Нежданчик

Дракон перекинулся в крылатого ящера и подставил крыло Мии, чтобы той было удобнее на него взобраться. Два маха и они уже опускались на растерзанную землю, которая осталась после орочьего дележа. Рашти обернулся еще в воздухе и, перехватив Соломию на руки, так и стоял, ожидая прибытия гостей. Мия огляделась и была в тихом ужасе. Как-то с высоты все выглядело несколько иначе. Где-нигде торчали куски одеревеневших стеблей с корнями, оторванные листья, куски тыквы, уже несколько подгнившие, и даже клочки заячьего меха, и все вместе было больше похоже на помойку, чем на поле, где недавно что-то росло. Рашти осторожно выбирал, куда шагнуть, чтобы не оступиться, но Мию с рук так и не спустил, и она ему была даже несколько за это признательна. Черные фестралы вскоре долетели-добежали до ожидающих их дракона с магессой и стали загодя опускаться, но как заметила Мия, все равно оставались в воздухе, и только подъехав вплотную, карета и кони опустились на растерзанную землю. Фестралы сложили крылья на спине, и теперь выглядели как обычные вороные кони, а на облучке появился призрак, который вскоре стал выглядеть как человек в сюртуке и шляпе, по виду явно конюх, даже с хлыстом в руках. Четверка пробежала дальше, блестя шелковистой шерстью и длинными хвостами, и карета плавно остановилась возле ожидающих. Рашти поставил Мию на землю, и они подождали, когда конюх соскочит с облучка и откроет дверь, выдвинет подножку и, сняв шляпу, отступит в сторону. Мия посмотрела на него вблизи, но он выглядел как простой человек. Глаза, нос, волосы, каких полно на улицах городов, если бы она не видела своими глазами, как он возник из ничего, то она не сомневалась бы в его сущности. И только после этого Мия посмотрела внутрь кареты, а там сидела мама!! И с улыбкой тянула к ней руки. Мия сама не помнила, как влетела в карету и бросилась обнимать маму. Живую, такую родную и теплую. От нее даже пахло как в детстве, травой и свежестью новых клейких листиков. Мия вцепилась в маму, как клещ, не оторвать, и расплакалась от облегчения. Мама жива и вот она рядом, ее даже можно обнять. Мама тоже, кажется, плакала и целовала ее везде-везде, что-то ласково-бессвязно бормоча, совсем как в детстве. Мия нарыдалась как маленькая и только когда первая радость угомонилась, она прижалась к маме и сразу после этого заметила мужчину с котенком на руках. Мужчина был видным и таким породистым, что и без слов были видны длинная родословная, власть и сила. Он смотрел на нее доброжелательно и терпеливо, примерно как учитель на первоклашку в ожидании, когда же ему, наконец, прочитают заученные стихи. Мия как будто опомнилась и стала соображать, что же происходит и где она находится. Горгульи, магия, карета…мама… Мия отодвинулась и требовательно посмотрела на родительницу в попытке понять, а точно ли мама – ее мама. А вдруг она такой же мираж, как конюх на козлах. - Мия, дорогая, разреши представить тебе моего мужа, его зовут Лист Сливы, - мама мягко улыбнулась и взяла из рук мужчины котенка. Почти котенка. С крыльями и клювом на маленькой морде. Хотя, если разобраться, то котенок был не совсем маленький. Такой толстолапый и неловкий, как котята, но только не кошка, а скорее львенок или тигренок, судя по черным полосочкам на серых боках, которые вдруг расплылись и стали… стал просто черный котенок, наверное, пантеры, раз такой черный. А мама поцеловала клюв котенка и показала его Мии, - а это наш сынок. У него пока нет имени, мы зовем его Малыш. - Что? – растерялась Мия, а потом обида полоснула ее как нож, как кислота по нервам, - ты пропала на столько лет! Я считала, что тебя украли! Я влезла в обязательства в гильдию воров, лишь бы узнать, куда ты делась. Я столько времени бегала по городским моргам и рассматривала все неопознанные женские трупы в надежде найти тебя, а ты просто нашла себе мужика и даже не потрудилась поставить меня в известность, что у тебя все хорошо? Что ты просто жива, и я могу больше не срываться с места, когда приходит сигналка от знакомых родственников прозекторов моргов, что найден новый неопознанный женский труп… Мало того, что ты бросила меня совершенно одну в Нижнем городе без копейки денег, без защиты, так еще с уверенностью, что надо заглядывать в лицо каждой покойнице, утопленнице, засохшей мумии со съеденной червями кожей в надежде, в глупой надежде найти и успокоиться, и не желая найти, в надежде, что ты жива!! - Мия, ты ко мне несправедлива! – возмутилась мама и поправила кружевные перчатки, - я помнила о тебе, просто у меня не было ни времени, ни возможности, я была очень занята! И потом я знала, что ты умная и смышленая девочка, я многому тебе научила, и ты всегда была более приспособлена к той ужасной жизни, чем я! Я там просто задыхалась! Я не могла там жить, а ты так легко общалась там со всеми, тебя там все знали. Я была твердо уверена, что ничего плохого с тобой не случится! И вот! Посмотри на себя – ты выросла, живая, здоровая, получила образование, нашла себе завидного жениха, и пусть кто-нибудь посмеет сказать, что я была не права? - Ты! Ты!! Да как ты можешь!! Мия бросилась обратно из кареты, но ее руку поймал мужчина и надел на указательный палец крупное кольцо на всю фалангу. А в голове прозвучал спокойный мужской голос: «Я узнал о тебе только сегодня, прости, что не искал, я был уверен, что у тебя все хорошо и это твое решение - жить отдельно. Лизни кольцо, если захочешь поговорить, а если на него попадет хоть капля твоей крови, то я буду рядом с тобой в тот же момент. Не сердись на мать, это ее природа» Мия вырвала руку и почти упала на Рашти, который схватил ее в охапку и обнял, когда дверь кареты сама закрылась и кони начали разгон вверх под самые небеса. Мия вывернулась в объятиях и попыталась сорвать кольцо, чтобы выбросить его, но оно было как будто приклеенное. И вроде крутилось свободно на пальце, но снять не получалось. - Мия, успокойся, ты его не сможешь снять. Никто не сможет, кроме того, кто надел. Успокойся, малышка, все хорошо. Ты в безопасности. - Ты!! Ты не представляешь, что я пережила, когда думала, искала, а она!! Она такая – «я была права, у тебя все хорошо»!! У меня все хорошо?!! Серьезно?! И она такая хорошая мать, что вот так все случилось? - Мия, милая, тише, тише, - Рашти завернул ее в объятия и Мия опять расплакалась, но в этот раз с подвыванием и соплями, которые размазывала по рукам и камзолу драко. Тот молча сопел и подсовывал платок, в который Мия высморкалась пару раз, хотя соплей меньше не стало. Она так нарыдалась, что начала икать. Рашти сразу протянул ей фляжку с водой. Она напилась и наконец стала успокаиваться. - А теперь, ик, я сама хочу, ик, разобраться, что же происходит! Ик… - Хорошо, - Рашти поправил плащ на ее плечах и мягко улыбнулся, - тогда полетели? Большой красный дракон подставил ей крыло и Мия забралась в ложбинку между крыльев. Там было не страшно и вообще, какая разница в высоте под ногами, когда на сердце такая буря!! Мия пригрелась и заснула… А проснулась на диванчике в маленькой комнате, плотно заставленной всякими вещами, и пахло там… ладаном и специями. Даже, кажется, перцем, потому что Мия неожиданно для себя громко чихнула. Из-за плюшевой гардины сразу высунулся драко и с радостью бросился к ней с чашкой в руках. - Молодец, проснулась, хочешь молочка с медом? Меня здесь уверяют, что тебе надо сладкое, и что молоко любят все дети. Выпей глоточек, поверь, тебе сразу станет легче. Ты успокоишься и мир не будет выглядеть уныло. Ради меня выпей глоточек, - Рашти так умильно на нее смотрел, что Мия сдалась без боя, хотя молоко никогда не любила. Драко прямо расцвёл, - вот умница! Еще молочка? Может, хочешь поесть? Здесь неподалеку есть булочная, я сбегаю и куплю тебе сладенького. - Рашти, перестань, - Мия недовольно села на диванчике, - я не привыкла, чтобы со мной сюсюкали, сразу же чувствую подвох и перестаю доверять такому человеку. Так что угомонись. Из-за гардины вышел старичок. Такой маленький и худенький, похожий больше на обтянутый кожей скелет с пучками светлого пуха за ушами в некогда дорогом шлафроке*. Это сейчас халат был ему несколько великоват, парчовые нити перетерлись на сгибах и атласные отвороты были все в жирных пятнах. Глаза были светло голубыми и по-старчески белесыми, но живыми, как у