Часть 10

***

41 (идея Ds)

      Стив ненавидел пресс-конференции, ненавидел выступать перед людьми, как танцующая обезьяна, — ему хватило этого еще на войне. Если он что и понял в будущем, так это то, что нельзя доверять прессе — да и вообще никому, кроме своей собственной команды. К сожалению, Хилл настаивала на том, что он должен провести пресс-конференцию после того, что произошло в Лагосе, и Наташа согласилась, что это была бы хорошая идея, учитывая, насколько люди, похоже, были взбудоражены этим.       — Мы должны что-то сказать, — сказала Нат. — Иначе люди будут придумывать любые истории и думать, что это правда.       Это был очень нечестный мир, обнаружил Стив. Никого больше не волновала правда — черт, люди, похоже, вообще не знают, что это такое. Поэтому ему ничего не оставалось, как назначить время и место и подготовить короткое заявление. И вот теперь он стоял здесь, ожидая начала. Один, потому что Нат решила, что так будет лучше. Стив, конечно же, не хотел доводить бедную Ванду до такого состояния; то, что люди говорили о ней, было ужасно и несправедливо. Неужели у этих людей действительно нет стыда? Обижать бедную девушку, которая уже столько потеряла из-за того, что пыталась поступить правильно? Это было ужасно.       Наконец время пришло. Стив расправил плечи и поднялся на маленькую трибуну, чтобы сказать свое слово и, надеялся, что это поставит точку во всем этом деле.       — Доброе утро, — сказал Стив. — Спасибо, что пришли. — Он вздохнул, оглядывая собравшуюся толпу, которая не выглядела особенно дружелюбной. Это немного нервировало его, но он взял себя в руки и продолжил. — Мстители защищают людей. В Лагосе мы остановили опасного террориста, который намеревался применить биологическое оружие против невинных людей. К сожалению, жертв избежать не удалось, но общественность может быть уверена, что Мстители и дальше будут защищать граждан всего мира. Спасибо.       На мгновение в комнате воцарилась тишина, и Стив позволил себе вздохнуть с облегчением. Затем, словно прорвав плотину, все начали говорить (кричать) одновременно.       — Если вы защищаете людей, почему вы не защитили 33 человека которые погибли в Лагосе, или 69 раненых? — спросил чернокожий репортер. — Они были для вас недостаточно людьми?       — Как я уже сказал, мы делаем все возможное, но иногда жертв не избежать, — терпеливо ответил Стив. Ему не понравился тон этого человека.       — И что вы собираетесь сделать, чтобы позаботиться о том, чтобы этого не произошло в следующий раз? — крикнул кто-то другой.       — Мы сделаем все возможное…       — Как и в этот раз? — спросил другой журналист. — Похоже, ваших усилий недостаточно.       Стив вздрогнул, но не успел он придумать, что ответить, как кто-то другой выкрикнул вопрос.       — А как же весь ущерб, причинённый городу? Кто за это заплатит?       Точно, деньги. Это все, что волновало людей, с отвращением подумал Стив.              — Фонд Старка… — Его снова перебили.       — Старк не имеет никакого отношения к Лагосу! — сказала женщина-репортер. — Он даже не был там! Почему он должен за что-то платить?       — Да, — согласился другой. — Он больше не Мститель. Вы говорили об этом в прошлом году. Так почему он должен убирать за вами?       — Платите своими деньгами! — крикнул кто-то сзади.       — Да, ты и остальные, кто там был, должны заплатить!       После этого было слишком много выкриков, и ни один из них не был хорошим. Стив хотел уйти прямо сейчас, но решил, что это будет выглядеть некрасиво. Оглянувшись, он увидел пожилого мужчину с поднятой рукой, который указывал на него, надеясь, что это заставит всех остальных замолчать.       — Почему нигерийская полиция не была проинформирована о террористической угрозе или вашей операции по ее предотвращению? Они могли бы помочь эвакуировать район.       Стив вздохнул.       — Мы преследовали террориста ГИДРы, любая информация могла просочиться к ним.       — Вы хотите сказать, что нигерийская полиция в союзе с ГИДРой? — спросил кто-то еще. — Это очень серьезное обвинение. У вас есть доказательства?       И все снова заговорили, не давая возможности что-либо понять. Стиву надоело. Он громко прочистил горло, чтобы привлечь внимание людей и положить конец этой пустой трате времени.       — На этом все. Спасибо, что пришли. — Он вышел под крики толпы, которые проигнорировал. Что ж, подумал он, рад, что все закончилось. Даже несмотря на то, что они переврали все, что он сказал.       Позже в тот же день Стив, Сэм, Нат и Ванда собрались, чтобы узнать новости (Вижена нигде не было, за что Стив был благодарен — он все еще не был уверен в андроиде, или кем он там был).       … Сегодня Стив Роджерс провел пресс-конференцию, на которой он заявил, что нигерийская полиция связана с ГИДРой и именно поэтому Мстители не сообщили им о своей операции в их стране. В ответ правительство Нигерии подало иск против Роджерса, Сэма Уилсона, Наташи Романофф и Ванды Максимофф, чтобы заставить их оплатить ущерб, нанесенный городу, и медицинскую помощь пострадавшим, многие из которых до сих пор находятся в больнице. Это в дополнение к уголовным обвинениям в незаконном въезде в страну и причинение вреда. Они также подали петицию в правительство США, чтобы Мстителей, и в частности мисс Максимофф, проверили на компетентность и пригодность к такой работе…       Правительство США ответило, что не несет ответственности за Мстителей, после чего несколько стран по всему миру задали вопрос: «Кому подвластны Мстители?».       Бывший Мститель Тони Старк отказался давать какие-либо комментарии по этому поводу, сказав лишь, что он больше не является частью команды. Однако от внимания мировой общественности не ускользнуло, что пока Старк был частью Мстителей, никаких международных промахов такого масштаба не совершалось…       — А как же Альтрон? — пробормотал Стив себе под нос.       …Сейчас вновь появились спекуляции вокруг ухода Старка и Бэннера из команды и присоединения Максимофф. Вероятно, в ближайшие дни будет начато расследование…       Когда репортер начал рассказывать другие новости, Стив посмотрел на своих друзей и увидел на лицах Сэма и Ванды то же самое замешательство.       — Они серьезно? — спросил Сэм. — Они могут заставить нас заплатить за ущерб?       — Да, могут. — Мария Хилл вошла в комнату с видом человека, которому не хватало одного неосторожного слова, чтобы задушить кого-то. — Что это была за пресс-конференция, Роджерс? Ты должен был улучшить ситуацию, а не ухудшить! Я потратила целый гребаный день отвечая на звонки, пытаясь уберечь ваши тупые задницы от огня — и, надо сказать, без особого успеха. Почему ты не сказал то, что тебе велел пиарщик? — Стив уже собирался спросить, что за пиарщик, когда он вспомнил о женщине, которая разговаривала с ним за час до начала конференции. Она дала ему кто-то карточки, но Стив уже написал свое заявление, поэтому он не обратил на нее внимания и даже не стал читать то, что она ему дала. Он больше не был танцующей обезьянкой и не должен был говорить то, что написали другие. — Весь мир взбудоражен тем, что вы сделали, а ты только подливаешь еще больше масла в огонь, — продолжала Хилл, гнев сквозил в каждой ее черте. — Несколько стран уже превентивно запретили въезд Мстителям, и любые нарушения, скорее всего, будут рассматриваться как акт войны!       — Эй, ну-ка! Это небольшое преувеличение, не так ли? — спросил Сэм, хотя он выглядел обеспокоенным.       — Преувеличение?! — Хилл была вне себя от ярости. — Что бы ты подумал, если бы группа иностранцев нелегально приехала в Нью-Йорк, взорвала здание с людьми, а потом исчезли, не принеся даже символических извинений? А потом выступили по телевидению и сказали, что это просто несчастный случай? — Сэм поник под яростным взглядом Хилл. Затем она повернулась к Нат. — Вы должны были знать лучше, агент Романофф. О чем вы, идиоты, думали? Почему вы не сказали мне о своих планах? Я могла бы помочь скоординировать действия с местными властями. Вы хоть представляете, какой идиоткой я себя чувствовала, ничего не зная об этом, пока мне не позвонили разгневанные представители правительства и не стали кричать о терактах? Ваших, если это еще не ясно.       — Минуточку, — вмешался Стив, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Мы не террористы. И мы остановили Рамлоу. Это самое главное. — Почему никто об этом не вспомнил? — Его слова были встречены молчанием.       — Верно, — наконец сказала Хилл. — Вы взяли своего парня, поэтому погибшие и раненые не имеют значения. Уверена, их семьи это очень утешит. — Она глубоко вздохнула и посмотрела на каждого из них по очереди. — Вы все отстранены от работы на время расследования. — Стив попытался что-то сказать, но она продолжила, прежде чем он успел вымолвить хоть слово. — Это не в моей компетенции. Пока что вы останетесь здесь. Считайте, что вы находитесь под домашним арестом.       С этого момента все пошло кувырком. Через неделю правительство США аннулировало визу Ванды, и она была депортирована в Заковию, где ее арестовали, как только она сошла с самолета. Стив и остальные наблюдали по телевизору, как ее тащили закованную в цепях, обвиняя в терроризме, нескольких убийствах и пытках, причем последние, судя по всему, были совершены во время ее работы с ГИДРой, как сказал репортер.       — Нет, этого не может быть, — сказал Стив. Ванда была просто ребенком, который хотел сражаться за свою страну.       Нат посмотрела на него.       — Ты понятия не имеешь, чем она занималась раньше, Стив. Ты не спрашивал. Никто из нас не спрашивал.       Однако прежде чем она села в ожидающий ее полицейский фургон, Ванда освободилась, используя свои способности, и взмахом руки отправила всех полицейских в полет, вокруг нее заклубился красный туман. Еще несколько офицеров пытались сдержать ее, и она снова отправила их на пол, где они корчились в агонии.       Он наблюдал за тем, как Ванда ожесточенно нападает на окружающих, пока камера не отключилась, и репортер в студии не сообщил, что связь с местными корреспондентами потеряна. Час спустя в новостях объявили, что Ванда была убита снайпером при попытке бегства, но не раньше, чем она убила трех агентов правоохранительных органов, пятерых прохожих и ранила еще более дюжины людей на своем пути. Все это выглядит сюрреалистично, подумал Стив.       — Ванда — хороший человек, — сказал он, все еще непонимающе глядя в телевизор.       — Ради бога, Стив, — сказала Наташа, — ты ничего о ней не знаешь. И никогда не знал. Мы не должны были брать ее в команду. Она пыталась нас убить. — Она покачала головой. — Я не знаю, о чем мы думали. — После этого говорить было не о чем.       Вскоре после этого было создано и ратифицировано несколькими странами нечто под названием «Заковийские соглашения». По словам Стива, его целью было регулировать и контролировать деятельность Мстителей. Тони, Роудс и Вижен подписали документ перед всем миром в здании Организации Объединенных Наций в Вене. Стиву, Сэму и Наташе не дали даже подумать о том, чтобы сделать то же самое; их просто выгнали из Комплекса. Протесты Стива остались без внимания.       — Ваши действия все еще расследуются, — сказала Хилл, пока она смотрела, как они собирают свои вещи. — На данный момент вы не являетесь подходящими кандидатами для участия в Инициативе Мстителей.       Чуть позже они получили судебный приказ о возмещении ущерба в Лагосе — ошеломляющую сумму, которую они никогда не смогут себе позволить. Сэму пришлось продать свой дом, а все их имущество было арестовано. Они даже не смогли позволить себе достойного адвоката, чтобы защитить их от уголовных обвинений, и в итоге оказались в тюрьме за неосторожное причинение вреда и убийство по неосторожности. Мстители во главе с Роудсом продолжали защищать мир, а Стив и остальные сидели в тюремных камерах и о них забыли.

