Правда или ложь

За окном неумело играли на скрипке светлячки. Они яркими огнями медленно плыли по ночному небу, садясь то на цветы, то на мебель на балконе. Слова, сказанные Рэйтаном заставили улыбку медленно сползти с губ. На место неё пришла хитрая ухмылка. Я стала словно хищником, добравшись на шаг к цели. Прижала трубку стационарного телефона ближе к уху и ласково спросила: – Что-то знаю об Амале? Я много, что о ней знаю, Рэйтан. Но сегодня она просто пыталась докричаться до нас. Ничего более. Рэйтан вздохнул. Он прекрасно понимал, что я вру, но всё же принял её. Хотя его слова о лжи были... ложью? Пусть так, мне нравится, что он делает всё не спустя рукава. Мой любимый Рита-Шива. – Тогда дам совет: оберегайте мисс Кхан. И пожелав доброй ночи, он повесил трубку. Я постояла вот так ещё минуту, а после убрала трубку и пошла в комнату Амалы. Та ещё не спала, задумчиво уставившись на кровать. Подойдя ближе и сев на неё, спросила: – Всё думаешь о смерти дипломата? – Ещё неизвестно, что он умер, – чуть нахмурилась Амала, а я лишь покачала головой. – Он зарубежный. Не знает Индию, отказался от проводника. Стоит вспомнить тот шкаф и картина складывается сама собой. Амала, милая, мне казалось, что ты реалист. – Реалист, но не пессимист. Заночуй сегодня со мной, пожалуйста. Я понимала, что Амале было тяжело после видения. Первые тени, ей кажется, что родовое безумие переходит к ней. И чтобы морально поддержать её, я беру Малу за руку и чуть сжимаю. Ласково улыбаюсь ей и говорю, что всё будет хорошо. Показываю всем видом, что буду с ней до конца. Я быстро бегаю до комнаты, переодеваюсь в пижаму. Решила взять запасную одежду, так как не собираюсь по пробуждению в комнату. Посидеть на балконе в одиночестве со стаканом воды – что может быть лучше? Да всё, что угодно. Будь моя воля, я бы гуляла с Рэйтаном. Мы ложимся в кровать. Она настолько мягкая, что сразу же начинает клонить в сон. Шёлковые подушки и простыни приятно ласкают кожу. Я издаю блаженной вздох, а Мала тихо смеётся. Но смех прерывается, как только она замечает мою причёску. – Ты не распускаешь волосы? – Нет, мне удобнее так. Волосы щекочат спину, так раздражает. А здесь они собраны и спать удобнее. – Но за весь день корни волосы могут устать. Тем более ты стягиваешь волосы слишком сильно. Может снимешь? Я тяжело вздохнула. Откинула прядку чёлки назад и посмотрела на Амалу. Та ждала моих действий, а именно, когда я сниму резинку и распущу волосы. Руки поднялись к пучку. Повозившись пару секунд, я снимаю её и чувствую приятное наслаждение. Волосы легли на плечи, я подняла глаза на Амалу и её улыбку. – Тебе идёт. Распускай их почаще. – Ну уж нет. В глаза, в рот лезут. Я наемся своими волосами на три дня подряд. Тем более мы на работе, а там побегать нужно. – Тогда распускай их в нерабочее время. Думаю, господин Рэйтан оценит. Я с удивлением посмотрела на неё. Мала с хитростью и немного с едкостью. Ухмылка играла на её губах песню, в которой меня будут допрашивать. Мала открыла рот и я уже не могу её остановить. Вопросы потоком льются в моё ухо. Я улыбнулась ей, но на душе всё равно скребли кошки: Амала пытается отвлечься от произошедшего. – Да, Амала, тот мужчина в моём сердце – Рэйтан Вайш. Однажды, я увидела его во сне и проснувшись, была очарована. И так было несколько раз, пока окончательно не влюбилась. Я тоже думала, что его не существует, но сегодня увидев его, поняла, что... Он намного прекраснее, чем был во сне! Галатнее, добрее и эта улыбка. Я всё не замолкала, рассказывая свои чувства про Рэйтана. Речь про любовь лилась каждую минуту. Не говорила лишнего и того, кем на самом деле является Рэйтан. Амала лишь