Игры

– Считай до двадцати! – Подожди, Мэри! Ты не успеешь спрятаться. – А ты медленно считай. – Давай лучше до пятидесяти? – девочка скептически поджала губы, а Маркус привел аргумент: – Тебе же нужно еще место найти подходящее. – Ну, хорошо. Все, закрывай глаза. И отвернись! – она подошла и развернула его к стене. Маркус чуть не ударился лбом о раму большой картины. – Эй, осторожнее! А то этот господин будет очень недоволен, – шепнул он ей и кивнул на портрет. Мэри только хихикнула. – Ну, я начинаю считать, иди. И прячься где-то на этом этаже, не ходи одна по лестницам! – Ты прямо как папочка! Ладно, я не буду. Все, отвернись! – Один, – начал Маркус, закрыв глаза и прислонившись головой к прохладному камню стены. – Два… Он мог отчетливо слышать громкий топот и сделать вывод, что сестренка убежала. И как трехлетний ребенок может бегать с таким грохотом? Теперь считать вслух не имело особого смысла. Он открыл глаза и стал рассматривать старинный портрет. Сэр Джонатан буравил его темными, как колодцы, очами. Маркус помнил, что изображенный был двоюродным братом самого первого лорда Венцеля, но на этом его познания заканчивались. Ах, да – еще мужчина погиб от ранения в дуэли. Интересно, защищал честь он тоже в этих потешных на вид камзоле и надутых полосатых бриджах? Мальчик хмыкнул, наклонив голову, и улыбнулся портрету. Чтобы не говорить “смешной”, он охарактеризовал его как “занятный”. Однако, стоит отметить, что написано бесспорно хорошо, тут и сказать нечего. Заслуга мастера. Руководствуясь собственным ощущением, он определил, что к этому моменту уже должен был досчитать до пятидесяти, и пошел искать сестру. Обычно Мэри пряталась плохо, – за шторами или диванами – но Маркус все равно ей подыгрывал, чтобы не расстраивать. Начал он с западного крыла и переходил из одной комнаты в другую. Осматривая очередную, он заглянул в излюбленные сестренкой места и отправился дальше. Проходя мимо кабинета отца, остановился и смерил дверь подозрительным взглядом. Не могла же Мэри спрятаться там? Или могла? Беспокоить родителя не хотелось. Но ведь он всего лишь спросит, начало убеждать его сознание. Предчувствие, казалось, было только “за”. Мальчик помотал головой, ощущая себя чудаком, которой говорит с самим собой, и постучал два раза. – Войдите. – Что ж, приглашение прозвучало нейтрально. Наверное, и настроение у обладателя такое же. – Маркус? – удивился Ричард. – Ты что-то хотел? – он окинул его взглядом и кивнул на дверь, чтобы сын прикрыл ее. В камине приятно потрескивал огонь. – Я ищу Мэри, мы играем в прятки. Она не здесь? – Нет, я не видел ее, – Ричард собрался продолжить писать, но тут раздался смешок. Он улыбнулся и покачал головой. Старший ребенок обошел его стол и увидел сидящую за стулом родителя сестру. Она уже не сдерживалась и принялась смеяться еще громче. – Ты сама себя выдала, – мальчик помог ей встать. Мэри не ответила. Вместо этого она расправила платьице, раскинула руки в стороны и побежала вокруг рабочего места отца. – Мэри, прекрати, – строго, но без злости попросил Ричард. – Папа работает, ему требуется тишина. – Хорошо, папочка, – малышка остановилась прямо возле него, сложила ручки на стол и приподнялась на носочках. – А над чем ты работаешь? Отец взял ее за подмышки и мягко усадил на колено, одновременно подзывая Маркуса. – Здесь у меня землевладельческая документация, – указал он на бумаги перед собой. – Счета за аренду, отчеты о работах и учет повинностей. В той папке лежит все связанное с юридическими делами. Вон там политические и дипломатические документы. Здесь финансы: доходы от земли и расходы на содержание поместья. А вот это, – Ричард выдвинул ящик, – моя личная переписка. Мэри слушала, открыв рот. Маркусу же это все было знакомо. Он и сам интересовался работой отца и