ребенка. Старичок потер сухонькие ручки и тихо захихикал. - Проснулась, красавица, ну что ж, тогда приступим. В захламленной комнате сразу нашлись стол и пара стульев. Рашти убирал все со стола, распихивая вокруг и ставя друг на друга книги, стаканы, тарелки, брошюрки, носки, курительные трубки, подсвечники с огарками свечей, кристаллы каких-то минералов, грязные чашки с засохшей грязью на стенках и опять книги, стаканы и всякие невозможные вещи вроде детского ботиночка. Наконец стол был очищен и к нему придвинули два стула, с которых скинули кучки одежды на тот диванчик, где проснулась Мия. И вот, наконец, Мия села напротив старичка, который с интересом наблюдал, как Рашти мечется по комнате, распихивая все вещи, чтобы они не падали с кучек и не отвлекали внимание. - А теперь, торопыжка, мне нужна чистая тарелка, вода и капля крови. Найдешь? – захихикал старичок, глядя как Рашти страдальчески оглядывает завалы вещей вокруг, в надежде найти необходимое, а сам обратился к Мии, - он тебе рассказывал, что мы дружили в академии? Он был тем еще жеребцом и ловеласом, за ним бегали не только девицы, но половина парней в надежде обратить на себя его внимание и примазаться к его свите, но он почему-то обратил внимание на меня. Хотя я был нищим студиозом и тихим, как мышь под веником. Он взял меня под свое крыло во время учебы и потом часто помогал с деньгами. Этот домик тоже купил мне он, после того, как дети выгнали меня из родного  дома, а потом забыли обо мне. Я был плохим отцом и мало уделял им внимания, занимаясь наукой, за что и поплатился. Мой тебе совет, никогда не забывай о детях, а иначе они забудут о тебе. Но не будем о грустном. Торопыжка, тарелки есть еще на кухне! Рашти недовольно передернул плечами, а потом достал что-то маленькое из кармана. Развернул, развернул еще раз, и еще, и вот это оказалась та самая драконья сумка, в которую они с Маришкой скидывали грибы, но в этот раз Рашти засунул туда руку глубоко, почти до плеча, и что-то сосредоточенно нашаривал внутри, недовольно сопел и явно сердился. Но вот наконец вытащил руку, держа большой подтарельник с синей каемочкой и небольшим гербом на дне. Рашти стер герб с фарфора пальцем, как будто он был нарисован чернилами, и удовлетворённо поставил ее перед старичком. Потом достал фляжку, из которой пила Мия, и налил из нее воды почти до самых краев тарелки, а потом посмотрел на Мию. - Надо, чтобы ты капнула кровью в середину тарелки. Сможешь сама или помочь? - Сама, - отмахнулась от ненужной помощи Соломия. Достала свой ножичек и, надрезав палец, выдавила из него вместо одной пару капель, которые неожиданно вместо того, чтобы опуститься на дно, расплылись странными кругами по воде. - Так-так-так, - старичок захихикал и потер тощие лапки, как муха, - как интересно и необычно. Торопыжка, а я могу попросить пару капель твоей зазнобы в отдельную тару? Хотелось бы показать это коллегам. Такое, я уверен, никто еще не видел.   В ответ Рашти рыкнул над головой старичка и, вытянув шею, попытался что-то сам увидеть на глади воды в тарелке, но старичок весьма властно махнул на дракона рукой и велел убрать свою морду от тарелки, все равно ничего не поймет. - Что там? – подала голос Мия. - А здесь то, чего не может быть в принципе, но вполне реально по факту своего существования. Чего я только не видел за свою жизнь, но такое вижу впервые. Вы, милочка, горгулья-полукровка и когда вам исполниться лет триста, у вас, скорее всего, начнут расти крылышки, хотя летать вы на них не сможете никогда. А ещё, вы на четверть дриада, на осьмушку орка и на осьмушку человек. Очень интересно разобраться с вашими предками. Ведь откуда-то все это взялось в вашей крови. Торопыжка, перестань мне сопеть в макушку, сядь уже хоть куда-нибудь, раздражаешь! Старик повел рукой над водой в тарелке и круг крови расплылся еще дальше. Старик рассматривал её, наклоняя голову то к одному плечу, то к другому, а потом снова провел рукой и пятно расплылось еще шире. Драко отступил на шаг от стола, но все равно далеко не ушел, а потом вообще подобрался к Мии и встал рядом. - Но горгульи - порождение магии и полукровки у них