с распахнутыми от удивления глазами слушала меня. Она закачала головой, сбрасывая наваждение, а после с улыбкой сложила руки на груди. Мала не прерывала, понимая, что я рассказываю о себе, что бывало очень редко. Нет, не о той личности, что родилась здесь, в этом мире. А о себе настоящей. – Но как ты собираешься признаться ему? – этот вопрос заставил меня замолкнуть и улыбнуться. – Время покажет как. А пока просто постараюсь заинтересовать его во мне. «Постараюсь» – значит для этого у меня есть целый план. Если бы можно было услышать слово "план" в моём арсенале мне из прошлой жизни, то она просто рассмеялась бы. Амала сжала мою руку. Я улыбнулась ей, а после прикрыла рот ладошкой и зевнула. Пожелав ей доброй ночи, я накинула на себя одеяло и закрыла глаза. Мала лишь сильнее улыбнулась мне, а через пару минут посмотрела на меня. Почувствовав, что она тоже легла в кровать, я открыла глаза. Тяжесь на сердце давила кости, угрожая переломать. И не было понятно почему – то ли из-за жалости к Амале и моей эмпатичности, то ли из-за понимая, что мой план с Рэйтаном может не сработать. В голове сразу же появился момент своего первого прочтения: Рэйтан рассыпался в маленькие частички и обнимал Амалу, вот она – любовь. Слёзы медленно покатились по щекам, впитываясь в подушки и простыни. Я беззвучно смотрела в стену и плакала от того, что план может не сработать и Рэй умрёт на моих глазах. Сердце разрывалось от боли и любви. Я прикусила губу и вытерла слёзы. Моё решение такое: если план не сработает, я умру вместе с ним. Убью себя Калидасой, чтобы моя душа стала разбитой и не смогла переродиться. От такого решения тело инстинктивно вздрогнуло. В голове возникла мама. Услышь она такое – зарыдала бы. Брат бы закричал на меня, а младшая сестра с истерикой не отпускала бы меня. Слёзы полились с ещё большей силой. ”Простите, мои родные. Но к вам я уже не вернусь. Я молю, чтобы вы были счастливы и здоровы.” И с этими мыслями я заснула. Солнечные лучи осветили комнату, побуждая проснуться хозяев. Сознание давно проснулось, а вот веки никак не хотели открывать завесу зрения. Я нахмурилась, но всё же поборола лень и открыв глаза, оделась, умылась, заглянула на кухню, взяла стакан воды и вышла на балкон. Приятный утренний воздух ложился на кожу, заставляя бегать мурашки. Я вздохнула полную грудь кислорода. Села на диванчик, и при этом поставила стакан на столик. Солнце ещё выходило из горизонта, ослепляя лицо тёплыми лучами. В воздухе я почуяла аромат жасмина и бергамота. На а после лишь с улыбкой покачала головой. Нет, это не Рэйтан. Ещё слишком рано. Утро и правда чудесное. Нежное, тёплое солнце, приятная прохлада, тишина улиц. Вот бы на дополнение посмотреть первый сезон "Патриотизм Мориарти". И прослушать его опенинг раз двести, а может и больше. Минусы этого мира в том, что всю прелесть аниме ещё нельзя посмотреть на сайтах и телефонах. Нет, сейчас жить тут, думать о несущих проблемах, пытаться выжить. Хотя... Особо от моей прошлой жизни не отличалось. Меня побеспокоила Сана. Она что-то сказала, но заворожённая восходом солнца, я не поняла смысл слов. Но всё же обернулась и посмотрела на служанку затуманенным взглядом. Поморгав, я с улыбкой спросила: – Что такое, Сана? Мне показалось, что ты что-то сказала. – Госпожа, вы рано проснулись. Вас что-то тревожит? – Нет, Сана. Не беспокойся. Думаю о природе, – я покосилась на девушку и медленно начала. – Говори. Вижу же, что-то хочешь сказать. Я похлопала по диванчику и Сана села рядом. Безбоязненно взяла мою ладошку и сжала. Её взгляд был диким, осторожным и заговорщиским. Нахмурившись, хотела было вырвать ладонь, но в итоге положила