерман», но нажать на кнопку вызова Мари отчего-то так и не решилась. По его виду несколько дней назад нельзя было сказать, что теперь он считает её обязанной ему по гроб жизни. Словно он сделал, что должно. И это-то и казалось Мари самым странным.

***

— Эрен… Йегер, черт тебя побери, с тобой что? Эрен вздрогнул в очередной раз, понимая, что снова завис над кассой, где выбивал чек на оплату заказа своего столика. Поморщился — не то от странного головокружения, преследующего его весь день, не то от голоса Юджина где-то возле уха, на этот раз казавшегося ещё более противным, нежели обычно, — потёр двумя пальцами переносицу и, наконец выбив поганый счёт, вложил его в счётницу. Вздохнул от странной усталости: как правило, в первый день своей смены он чувствовал себя более живым, — и направился к ожидающему столику, уже предвкушая истерику гостей и срочные вызовы администратора, чтобы пожаловаться на некомпетентность сотрудника. Фраза извинения сама уже выстраивалась в голове, но вот произносить её по какой-то причине совершенно не хотелось. Усталость била по голове с невероятной силой, и навязчивая идея отпроситься закопошилась в мозгу снова. — Ваш счёт, пожалуйста. Прошу прощения за длительное ожидание. Могу предложить вам… — Молодой человек, ничего не нужно, не переживайте. Мы никуда не торопимся, но, если вам настолько нехорошо, не выходите на работу, а возьмите больничный. Понимаете, не очень… Эрен мысленно скривился, но виду не подал. Да, не очень приятно, когда тебя обслуживает ходячий труп. Да, не очень приятно, когда вместо лучезарной улыбки тебя одаривают выражением лица в стиле «да за что мне всё это». Да, не очень приятно, когда тебя долго рассчитывают, а у тебя могут быть другие важные дела. Да, не очень приятно это всё осознавать. Хорошо ещё, что он не рухнул в обморок посреди зала или не перепутал заказы. И пусть его гости явно говорили ему что-то другое, Эрен всё равно не мог не почувствовать долю разочарования. Их кафе, славившееся исключительно прекрасными отзывами о тёплом и первоклассном обслуживании, вдруг внезапно подсовывает вот такого усталого кота в мешке. Гости рассчитались, Эрен мягко и вежливо с ними попрощался. Отметив, что новых столиков не прибавилось, ушёл за стойку и, сбросив фартук более резко, чем обычно, произнес: — Я курить. — Ты час назад выходил курить, алло! — Юджин явно не был рад такому расположению дел. Однако, видя явно не слишком хорошее состояние своего напарника, неожиданно настороженно произнес: — Слушай, может, это из-за того, что ты много куришь? Тебе бы обследоваться, а то, ну, знаешь… — Давай я сам разберусь, что мне делать с моим здоровьем, окей? И, не желая продолжать эту бессмысленную перепалку, Эрен выскочил в служебное помещение, следом быстро выходя на улицу. Сначала он глубоко вдохнул свежего воздуха, решив, что его плохое состояние вызвано чрезмерной духотой — как назло, у них сломался кондиционер. Но легче не стало. Эрен зажмурился, пытаясь понять, что именно его беспокоит. Поджёг сигарету — зажигалка чиркнула колесиком почему-то громче, чем он привык, вынудив парня поморщиться от этого звука, — и глубоко затянулся, медленно выдыхая сизый дым сквозь приоткрытые пересохшие губы. Нет, это точно не вина курения. Больше было похоже на проблемы с головой. Его что-то беспокоило. Даже тревожило. Голова кружилась, в висках неприятно застучало в ритме учащённого сердцебиения. Эрен со вздохом прижал руку ко лбу, снова пытаясь отогнать непрошенные чувства, непонятно с чем связанные. Где-то в самой глубине души или даже на далёкой подкорке разума возникло паническое ощущение, что они все могут умереть. «Соберись, ты должен что-то сделать. Нужно что-то сделать.» — Да блять! — вырвалось громко, нервно, злобно. Эрен ненавидел не контролировать свои чувства. Возможно, хватило моментов, когда он яростно ругался с отцом. Вспоминать это не хотелось. И словно по щелчку пальцев… Вроде отпустило. Стало не так тревожно, но какой-то осадок по-прежнему будоражил сознание. Эрен шикнул, дёрнул рукой. Сигарета сгорела до фильтра, неприятно обожгла пальцы. Парень на пару секунд смотрел на обугленный остаток сигареты молча, словно пытаясь понять, как он мог так надолго затеряться в собственных ощущениях, прежде чем раздраженно выкинуть фильтр в глубокую миску, прикованную проволокой к скамейке и уже собравшей приличное количество «бычков». Забив на то, что его могли потерять, и Юджин мог там в одного «зашиваться», вытащил вторую сигарету и на этот раз закурил нормально, не желая больше растрачивать драгоценный табак впустую. Пачка сигарет — а он, привереда, ещё и курил только один вид, не признавая никаких других, — стоила недёшево. Горький, терпкий привкус тлеющего табака оставил знакомое вязкое послевкусие на языке, рефлекторно скопилась слюна. Эрен громко сглотнул, после тяжело вздыхая и упираясь затылком в металлическую обшивку стены. Спокойствие так и не пришло к нему, но получилось достигнуть абсолютного пофигизма. Возможно, стоило и правда отпроситься и, если уж не разобраться в своей неожиданной панической атаке — которыми Йегер в принципе никогда не страдал, — то просто поспать. Он подумал о Венди. Может, переживал о её проблемах с долгами? Да, но не сейчас. Сейчас было что-то более… Глубокое? Что-то неосязамое и одновременно такое близкое. Если бы он мог протянуть руку и схватить это, он бы разорвал это в клочья. Вгрызся бы зубами, пальцами и просто рвал до тех пор, пока от этого не остались самые мелкие ошмётки. — Я брежу, — подытожил Эрен, делая очередную затяжку. До фильтра снова недалеко, а он всё ещё на каких-то непонятных иголках. И когда он затянулся в последний раз, голова снова закружилась. Появилось ощущение, что он только что не готовил напитки и разносил заказы, а гонялся за кем-то. Дыхание участилось, сердце снова бешено заколотилось. Эрен стиснул зубы, морщась и шумно выдыхая. — А ну не жрать важных свидетелей! — послышался одновременно знакомый и незнакомый голос. Эрен приоткрыл глаза, покосившись в сторону источника звука. — Чего?… — Я говорю, пошли работать! У нас практически полная посадка, а Кэти ещё не пришла! Наваждение, хоть Эрен до конца его не осознал, рассеялось. Так быстро, что парень моментально забыл фразу, которая ему послышалась. Он тяжело вздохнул снова, отбросил фильтр в миску-пепельницу и, встав со скамейки, пошёл обратно в заведение. В каком-то трансе вымыл руки, зажевал фруктовую жвачку. В этом же трансе обслуживал посетителей. До конца рабочего дня оставалось часов пять. Кэти была первой, кто заикнулся их администратору о том, что Эрену нездоровится, и его стоит отпустить домой, когда он в очередной раз завис над кассой. На удивление, к мнению новенькой официантки прислушались, и уже минут через пятнадцать Йегер, морщась, покинул кафе, направляясь домой. Окончательно его отпустило на полпути к дому. Но даже чувствуя себя как обычно, ощущение того, что он словно за пару часов пережил войну длительностью в пару лет, не исчезло. С горем пополам удалось убедить самого себя, что он просто давно не был в отпуске. Ну, как давно… Примерно ни разу с того момента, как устроился в это кафе. — Подниму завтра этот вопрос, — пообещал в пустоту квартиры Эрен, едва переступил порог. На Митрас опускался вечер. Когда небо окрасилось в цвета заката, парень уже крепко спал, завалившись прямо в одежде на нерасправленную постель.