Часть 9

***

            36 (идея taldragon и seizansha)

      Стив бросился в квартиру так быстро, как только мог, молясь, чтобы он успел спасти Баки. Он не мог допустить, чтобы его друга убили. Баки был невиновен, Стив был уверен в этом. Это ГИДРА снова контролировала его, используя в своих целях, и Стив не позволил бы больше никому причинить ему боль. Баки вздрогнул, когда услышал, как Стив вошел в комнату и встал в боевую стойку. Черт, что, если он все еще находится под контролем ГИДРЫ?       — Баки, это я. Это Стив. — Он подождал, но Баки ничего не сказал. — Ты ведь помнишь меня, да?       — Да, я помню тебя. Что ты здесь делаешь? — Вздохнув с облегчением, Стив прошел дальше, на всякий случай держа руки на виду.       — Баки, мы должны идти. Прямо сейчас. Команда идет, чтобы убить тебя. — Баки снова ничего не сказал, только наклонил голову чуть в сторону, как бы раздумывая. — Ты меня слышал? Мы должны уйти!       — Я ничего не сделал.       — Я знаю. Я знаю, что это не твоя вина, а ГИДРЫ, но…       — Что про Гидру? — спросил Баки, все еще слишком спокойный, как думал Стив. У них было мало времени.       — Взрыв в Вене.       — Вена? Я и близко не был в Вене.       Слава Богу, подумал Стив.       — Что ж, это хорошо. Пойдем.       — Нет, я никуда не пойду. Я ничего не сделал. Если люди думают, что я был в Вене и что-то взрывал, они ошибаются. У меня есть свидетели, чтобы доказать это.       — Свидетели? Баки, эти люди придут убить тебя, им плевать на свидетелей! Мы должны идти! — Спор затянулся, и Стив подошел ближе, чтобы взять Баки за руку и вытащить его, если понадобится. Он должен был обеспечить безопасность своего друга.       — Какого черта, отпусти меня! — Баки вывернул руку и уставился на Стива. — Ты что, не слышал, что я только что сказал? Я никуда не пойду.       — Кэп, ребята заходят в здание, у тебя максимум 2 минуты, — сказал Сэм по связи. В отчаянии Стив снова схватился за нормальную руку Баки. Сейчас было не время спорить.       — Отпусти! — Прежде чем Стив успел объяснить, почему им нужно спешить, Баки оттолкнул его своей металлической рукой с такой силой, что Стив попятился назад.       — Баки! — Он уже слышал шаги солдат и поправил свой щит, чтобы быть готовым бросить его в того, кто войдет в дверь.       — Отставить, Стив. Черт возьми, сопляк, что с тобой? — Использование старого прозвища на мгновение отвлекло Стива. Трое парней в тяжелом снаряжении с большими пушками выломали дверь и направили их на Баки, который поднял руки и упал на колени еще до того, как парни успели что-то сказать. — Я сдаюсь. Не стреляйте. Я сдаюсь. — Человек, стоявший у входа, перевел взгляд с Баки на Стива. — Встань на колени, сопляк, пока ты не ухудшил наше положение, — сказал Баки. Стив заколебался, но он сделал то, что ему было сказано.       — Бросьте щит, — сказал мужчина.       Стив посмотрел на Баки, тот кивнул, и Стив подчинился, продолжая настороженно наблюдать за мужчинами. Главный заговорил на языке, которого Стив не понимал, а затем жестом приказал своим парням взять Баки под охрану.       — Баки…       — Заткнись, Стив. — Затем он повернулся к другому парню. — Я ничего не знаю ни о каком взрыве. Я все время был здесь. Мой сосед снизу может это подтвердить.       Тот кивнул, и все они вышли из здания, где их ждали солдаты в фургонах. Но не успели они войти, как на Баки набросился парень в черной одежде и маске. Стив среагировал так быстро, как только мог, но он оказался быстрее и схватил Баки за горло. Стив только успел разорвать наручники, чтобы прийти на помощь Баки, как раздался выстрел, и мужчина упал, из его торса потекла кровь.       — Баки! — Стив помог другу подняться на ноги, убедившись, что он не сильно ранен, пока остальные офицеры охраняли парня в черном. Их отвезли в какой-то изолятор, где они встретились с Тони, Наташей, Роудсом и человеком, представившимся Эвереттом Россом. Баки и второго парня отвели в камеры, а Стив и Сэм отправились в конференц-зал.       — Что ты, черт возьми, себе делал, Роджерс? — спросил Роудс.       — Они собирались убить Баки!       — Правда? Потому что он кажется мне совершенно живым.       — Тот другой парень пытался убить его!       — Этот другой парень — принц Т’Чалла, сын короля Ваканды Т’Чаки, — сказал Тони. — И он не имеет никакого отношения к оперативной группе. Из-за это у него будут большие неприятности, королевская у него фамилия или нет.       Откуда Стиву было знать об этом?       — Баки не делал этого. Взрыв. Он сказал, что может это доказать.       Тони вздохнул, опускаясь в кресло.       — Это будет расследовано. Если это правда, его оправдают. Видишь, как все просто, когда не суешь свой нос куда не следует? — Он открыл портфель, который нес с собой, и положил на стол копию Соглашения. — А теперь подпишите эту чертову штуку, пока все это не превратилось в еще большую катастрофу.       Стив покачал головой и скрестил руки.       — Я ничего не подпишу.       — Отлично. Тогда ты в отставке. Больше не Мститель. Ты первым же рейсом вернешься в США. И ты ответишь за то, что находился в Бухаресте нелегально. И за то, что случилось в Лагосе.       — Что?       — Это называется реальный мир, Роджерс. Привыкай к нему.