поверх её свою и принялась слушать. – Вы приехали в неспокойное время, госпожа. Постарайтесь не влезать в большие неприятности. – Я знаю, Сана. Мы приехали сюда из-за смерти дипломата. Но... Я не понимаю причину твоего беспокойства, однако, нет причин для беспокойства. Мала мне, как родная сестра, я не позволю издеваться над ней. Говорю так, будто смогу возразить. Горькая ухмылка возникла на моих губах, и в сердце тут же стало тяжело. Вновь. Это состояние убивает каждый день, а я... А я просто игнорирую. Слишком много проблем, чтобы разбираться в пучине горести и слабости. Сначала дела, потом – отдых. Я встала и улыбнулась Сане. Взяла её тёплые ладошки и с нежностью произнесла слова, которые я хотела бы услышать в свою сторону. – Я сделаю всё, чтобы защитить своих друзей и близких. Рано или поздно мы все умрём, но я хочу, чтобы это сделала старость, а не сабли или пистолеты. Я хочу, чтобы они были целы и здоровы. Тогда и я буду счастлива. А после отпустила её руки, кивнула на прощание и вернулась в свою комнату. Свежий воздух помог мне прийти в себя. А может это был разговор с Саной? Не знаю. Не хочу об этом думать. Мягкая постель встретила холодом и безразличием. Но всё же мягкость и безболезненным ощущением. Сегодня нас "вызовут" на улицу Калькутты, в подворотню, где умер Амир. Жаль этого дядю. Чем бы заняться? Начать снова писать? Думаю, пока не время. Как закончатся эти странности, так и начну. Навык, возможно, не потеряю, но лучше накопить впечатлений, нежели выпытывать у эмоций и чувств вдохновения. Тогда я примерю что-нибудь. Настроение поднимается, если чувствуешь себя модницей. И распотрошив чемодан с одеждой, я встаю у зеркала и меняю наряд один за другим. С удивлением отметила, что нужно прикупить сари. Поэтому остановилась на том, что подарила мне Приянка. Человек она ужасный, но подарок-то красивый. Да и жаль выбрасывать. Поэтому быстро переодевшись (конечно же с заминками), я посмотрела в зеркало. Там стояла вчерашняя красавица. Слова Амалы возникли в голове пугающей идеей. Я взяла расчёску, сняла резинку для волос и причесала волосы, сделав небольшую укладку. Эх, жаль только, что серьги носить не могу. Нет, не ради красоты. В этом мире может произойти всё, что угодно, и с моим появлением в ней сюжет давно поменялся на сто восемьдесят градусов. И поэтому ради моей безопасности лучше носить серьги. И посмотрев на себя на последок, кинула взгляд на часы и удивилась: время пролетело незаметно. Если правильно помню, в это время должна приехать Лима за Амалой. И не терея времени, пулей вылетела из комнаты. Однако, почти сразу же наткнулась на девушку, ударившись лбами. – Ой! – мы обе вскрикнули и потерли лоб. Лима не стала терять времени и сразу же спросила: – Где Амала? – Возможно завтракает. Я сейчас позову, – и вбежав в столовую, поприветствовала чету Чаухан. Бегло, но понятно рассказала Амале о озлобленной Лиме по непонятной (не для меня) причине. Мы обе пулей выскочили из столовой, а уже после наружу. Там нас ждало такси и Лима. – Быстрее! – крикнула Лима. Я и Амала не стали сговариваться, юркнув на задние места такси. Машина тронулась. Только тогда Амала спросила: – В чём дело? – У нас появилось дело. Нашли труп в подворотне. Роуз не хотел вас брать после вчерашнего. Точнее тебя, Амала. Нишу не взял лишь потому, что та разболтает тебе всё. Ну... Так-то оно так, но я не настолько пришибленная, чтобы брать человека, впервые видевшего неупокоемые души. Роуз, ты такой долба... Клюв. Долбаклюв. Хотя птичку тоже оскорблять не очень... Тяжело. – Мы с господином Вайшем были против этого. Поэтому я приехала за вами. – Ясно, – вздохнула я и сложила руки на груди. Ярость