невозможны! – возмутился Рашти. - Точно так же, как не бывает драконьих полукровок, - усмехнулся маг крови, - но расскажи мне, как белые драконы восстановили свой вид? - Дриады, - побледнел Рашти, - дриады могут понести от любого, и они так часто делают, чтобы обновить свою кровь. Но если родится девочка, то это будет только дриада, а если мальчик, то он будет точно таким по виду, как отец, но будет нести в себя половину крови матери. - Поясни, - поморщилась Мия, -  нам рассказывали на лекциях об этой особенности дриад. Они вынашивают свое потомство пять лет, если рождается дриада, и она появляется на свет полностью готовой к жизни. Она разговаривает, ходит и знает о жизни все, что знает и мать. Это называется наследственная память. А если внутри дриады формируется мальчик, то она прерывает беременность через год и отдает ребёнка отцу, младенца с половиной своей крови и возможной памятью или со способностью к травничеству. Мой дед был полукровка дриады и был наполовину дриада, а наполовину человек. - И это было странно, - захихикал как безумец маг, - наполовину человек - это значит, твой прадед был чистопородным магом? Но не в этом мире. Давно не найти чистых по крови людей, да, людская кровь сильна и всегда вылезет из любой щели, а тут отшельник в лесу и вдруг чистый по крови, как король? Или он тоже был полукровкой дриады, и кровь повторила сама себя, усилив то, что есть? Скорее всего, второе, потому, что кровь твоего деда была сильна и потянула подобное к подобному. Твоя бабушка, мать твоей матери, была на четверть орка, на четверть дриада, на четверть оборотень волка и на четверть человек. И тут можно только гадать, кто кого покрыл: орк-полу-волк и половина дриады человека, или полу-орк-дриада и полу-оборотень-человек? Или еще как? Но твоя мать взяла половину дриады от отца и четверть от матери и стала почти дриада. С ней, наверное, шептались деревья, и ей было плохо в городе, да и мать она, как все дриады, была тем еще образцом заботы. - Дриада, выносив девочку, готовила ей гнездо в деревьях, давала ей нож и сажала с ней дерево, которое станет ее сердцем. Ведь дриады живут, пока живо их сердце. А потом девочка жила сама в лесу, как могла. Вначале охотилась на мышей и собирала грибы с ягодами, о которых знала все в лесу. Зимой, с морозами, засыпала до весны в гнезде, и была с матерью почти чужой. Те никогда не заморачивались потомством. И о своих сыновьях забывали, как только отдавали их отцам, - Драко смотрел на Мию с тихой грустью, - поэтому твой отец просил тебя не осуждать мать, ведь такова ее природа. Природа дриады. - Ты слышал? - Четко и ясно, – вздохнул Рашти, - мне, как дракону, такое тяжело понять и принять, потому что для дракона дети - это счастье и смысл жизни. Мой отец до сих пор присматривает за мной со стороны и готов прилететь на выручку в любой момент, бросив все свои дела, какими бы важными они ни были. А за ним точно так же присматривает его отец, и когда мой отец, психанув, забрал свое яйцо у матери и отнес его в свой дом, то именно дед сидел вместе с ним и питал своей магией мой кокон. И он наперегонки с отцом баловал меня, и они едва не воевали за право уложить меня спать и почитать мне перед сном сказку. Я видел свою мать всего трижды, но я был окутан любовью и заботой, как птенец пухом. Хотя, я знал, что такое порядок и дисциплина, и на учебу меня отправили из дома, едва я подрос, но они всегда были рядом. Не физически, но вот тут, у самого сердца. И стоит мне их сейчас позвать, когда мы выйдем, они оба будут переминаться лапами у дома и волноваться, чем именно могут помочь. Я им уже рассказал о тебе, и они страдают, что бы подарить нам на свадьбу и чем бы порадовать тебя, такого ежика колючего. Мия фыркнула носом совсем как ежик, вызвав смех у старика, но все эти разговоры, что они пара, вызывали только желание сбежать подальше, чтобы сохранить то, что имеешь, и не попасть в кабалу. Хотя, о какой свободе сейчас можно говорить, когда большое кольцо грело фалангу указательного пальца, переливаясь из одного состояния в другое. Оно было то золотым ободом, то вырезанным из камня, то прозрачного, то тяжёлого, как гранит, то