постепенно изучил почти все, чем тот занимается. – Это довольно много, папочка, – Мэри обернулась к нему лицом и продолжила: – Как ты успеваешь все? – Секрет в неспешности и последовательности. Я не берусь за все сразу, – взъерошил он дочери волосы. – Иногда Маркус помогает мне, кстати . – Правда? Почему ты не рассказывал? – А вот и нет. Я говорил тебе. – Когда? – Даже на прошлой неделе. Помнишь, ты хотела поиграть, но я сказал, что мне нужно к отцу? – А-аа, – протянула Мэри. – Что Маркус делал, папочка? Что-нибудь сложное? – Нет. Только то, с чем он может справиться безошибочно, – граф опустил девочку на пол. – Мне нужно работать, так что я попрошу вас обоих больше не мешать. – Хорошо, мы не будем, – мальчик протянул руку сестре. – Идем, Мэри. Она схватила его за ладонь и потащила вперед. – И, Маркус, – позвал отец, только они подошли к двери. – Когда у вас с мистером Фейном уроки начинаются? – В понедельник. – Долгие же каникулы он тебе устроил, – покачал головой мужчина, возвращаясь к бумагам. – Я заслужил. Пришла очередь Маркуса прятаться. Он оставил сестру в коридоре и сказал ей считать, а сам тихо убежал за поворот. В отличие от него, Мэри громко проговаривала каждое число. Наверное, думала, что раз она за пределами кабинета отца, тому ее не слышно. Ну, если понадобится, родитель сам ей напомнит, что следует быть потише. Мальчик и сам укрывался в банальнейших местах и в этот раз решил не отходить от простой тактики. В зале он задернул одну штору – это будет отвлекающим маневром – а сам лег на пол и забрался под диван. Едва хватало места, но ему не впервой терпеть некоторые неудобства. Он положил голову на руки перед собой и стал ждать. Было скучно. Размышлять об учебе не особенно-то и хотелось, однако вопрос отца как будто запустил этот механизм и теперь его уже не остановить. Задания, которые дал мистер Фейн, он выполнил в первые же дни, чтобы остальные каникулы отдыхать и ни на что не отвлекаться. В основном он проводил время с сестрой или учителем. А порой под присмотром Абеларда и мисс Хейвуд – няней Мэри – дети ходили гулять по территории поместья. Маркус стал вспоминать, что они с мистером Фейном проходили в последний раз, но тут в зал зашла Мэри. Он притаился и даже дышать стал тише. Девочка напевала под нос песенку собственного сочинения. Из под дивана виднелись только ее ножки. Она прошла к задернутой шторе и с громким воскликом “ага!” отодвинула ее, а потом печально вздохнула. – Маркус, Маркус, где же ты? Я тебе несу цветы, – на ходу придумывала малышка. – Ой, – притихла она. Мальчик видел, что Мэри остановилась, носки ее туфелек смотрели в его сторону. Сама обладательница, должно быть, тоже. – Я нашла тебя! – Мэри подбежала, легла на пол и заглянула к нему. – Привет! – Привет. Я сейчас вылезу, и ты вставай, – начал он выбираться. – Но мне нравится лежать на полу, – сестренка перевернулась на спину и принялась перекатываться с боку на бок. Но ровно до тех пор, пока брат не поднял ее. – Эй! – Никаких “эй”, маленькая леди. Хорошие девочки не катаются по полу, к тому же он холодный. Вдруг ты простудишься? – А хорошие мальчики катаются по полу? – Нет, – он видел, как сестра о чем-то задумалась. – Что молчишь? – Хочу играть на полу. А ты не разрешаешь! – Что? Я не… Если хочешь, пойдем куда-нибудь, где затоплен камин? Можем порисовать или в куклы твои? – Нет, я хочу в кубики. – Хорошо, пошли. По дороге они заглянули в детскую, откуда забрали большой мешок с игрушками, и потащили его в гостиную. Леди Луиза, сидевшая за столиком, встретила их заинтересованным взглядом. Мэри сообщила маме, что собирается строить замок и гордо прошагала к ковру перед камином. Пока Маркус вытаскивал кубики, она протянула ручки к огню, согревая замерзшие пальчики. – А почему огонь светится? – Не знаю. Надо у мистера Фейна спросить. – Сходи за ним, а я пока начну. – А не слишком ли ты много приказов отдаешь? – улыбнулся он и потянулся к девочке, чтобы пощекотать ее. Мэри засмеялась. – Нет! – Вот сама иди за ним и спрашивай. – Но я занята. – Я тоже. – Дети, – раздался голос мамы. В нем звучала некоторая требовательность. – Не так громко, хорошо? Я читаю. Они кивнули и принялись строить, переговариваясь вполголоса. Иногда Мэри забывалась и брату приходилось напоминать ей не шуметь. Первая башня готова. А предстояло сделать еще три и потом соединить их стенами. Так как Маркус в раннем детстве и сам любил играть в кубики, после него их осталось целая куча. И с буквами для собирания слов, и с цифрами, и с красивыми резными картинками. Теперь они все пошли на большой замок, который в итоге будет разрушен. Либо Мэри решит, что случится нападение врагов, либо вообразит себя динозавром. После того, как она откуда-то узнала о них, девочка часто возвращалась к фантазиям о гигантских ящерах. – Осторожно, не урони, – придержал он ее за локоть. – Не бойся, я за всем слежу. Маркус кивнул и задумался о чем-то абстрактном. Он смотрел, как старательно Мэри выкладывает башенки и ставит сверху маленькие пирамидки. Девочка настолько увлеклась, что перестала разговаривать. Леди Луиза даже подозрительно посматривала в их сторону, чтобы убедиться, что дети не пакостят. Но сын лишь спокойно наблюдал за действиями сестры и не вмешивался в процесс. – Дай мне этот кубик, Маркус, – протянула руку Мэри. – Милая, ты забыла одно волшебное слово, – донеслось от графини. – Помнишь, как нужно правильно просить? – Да, мамочка, – кивнула малышка. – Маркус, пожалуйста, дай мне этот кубик, который у тебя в руках. Он нужен мне, – исправилась она. – Конечно, держи. Замок был достроен. В глазах мальчика он выглядел просто квадратом, но для Мэри все обратилось волшебным миром из сказок. Как и предполагалось, она стала изображать динозавра, пытаясь грозно рычать и скручивать пальцы. – Вам очень не повезло, потому что Мэризавр идет на ваш город, грр! – топала она вокруг своей же постройки. – Что еще за Мэризавр? – фыркнул Маркус. – Это я! А-аа! Бум! Замок развалился. Кубики оказались разбросанными по всему ковру, а некоторые упали аж возле камина. Мальчику пришлось скорее собрать их. В этот момент в гостиную зашла няня Мэри. Девушка поздоровалась с графиней и прошла к детям. – Леди Мэри, нам с вами нужно идти, – присела она рядом с девочкой. Та обняла ее, в силу возраста не заботясь о манерах и приличиях. – Ох, ну что же вы, – няня взяла ее ручки в свои и поправила воспитаннице платье. – Я хочу играть с Маркусом. – Я понимаю, но вы ведь помните про нашу с вами договоренность? Вы сами просили меня об этом, леди Мэри. – Я – Мэризавр! – Хорошо, пусть так, – кивнула девушка, переглядываясь со старшим ребенком веселым взглядом. Мальчик прикусил губу, чтобы не рассмеяться. – А теперь идемте выполнять вашу затею? Девочка облокотилась на плечо няни и надула щечки, но потом кивнула и гордо вздернула подбородок. – Хорошо. Но… Маркус, мы поиграем позже? Он уже порядком устал от компании сестры, так что решил неопределенно пожать плечами. – Если получится. Мисс Хейвуд вздохнула и повела Мэри из зала, внимательно слушая рассказы малышки. Наконец-то наступила тишина. Даже леди Луиза отметила это, чем повеселила сына. Он подошел к ней и облокотился на столик, интересуясь, что же она читает. Оказалось, какого-то современного автора. По ее личной оценке тот писал недурно, но слишком замудрено. И тем не менее ей нравилось. – Кстати, ты не знаешь, что задумала Мэри? Что за договоренность упомянула мисс Хейвуд? – Она уговорила няню, чтобы та помогла ей нарядиться к ужину. Маркус хмыкнул. Отвлекать маму дальше не имело смысла. Он вышел в коридор и подумал, чего же сейчас хочется. Но как будто не хотелось ничего. Он подошел к окну и выглянул на усыпанную снегом улицу. А не пойти ли прогуляться? У него есть примерно сорок минут, на свежем воздухе они пролетят незаметно. Он сходил до своей комнаты, где достал из гардеробной теплое серое пальто, любимый шарф с жирафом, который ему подарила бабушка, и варежки. Облачившись во все это, Маркус пошел до учителя, в надежде, что мистер Фейн у себя и не придется искать его в библиотеке или учебной, или где-либо еще. – Войдите. Повезло! Абелард сидел за столиком у окна и писал что-то в журнале. – Сэр, я пошел гулять. До ужина вернусь. – За территорию поместья не выходить, в снегу не валяться, – начал перечислять мужчина и загибать пальцы. Он попытался придерживаться серьезного вида, но недоумение в глазах мальчика заставило его усмехнуться, а потом и вовсе мягко рассмеяться. – Вы, что, шутите надо мной?! – Маркус улыбнулся, понимая, что чуть не попался на удочку. Чуть? – Нет, что ты, – Абелард окинул ученика с головы до ног. – Тепло оделся? Свитер под пальто надел? Или, как в прошлый раз, на одну рубашку все накинул? – Есть, вот, – он продемонстрировал шерстяную ткань рукава, как доказательство. Мистер Фейн кивнул. – Хорошо, иди. Маркус спустился к выходу на задний двор. В небольшой прихожей он надел высокие сапоги, потопал пару раз и, убедившись, что все удобно, вышел на улицу. В нос тут же ударила морозная свежесть, а изо рта вырвались белые клубки пара. Он натянул варежки и присел, зачерпывая снег и лепя из него шарик. Но тот совсем не держался и быстро развалился. Тогда мальчик пошел к террасе, побродил по ней, оставляя темные следы, а потом двинулся к дереву в саду, где еще летом для Мэри сделали новые качели. Сейчас он и сам был не прочь прокатиться на них. В особенности потому, что рядом нет сестры, которая все время спрашивает, скоро ли ее очередь. Приятно было взмахивать ногами вперед-назад и ловить лицом холодный воздух. Вокруг царила умиротворяющая тишина. Раздавался только тихий скрип тугих веревок, за которые он крепко держался, и где-то в глубине леса стучал дятел. Вот бы этот момент никогда не заканчивался, подумал Маркус и посмотрел на затянутое графитовыми облаками небо. Уже сильно стемнело, и только желтый свет из окон ласково согревал что-то внутри. На счет три мальчик спрыгнул с качели, когда та была на переднем пике своей амплитуды. Он подошел и остановил ее, а потом направился в беседку. Там на него накатилось какое-то печальное чувство. Хотелось сидеть и грустить без причины. Что он, собственно, и сделал, расположившись на каменной лавочке, предварительно очистив ее от снега. Он запрокинул голову назад и прошелся взглядом по белоснежному краю укрывавшего беседку зимнего одеяла. С неба снова посыпались крупные хлопья, в темноте они казались серыми, как зола. Глаза сами собой закрылись, предоставляя всю власть ушам и слуху. Кажется, снежинки тихо шуршали, приземляясь к миллионам своих братьев и сестер, а совсем близко звучало собственное ровное дыхание. Со стороны деревни послышался приглушенный колокольный звон. Маркус резко сел прямо и проморгался. Потом зябко вздрогнул – замерз без движения. Шесть часов. Нужно возвращаться, скоро ужин. Зашел он через ту же дверь, там же переобулся, провел ступнями по щиколоткам, избавляясь от белых комочков попавшего в сапоги снега, и направился обратно в комнату. По пути встретилось несколько слуг, каждый из которых улыбался при виде юного лорда и здоровался с ним. Маркуса эти улыбки заинтриговали. Может быть, у него что-то на лице? Только когда он оказался у себя и заглянул в зеркало, то понял причину. На лице действительно кое-что было. Не что иное, как ярко-розовый румянец на щеках и малиновый нос. Он не знал, сердиться ему или смеяться. Потому что выглядел он поистине забавно. Раньше-то он не краснел так сильно, с чего сейчас вдруг? Он активно потер щеки. До сигнала к ужину румянец не успел раствориться до конца, хоть Маркус и сидел напротив затопленного камина. – Что с тобой? Ты не заболел? – спросил Ричард, когда увидел сына на лестнице. – Нет, – подошел мальчик. Он неосознанно, но элегантно увернулся от ладони родителя. Граф слегка поджал губы и ступил ближе, положив ребенку одну руку на плечо, а пальцы второй оказались на лбу Маркуса. – Холодный. – Говорю же, я здоров. Просто замерз немного, пока гулял. Мужчина кивнул и пошел в столовую. Маркус последовал за ним и, пока никого вокруг не было, попробовал незаметно измерить, насколько стал выше. Он осторожно подступил ближе и провел ладонью по своей голове. Ричард вдруг развернулся и одарил сына нахмуренным, но не сердитым взглядом. – Что ты делаешь, позволь спросить? – Ну, я, – он не знал, стоит ли говорить. – Не мямли, Маркус. – Я просто, – он нервно усмехнулся. – Рост хотел измерить. Ричард хмыкнул, а потом поставил его ровно перед собой и уже сам провел линию от макушки сына. Рука остановилась чуть ниже подбородка. – До меня тебе еще расти и расти. – А что вы делаете? – раздался звонкий голосок. – Я тоже хочу, папочка! – Мэри буквально рвалась вперед, но мисс Хейвуд удерживала воспитанницу, чтобы та не навернулась с лестницы не дай бог. – Няня, скорее-скорее! – Леди Мэри, осторожнее! Ваш отец никуда не уйдет. – Верно, я стою тут, Мэри, – сказал Ричард. В голосе его появилась нотка строгости. – И тебе ведь говорили, что не стоит бегать по лестницам. Ты можешь упасть. – Но я, – девочка не нашлась и скорее подбежала к нему и обняла за ногу. – Не ругайся, пожалуйста. – Я не ругаюсь. Просто нужно иметь хоть капельку терпения, – он отлепил ее от ноги и поставил перед собой, как и сына минуту назад. – Стой ровно, – велел он крутящей в разные стороны головой дочери и, когда та успокоилась, смерил и ее. – Ты… Чуть ниже, чем мое запястье, – он указал на линию костяшек и легко потрепал ее по голове. К этому моменту к ним подошла Луиза. Абелард тоже вскоре спустился. – А мамочку измерить? – После ужина, Мэри. – А мистера Фейна? И мисс Хейвуд? – указала она пальцем. – Так, – тон отца стал тверже. – Что мы говорили на счет этого? – он перехватил маленькую ручку и ее же пальчиком аккуратно ткнул в нос девочки. – Ой, – удивилась малышка. – Мы говорили… Что показывать пальцем некрасиво? – Ты меня спрашиваешь? – Ричард жестом пригласил всех пройти в столовую, где слуги уже заждались. Он обратил внимание, что дочь как-то призадумалась. – Да, Мэри, именно об этом мы и говорили, идем. – Тогда я буду помнить в следующий раз, – она пробежала вперед своим нелепым детским бегом. – Как вам мое платье? Красивое? Мы специально с мисс Хейвуд готовились. А вот тут у меня бантик, взгляните! – Оно просто превосходное, леди Венцель, посоветуете мне потом вашего портного? – Луиза подошла к ней и взяла ее на руки. – Но вам нужно будет есть очень аккуратно, чтобы не испачкать его, верно? – Я справлюсь, мамочка. Мисс Хейвуд поможет мне, – малышка заметила, что брат поравнялся с ними. Не долго думая, она решила ткнуть его в нос. Просто потому, что так папа сделал ей. Но координация у нее была еще плохо развита, и она попала Маркусу чуть ли не в глаз. – Пум! – Ай! – отшатнулся мальчик. – Ну, Мэри! Не надо так делать. – Ой, извини… А у тебя нос красный! – А у тебя волосы зеленые. – Правда? – девочка аж подпрыгнула на руках Луизы. Матери пришлось ловко поддержать ее. – Нет, смотри! Они коричневые, как обычно. – А ты взгляни на макушку! – Так, хватит болтать. Садитесь за стол, – кивнул Ричард на места и сам занял свое. Когда все расселись, лакеи принялись накладывать горячее пюре с мясом и наливать взрослым вино, а детям – компот.