***

42 (идея izumi2 и FadingStar)

      Казалось, все пошло наперекосяк, как только он вышел из аэропорта. Брюс взял такси и попросил отвезти его в Башню Мстителей, но ему сказали, что Мстители переехали в новое здание на севере штата. Брюс удивленно нахмурился, но попросил отвезти его туда.       Он ни с кем не разговаривал с тех пор, как ушел после битвы с Альтроном; он, по сути, похоронил себя в самом отдаленном месте, которое только смог найти, чтобы укрыться от всего этого. Он понятия не имел, что происходило за год его отсутствия, и теперь у него было плохое предчувствие по поводу всего этого. Он подумывал вернуться и снова исчезнуть, но он не хотел уходить, не поговорив хотя бы с Тони — его друг заслуживал этого.       Долгую поездку Брюс провел в тишине, погрузившись в размышления. Даже после столь долгого отсутствия он все еще не был уверен в том, как относится к тому, что произошло во время «инцидента с Альтроном». Слишком многое его беспокоило: сам факт активации Альтрона, реакция команды на это, Наташа, вызвавшая трансформацию вопреки его воле, близнецы Максимофф, Стив, напавший на него и Тони… Список казался бесконечным, когда он думал об этом слишком долго. Он не был уверен, что сможет снова стать частью команды, не после такой потери доверия. И он даже не мог сказать, что будет сильно скучать по ним, кроме Тони — в ретроспективе казалось, что они не были так близки, как ему казалось в то время.       В конце концов он подъехал к новому комплексу, нервная энергия и смутное беспокойство заставили его заколебаться, прежде чем он решился войти внутрь. Коды безопасности на двери сработали, и он без проблем вошел внутрь. Там было очень тихо. Он позвал «Привет?», ожидая, что Джарвис хотя бы поприветствует его. Когда никто не ответил, Брюс осторожно продолжил путь. На кухне он наконец нашел кого-то: Стива Роджерса. Он сидел на столе с газетой и стаканом.       — Стив, — сказал Брюс нейтральным тоном. Он не был уверен, как относится к этому человеку. Не друг, конечно, и не коллега. Возможно, знакомый, которому он не вполне доверял.       — Брюс! — воскликнул мужчина, улыбнувшись. Он казался искренним, но Брюс больше не доверял ему. Наташа тоже улыбнулась ему, а позже метафорически ударила его в спину. — Я не знал, что ты вернулся.       — Ну, вот я и здесь. Где Тони? — При взгляде на Стива Брюсу становилось не по себе. Может, ему не стоило возвращаться? Он должен был просто позвонить Тони.       Стив нахмурился.       — Его здесь нет. Он… больше не Мститель. Он ушел.       — Ушел? — Брюс мог бы подумать, что это странно, но почему-то он вспомнил, как Тор схватил Тони за шею, а остальные (включая самого Брюса, который пытался держать Халка под контролем) смотрели на это и ничем не могли помочь. Да, Брюс не мог винить Тони за то, что тот ушел, — в конце концов, он сам сделал то же самое. — Понятно. — Ему действительно сначала нужно было позвонить. Он повернулся, чтобы уйти, не желая больше находиться в присутствии Стива (или рисковать встретиться с Наташей, если она окажется рядом). Однако в дверях стояла Ванда Максимофф. Халк зарычал, и Брюс сделал шаг назад, обернувшись к Стиву. — Что она здесь делает? — прошипел он сквозь стиснутые зубы.       — Она теперь Мститель, — сказал Стив, настороженно глядя на Брюса, как будто это Брюс имел привычку морочить людям мозги.       — Ты с ума сошел?! После того, что она сделала? С тобой? Со мной?! — Он обернулся к женщине, и она отшатнулась, несомненно, заметив зеленый блеск его глаз. — Ты что, все это время пудрила им мозги?       — Брюс, Ванда ничего не сделала…       — Ты с ума сошел? — прорычал Брюс. — Ничего не сделала?! Она выпустила Халка на волю! Она играла с моим разумом и заставляла меня причинять людям боль! Она использовала меня как оружие! Она хуже Росса! — Он больше не мог контролировать превращение. Халк хотел выбраться, он хотел раздавить ведьму. (И, честно говоря, Брюс тоже).       Халк посмотрел на ведьму, на красный цвет на ее руках. Халк вспомнил красный цвет. Красное вывело его из себя и заставило желать крушить ничтожных людей, заставило его желать побить Тони. Но Тони был другом, его нельзя крушить, и ничтожных людей без оружия тоже нельзя крушить. Ведьма заставляла Халка бояться, делала Халка плохим. Халк не был плохим. Ведьма была плохой. Халк раздавит ведьму. Халк бросился на ведьму. Халк был быстрее ведьмы и одним мощным ударом кулака отправил ее в стену. Ведьма упала и не двигалась, но она не умерла. Еще нет. Халк повернулся к Капитану.       — Где Тони? Что ведьма сделала с Тони? — В комнату вошли еще люди. Незнакомый Халку мужчина и Наташа. Наташа остановилась, когда она увидела его. Халк зарычал на нее. Наташа не была другом — она обидела тщедушного Бэннера. Говорила красивые вещи, а потом использовала его (их). Наташа не была другом. Капитан не был другом — Капитан напал на Тони, встал на сторону ведьмы. Только Тони был другом. — ГДЕ ТОНИ? — зарычал Халк, и все тщедушные людишки подпрыгнули. Они испугались Халка. Хорошо. Они должны бояться Халка.       — Успокойся, здоровяк, — сказала Наташа, притворяясь милой, дружелюбной. Но она не такая. — Пришло время колыбельной.       Халк шагнул вперед, и она отступила.       — Ты не друг. Халк тебе не доверяет. Никому из вас. Вы все здесь с ведьмой. Ведьма обидела Халка, обидела ничтожных людей. Ведьма плохая, и вы здесь с ней. Вы тоже плохие. Плохие, как ведьма. — Халк сделал еще один шаг.       — Мистер Халк? — Халк повернулся, пытаясь найти говорившую женщину. Но там никого не было. Халку это не понравилось. — Я Пятница, ИИ, созданный мистером Старком. Мистеру Старку сообщили о вашем прибытии, и он уже в пути. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.       Это заставило Халка расслабиться. Тони в пути. Хорошо.       — Халк хочет поговорить с Тони.       — Привет, Зеленая фасоль.       Халк расслабился еще больше. Тони был в порядке. Ведьма не причинила ему вреда.              — Тони, — сказал Халк, не сводя глаз с остальных. Капитан пытался подойти к Ведьме, но Халк встал у него на пути, и он отпрянул назад.       — Что происходит, приятель? — спросил Тони.       — Халк вернулся. Халк сожалеет, что он ушел, не попрощавшись. Тони все еще друг?       — Конечно.       — Ведьма здесь. Ведьма, которая обидела Халка и Бэннера, здесь. Капитан говорит, что она Мститель Халк разбил ее. — Губы Халка удовлетворенно скривились. Ведьма все еще лежала. Наступила тишина, прежде чем Тони заговорил снова.       — Она мертва? — Халк покачал головой, потом вспомнил, что Тони здесь нет и он не видит.       — Нет. Халк не убил ведьму, просто разбил ее.       — Хорошо. Хорошо. Просто… просто сиди тихо. Я скоро приеду, хорошо?       Халк задумался. Нет, это было нехорошо. Тони не должен быть здесь, с этими людьми. Они не были друзьями. Что, если они нападут? Они уже нападали. Что, если они обвинят Тони? Тони не должен быть здесь. Слабак Бэннер согласился.       — Нет. Здесь небезопасно для Тони. — Халк окинул взглядом тщедушных людей: Капитана, Наташу, другого человека, которого Халк не знал (друг Кэпа, сказал Бэннер). — Халк уходит. Халк встречается с Тони в другом месте. Подальше от ведьмы. Халк не доверяет ведьме и ничтожным людям. Они не друзья.       Снова наступило короткое молчание.       — Хорошо. В нескольких милях к северу от Комплекса есть поле. Встретимся там. Как тебе это?       — Хорошо.       — Хорошо. — Халк снова зарычал на тщедушных человечков, чтобы они в страхе отступили, а потом побежал на встречу с Тони. Халк больше не хотел видеть этих тщедушных человечков.       Тони был там быстро, как он и сказал. Тони был таким милым. Он говорил и имел это в виду. Он всегда был добр и к Халку, и к тщедушному Бэннеру.       — Халк извиняется за то, что убежал, — сказал Халк, как только Тони появился. Бэннер не умел извиняться, поэтому Халк сказал это за него.       — Все в порядке, здоровяк.       Но Халк покачал головой. Все было не в порядке. Халк очень скоро пожалел об этом, но потом Бэннер взял себя в руки, и он не позволил Халку вернуться до сих пор.       — Халк скучал по другу Тони.       Тони вылез из костюма и улыбнулся Халку.       — Я тоже скучал по тебе, приятель. — Тони выглядел грустным, поэтому Халк обнял его — осторожно, потому что Тони был другом, а Халк никогда не обидит друга (за исключением тех случаев, когда ведьма морочит Халку голову). — Ладно, так что случилось с Вандой? — спросил Тони, когда Халк отпустил его.       — Халк разбил ее. Капитан сказал, что она Мститель. Как? Она ранила людей! Она плохая! Халку она не нравится. Халк ей не доверяет.       — Когда ты говоришь «разбил»… что ты сделал?       — У нее были красные руки, как раньше, когда она сводила Халка с ума. Поэтому Халк ударил ее. Но не убил ее. Халк хотел, но убивать плохо. Халк не плохой — ведьма плохая. — Теперь Халк хотел разбить ее снова. — Бэннер тоже хотел ее разбить. И Наташу.       — Почему? Что сделала Наташа?       — Она толкнула Бэннера в большую дыру, чтобы Халк появился, потому что Бэннер не хотел выпускать Халка. Бэннер больше не доверяет ей. Халк тоже не доверяет. Халк не доверяет никому из них, если они встали на сторону ведьмы. — Халк сделал паузу и посмотрел на Тони. — Ведьма обидела Тони? Поэтому Тони ушел?       Тони не ответил, но Халк понял, что это правда. Ведьма обидела Тони. Халку следовало бы врезать ей посильнее.       — Ладно, приятель. Давай вернемся в Башню и решим, что нам делать.       Брюс трансформировался, пока они ждали машину, которую вызвал Тони.       — Что случилось после моего ухода?» — спросил он, чувствуя себя еще более виноватым за то, что ушел и оставил Тони. История, которую рассказал ему Тони, была почти невероятной: все остальные просто игнорировали все, что было сделано Вандой, потому что ее брат-террорист погиб. — Значит, она не понесла никаких последствий за то, что сделала?       Тони вздохнул.       — Стив и Клинт решили, что она должна получить второй шанс. Уилсон и Наташа согласились. Меня проигнорировали, поэтому я… ушел.       — И ты не думаешь, что она могла манипулировать ими?       — Нет, я не думаю, что она это сделала. По крайней мере, не с помощью контроля над разумом. Она сверкнула своими красивыми глазками, и этого было достаточно для Кэпа. А я был плохим парнем, потому что был так жесток с ней после «всего, через что она прошла. — Он показал кавычки и фыркнул. — Думаю, мне все равно лучше быть одному.       Брюс был вынужден согласиться. Очевидно, он был прав в первый раз, и эта так называемая команда была катастрофой, которая только и ждала, чтобы случиться. И вот она произошла.       — Ну, этого не будет. — Брюс не позволит этому случиться, чего бы это ни стоило. Массовые убийцы не должны получать поблажек, потому что их близкие погибли (не иначе как от их собственных действий). А как насчет тех, кого она убила?       Оказавшись в Башне, они стали копаться в записях ГИДРы и нашли много интересного о Максимофф. С помощью Пятницы они также узнали, что Роджерс вызвал врача для осмотра Ванды, и что, несмотря на сломанные кости, она в конце концов поправится. Брюс ничуть не жалел о том, что причинил ей боль. И он сомневался, что с теми доказательствами, которые у них теперь есть, многие люди тоже будут сожалеть. С помощью связей Тони было проще простого связаться с Международной группой по борьбе с терроризмом и передать им найденную информацию. После этого группе потребовалось три дня, чтобы изучить ее и решить, в чем ее обвинить. Тем временем Брюс и Тони разработали ошейник для подавления силы Ванды, чтобы она не смогла причинить больше вреда людям.       Когда Брюс, Тони и агенты Оперативной группы пришли в комплекс, чтобы арестовать Ванду, Стив выразил резкий протест.       — Сначала ты напал без провокации, а теперь вот это?       — Без провокации? — недоверчиво ответил Брюс. Затем он покачал головой. Спорить с этим человеком было бессмысленно, ему явно было наплевать и на Брюса, и на Тони. — Пошел ты, Роджерс. Просто уйди с дороги, чтобы агенты могли выполнять свою работу.       — Я не позволю вам забрать ее.       — Вы знаете, что это такое, мистер Роджерс? — спросил командир Трент, помахав перед лицом Стива листком бумаги. — Это ордер на арест. Он дает мне и моим людям законное право задержать мисс Максимофф. Если вы будете каким-либо образом препятствовать этому, вас обвинят в воспрепятствовании правосудию и арестуют вместе с ней. Все ясно?       Стив взял ордер и уставился на него, как будто он не был уверен, что это такое.       — В чем ее обвиняют? Она же еще ребенок, ради всего святого.       Трент бросил на него недоверчивый взгляд.       — Ребенок, который убивал и мучил людей. Да, она настоящая милашка.       — Что? Это неправда.       — Что, черт возьми, с тобой не так? Ты ведь помнишь, что она из ГИДРы? — спросил Брюс.       Несмотря на протесты Стива, Максимофф судили и приговорили к наказанию. Стива обвинили в препятствовании правосудию за то, что он укрывал ее от расследования. Роудс принял командование Мстителями и отстранил Наташу.       Брюс был рад, что он все-таки решил вернуться.

***

43 (идея Андрии)

      (примечание от автора: Дополнительное предупреждение за большое количество насилия и смертей)       Наташа чистила оружие, пока Стив перелистывал каналы, а Сэм готовил им бутерброды. Они только что вернулись после очередной безуспешной попытки найти Барнса и пытались расслабиться. Стив постоянно жаловался на выбор программ по телевизору, и Сэм посоветовал ему просто включить новости. Наташа не обратила особого внимания на то, какой политик пытался завоевать расположение публики на этой неделе, объявляя о какой-то программе, но потом новости сменились репортером, стоящим перед домом, который она сразу же узнала.       — Сделай погромче, — резко сказала она, оторвавшись от стола, чтобы подойти к телевизору на другом конце комнаты.       … У полиции по-прежнему нет никаких зацепок в деле об убийстве семьи Грин. 36-летняя Лора и двое ее детей, шестилетний Купер и трехлетняя Лайла, были найдены сегодня жестоко замученными и убитыми, с перерезанным горлом. Семья жила на изолированной ферме и не имела явных врагов. Муж Лоры, Деннис Грин, не найден. По словам местных жителей, мистер Грин часто ездит по делам, и его не видели уже несколько месяцев…       Наташа уставилась на появившиеся изображения: маленькие тела в знакомом черном мешке, кровь на полу и стенах дома. Снаружи, на крыльце, где стоял репортер, она увидела нарисованный на стене символ, который она узнала. О боже.       — Нат? — сказал Стив. — Нат, что случилось?       Сэм тоже вошел в комнату, и оба они смотрели на нее с беспокойством.       — Это… по телевизору… семья Клинта. Его жена и дети. — О Боже, Лора. Купер. Лайла. Нет, этого не может быть. Они были в безопасности. Никто не знал ни о них, ни об их связи с Клинтом. Никто, кроме ЩИТа. Вот только она выложила все файлы ЩИТа в Интернет, где их мог увидеть любой. Любой, кто затаил злобу на ЩИТ или на Клинта. Любой, кто мог бы использовать эту информацию для мести невиновным. Например, те, кто нарисовал этот символ.       О Боже, что же мы сделали?       Все обернулись, когда дверь слетела с петель и в комнату вошел Клинт. Он был весь в крови, в руке пистолет.       — Клинт! — сказала она, но остановилась, увидев дикий взгляд его глаз.       — Моя семья мертва!       — Клинт, мне жаль…       — О чем вы, бляди, думали, вываливая всю эту информацию?! Вы хоть понимаете, что вы сделали?!       — Эй, парень, успокойся, — сказал Сэм, подняв руки в успокаивающем жесте. Клинт без колебаний выстрелил ему прямо в голову. Сэм был мертв еще до того, как его тело упало на землю. Стиву потребовалась доля секунды, чтобы среагировать, и этого хватило, чтобы Клинт повернулся к нему и сделал три выстрела подряд, попав в обе ноги и живот. Стив упал, задыхаясь от боли.       — Ты… — шипел Клинт, снова наводя пистолет на Наташу. — Ты сделала это. Ты убила их! Лору! Моих детей! МОИ МАЛЫШИ! Они мертвы из-за тебя!       — Мне жаль. О боже, мне так жаль, — сказала Наташа, уже зная, что это ничего не изменит.       — Я должен был убить тебя, когда у меня была возможность. Тогда моя семья была бы жива.       — Клинт… — Наташа напряглась, приготовившись броситься на него, но он оказался быстрее и выстрелил. Три выстрела, в ноги и живот, как и у Стива. Выстрелы, чтобы обезвредить, а не убить. Он еще не закончил с ними.       Клинт перезарядил оружие.       — Ты знаешь, что они с ними сделали? С моими детьми? А ВЫ! — закричал он.       — Клинт, — сказал Стив, пытаясь встать, но Клинт снова выстрелил в него, на этот раз в плечо.       — Я не хочу слушать твои оправдания. Великий Капитан Америка, — прорычал он, — защитник слабых и невинных. Ха! Что за гребаная шутка. Ты самый большой убийца из всех.       — Это не вернет их, Клинт, — попыталась Наташа, стиснув зубы от боли.       — Нет, я знаю это. Это месть, Нат, простая и понятная. Из-за тебя погибла моя семья — и многие другие, — поэтому я убью тебя. Это не вернет их, нет, но, по крайней мере, ты будешь так же мертва, как и они.       Вдалеке послышался вой сирен — вероятно, соседи услышали выстрелы и вызвали полицию.       — Клинт, пожалуйста… — попыталась она в последний раз.       — Гори в аду, Наташа. — Он выстрелил еще раз, и она умерла.       (затем Клинт застрелился сам, потому что нет смыла жить когда он уже все потерял)

***

44 (идея Core)

      — Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Пьетро, с трепетом глядя на здание.       Ванда хмуро посмотрела на него.       — Ты хочешь отомстить или нет? — Пьетро всегда был слишком мягким, подумала Ванда. Он должен стать жестче.       — Ты же знаешь, что хочу, — сказал он, хотя Ванда этого не знала. Пьетро говорил много, но чаще всего Ванда не видела в нем убежденности. Она была уверена, что, если она перестанет говорить о мести, Пьетро вообще забудет о ней и просто начнет жить своей жизнью — как будто у них вообще может быть какая-то жизнь, пока этот монстр, убивший их родителей, на свободе.       — Тогда пойдем. — Она начала идти, но Пьетро не двигался. — Пьетро…       — Месть — это одно, Ванда, но ГИДРа? Я не думаю, что мы можем им доверять.       — Мы не должны им доверять. Мы просто должны использовать их ресурсы. Только так мы сможем отомстить. У них есть сила, а нам она нужна. — Она сверкнула глазами. — А теперь перестань быть трусом и пойдем!       Она уверенно зашагала вперед, Пьетро следовал за ней медленнее. Ванда знала, что такое ГИДРа, конечно, она не была глупой, но она должна была их найти. Если они могли помочь ей отомстить, она была готова сделать все, что они попросят. Она рано усвоила, что никто не станет помогать бесплатно и что люди заботятся только о себе. Единственный, на кого она могла положиться, — это она сама (и Пьетро). Никто не заботился о них после смерти родителей — никто не заботился о том, что их родители вообще умерли. Правительству было наплевать, слова были безразличны. Если она хотела, чтобы что-то случилось, она должна была сделать это сама и бороться за это. И она это сделает. Последние десять лет она мечтала о мести, и теперь ее ничто не остановит.       Она ненавидела людей. Они были лишь средством достижения цели; она не должна была любить их или даже соглашаться с тем, что они делают, она просто должна была выполнять приказы и ждать своего шанса. Если она проявит себя, они дадут ей возможность убить Старка, и это было все, что имело значение.       Спустя несколько месяцев она наконец получила свой шанс. Один из врачей сказал, что у них есть способ наделять людей необычными способностями. Он сказал, что это опасно, но сделает их непобедимыми.       — Мы хотим это сделать, — сказала Ванда, первой согласившийся из всех.       Доктор Лист улыбнулся.       — Очень хорошо, мисс Максимофф. Вы показали себя весьма решительной. Мы можем сделать вас сильной. Идеальное оружие.       Да, подумала она, я стану орудием уничтожения Старка, как я всегда мечтала.       Пьетро, конечно, был менее уверен. Он считал, что это слишком рискованно.       — Ты понятия не имеешь, что они собираются делать. Что, если это не сработает? Что, если они лгут?       — Они не лгут. Я видела артефакт. Он настоящий и мощный. Я чувствовала его. Он зовет меня. Он даст мне силу, которая мне нужна, и я уничтожу Старка. — Она улыбнулась. Она могла сделать так много, что ей было трудно определиться. Она потратила немало времени, но в конце концов уговорила Пьетро пойти с ней. Она сказала ему, что сделает это с ним или без него, и он согласился. У них будет сила, о которой они и не мечтали, и никто никогда больше не причинит им вреда. Они станут богами.       В день начала процедур Ванда была взволнована. Казалось, именно этого она ждала все эти годы, с тех пор как на ее дом упала бомба и оборвала ее детство, ее жизнь. Добровольцев было десять человек, все молодые, как она и Пьетро. Но все они были слабыми и глупыми. Они думали только о деньгах. Они словно не видели ничего дальше себя и своих мелких желаний. Они были недостойны.       Она посмотрела на скипетр, покоящийся внутри какого-то механизма, и снова почувствовала, как его сила находит отклик в ней. Она почти слышала, как он говорит с ней, рассказывая, какие великие дела они могут совершить вместе. Она видела, что остальные нервничают, но только не Ванда. Это была ее судьба, она просто знала это. Один за другим добровольцы были пристегнуты, и доктор Лист дал сигнал своим помощникам начинать. Некоторое время ничего не происходило, и Ванда почувствовала разочарование. Затем, наконец, скипетр начал светиться ярче. Ученые вышли из комнаты, и машина со скипетром открылась, позволяя свету омывать добровольцев.       Мужчина, сидящий крайним справа, начал кричать и биться в конвульсиях. Ванда увидела, как его лицо исказилось от боли, а затем он затих, обмякнув в кресле. Все остальные в страхе смотрели друг на друга. Рядом с ней Пьетро боролся со своими путами. Он был следующим, кто закричал от боли.       — Нет! — крикнула Ванда, когда несколько человек закричали в панике. Пьетро начал биться в конвульсиях на стуле, его тело напряглось, а рот открылся в беззвучном крике. Ванда не знала, сколько времени прошло, прежде чем свет скипетра померк и в комнате воцарилась тишина. Она чувствовала головокружение и боль в голове, но в остальном все было в порядке. В комнату вошли ученые, чтобы проверить состояние добровольцев.       — Пьетро! Пьетро! — Ответа не последовало. — Что случилось? Он в порядке? Скажите мне!       — Он жив, — сказал один из врачей.       — Этот мертв, — сказал другой, осматривая мужчину, который закричал первым. — И эти тоже.       Три трупа унесли в черных мешках для трупов. Люди, все еще находившиеся в сознании, плакали и умоляли выпустить их, но врачи не обращали на них внимания. Они вышли из комнаты, а скипетр снова начал светиться. Снова раздались крики и конвульсии остальных. Ванде казалось, что ее голова взорвется, когда все закончится. Пьетро почти не двигался. Она видела, как кровь сочится из его носа и ушей. Его вынесли в мешке для трупов вместе с четырьмя другими.       Нет… Нет, этого не может быть. Пьетро не мог быть мертв. Это было несправедливо. Они должны были получить силу и убить Старка.       Остались только Ванда и двое мужчин. Один из них бессвязно стонал и умолял, а другой просто смотрел прямо перед собой, сверкая ярко-голубыми глазами. Когда Ванда посмотрела на себя, она увидела, что ее руки светятся слабым красным светом, словно туман вокруг пальцев. Превозмогая боль, она сконцентрировалась и заставила искры появиться на кончиках пальцев. Это сработало. Она чувствовала, что в ней есть сила, она чувствовала, как она течет по ней, требуя выхода.       Но какое это имело значение теперь, когда ее единственной семьи больше нет? Это была ее вина. Она убила Пьетро. Она убила своего брата, своего близнеца. Он ничего этого не хотел, это была ее идея, ее желание. И теперь он был мертв. Красный туман вокруг нее становился все сильнее и плотнее. Она посмотрела на дверь, через которую вынесли тело Пьетро, и закричала.       (Ванда взорвала себя и унесла с собой большую часть базы ГИДРы).

***

45 (идея Leefdoor, Anon)

      Сэм в замешательстве смотрел, как Стив вышел из комнаты. Он хотел было пойти за ним и выяснить, что происходит, но Роудс взглядом пригвоздил его к месту.       — Смотрите, ребята, — начал Сэм, но Роудс его прервал.       — Нет, это ты смотри. Ты служил в ВВС, Сэм, поэтому ты, как никто другой, должен знать, почему должна быть четкая субординация и надлежащие процедуры. Лагос был чертовой катастрофой, и ее можно было избежать.       — Мы сделали все, что могли, — сказала Ванда. — Если мы сдадимся, в следующий раз никто не спасется.       — Только вот никого спасать не нужно было бы, если бы вас там не было, — ответил Роудс, окинув Ванду, Сэма и Наташу тяжелым взглядом. Он повернулся к Сэму. — Вы связались с местными властями и сообщили им о возможной угрозе? Пытались ли вы очистить территорию, прежде чем вступать в бой? Я могу понять, что Ванда могла не иметь такой подготовки, но у тебя она есть. Так ли все было в ВВС, когда ты там служил, Сэм? Ты просто приходил и делал все, что хотел, а потом говорил «слишком плохо» и шел дальше? Ты никогда не пересматривал задание, потому что оно прошло неудачно? Именно об этом и идет речь в этих Соглашениях.       Ну, когда он так выразился, это выглядело вполне разумно. Но все же…       — Как можно доверять этому парню, Россу? — Ничто из того, с чем был связан этот человек, не могло быть хорошим.       — Росс не имеет никакого отношения к Соглашению, — сказал Старк, вставая рядом с Роудсом. — Его написали представители 117 стран. США — лишь одна из них. Росс не имеет никакой власти над всем этим, он был здесь только для того, чтобы рассказать нам, о чем идет речь. В чем, кстати, даже не было необходимости, учитывая, что об этом уже несколько недель говорят в новостях. Серьезно, вы когда-нибудь включали телевизор или читали о том, что происходит в мире? Тебе стоит попробовать.       Сэм вздрогнул от такого выговора, но, возможно, Старк был прав. Теперь, когда он задумался об этом, Сэм вспомнил, что некоторое время назад видел что-то подобное в новостях, но не придал этому значения.       — Кто эти люди, которые будут решать, что делать Мстителям и куда идти?       — Группа экспертов Организации Объединенных Наций, — ответил Роудс. — Я знаю, что вы столкнулись с ГИДРой, но ООН — это совсем не то. Для начала, в ООН царит прозрачность — полная противоположность ГИДРе. И ЩИТу, если уж на то пошло. И да, там, несомненно, будут действовать частные интересы, но тот факт, что там участвуют несколько стран, означает, что любому из них будет сложнее протащить свои собственные планы. Это не полное доказательство, но ничто не является таковым.       — То, что только что сказал Стив, — продолжил Старк, — о том, что самые надежные руки — это наши собственные? Это полная чушь. Никто не идеален — я знаю, что не идеален, — даже великий Капитан Америка. — Он сделал паузу. — Просто спросите людей в Лагосе.       Сэм хотел было возразить, но он понял, что Старк и Роудс правы. Миссия в Лагосе была беспорядочной. В Военно-воздушных силах обязательно бы провели проверку, чтобы выяснить, как все пошло не так. На самом деле, вероятно, все пошло не так, потому что, поскольку изначально речь шла о поиске Баки, а не террористов ГИДРы, они не использовали ни одного из своих обычных ресурсов. Так что, да, это была их вина. Вот дерьмо. Если Соглашения действительно были направлены на подотчетность, а не на контроль, то они, вероятно, были хорошей вещью. По крайней мере, он должен узнать о них больше, прежде чем принимать решение о подписании или отказе.       — Хорошо, — ответил он. — Мы можем просмотреть их вместе? Я хочу знать, как это должно работать.       После пары часов обсуждения Сэм почувствовал себя намного лучше (а также намного более виноватым в своей роли в Лагосе). Когда все разошлись, Сэм отправился на поиски Стива.       — Эй, парень, что происходит? — спросил он.       — Пегги умерла.              — О, чувак. Мне очень жаль.       — Похороны будут в Лондоне. Я улетаю завтра.       — Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой? Моральная поддержка или что-то еще?       Стив грустно улыбнулся.       — Спасибо, Сэм. Буду признателен.       — Хочешь поговорить? О… не знаю, о чем угодно.       И Стив рассказал ему о Пегги, какой он знал ее в 40-е годы.       — Мы должны были пойти на свидание. Танцы, знаешь ли. Она сказала, что покажет мне, как это сделано, но…       Полет прошел без особых происшествий. Стив почти весь полет казался погруженным в раздумья. Сэм не мог представить, как тяжело ему было потерять единственную связь с прошлым. Обслуживание было хорошим, насколько это вообще возможно, и позже Сэм и Стив сидели в баре отеля и выпивали. Именно тогда они увидели новости: Зимний солдат подозревается в организации взрыва в Вене.       — Мы должны что-то предпринять. Это не Баки.       — Ты не знаешь этого, Стив.       — Баки не стал бы этого делать, — настаивал Стив.       — Ну, мы ничего не можем сделать. Это не в нашей власти. — Стив встал и пошел прочь. Сэм вздохнул. Черт, дерьмо продолжает происходить, подумал он.       Через несколько минут Стив вернулся.       — Я поговорил с Шэрон. Она посмотрит, что можно выяснить.       — Стив, это плохая идея. Ты слишком близок к этому. Пусть с этим разбираются другие люди. — Именно для этого и нужны были Соглашения, понял Сэм. Когда дело касалось Баки, Стив не был беспристрастен, он бросился в бой, не задумываясь о последствиях. Возможно, в Лагосе Сэм и согласился бы на это, но в этот раз он не мог этого сделать. Это была катастрофа.       — Кто-то из комитета? Да ладно, Сэм, ты же не думаешь, что кто-то из бумагомарателей знает о таких ситуациях больше, чем мы. Все эти Соглашения только и делают, что морочат нам голову, так что ничего не будет сделано.       Сэм покачал головой.       — Так не бывает, Стив. Я читал Соглашения, они не так уж плохи. Возможно, нужно еще внести коррективы, но в основном все довольно надежно. Это не сильно отличается от того, что есть у ВВС.       — Что? Я думал, ты согласен, что это плохо? А как же Росс? А как же то, что мы оказались застигнуты врасплох этим?       — Это было в новостях, Стив. Но мы как-то пропустили это. — Потому что мы не обращали внимания, очевидно. — И да, я сказал, что это плохо, но потом Роудс и Старк мне все объяснили. — Они не должны были этого делать, но Сэм был благодарен, что он их выслушал. Возможно, он должен был взять перерыв и привести мысли в порядок. Очевидно, он начал упускать из виду что-то очень важное. — И Росс здесь ни при чем. — Об этом он тоже должен был знать.       — Так ты говоришь, что подпишешь?       — Да, я подпишу. — Он сделал паузу. — Как и все остальные.       — Ванда? Нат?       — Да. Все. Дела у Ванды обстоят не лучшим образом, Стив. Старк сказал нам, что она может потерять визу после того, что произошло в Лагосе.       — Так он шантажировал ее, чтобы она подписала?       — Что? Нет! Он просто объяснил, что происходит и как мы можем все уладить. Стив, операция в Лагосе закончилась провалом, и люди расстроены. — Это было преуменьшением. После обсуждения Соглашений Сэм просмотрел и прочитал реакции, и все было не очень красиво. Хотя он и хотел защитить их действия, нельзя было отрицать, что они облажались. Очень сильно.       — Это просто перекладывание вины, Сэм. Мы сделали все, что могли. Если мы сдадимся, в следующий раз никто не спасется.       Именно так сказала Ванда. Должно быть, она услышала это от Стива. Сэм снова покачал головой.       — Нет, Стив. Мы облажались. Мы поступили неправильно, и мы должны признать это. Сказать «очень жаль» недостаточно. Мы должны понять, где мы ошиблись, чтобы это не повторилось.       — Не повторится. Мы станем лучше.       — Как? Как мы сможем научиться, если не будем изучать ситуацию? Если не проанализируем, не обсудим, не внесем изменения? Мы слишком предвзяты, мы не можем быть объективными в этом вопросе. Вот почему у нас должна быть система, чтобы справляться с такими вещами.       Стив покачал головой.       — Я не доверяю этим людям.       — Ты даже не знаешь, кто эти люди. — Сэму становилось не по себе от этого разговора и от того, что Стив отказывался слушать. И это было не новое поведение, понял Сэм. Стив всегда был склонен к поспешным выводам, к тому, чтобы что-то решить, а затем действовать, не обдумав все до конца. Например, то, как они решали проблему ГИДРы, было… по меньшей мере, безрассудно. Взять Ванду в команду, хотя она не имеет почти никакой подготовки… Черт, вся эта секретность с поисками Баки начинала казаться очень подозрительной. Почему Стив постоянно отказывался рассказать об этом остальным? При наличии всех ресурсов они могли бы уже найти парня — возможно, до того, как он сорвался и взорвал здание, полное людей. Они могли бы лучше подготовиться в Лагосе, и те люди могли бы не погибнуть. Эта… паранойя… была опасна.       — У них есть планы, Сэм. И мы не можем знать, какие они.       А какие планы у тебя, Стив? хотел спросить Сэм. На что ты готов пойти ради своего друга? И сколько раз Сэм собирался проигнорировать предупреждающие сигналы, прежде чем что-то предпринять? Старк был прав, Капитан Америка не был идеальным, да он и не мог им быть. Может быть, Сэму пора снять шоры и начать думать, а не просто следовать за ним.       — Нет, Стив. Я не собираюсь в это вмешиваться. И ты тоже не должен. Я подпишу Соглашение, потому что так будет правильно. Мстители должны быть под надзором. Ты должен быть под надзором. — Ему было больно это говорить, но отрицать это было уже невозможно.       Стив уставился на него.       — Я думал, ты доверяешь мне, Сэм.       Я тоже так думал.       — Я не могу, Стив. Не когда ты так себя ведешь, когда отказываешься слушать. Прости, парень, но я не могу.       — Ладно. Я сделаю это сам, — и Стив ушел.       Сэм глубоко вздохнул и позвонил Старку. Стива нужно было остановить. Старк попросил Наташу задержать Стива, пока Зимнего солдата будут забирать. Парень по имени Земо пытался проникнуть в помещение, где содержался Барнс, но был пойман охраной с поддельным удостоверением личности. Он признался в том, что установил бомбу. У него была с собой кассета, на которой Зимний убивает Говарда и Марию Старк. Сэм почувствовал себя плохо, когда он увидел ее. Вот почему Стив не хотел впутывать Старка в это дело — он должен был знать. Нат подтвердила, что они подозревали роль Барнса в этом деле, но Стив попросил ее никому не говорить.       Кто эти люди? - подумал Сэм.       Старк, понятное дело, разозлился и все рассказал Группе Соглашения. Стиву отказали в приеме в Мстители (хотя он еще даже не подписал контракт) и начали расследование. Роудс стал командиром Мстителей. После этого группа стала работать гораздо лучше.