мелкозернистым как «кошачий глаз», и опять становилось золотым бочонком, гладким и теплым на ощупь. - Горгульи подстраиваются под своего партнера, - захихикал маг, - твой отец, скорее всего, выглядит именно так, каким его хочет видеть твоя мать. Если бы она любила женщин, то он бы выглядел как девица. Подумай, как бы ты хотела, чтобы выглядело это кольцо, оно таким и станет. - Я бы вообще не хотела его видеть! – в сердцах воскликнула Мия, и на удивление, кольцо пропало. Вернее, оно так и осталось на пальце, просто стало совершенно прозрачным. – Ой… но снять его не получится? - Оно будет на тебе, пока ты не повзрослеешь и не станешь полностью самостоятельной в понимании горгулий, боюсь, что для полукровки это будет невозможно. Смирись. Теперь ты для всех горгулий любимый ребенок. Дети у них очень редки и их самих очень мало. Но их спасает лишь то, что они практически бессмертны и уничтожить их практически невозможно. Пока в этом мире есть магия, будут и горгульи, а пока есть горгульи, будет и магия. - А моя мама… - На три четверти дриада, на осьмушку орка и на осьмушку человек, но с тех пор, как горгулья приняла её, как свою пару... или не так… - задумался маг, - с тех пор, как твоя мать родила от горгульи ребенка, она и сама стала практически горгульей. - Но почему мой отец не искал меня? - Горгульи живут не так, как люди, - пожал плечами маг, - не торопись их ругать. Горгульи живут в ином ритме. Они просыпаются весной, обедают летом, гуляют по осеннему лесу и ложатся спать зимой. Представь, что есть бабочки однодневки, которые живут всего один день. Утром вылупляются из личинок, едят, спариваются, откладывают яйца и в начале ночи умирают. Люди в их понимании практически вечно живущие. Так же и горгульи, что для человека год, для них один миг. Они могут моргать с такой скоростью жизни раз в год, и с интересом наблюдать, как растут деревья. Очень быстро, как на их взгляд. Твоя мать, возможно, просто не успела ему рассказать о тебе, потому что они любились, отдыхали и любовались друг другом. - А ещё, они успели родить еще одного ребенка! – ревниво поджала губы Мия. - Как интересно, - распахнулись глаза у мага, - вот бы получить кровь от него. Он, наверное, выглядит как горгулья. Ведь твоя мать, скорее всего, стала горгульей, а значит, и новый малыш будет горгульей. - Он выглядит как кот… - Не важно, скорее всего, подстраивается под желание, вероятнее всего, матери, потому что второму родителю не важна форма. - У него клюв на морде! - Это защита, чтобы он сам себя не поцарапал иголками, - отмахнулся маг, - научится себя контролировать и клюв пропадет. - Кот с крыльями! - Ну да, горгулья все же, - задумался маг и пошевелил худыми пальчиками как паучок, плетущий паутину, - и, наверное, боится высоты. Все горгульи обожают высоту, но пока малыш не научится летать и его крылья не окрепнут, он будет бояться высоты. Даже совсем небольших высот вроде ступеньки. - Я маленькая боялась лестниц, – насупилась девушка, - если взбираться вверх я еще могла, то спуститься не получалось, все внутри холодело от страха и мне казалось, что я падаю. Дедушка меня на руках сносил вниз, и спала я в корзинке на полу, потому что падала с кровати и очень пугалась и плакала. Рашти погладил ее по плечу, пытаясь поддержать и ободрить. - И что же мне делать? – Мия посмотрела на мага, который непонимающе пожал плечами и на дракона, который улыбнулся и опять погладил её по плечу. - Жить, - пожал плечами маг, - принять себя такой, как есть, быть готовой к тому, что спина начнет чесаться и оттуда появятся крылья. Но небольшие, как у летучей мышки. Но крылья будут обязательно, горгулья кровь - это не шутка. А ещё, тебе все стихии, скорее всего, отзываются, а не только те, что ты привыкла использовать, и магия ластится к тебе, как кошка, и у тебя с легкостью получается все то, о чем другие только мечтают. Прими это, как и крылья, и постарайся быть счастливой. А ещё, привыкни к тому, что горгульи будут где-то неподалеку. Скорее всего, они все уже в курсе, что ты есть, и они тебя начнут оберегать, как несмышленного карапуза, который решил стать самостоятельным. Смирись с этим.