***

37 (идея hyzenthlay2323 и Лорел)

      Примечание от автора: Предупреждение за боди-хоррор. Если вас это беспокоит, лучше пропустите этот фрагмент.       Стив почти не спал всю ночь, слишком взволнованный предстоящим событием. Его выбрали для участия в проекте «Возрождение», и он наконец-то получит шанс показать миру, на что способен, свою внутреннюю силу и убеждения. Он быстро ел завтрак, чуть ли не подпрыгивая на месте, пока не подошла Пегги, чтобы проводить его к месту, где будет проведена процедура. Она улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ. Когда они пришли, в комнате было полно народу: много парней в белых халатах, кто-то нес планшеты, кто-то стоял перед различными аппаратами. В центре стоял огромный металлический прибор, соединенный проводами.       Эрскин ввел его внутрь, они обменялись легкими шутками. Говард Старк тоже был там. Стив почувствовал себя очень важным. Техники готовили все необходимое, прикрепляя к груди Стива штуковины, которые, вероятно, будут вводить сыворотку в его вены. Эрскин взял микрофон, чтобы объяснить, что будет происходить. Рядом со Стивом поставили флаконы с голубой жидкостью, и медсестра ввела ему что-то. Хотя было немного больно, Стив не издал ни звука.       — Это было не так уж плохо, — сказал он.       — Это был пенициллин, — ответил Эрскин.       Эрскин начал обратный отсчет, и процедура началась. Он снова почувствовал укол в руках: вводилась сыворотка. Он представил, как она движется по его венам, укрепляя его изнутри. Хорошее становится великим. Я стану великим. Эрскин подал сигнал Старку, и капсула пришла в движение, заняв вертикальное положение, а затем закрылась. Находясь внутри, он испытывал некоторую клаустрофобию, но Стив стиснул зубы и постарался держать дыхание под контролем. Скоро все закончится, и он наконец-то станет тем, кем всегда хотел быть. Хорошее становится великим. Он избавится от этого глупого хрупкого бесполезного тела. Он с трудом мог ждать.       — Стивен? Ты меня слышишь? — спросил доктор Эрскин.       — Наверное, уже слишком поздно идти в туалет, верно? — ответил он, надеясь, что шутка успокоит его нервы.       — Мы продолжим.       Сначала ничего не происходило, вокруг раздавалось только жужжание — как решил Стив, аппарат включился. Постепенно шум нарастал, пока Стив не стал слышать только его. Внезапно Стив почувствовал острую колющую боль, за которой последовало жжение. Стив изо всех сил прикусил губу, чтобы не закричать, но боль не утихала, становясь сильнее с каждой секундой. Он закричал. Дыхание теперь вырывалось короткими очередями, а по щекам текли слезы, и Стив просто хотел, чтобы все закончилось.       — Стивен!       — Выключи его! — услышал он чей-то голос снаружи. Гудение аппарата стихло, и боль немного утихла. Нет. Нет, это еще не было сделано. Он все еще был больным Стиви. Нет, это должно было сработать. Хорошее становится великим.       — Нет! — закричал он. — Не надо! Я могу это сделать! — Он должен был стать лучше, только так он мог пойти на войну, только так его могли уважать. Он должен был доказать себе. Он мог это сделать. Он мог. Хорошее становится великим.       