и недовольство бурлили внутри, но решила, что уставшее лицо лучше бурной реакции. – Мистер Роуз не меняется. Мир умрёт, а он таким же будет. Или не будет. Лима тяжело вздохнула и покачала головой. Она продолжила разговор, но я особо не слушала. На улице играла светлая, тёплая погода, а у нас... Убийство. Фу, ну что за день? Идти в подворотню, слышать прекрасный аромат разлагающего первого в моей жизни трупа. Такси приехало на указанный адрес. Мы вышли и пошли за Лимой. "Чудесный" аромат достиг наших носов почти сразу же. Глаза заслезились, рвотный позыв кричал. Я скривилась. Амала последовала тому же примеру, но почти сразу постаралась не придавать этому значения. – Не храбритесь. Даже профессионалы бывают не в восторге от этого. – С большим удовольствием последую твоему совету, но не думаю, что содержимое моего желудка кому-то захочется увидеть... – ответила я, а после вспомнила, что не завтракала. Поблагодарила свою память за то, что помнит такие детали. Мы подошли ближе. Показали карточки с своими именами (и конечно же то, что мы из оперативной группы), а после нас впустили через ленту. Подойдя ещё ближе, я заметила Рэйтана и с улыбкой кивнула ему. Мужчина улыбнулся в ответ и сказал: – Добрый день, госпожи Аслин и Кхан. Рад, что вы здесь. Я не особо рада находиться около трупа, но раз это моя "работа", то я должна держать строй. И если здесь Рэй, то уж точно обязана. Ради своего же плана и ради него. Амала подошла к полицейскому и начала расспрашивать его о мёртвом. Тот показал ей его досье и девушка с грустью отметила, что это тот торгаш с рынка. – Это была наша с мисс Берг идея. – Что? – искренне спросила я. – Нам не понравилось, что мистер Роуз так ограничивает вас с мисс Кхан. Поэтому я попросил мисс Лиму съездить за вами и встретиться тут. – Ах, так вот вы о чём, господин Вайш. Благодарю вас, – с улыбкой ответила я и кивнула головой. – Боюсь, если бы нас не уведомили, то Амала устроила бы скандал. И её реакцию вполне можно понять. – Вы правы. Я снова взглянула на обезглавленный труп. Амира и правда было жаль, не заслужил он такой участи. Но что теперь поделать? Ничего. Взгляд заинтересовался надписью над трупом. Соединённые полумесяц и солнце. Знак абсолютного величия. Солнце олицетворяет свет, тепло, силу и мужскую энергию. Это символ бесконечной жизни, чистой и светлой души с положительной энергией. Луна символизирует темноту, холод, интуицию и женскую энергию. Олицетворяет спокойствие, самоанализ, мягкость и прохладу. Вместе солнце и луна представляют баланс противоположностей. Они часто изображаются вместе в символах инь-ян, представляя единство противоположностей во вселенной. Ко мне подошла Амала и положила руку на груди. Обернувшись к ней, я измученно улыбнулась и увидела, как она держалась из всех сил, чтобы не выпустить содержимое желудка рядом с трупом. Амала держись, иначе я не выдержу и сделаю то же самое, что и ты. Амала резко села и я интуитивно поддержала её, думая, что та не выдержит. Однако, она не спешила выпускать желудок на волю, а наоборот, дотронулась до трупа без всякого чувства брезгливости. – Амала, что ты делаешь? – отвела взгляд, сдерживая себя. – Эммет Роуз сказал, что на трупе видели незнакомые символы. Раз уж мы обе тут, то поможешь ли ты мне? – Я когда-нибудь тебя бросала на проблеме? – и не дожидаясь её ответа, села на корточки рядом. Однако, не спешила трогать труп. Труп окоченел. Возможное время смерти ночью или вчера. Я не судмедэксперт, конечно же, но когда я увлекалась медициной в прошлой жизни, то явно что-то запомнила. Интересно, помогут ли мои знания из прошлой жизни в этой? Нет, кого я обманываю? Я здесь сразу умру. