Часть 1

За окном шёл конец ноября, и погода, словно специально, отражала настроение студентов. Серое небо, мокрый снег, превращающийся в лужи, и ледяной ветер, пробирающий до костей. В аудитории было тепло, но духота и бесконечные лекции начали действовать на нервы. Какаши Хатаке, преподаватель курса эстетики и культурологии, неспешно рассказывал о взаимосвязи искусства и философии постмодернизма. Его голос, бархатистый и глубокий, обычно удерживал внимание студентов, но сегодня атмосфера была иной. Многие смотрели на него рассеянно, уставшие от приближающихся сессии и защиты диплома. Он сделал паузу, взглянув на аудиторию поверх закрытой книги. Его внимание привлекла светлая макушка, которая явно не слушала лекцию. Ино Яманака, одна из самых ярких студенток курса, лежала, склонившись на парту. Её длинные светлые волосы скрывали лицо, но она, без сомнения, спала. Какаши наклонил голову и слегка прищурился. Вторая парта слева. Рядом с Ино сидела Сакура Харуно, которая заметила взгляд преподавателя и быстро ткнула подругу локтем. Ино не отреагировала. Тогда Сакура наклонилась ближе и прошептала: — Ино! Просыпайся! Никакого эффекта. Какаши отложил книгу на стол, плавно сошёл с кафедры и направился к виновнице. Его шаги, казалось, звучали как удары часов, отсчитывающие последние мгновения перед неизбежным. Остальные студенты затихли. Когда он подошёл достаточно близко, Ино, наконец, вздрогнула от внезапного толчка Сакуры. Она подняла голову, посмотрев на Какаши слегка затуманенным взглядом. Видно было, что она всё ещё не до конца поняла, где находится. — Яманака-сан, — произнёс он с видом человека, который отчитывает не в первый раз. — Вы считаете, что моя пара — это подходящее время для сна? Ино моргнула, осознавая ситуацию, и начала что-то бормотать в своё оправдание, но Какаши поднял руку, останавливая её. — Если вы настолько устали, может, вам стоит заняться своим режимом сна вместо того, чтобы являться сюда и мешать другим? Или, может, вы можете научить нас всех, как оставаться продуктивным, лёжа на парте? — в его голосе сквозила едва заметная ирония. В аудитории раздались смешки, и Ино слегка покраснела. Она выпрямилась на стуле, стараясь выглядеть бодрой, хотя синий круг под глазами говорил о явной нехватке сна. — Простите, больше не повторится, — пробормотала она, опустив взгляд. Какаши выждал несколько секунд, глядя на неё с прищуром, а затем вернулся к кафедре. — Буду на это надеяться, — бросил он, открывая книгу. — На чём я остановился? Ах да, — он улыбнулся краешком губ, продолжая: — постмодернизм. Искусство, которое не терпит компромиссов, даже с вашим сном. Перейдём теперь к практической части… — Какаши-сенсей, но по расписанию сегодня лекция, — перебила его Ино, явно надеясь вернуть ситуацию под контроль. Какаши посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. — Яманака-сан, если бы кто-то не спал почти на каждой паре, то слышал бы, как я говорил о том, что буду сочетать лекции и семинары. Теория плоха без практики, как и практика без теории. Поэтому будем сочетать. — Он сделал жест, показывая, чтобы она приступила к работе. — Задание написано на доске. Если не успеете закончить до конца пары, принесёте на следующую. Ино, недовольно вздохнув, повернулась к Сакуре, чтобы делать задание вместе. Остальные студенты также начали перешёптываться и рыться в записях, готовясь к работе. На доске аккуратным почерком было написано: «Создайте концепцию небольшой арт-инсталляции на тему «Гармония и хаос». Укажите ключевые элементы, материалы и коротко опишите идею. Будьте готовы презентовать работу». Сакура наклонилась к Ино, чтобы обсудить задание, но тут же заметила усталый вид подруги. Светлые волосы были кое-как убраны в хвост, глаза обрамляли тёмные круги, а одежда состояла из мешковатого свитера и старых джинсов, совсем не в её стиле. — Ты сегодня сама на себя не похожа, — тихо заметила Сакура. — Всё в порядке? Ино бросила на неё короткий взгляд и ответила, отворачиваясь к тетради: — Да, просто заработалась вчера над своей композицией. Не могла остановиться, пока не доделала. — И ты теперь не можешь нормально работать здесь, — фыркнула Сакура, вытаскивая из сумки ручку. — Ладно, давай думать вместе. «Гармония и хаос», что у тебя на уме? Ино пожала плечами, глядя на свои записи. Несмотря на усталость, её глаза немного оживились, когда она начала обсуждать возможные идеи. Друзья углубились в работу, рисуя схемы и споря о материалах для инсталляции. Через двадцать минут Ино и Сакура закончили свою концепцию. Они решили создать абстрактную инсталляцию из переплетённых разноцветных нитей, натянутых между двумя деревянными рамами. Белые и чёрные нити символизировали хаос и гармонию, переплетающиеся друг с другом, создавая узор, который можно было интерпретировать по-разному. Материалы были простыми, но концепция, на взгляд девушек, выглядела достаточно глубоко. Ино тихо возмущалась: — Какаши-сенсей причитает о моём сне, а сам вон сидит в уголке и читает свою эротическую чепуху. Хоть бы ходил и помогал, или что? Сакура фыркнула, еле сдерживая смех. — Ино, если он услышит, тебе точно придётся объясняться. Ино закатила глаза, но уже улыбалась, поправляя схему, которую они готовили для презентации. Когда очередь дошла до них, Ино поднялась и уверенно начала презентацию. Она кратко изложила идею, объясняя, что гармония и хаос не существуют отдельно друг от друга, а их взаимодействие создаёт что-то новое. Сакура держала рамку с натянутыми нитями, показывая зрителям визуальную часть. Какаши внимательно слушал, иногда приподнимая бровь, а затем задал несколько уточняющих вопросов: — Почему именно нити? Вы не считаете, что эта метафора слишком буквально отражает тему? И почему выбраны именно такие цвета? Ино выдержала его критический тон и спокойно ответила: — Нити отражают не только хаос и гармонию, но и человеческие взаимоотношения, которые мы часто связываем с этими понятиями. Цвета выбраны так, чтобы подчеркнуть контраст, но в то же время создать ощущение связи. Взаимодействие белого и чёрного создаёт серые оттенки — промежуточное состояние, которое и есть жизнь. Какаши выдержал паузу, кивнул и с лёгкой усмешкой сказал: — Интересно. Хоть и спорно, но это уже хорошо. — Он посмотрел на аудиторию. — Кто ещё готов защищать свои проекты? Ино вернулась на своё место, выдохнув с облегчением. Сакура шепнула: — Ты молодец. Даже Какаши-сэнсэй остался впечатлён. — Думаешь? — Ино улыбнулась, скрывая усталость. — Ну, надеюсь, он не заметил, как у меня руки тряслись. — Какие у тебя планы на сегодня? — Сакура откинулась на спинку стула, следя за тем, как Какаши переключается к следующему проекту. — Сегодня собрание кружка, — лениво потёрла глаза Ино и вздохнула. — Нужно обсудить, что и как выставлять на выставку. Она ведь уже послезавтра. Сакура нахмурилась, потёрла подбородок пальцем. — О, точно. Эта выставка касается и меня. Мне бы тоже не помешало что-то сделать. Хотя, если честно, я думала, может, мы вечером погуляем. Мы так давно не выбирались куда-нибудь. Ино подняла уставший взгляд, полный грусти, обречённо вздохнула и слабо улыбнулась. — Сакура, я бы с удовольствием… Но у меня вообще нет времени. Завтра монтаж, сегодня обсуждения. Даже поспать как следует не получится. Я просто выживаю. Сакура покачала головой, сокрушённо глядя на подругу. — Ты не железная, Ино. Хоть раз возьми паузу, ладно? Мне начинает казаться, что ты на этой неделе совсем себя измотала. Выставка выставкой, но… ты важнее. Ино замолчала, словно обдумывая её слова, потом отвела взгляд и пожала плечами: — После выставки я всё наверстаю. Честно. Сакура тяжело вздохнула, прикрыв глаза: — Ладно. Но если что, ты знаешь, где меня найти. Вскоре после окончания пары Ино направилась в кабинет кружка. В воздухе витал лёгкий аромат цветов, а на столах уже лежали подготовленные материалы: вазы, ленты, сухоцветы. Члены кружка оживлённо обсуждали предстоящую выставку, но стоило Ино появиться, как внимание переключилось на неё. — Ну что, приступим? — улыбнулась одна из участниц. — Мы тут уже накидываем идеи, как всё разместить. — Да, я вас слушаю, — кивнула Ино, присаживаясь за один из столов. Разговоры пошли оживлённее. Обсуждали, как лучше расположить композиции: вдоль стен, чтобы создать ощущение галереи, или в центре зала, чтобы привлечь внимание. Выясняли, кто из участников что приносит, и во сколько всё будет готово. — Нам нужно принести свои композиции завтра, — уточнила Ино, когда обсуждение стало сбиваться на детали. — Но выставка ведь послезавтра? — Да, — подтвердила одна из девушек. — Мы будем устанавливать их завтра после обеда, когда зал освободится. Универ ведь не открывается так рано. Ино кивнула, но внутри ощутила неприятный холодок. Её композиция ещё не была готова, а времени оставалось всё меньше. «Сегодня я точно не лягу спать, — подумала она, напряжённо прокручивая в голове идеи. — Надо успеть всё доделать. Принесу утром и постараюсь обойтись без косяков». Её мысли прервала оживлённая дискуссия о том, какие ленты лучше использовать для оформления стен. Ино подключилась к разговору, стараясь не выдать своего волнения, хотя внутри уже начала составлять план работы на вечер.

***

Девушка вернулась в своё маленькое логово — комнату, где она чувствовала себя в безопасности и где никто не мог её потревожить. Внутри царил творческий хаос: на столе стояли банки с красками, коробки с инструментами и случайно забытые чашки от чая. До её прямого эфира оставалось совсем немного, а дел ещё хватало. Она переоделась лишь в белое кружевное белье и короткий сарафан на широких лямках, которые не сильно-то и прикрывали деликатные места на груди. «Надо бы поесть», — мелькнуло у неё в голове, но это желание шло рука об руку с необходимостью подготовить пространство для съёмки. Собрав на кухне пару бутербродов, она вернулась к рабочему столу. Укусив один из них, Ино свободной рукой начала расставлять всё, что могло понадобиться для эфира. Камера уже стояла на штативе, свет был почти настроен, а в голове неожиданно родилась идея. «Тема сегодняшнего эфира — моя скульптура», — подумала она, бросая взгляд на заготовки, лежавшие на краю стола. — «Должно понравиться». На столе уже стояла эпоксидная смола, которую она собиралась использовать в работе. Поэтому перед началом Ино надела лёгкую маску, не только добавляя таинственности своему образу, но и защищая себя от паров. Закончив последний укус бутерброда, она ещё раз проверила, что всё на своих местах. Глубоко вздохнув, Ино включила камеру, уверенно улыбнулась в объектив и начала эфир. Как только эфир начался, постоянные зрители тут же присоединились, заполнив чат:

Какая ты сегодня красивая!

Что будешь делать на этот раз?

Уже ждём твоих шедевров!

— Всем привет, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Сегодня я работаю над композицией для одной важной выставки. Подготовка идёт полным ходом, но, думаю, вам будет интересно посмотреть. На столе перед ней были разложены цветы, веточки и декоративные элементы. Она начала работать, вставляя цветы в основу. Её движения были легкими и точными, словно она делала это интуитивно. — Такие вещи требуют терпения, — добавила она, чуть прищурившись и приподняв один из бутонов. — Но результат того стоит. Зрители тут же оживились.

Это просто магия, как ты всё делаешь!

Какие цвета ты выбрала сегодня?

Уже вижу, что получится шедевр!

Ино чуть наклонилась к композиции, чтобы поправить детали, а камера невольно зафиксировала, как сарафан слегка соскользнул с одного плеча, открывая изящный изгиб её тела. Она не обратила на это внимания, продолжая расставлять элементы. — Цветы — это всегда про гармонию, — говорила она, вытягиваясь, чтобы взять веточку с дальнего края стола. — Но иногда хочется добавить немного хаоса. Это делает работу живой. Она присела ближе к композиции, вставляя новую деталь, и в этот момент камера поймала вид на её пышную грудь, едва прикрытую сарафаном. Чат мгновенно наполнился восторженными комментариями, но Ино сосредоточенно работала дальше. — Терпение — ключ ко всему, — добавила она, слегка улыбнувшись. — Иногда мне самой сложно остановиться, пока всё не станет идеальным. Её движения оставались плавными и завораживающими. То она отворачивалась, демонстрируя округлую спину, то слегка наклонялась, полностью погружаясь в процесс. Подписчики не могли оторвать взгляд, а чат не умолкал от комплиментов и восхищения. Ино читала некоторые из них, отвечая короткими репликами, но большую часть времени молча работала, сосредоточенная на своей композиции. Её руки продолжали творить, а зрители наслаждались этим процессом.

***

Какаши, наконец, вернулся домой после длинного дня. Голова гудела от лекций, обсуждений, и бесконечных правок чужих проектов. Единственное, чего он сейчас хотел, — это немного разрядки. Скинув обувь и накинув на плечи домашний халат, он прошёл на кухню, налил себе в тамблер виски и отправился в кабинет. Компьютер включился с приятным мягким шумом, и через минуту экран озарился знакомыми вкладками. Это было его тайное увлечение, которое он никому бы не признался. Какаши любил скоротать вечер, наблюдая за женщинами, которые, казалось, были созданы, чтобы развлекать. В их движениях и взглядах было нечто такое, что на мгновение отвлекало его от серой рутины. Он пролистывал эфиры, выбирая между соблазнительными танцами, мягким светом уютных комнат и интимными беседами. Но вдруг один из потоков привлёк его внимание. На экране была блондинка в коротком сарафане и кружевном белье. Она стояла за столом, сосредоточенно работая над чем-то большим и явно сложным. Огромный цветочный букет или, скорее, композиция занимал почти весь кадр. Девушка грациозно передвигалась вокруг своей работы, иногда наклоняясь, чтобы поправить детали, иногда отходя назад, чтобы оценить общий вид. — Интересно, — пробормотал Какаши, наклонившись ближе к экрану. Её плавные движения, сосредоточенность и слегка загадочная атмосфера заставили его кликнуть на трансляцию. Через мгновение он уже оказался в чате зрителей, присоединившись к потоку комментариев. На экране блондинка подняла голову, будто мельком глянув в его сторону, затем снова вернулась к цветам, продолжая своё дело. Какаши не мог оторваться. Это был совсем иной вид расслабления, чем он привык искать, но в этом было что-то неуловимо притягательное. На экране блондинка продолжала неспешно работать над своей композицией, вставляя один цветок за другим. Её голос был мягким, чуть обволакивающим, словно она рассказывала сказку. — Белый цветок — это всегда символ чистоты и начала, — говорила она, осторожно закрепляя бутон в основании букета. — Но если рядом добавить что-то яркое, вроде красного или оранжевого, это уже начинает играть совершенно другими смыслами. Здесь появляется страсть, контраст, движение. Она сделала паузу, склонив голову, чтобы лучше рассмотреть свою работу, и добавила ещё несколько мелких деталей. — А вот жёлтые цветы… — продолжила она, вставляя в композицию ещё один элемент, — это про радость и лёгкость. Но если их слишком много, они начинают напоминать о ревности. Тут важно найти правильный баланс. Внезапно её монолог прервался звуком, который Какаши знал слишком хорошо: короткое уведомление о пополнении счёта. — О, спасибо, мой дорогой! — девушка с улыбкой обратилась к чату, посылая воздушный поцелуй в камеру. — Вы знаете, как сделать мой вечер лучше. Она продолжила работать, но через пару минут звук прозвучал снова. — И снова спасибо! — с лёгким смехом произнесла она, подняв руку к губам, чтобы послать ещё один поцелуй. Какаши, уже немного расслабившись в кресле, внимательно следил за каждым её движением. Его взгляд переходил с её рук, ловко расставляющих цветы, к её сосредоточенному лицу, слегка скрытому под маской. Но что-то в её голосе начинало казаться странно знакомым. Она снова заговорила: — Я думаю, что композиция из тёмных цветов, например, глубокого бордового или фиолетового, всегда добавляет загадочности. Но чтобы это не выглядело мрачно, важно разбавить светлыми элементами. Вот как здесь, например… И тут его осенило. Этот голос… Это была она. Какаши поднял брови, и уголок его рта слегка дёрнулся, будто в недоверчивой усмешке. Он откинулся на спинку кресла, разглядывая экран с новым интересом. — Вот тебе и перформативное искусство. Яманака Ино, — пробормотал он себе под нос. — Ну конечно. Теперь понятно, почему ты спишь на моих парах. Он взял тамблер со стола и сделал глоток виски, ощущая, как алкоголь мягко обжигает горло. Это открытие заставило его посмотреть на студентку совсем по-другому. Девушка тем временем продолжала работать, словно ничего не подозревала. Её плавные движения, мелодичный голос и профессиональная уверенность делали её образ на экране поистине завораживающим. Какаши только прищурился, наблюдая дальше. Перед ним возникла дилемма. Стоит ли сделать следующий шаг? Разум подсказывал, что это плохая идея, но что-то внутри толкало его к любопытству, которое он не мог игнорировать. — Чёрт с ним, — пробормотал он и, не раздумывая дальше, нажал кнопку запроса приватного чата. На экране появилось окно с надписью «Загрузка». Через пару секунд Ино снова появилась, только теперь уже без привычного потока комментариев и зрителей. Она наклонилась к камере, чуть поправляя волосы, и заговорила. — Приветик! — улыбнулась она, выпрямившись. — Если ты не против, я доделаю свою работу. Мне всего навсего нужно покрыть всё это эпоксидной смолой. Она развернулась к столу, на котором стояла композиция, и начала готовить материалы, как будто это было самое обычное дело. Какаши сидел молча, не сводя с неё глаз. — Хэ-эй, ты здесь? — Она чуть прищурилась, заглянув в камеру. — У тебя просто вебка не включена, не могу понять. — Я не против, — наконец вымолвил Какаши, отхлебнув ещё один глоток виски. Его голос был ровным, но внутри всё смешалось. Теперь он сидел в этом приватном пространстве с собственной студенткой, которая явно не имела ни малейшего представления, кто он. Ино, тем временем, словно ничего не произошло, продолжила работать над композицией, что-то напевая себе под нос. Какаши наблюдал, не в силах отвести взгляд. — Как твой день? — спросила она, легко, почти невзначай, скользя кисточкой по каждому лепестку. Её голос звучал непринуждённо, но не терял той мягкой интонации, которая удерживала внимание. Какаши сделал вид, что вопрос застал его врасплох. — Ничего особенного, — ответил он после короткой паузы. — Работа, одно и то же каждый день. Иногда кажется, что я застрял в бесконечном цикле. — Прямо как в фильме, где один и тот же день повторяется? — улыбнулась она, не отрываясь от своей композиции. — Почти. Только там всё весело, а у меня максимум — горы бумаг и уставшие лица людей. Ино засмеялась, чуть покачав головой, и переключилась на другую часть своей работы. — А чем ты занимаешься? — поинтересовалась она, мазнув кистью по ещё одному цветку. Какаши на секунду замешкался, но быстро нашёл ответ. — Можно сказать, что я в сфере образования. Но не прямо учитель… скорее, что-то вроде наставника. — Звучит серьёзно, — протянула она, чуть наклоняясь ближе к композиции. — И, наверное, немного скучно? — Иногда, — признал он. — Но бывают моменты, когда я могу пошутить, и тогда всё становится куда интереснее. — Правда? — Ино взглянула в камеру с лёгкой улыбкой. — Например? Какаши почувствовал, что её интерес настоящий, и рассказал пару безобидных историй, избегая каких-либо намёков на университет или лекции. Ино посмеялась, явно наслаждаясь разговором. — Ты забавный, — призналась она. — Таких редко встретишь. Тем временем работа была почти завершена. Ино аккуратно поставила кисть в сторону, сняла маску и отложила её на край стола. — Ну всё, — сказала она, потянувшись. — Теперь осталось только дать этому всему застыть. Она поднялась, переставила камеру и села перед ноутбуком, оказавшись в кадре полностью. Свет падал на её лицо, подчёркивая лёгкую усталость и довольную улыбку. — Теперь, кажется, могу уделить тебе больше внимания, — сказала она, опираясь локтями о стол и глядя прямо в камеру. — О чём поговорим? Если что, перечень, так сказать, услуг есть справа, так что… — Ино кивнула в сторону экрана, чуть улыбнувшись. Её голос звучал игриво, но непринуждённо. — Я подумаю над этим, — спокойно отозвался Какаши, слегка наклоняясь к экрану. — Давай пока что о тебе. — А что тебя интересует? — спросила девушка заинтересовано, приподняв бровь. Какаши сделал вид, что размышляет, потом задал вопрос: — Чем занимаешься? Как твоя жизнь? И как вообще пришла сюда? Ино откинулась на спинку стула, чуть скрестив руки, будто её это слегка позабавило. — Ну, чем занимаюсь, ты уже видишь. Творю красоту, иногда делюсь этим с вами. Жизнь… она как у всех. Бывает непросто, но я не жалуюсь. — Она задумалась на секунду, потом с лёгкой улыбкой добавила: — А сюда? Ну, это долгая история. Скажем так, я всегда любила привлекать внимание. Когда-то начинала с совсем другого, но потом нужны были деньги. И вот я здесь. Какаши кивнул, словно соглашаясь, но при этом внимательно следил за каждым её словом. — Смелое решение. Думаю, это требует определённой уверенности в себе. — Возможно, — ответила она, слегка склонив голову. — Но мне это нравится. В конце концов, зачем жить скучно? Она снова улыбнулась, глядя прямо в камеру, а Какаши почувствовал, как эта беседа затягивает его ещё сильнее. Мужчина устроился поудобнее, слегка прищурившись, словно готовясь задать следующий вопрос. Ему стало интересно, как она говорит о нём, не подозревая, кто сидит по ту сторону экрана. — Чем сегодня занималась? — непринуждённо спросил он. — Выглядишь, как студентка, наверное, учишься в каком-нибудь колледже? — Вообще-то в университете! — с наигранной обидой ответила Ино, делая акцент на слове. — Но да, учусь. Она чуть отвела взгляд, обдумывая, что добавить, а затем продолжила: — Что такого сегодня было? Поучилась, зашла туда, зашла сюда… — И всё? — с лёгким удивлением переспросил Какаши, специально поддразнивая её. — Ну, возможно, только один сноб и почтитель книжной порнухи не дал поспать на паре, — фыркнула Ино, поправляя прядь волос. — Так ещё и вычитал при всех. Какаши поднял бровь, стараясь сохранить спокойствие, хотя уголки губ дёрнулись в лёгкой усмешке. — Но ведь не просто так? — мягко уточнил он. — Ну и что? — отозвалась Ино, наклоняясь чуть ближе к камере. — Это всё равно не повод для публичного позора. Он сделал небольшой глоток виски, скрывая смешок. Слушать её возмущение было неожиданно забавно. Сказать что-то или оставить всё так, он пока не решил, но одно было ясно: Ино была такой же яркой и дерзкой, как на занятиях. — А на что были деньги? — спросил Какаши после небольшой паузы, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально. Ино чуть прищурилась, глядя в камеру с лёгким укором. — Ух ты какой, допрос мне устроил. В основном все любят, когда спрашивают о них. — Она сделала паузу, словно обдумывая, стоит ли отвечать. — Сложные обстоятельства в жизни. — Это какие? — уточнил он, внимательно наблюдая за её реакцией. — Всё ведь решается. Ино чуть вздохнула, прикладывая пальцы к виску. — Решается, только огромными суммами. — Она на секунду отвела взгляд, а потом тихо добавила: — У меня заболела мама, нужны были деньги на лечение. Какаши замолчал, его взгляд смягчился. — Сочувствую, — сказал он искренне. — Надеюсь, с ней всё в порядке сейчас. Ино грустно опустила глаза в пол. — Не совсем… — Я надеюсь, что скоро с ней всё будет хорошо, — произнёс он, стараясь поддержать. Она быстро подняла голову, но её улыбка выглядела чуть натянутой, словно это была маска, надетая на скорую руку. — Спасибо, — сказала она тихо, а потом переключила внимание на что-то перед собой. Какаши понял, что не стоит дальше углубляться в эту тему. — Ну так что, может, ты чего-то хочешь? — спросила она, чуть оживляя тон, как будто хотела сменить настроение. — Сегодня, сказать честно, я настолько кое-чему удивился, настолько на всё насмотрелся, что не сказал бы, что хочу какое-то шоу, — признался он. — Но, знаешь, было приятно с тобой пообщаться. Узнать человека с такой стороны. Ино рассмеялась, её голос снова стал лёгким и мелодичным. — Чудный ты, конечно. Первый раз такое вижу. Но что же, твои деньги, твоё право. — Что ж, тогда до скорых встреч, — ответил Какаши, улыбаясь уголками губ. — Дам тебе сегодня заснуть раньше, дабы сноб и почтитель книжной порнухи тебя не доставал больше. Она снова засмеялась, махнув рукой в сторону камеры. — О-у, спасибо. И тебе пока. Экран погас, а Какаши откинулся на спинку кресла, задумчиво глядя в опустевшую комнату. Этот вечер оказался гораздо более насыщенным, чем он ожидал.

***

На её счёт пришли две тысячи токенов. Ино моргнула, слегка растерянная. Немалая сумма, особенно для такого спокойного эфира. Она открыла выписку, чтобы узнать источник. От того самого таинственного зрителя. — Странный, конечно, — пробормотала она себе под нос, убирая волосы за ухо. — Даже ничего не просил, а такая сумма… Деньги приятно удивили её. Удобно, когда не приходится делать ничего сверх обычного, а доход всё равно растёт. Она улыбнулась, зная, что заработанные таким образом средства не вызывают у неё ни чувства вины, ни угрызений совести. — Лёгкий заработок, — сказала она себе с довольной улыбкой, выключая ноутбук. Ино сняла с себя сарафан и бельё, оставшись совершенно обнажённой. По пути в ванную она остановилась перед своей композицией. Наклонившись ближе, внимательно проверила поверхность: всё ли покрыто эпоксидной смолой, нет ли проплешин. — Вроде нормально, — прошептала она, провела пальцем по краю, чтобы убедиться, что слой ровный. Убедившись, что всё в порядке, она направилась в ванну, решив наконец расслабиться после долгого дня. Шум воды заполнил её пространство, смывая остатки усталости и возвращая ей привычное чувство лёгкости.

***

Сегодняшнее утро у Ино явно не задалось, несмотря на то, что она наконец-то выспалась. Кофе в комнате закончился, и она забыла купить новый. В холодильнике тоже пусто — пара засохших овощей и почти ничего съедобного. Доставка в такой ранний час не работала, и это только усиливало раздражение. Голодная, злая и едва собранная, она тащила свою массивную конструкцию из общежития. Деревянный каркас с закреплёнными цветами, покрытыми эпоксидной смолой, казался намного тяжелее, чем вчера вечером. По пути она не переставала мысленно проклинать всех, кто был рядом. — Пропусти меня, дубина, — буркнула она себе под нос, уворачиваясь от очередного студента, который чуть не задел её работу. — Да что за день, — прошипела Ино, увернувшись от группы девушек, смеющихся у входа в общежитие. Казалось, весь мир решил проверить её терпение. На улице лил проливной дождь. Хорошо, что композиция была покрыта эпоксидкой — её труды защищены, а вот сама Ино явно нет. Капли безжалостно хлестали по джинсам и кроссовкам, в которых она промчалась через лужу. — Отлично, просто прекрасно, — пробормотала она, накидывая капюшон. Дождь усилился, но Ино не могла позволить себе остановиться. Сгибаясь под весом конструкции, она почти побежала к университету, чувствуя, как волосы намокают под капюшоном. Ещё немного, и она окажется внутри, в тепле и, возможно, хотя бы с какими-то признаками удачного дня. Но пока это утро продолжало испытывать её на прочность. Ино, мокрая и раздражённая, наконец добралась до корпуса. Как только она вошла в здание, её чуть не сбила с ног знакомая фигура. — Осторожнее! — резко сказала Ино, но тут же осознала, кто перед ней. — Сакура, ты серьёзно? Сакура тут же подхватила конструкцию, которую едва не выронила Ино. — Прости-прости! Я тебя даже не заметила, — Сакура оглядела подругу с головы до ног. — Ты выглядишь ещё хуже, чем вчера. Ино фыркнула, закатив глаза. — Представь, это я ещё выспалась, — с наигранной радостью ответила она. Сакура рассмеялась, но взгляд её оставался обеспокоенным. — Ты вообще ела сегодня? Или снова только работа? — Нет, не ела. И вообще, можешь не продолжать, — махнула рукой Ино, поправляя капюшон и осматривая композицию, чтобы убедиться, что ничего не пострадало. Сакура покачала головой, но ничего не сказала. Вместо этого она подхватила часть конструкции, помогая Ино нести её. — Давай, я хотя бы помогу тебе дойти до кабинета. Ты явно на пределе. — Спасибо, Сакура, ты просто ангел, — язвительно произнесла Ино, но, несмотря на тон, была благодарна. Они шли по коридору, разговаривая о мелочах. Сакура рассказывала о своей утренней пробежке и жаловалась на то, как тяжело заставить себя вставать в такую погоду. — Ну а ты? Как вообще справляешься? — неожиданно спросила Сакура. — Просто справляюсь, — сухо ответила Ино. — Что мне остаётся? Сакура кивнула, но явно не была удовлетворена таким ответом. Однако они уже подошли к двери кабинета кружка флористики. — Всё, дальше я сама, — сказала Ино, убирая конструкцию из рук подруги. — Уверена? — Сакура оглядела её с лёгкой долей сомнения. — Абсолютно. Иди, а то ты уже на нервах, — Ино усмехнулась, открывая дверь. Сакура вздохнула, но развернулась и ушла. А Ино, скрывшись за дверью, наконец почувствовала облегчение: впереди была ещё работа, но хотя бы никто не мешал.

***

Какаши был измотан. День тянулся бесконечно, и единственным его желанием было поскорее выбраться из университета. Он медленно шёл по коридорам, лениво разглядывая картины на стенах. Здесь были и копии великих мастеров, таких как Ван Гог или Моне, и довольно странные работы первокурсников с претензией на оригинальность. Некоторые из них, казалось, вовсе не следовали никаким правилам, создавая ощущение творческого хаоса. Когда он повернул за угол, перед ним неожиданно появился Майто Гай. В своей неизменной яркости и энтузиазме, Гай, как всегда, излучал энергию, будто готов был свернуть горы. — Какаши! — воскликнул он, мгновенно сокращая расстояние между ними. — Что ты тут бродишь? Готов сегодня покачать бицуху? Какаши тяжело вздохнул, слегка откинув голову назад. — Не сегодня, Гай, — лениво ответил он, бросив взгляд на часы. — Едва ноги волоку, не то что гири. Но Гай, как обычно, не собирался сдаваться. Он подхватил Какаши под руку, чуть ли не волоча его за собой. — А вот и зря, дружище! Ничто так не помогает снять усталость, как хорошая тренировка. Разгонишь кровь, очистишь разум, почувствуешь прилив сил! Какаши сдержанно хмыкнул, но продолжал идти, не сопротивляясь. — Очистить разум? — саркастично переспросил он. — Гай, для этого у людей есть кофе. — Кофе! — возмутился Гай, остановившись и драматично вскинув руки. — Какаши, кофе — это лишь кратковременный стимулятор. А вот физическая активность… — Угу, — прервал его Какаши, махнув рукой. — Только давай не сейчас. Они вместе спустились на первый этаж, шаги их эхом раздавались по пустым ступеням. Наконец, они вошли в просторное фойе. Высокие потолки, большие окна и огромное количество света создавали ощущение простора, даже в этот серый день. Гай, как всегда, был в своей стихии, продолжая что-то рассказывать о важности дисциплины, силы и внутреннего равновесия. Какаши слушал его вполуха, время от времени вставляя короткие реплики, чтобы не показаться слишком равнодушным. Но мысли его были далеко отсюда, блуждая где-то между событиями дня и неожиданными открытиями предыдущего вечера. И тут, как по волшебству, среди суетящихся студентов, готовящихся к завтрашней выставке, Какаши заметил знакомую фигуру. Это была Ино — со своей массивной композицией, с которой она носилась весь день. Она стояла у одного из столов, аккуратно расставляя детали и поправляя элементы композиции, сосредоточенная и деловитая. Её пальцы ловко двигались, поправляя цветы и мелкие украшения, словно у неё было чёткое представление о том, каким должен быть финальный результат. Какаши остановился, его взгляд невольно задержался на ней. «Вчера на эфире она выглядела совсем иначе», — пронеслось у него в голове. Вчерашний образ — в лёгком кружевном белье и с той загадочной уверенностью, которую она транслировала через экран, — казался полной противоположностью сегодняшней Ино. Здесь, в университете, она была другой: в чёрной одежде, которая скрывала всё её прекрасное тело. Не то чтобы сейчас она не была привлекательной. Её сосредоточенность, уверенность в своих действиях, лёгкие движения рук и внимательный взгляд подчеркивали её профессионализм. Но всё это резко контрастировало с образом, который он видел вчера. Там была таинственная, почти недосягаемая красота, а здесь — живая, настоящая Ино, художник, творец, который отчаянно хочет довести свою работу до совершенства. Или живая она была вчера, а сегодня она скрывается под маской? Он чуть прищурился, наблюдая за ней. Это сочетание было интересным, даже притягательным, хотя сам Какаши пока не мог точно объяснить, почему.