Снова раздался гул, и боль вернулась с новой силой. Стиву казалось, что все его тело разрывается на части. Добро становится великим. Добро становится великим. Добро становится великим. Он повторял про себя эту мантру снова и снова сквозь рыдания и крики, пока наконец не потерял сознание. Когда он очнулся, было темно, и Стив не сразу понял, что это из-за повязки на глазах и голове. Он не мог пошевелиться и вообще ничего не чувствовал, даже боли. Он услышал приближающиеся шаги, затем остановился, но еще слишком далеко. Стив попытался заговорить, но из него не вышло ни звука.       — Значит, он еще жив? — спросил кто-то.       — Да, пока что. — Это был доктор Эрскин. — Но, вероятно, ненадолго. Тем не менее, мы получили много данных. Следующая формула должна быть намного лучше. — Собеседник сказал что-то, чего Стив не расслышал, и Эрскин продолжил. — Нет, это не будет проблемой. Я проверил, прежде чем он подписал бумаги. У него нет семьи, нет никого, кто мог бы доставить неприятности, если он умрет. У него есть друг в армии, но к тому времени, как он вернется домой, Роджерса уже не будет. А друг может вообще не пережить войну.       — Хорошо. Так как скоро мы сможем попробовать снова?       — Дайте мне еще неделю.       — Может, тогда позовем Ходжеса?       — Боже, нет. Это было бы пустой потерей хорошего солдата. Наверняка найдется кто-то еще, кто так отчаянно хочет стать героем, что готов на все ради этого. Давайте позаботимся о том, чтобы формула работала, прежде чем давать ее настоящим солдатам. Попробуй найти кого-нибудь подходящего. Помните, никакой семьи.       — Как скажете, доктор. Что мне передать полковнику Филипсу?       — Передайте ему, что я скоро приду к нему.       Стив услышал, как кто-то уходит, а потом тишина. Он не мог поверить в то, что услышал. Доктор Эрскин… использовал его? Нет, этого не могло быть. Его выбрали, потому что он был хорошим. Хорошие становятся великими. Потому что он знал цену силе. Должен быть кто-то еще, кто так отчаянно хочет стать героем, что готов на все ради этого. Нет. Нет! Долгие минуты Стив пытался встать, сделать что-то, хоть что-нибудь, но тело отказывалось повиноваться, и в конце концов он снова потерял сознание. Когда он очнулся в следующий раз, он, казалось, был все в том же месте, но чувствовал свое тело немного лучше. Повсюду была боль и… что-то странное. С усилием он поднял руку, чтобы снять повязки с глаз.       Он тут же пожалел, что не сделал этого. Правая рука перед его лицом была чудовищно деформирована: два пальца были маленькими и тонкими, три других — толстыми и вздутыми. Стив опустил взгляд на свое все еще почти онемевшее тело и в ужасе задохнулся. Правая сторона его туловища выросла, а левая была странно впалой. Правая нога была большой, а другая — маленькой и вывернутой под странным углом.       О боже, о боже…       Стив кричал и кричал, но все, что выходило, — это хриплый шепот.       (Стив умер от обширной недостаточности органов несколько часов спустя. Несмотря на протесты Эрскина, проект «Возрождение» был отменен. Полковник Филипс был в ужасе от бессердечия этого человека и добивался, чтобы его посадили в тюрьму. Однако прежде чем он был арестован, Эрскин застрелился. Союзники победили ГИДРУ и выиграли войну).

***

38 (идея Izumi2, Laurel и Music_Feeds_My_Soul)

      — Мисс Рашман, пожалуйста, входите, — сказал мистер Мэдисон.       — Вы хотели меня видеть, сэр? — спросила Наташа со своей лучшей робкой манерой служащей.       — Да. Присаживайтесь. — Он указал на стул перед своим столом, и Наташа села, нерешительно улыбнувшись. Он продолжил, протягивая ей папку с документами. — Мисс Рашман, что это?       Наташа взглянула на папку и заметила, что это некоторые из тех документов, которые ей поручили сделать пару недель назад. Она передала их юристам из ЩИТа, но они не успели закончить работу до того, как ее начальник в СИ потребовал их обратно, так что ей пришлось доделывать все самой. Она погуглила, как это делается, и решила, что у нее получилось неплохо.       — Какие-то проблемы, мистер Мэдисон?       Он пристально посмотрел на нее.       — Да, мисс Рашман, есть. Это дерьмо. Студент первого курса юридического факультета может сделать лучше. Половина из этого даже не имеет смысла. — Он прислонился к стулу и стал ждать.       Наташа не знала, что делать. Она сделала бесчисленное количество заданий под прикрытием, но редко они требовали особых академических навыков; в большинстве случаев достаточно было быть симпатичной, чтобы люди не замечали ошибок, которые она могла совершать.       — Мистер Мэдисон, мне очень жаль, — сказала она, опустив голову. — В последнее время у меня были некоторые личные проблемы, и… я знаю, что моя работа была не самой лучшей, но если вы дадите мне еще один шанс, я уверена, что смогу добиться большего. — Она сдвинулась, чтобы показать свое большее декольте, и медленно, словно нервничая, скрестила ноги. Затем она подняла на него глаза с раненным выражением и дрожащей улыбнулась. — Пожалуйста, дайте мне еще один шанс.       Несколько секунд он молчал, затем вздохнул.       — У вас есть время до завтра, чтобы все переделать. И с этого момента вы будете подчиняться непосредственно мне.       Наташа внутренне вздохнула с облегчением. Внешне она благодарно улыбнулась ему и встала.       — Большое вам спасибо, мистер Мэдисон. Вы не пожалеете.       Она отправила отчет в ЩИТ и сказала, что она должна вернуть его как можно скорее, иначе все полетит кувырком. На следующий день она оделась особенно тщательно, чтобы доставить отчет. Пока Мэдисон просматривал его, она присела на край его стола, прикоснувшись бедром к его плечу.       — Ну, это, конечно, выглядит гораздо лучше. Теперь вы должны просмотреть это для меня и вычитать. — Он протянул ей другую папку. — Можешь посидеть вон там, пока будете это делать. Я хочу посмотреть, как вы работаете. — Наташа улыбнулась про себя: мужчины были такими простыми. Она села, скрестив ноги так, чтобы выглядеть как можно более вызывающе. Она делала вид, что читает отчет, а он наблюдал за ней, как ястреб, практически пуская слюни. — Тогда давай сделаем это, — наконец сказал он. Она медленно подошла к нему, покачивая бедрами и улыбнувшись, вернулась на свое прежнее место на столе и слегка прислонилась, чтобы ее грудь оказалась в поле его зрения. Пару секунд он не сводил с нее взгляда, затем выпрямился и немного отстранился, словно вспомнив себя. Он взял папку и бегло просмотрел ее, без особого беспокойства пролистав страницы.       — Что ж, мисс Рашман, это, безусловно, интересно. — Он нажал пару клавиш на компьютере и снова повернулся к ней. В его взгляде уже не было прежнего ехидства, и Наташа начала немного волноваться.       — Мистер Мэдисон, я действительно должна получить эту работу. Я уверена, что мы сможем прийти к взаимопониманию, — сказала она, снова демонстрируя свое декольте.       — О, я уверен, что мы сможем. — Три сотрудника службы безопасности вошли в кабинет без стука, с электрошокерами в руках. Мэдисон встал. — Мисс Рашман, эти господа проводят вас в другую комнату, где вы будете находиться до тех пор, пока мы точно не узнаем, кто вы и чего хотите.       Наташа позволила, чтобы немного страха, который она испытывала, проявился на ее лице и в голосе.       — Мистер Мэдисон, я… я не понимаю, о чем вы говорите. Я Натали Рашман, я стажер.       Он фыркнул.       — Может, Натали Рашман — ваше настоящее имя, но ваше резюме явно фальшивое. Я имею в виду, что одна только фотография давала о себе знать. Кроме того, вы ничего не знаете о такой работе. — Он помахал папкой в воздухе. Черт, это был тест, и она его провалила. — Это наводит меня на мысль, что вы шпионка, хотя для кого именно, я сказать не могу. Вариантов, конечно, не мало. В любом случае, ваше присутствие здесь является шпионажем, и мы предпримем все возможные юридические действия против вас и того, кто вас нанял, — ухмыльнулся он. — Я советую вам найти хорошего адвоката. Настоящего адвоката.       Наташа решила сбежать. Пригнувшись, она одним движением расправилась с двумя ближайшими охранниками, отпихнула второго и бросилась к двери, которая осталась открытой. Она едва успела высунуться из нее, как ее ударил электрошокером другой охранник в коридоре. От толчка она рухнула на пол, беспомощно дергаясь. Не успела она сориентироваться, как они защелкнули наручники на ее руках и ногах. Мэдисон вышел из кабинета с телефоном в руке, бесстрастно наблюдая за ней.       — Да, она у нас. Она пыталась бежать, но мы ее поймали. О, и мы добавим обвинения в нападении.       Через пару часов в комнату, куда ее привели (и надели надежные наручники), вошел сам Тони Старк.       — Так-так, мисс Рашман… то есть Романофф. Кажется, я говорил Фьюри, что не заинтересован в его бойз-бенде. Так что же привело вас сюда? — Он прислонился к стене, держась на безопасном расстоянии от нее. Теперь в нем не было ни капли плейбоя, он выглядел абсолютно серьезным. — Потому что, если ЩИТу нужно мое сотрудничество, то это самый худший способ получить его.       Да, Наташа это понимала. Фьюри будет очень зол.       (Наташа была осуждена за нападение и шпионаж, и Фьюри позволил ей утонуть, чтобы хоть немного спасти ситуацию с Тони — не то чтобы это принесло ему большую пользу).