***

Поздно вечером Какаши сидел перед компьютером, нервно постукивая пальцами по столу. Экран светился, а он ждал, когда же она появится онлайн. Время близилось к полуночи, но её всё не было. Он попытался успокоиться, делая глоток виски, но мысль о том, что она может не выйти сегодня, постепенно начинала раздражать. Наконец, не выдержав, он кинул ей запрос на приватный чат. Экран мигнул уведомлением, подтверждая отправку, но ответа всё не было. Какаши сидел неподвижно, глядя на экран, который, казалось, намеренно его дразнил. Минуты тянулись, и он уже подумал, что она, скорее всего, сегодня не появится. Но вдруг окно загрузки сменилось её образом. Ино появилась на экране: она была в лёгком свитере, который открывал одно плечо. Волосы были собраны в высокий хвост, а на лице сияла лёгкая улыбка. Её глаза горели живым интересом, будто она была рада вновь кого-то видеть. — Привет, — произнесла она мягко, поправляя хвост и слегка склонив голову. — Извини за ожидание, сегодня день был просто сумасшедший. — Что-то случилось? — спросил Какаши, глядя на её уставшее, но всё ещё сияющее лицо. — Та нет, — Ино махнула рукой, поправляя свитер. — Просто обычная суматоха. Композицию сегодня отнесла в университет. Завтра же выставка, делали расстановку, и всё никак не могли сделать это всё красиво. — Вот как, — задумчиво произнёс он. — Я так понимаю, ты учишься на творческой специальности? Или это очередной конкурс? — Простая творческая специальность, — улыбнулась она. — Не думаю, что если бы я училась на чём-то другом, у меня хватило бы желания заниматься ещё дополнительными штуками. — Вот как? — Какаши слегка наклонил голову, наблюдая за её движениями. — Что ещё делаешь? Или только цветочные композиции? — Разное, — ответила она, задумчиво глядя в сторону, словно вспоминая. — Что задают, то и делаю… В основном люблю работать с глиной, кроме цветов. Она снова посмотрела в камеру, её глаза блеснули, будто она вспомнила что-то важное. — Вчера, например, работала с эпоксидной смолой, и, знаешь, не зря. Если бы цветы сегодня попали под дождь, моей композиции уже было бы туговато. Какаши слегка улыбнулся, снова удивляясь, насколько естественно она говорит. — Удачное решение, — заметил он. — Ты часто работаешь с такими материалами? — Иногда, — пожала плечами Ино. — Это требует времени и терпения. Мне нравится, когда работа выглядит завершённой, защищённой. Она чуть наклонилась ближе к камере, словно пыталась понять его реакцию. За чёрным экраном было сложно понять, как он реагирует на её слова. Ино задумалась: если бы он включил вебку, общение стало бы куда проще. Видеть эмоции собеседника — это совершенно другое. Но, конечно, она не могла такого просить. — А как у тебя дела? — спросила она, поправляя свитер, чтобы он не спадал с плеча. — Чем сегодня занимался? — Сегодня просто проводил занятия и сходил в зал, — ответил он, его голос звучал спокойно. — Сейчас общаюсь с тобой и пью. — Правильно, — усмехнулась Ино, слегка покачивая головой. — Во всём нужно находить баланс: сделал добро для своего тела, теперь можно его и потравить. Какаши рассмеялся, его низкий смех прозвучал неожиданно искренне. — А как там твой сноб и прочтитель книжной порнухи? — с лёгкой игривостью спросил он. Ино прищурилась, но улыбка скользнула на её губах. — И дался тебе он. У нас сегодня пар не было. — Значит зря ложилась рано? — Ну… я ведь выспалась? — протянула она, делая вид, что сомневается. — Это уже хорошо, — ответил он с лёгкой усмешкой. Её глаза на мгновение стали задумчивыми, но она быстро вернула себе привычный лёгкий тон: — Значит, всё не зря. Сегодня можно и задержаться, правда? — Она сделала паузу, а потом продолжила. — Чем сегодня хочешь заняться? Или же ты, как вчера, хочешь просто поговорить? — спросила Ино с лёгкой улыбкой, облокотившись на стол и чуть наклонив голову в сторону. Какаши на минуту замолк. Дилемма вновь вернулась, как будто он оказался перед выбором, который мог бы всё изменить. Ино, заметив тишину, слегка нахмурилась, её пальцы автоматически поправили выбившуюся из хвоста прядь волос. — Ты куда-то пропал? — спросила она с лёгкой ноткой волнения, но тут же добавила, вновь улыбнувшись: — Меню, если что, всё ещё справа. Она показала глазами на сторону экрана, где находился список услуг. Какаши отвёл взгляд на меню, его глаза пробежали по перечню: практически стандартные предложения для вебкама. Всё выглядело привычно и вполне ожидаемо. Однако он чувствовал, что просто нажать на кнопку и сделать выбор сейчас казалось чем-то слишком простым, почти механическим. Он вернулся к экрану, где Ино продолжала спокойно ждать, сохраняя лёгкую улыбку, будто всё в её мире было под контролем. Но он замечал в её глазах что-то большее — оттенок волнения или ожидания, которое она пыталась скрыть. Какаши, не отрывая глаз от экрана, заметил в списке услуг пункт, который внезапно вызвал у него интерес: курение. Он хмыкнул, слегка усмехнувшись, и, почти не раздумывая, нажал на кнопку. Послышался характерный звук прихода токенов, и Ино тут же оживилась, будто эта неловкая пауза наконец-то была нарушена. — О, ну привет снова, — сказала она, улыбнувшись. Она исчезла из кадра, а затем вернулась, держа в руке пачку сигарет. Одну из них она ловко выудила из пачки и зажала между белоснежными зубами. Пламя зажигалки осветило её лицо, когда она поднесла огонь к кончику сигареты. — Ты куришь? — спросил Какаши, чуть подвинувшись ближе к экрану. Ино слегка наклонила голову и усмехнулась. — Ну, как видишь, да. В реальной жизни, конечно, нет. Но у всех есть свои… кинки. — Она пожала плечами, делая медленный затяг и выдыхая дым в сторону. — Кому-то это нравится. Хотя, если честно, мне кажется, что это немного скучновато. Какаши молчал, наблюдая за ней. Ему нравилось, как она держит сигарету, как дым тонкими струйками выходит из её полных губ, создавая завораживающий контраст с её мягким, спокойным тоном. — Скучновато? — переспросил он, чуть усмехнувшись. — Ну да, — ответила она, снова затягиваясь и отводя взгляд в сторону, словно её это совершенно не трогало. — Просто дым, просто привычка. Но если это кому-то приносит радость, почему бы и нет? Какаши продолжал смотреть, его разум уже начинал рисовать интересные картины. Что-то в её движениях, в том, как она невозмутимо держала сигарету и легко выдыхала дым, казалось удивительно естественным. Ино выглядела совершенно по-другому, чем в университете или даже вчера на эфире. В этот момент она стала ещё более загадочной. — Знаешь, — внезапно сказал он, наклоняясь ближе к экрану, — иногда то, что кажется простым, может быть самым завораживающим. Ино улыбнулась, чуть сощурив глаза, и снова затянулась, будто размышляя над его словами. Мужчина не выдержал своей фантазии, которая подкидывала различные сценарии в голову — он нажал на кнопку услуги «Раздеться до нижнего белья». Буквально через пару секунд он наблюдал, как она элегантно откладывает сигарету, видно по специальную подставку, и приподнимается. Она сняла сначала свитер, оставшись в чёрном кружевном бюсталтере, который слабо скрывал пышную грудь, а затем и юбку, повернувшись к камере задницей, как бы невзначай нагибагаясь. Она прихватила недокуренную сигарету и пепельницу, и направилась к кровати, что стояла недалеко, продолжая курить. У Какаши почти текли слюни. Если бы он увидел такое во сне, он бы их и пускал в подушку. У мужчины моментально привстал член под домашними штанами, и он недовольно его поправил. — Надеюсь, тебе нравится… — сказала Ино. — Ты просто молчишь, и я не понимаю, что делать. — Извини, пытаюсь прийти в себя, — кашлянул мужчина, не отрывая глаза от экрана. — Так ужасно? — девушка скрутила губы в трубочку. — Так прекрасно, — поправил её Какаши. Он тяжело дышал, но мастурбировать не решался почему-то. — Это уже хорошо, — Ино улыбнулась и стряхнула пепел, а потом отложила пепельницу на ближайшую тумбочку. — У тебя идеальные пропорции, — сказал он, — думаю, парни в твоей группе, да и в университете, хотели бы тебя нарисовать. — Возможно, только отыметь. Нарисовать вряд ли, — наиграно загрустила девушка. — Я бы точно хотел бы нарисовать. — Даже так? И как бы ты меня хотел нарисовать? — она оперлась на руки, которые поставила немного позади себя. — Вот так? Или так? Она стала на четвереньки, опустив голову на кровать. Мужчина, что находился по ту сторону экрана, не сдержался и всё же достал член и начал водить по нему рукой, тяжело дыша в микрофон. — Быть честным, я бы тебя нарисовать и так, и так. В различных позициях, — он прикрыл глаза. — Тогда буду ожидать от тебя себя нарисованую, — девушка улыбнулась.