***

39 (идея Crosshairs)

      Стив краем глаза заметил, как Шэрон вошла в бар, и ему пришлось сдержать себя, чтобы не броситься к ней, чтобы как можно скорее получить информацию. Вместо этого он остался стоять на месте, сосредоточив свой взгляд на баре, пока она опускалась на сиденье рядом с ним. Сэм наблюдал за ними издалека. Однако после нескольких минут молчания Стив больше не мог ждать.       — Ну что? У тебя что-нибудь есть? — тихо спросил он.       — Нет. Извини.       Забыв о тонкости, Стив повернулся к ней.       — Что ты имеешь в виду? Ты сказала, что твое подразделение разберется с этим. Ты должна что-то знать.       — Стив, я не думаю, что тебе стоит в это вмешиваться.       — Что это значит?       — Ты слишком эмоционален, ты плохо соображаешь. Пусть оперативная группа займется доставкой Барнса. Ты сможешь поговорить с ним после этого.       Стив видел, как в наши дни поступают с предполагаемыми террористами — сначала стреляют, а потом задают вопросы. Нет, он не мог допустить, чтобы такое случилось с Баки, не мог позволить, чтобы его выследили и убили как преступника. Он покачал головой.       — А если они убьют его? Я не могу так рисковать, Шэрон. Пожалуйста, ты что-то знаешь. Скажи мне, чтобы я мог помочь ему. Он этого не заслуживает.       Она смотрела на него какое-то время с выражением, которое Стив не мог расшифровать. Затем она вздохнула и встала.       — Я не могу помочь тебе, Стив. Мне очень жаль. Барнс, может, и не заслуживает смерти, но и все те люди в Вене тоже.       — Баки этого не делал! — шипел он. Это был Солдат, Баки не виноват.       — Это должен решать закон, а не ты. Ты скомпрометирован, Стив. Ты не можешь участвовать в этом. Мне жаль. — Она бросила на него последний печальный взгляд и ушла.       Нет. Нет, этого не может быть. Баки был так близко, он не мог позволить своему лучшему другу снова ускользнуть от него. Он увидел, как Сэм встал и достал бумажник, чтобы заплатить за выпивку. Стив оглянулся на дверь, из которой только что вышла Шэрон, и бросился за ней. Она не успела далеко уйти, как он догнал ее, взял за руку и повел на боковую улицу, подальше от посторонних глаз.       — Шэрон. Расскажи мне, что ты знаешь. Пожалуйста.       Она покачала головой.       — Нет. Я не могу — не хочу — ничего тебе рассказывать. Прости, Стив, но так будет лучше.       Он непроизвольно сжал руку, глядя на нее, и в его нутре заклокотало предательство. Она издала крошечный стон боли, но Стив не обратил на это внимания. Он видел только, как Баки падает с поезда.       — Скажи мне. СКАЖИ МНЕ!       — Или что? — Она подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза. В ее взгляде не было того благоговения и восхищения, которые были всего несколько часов назад, когда они целовались; теперь ее взгляд был жестким и безразличным. — Ты изобьешь меня до полусмерти? Будешь угрожать мне? Пытать меня?       Стив вздрогнул и отпустил ее руку.       — Конечно, нет, — сказал он, хотя в глубине души, возможно, обдумывал такую возможность. Около главной улицы Сэм переводил взгляд с одного на другого, хмурясь.       — Тогда нам больше нечего сказать друг другу. — Шэрон сделала осторожный шаг назад, правая рука висела на боку, где лежал ее пистолет. — До свидания, Стив. — Не сводя с него глаз, она пошла в сторону главной улицы, мимо Сэма и наконец исчезла из виду.       Несколько мгновений Стив просто стоял на месте, не зная, что делать, а мысли снова вернулись к падению Баки. Баки мог быть где угодно, и, не зная, с чего начать поиски, Стив не надеялся добраться до него раньше, чем это сделает оперативная группа. Он ничего не мог сделать, ничем не мог помочь Баки. Все его силы уходили на то, чтобы помочь Баки, а он был так же бесполезен, как и маленький Стиви.       — Стив, — сказал Сэм, но Стив заметил, что он не подошел слишком близко, а устало смотрел на Стива, как и Шэрон.       Стив сдулся.       Еще в отеле он увидел новости об аресте Баки в Бухаресте. Он поспешил в аэропорт, где узнал, что Баки везут в одно из учреждений Берлина. К тому времени, когда Стив приземлился в Берлине, в новостях сообщили, что Зимний солдат сбежал, убив нескольких офицеров и ранив многих других.       Тони, Роудс и Наташа были на объекте, когда он прибыл туда спустя два часа, вызванный комитетом по соглашениям, чтобы разобраться в ситуации. Стиву по-прежнему не нравилась идея Соглашения, но он слишком переживал за Баки, чтобы беспокоиться об этом. Никто не знал, где находится Баки. Они знали, что психиатру — или, что более вероятно, самозванцу, — посланному обследовать его, удалось вызвать Солдата, но не знали причины этого.       Баки появился вечером, бродя по округе как потерянный, и его снова привезли с минимальной суматохой. Он рассказал, что «доктор» задавал ему вопросы о старой базе в Сибири, где в криогенной суспензии находились другие Зимние солдаты. Стив хотел сразу же отправиться за ними, но Тони сказал, что оперативная группа справится с доктором сама и Мстители не нужны.       — Кроме того, ты не подписал Соглашения, поэтому не имеешь права что-то делать, — сказал Тони, не обращая внимания на Стива и не обращая внимания на телефон, который он прижимал к уху.       Гельмут Земо, соковианец, выдававший себя за доктора, был задержан в Москве сразу же после приземления самолета. У него была с собой кассета, которую, как он настаивал, должны были увидеть Мстители. В итоге российское правительство согласилось прислать кассету, и все вместе они смотрели, как Баки — Зимний солдат — убивает Говарда и Марию Старк. Стиву стало плохо от этих кадров, но больше всего он беспокоился о том, что это будет означать для Баки.              Когда Тони спросил, знал ли он об этом, Стив попытался отрицать, но Наташа подтвердила, что они знали.       — Стив сказал, что расскажет тебе, — сказала она. — Я думала, он так и сделал. — Стив так и сказал, но он ни на секунду не поверил, что она действительно думала, что он сделал это, — она так же, как и он, не хотела делиться этой информацией. Впрочем, говорить об этом было бессмысленно: он бы просто оправдывался.       Не сказав больше ни слова, Тони вышел, оставив позади разгневанного Роудса и Сэма.       — Не трудись подписывать Соглашения, — сказал Роудс. — Мы все равно не хотим видеть тебя в команде.       — Баки ни в чем не виноват.       Роудс бросил на него взгляд, полный отвращения.       — Может, и нет, но ты все равно абсолютный мудак, раз ничего не сказал об этом. Тебе явно нельзя доверять, раз ты думаешь только о себе и своем драгоценном дружке-убийце. — Бросив последний гневный взгляд на Стива и Наташу, Роудс ушел.       — Вы должны были сказать ему, — сказал Сэм, также обращаясь к Стиву и Наташе. — Похоже, ты не тот парень, за которого я тебя принимал.       Баки был доставлен обратно в США, чтобы предстать перед судом. Сэм подписал Соглашения. Стива попросили уйти из Комплекса сразу после возвращения, а поскольку он все равно отказался подписать соглашение, его выгнали и из Мстителей. Ванду оставили на испытательном сроке, пока она не научится правильно контролировать свои силы. Стив вернулся в свою старую бруклинскую квартиру и попытался увидеться с Баки, но друг отказался встречаться с ним. Стив снова остался один. И это было чертовски больно.

***

40 (идея Liaskye и IntentionallyMisspelled)

      Самолет бесшумно приземлился. Стив и Баки спустились вниз, осматривая окрестности на предмет стражников или наблюдения. Похоже, их не было. По данным Т’Чаллы, большая часть мира даже не знала о существовании этой тюрьмы, так что проникнуть внутрь и освободить друзей не составит труда.       Стив посмотрел на Баки, который был рядом с ним, где ему и место, и почувствовал, как в его груди расцветает надежда. Он вернул своего лучшего друга. И скоро с ним будут все остальные друзья. Все будет хорошо. Они боролись и победили. В конце концов, даже Тони поймет это.       Пробраться в тюрьму оказалось проще, чем Стив предполагал. Охранников было не так много, и с первыми двумя они быстро разобрались, прежде чем те успели поднять тревогу. Тем не менее, Стив внимательно следил за возможными проблемами, чувствуя, потерю своего щита — конечно, Тони вернет его, как только он поймет, как ошибался и как позволил манипулировать собой Россу и Земо.       — Стив, мне это не нравится, — сказал Баки. — Где вся охрана?       — Это секретная тюрьма, Баки. Они не ожидают, что кто-то проникнет сюда. — Стива потрясло то, что это место существует, а еще больше то, что здесь находятся его друзья — те, кто сражался за правое дело против злых правительств, которые хотели использовать Мстителей в своих личных целях.       Они подошли к тяжелой стальной двери в конце коридора, который, как они надеялись, приведет их в камеры. Он кивнул Баки, и они заняли позицию, собираясь сражаться вместе, как в старые добрые времена.       В комнате действительно было полно камер, и он сразу же увидел Сэма и Клинта. Сэм отвернулся и лежал спиной к стеклянной двери своей камеры, но Клинт увидел его и ухмыльнулся. Стив шагнул вперед в тот самый момент, когда открылась еще одна дверь и вошли несколько вооруженных до зубов стражников. Они сразу же начали стрелять, и Стив с Баки были вынуждены уклоняться, бросаясь каждый в свою сторону. Стив почувствовал укол в руку и понял, что это кто-то из дротиков. Он выдернул его и отбросил в сторону, но в него попали еще три с разных сторон. Баки тоже не успел уклониться от них и зашатался на месте. Один из охранников ударил его чем-то, от чего его тело замерло, и он упал на пол без сознания.       — Баки! — Стив попытался добраться до своего друга, но его ударили тем же оружием, похожим на электрошокер. Несколько мгновений он дергался, а затем все вокруг потемнело.       Когда он очнулся, он находился в одной из ранее не занятых камер, а Баки сидел в другой, привалившись спиной к стене и поджав колени к груди. Нет. Нет, этого не может быть.       — Так-так, — прошелестел голос, — смотрите, что кошка притащила.       — Росс, — зашипел Стив.       — Как мило с вашей стороны было прийти ко мне, капитан. Я думал, что мне придется немного потрудиться, чтобы поймать вас, но вот вы сами, добровольно идете в мои объятия. Очень заботливо. На самом деле, я также должен поблагодарить вас за ваше замечательное проявление высокомерия и эгоизма, которое прекрасно проиллюстрировало мою мысль о том, что вы, улучшенные уроды, опасны. Теперь, когда вы убили людей, разрушили туннель и аэропорт, ни у кого не осталось сомнений в том, что усовершенствованные личности должны быть под контролем. Признаюсь, я беспокоился, что Старк сумеет повернуть Соглашение в свою сторону и защитить всех вас, но даже он теперь ничего не может сделать, — ухмыльнулся он. — Ну, это если он вообще поправится. Ходят слухи, что он может не успеть. — Он насмешливо покачал головой. — Какая жалость.       Стив не мог придумать, что на это ответить. Он не понимал, о чем говорит Росс.       — Что случилось с Тони? — спросил он, хотя какая-то часть его души боялась ответа.       — О, капитан, не скромничайте. Вы и ваш друг выбили из него все дерьмо и оставили умирать в Сибири, из всех мест. Вы, конечно, не ожидали, что он выживет?       Что? Нет! Все было не так! Тони был в порядке, когда они уходили.       — Ты лжешь. Тони был в порядке.       Росс рассмеялся.       — О, Роджерс… Правда? Ты впечатал свой щит ему в грудь с силой, достаточной, чтобы разбить дуговой реактор, и думаешь, что он был в порядке? — Он стал серьезным. — Нет, Старк в коме и может не выжить. Роудс, скорее всего, будет парализован до конца жизни. Вижен — единственный оставшийся Мститель, и без защиты Старка доставить его сюда и выяснить, что он из себя представляет, будет делом нехитрым. Остается только Романофф, но я также не думаю, что она долго продержится одна и без защиты. ЩИТ ей точно не поможет. И я должен поблагодарить тебя за это, правда. Если бы вы подыграли и подписали Соглашение, мне бы не удалось собрать вас всех здесь. Теперь, когда вы всего лишь опасные преступники, ваша судьба никого не волнует. Черт, даже если Старк чудесным образом выздоровеет, сомневаюсь, что теперь ему будет до вас дело. Он был не в восторге от того, что ваши маленькие друзья оказались здесь, знаете ли, и я знал, что будет практически невозможно держать вас здесь, когда он будет лоббировать ваше освобождение и надлежащий суд, но вы решили эту проблему за меня. Так что я снова должен поблагодарить вас. — Все остальные с ужасом смотрели на Росса, когда до них дошел смысл его слов. — Надеюсь, вам понравится ваше пребывание здесь, джентльмены, — сказал он, — оно будет долгим.       Когда Росс, посмеиваясь, вышел, Стив посмотрел на Баки, все еще сгорбившегося в своей камере с видом покорности и безнадежности, и на остальных, на их лица, расширенные от страха и неверия, и все, что он мог подумать, было: Что же я сделал?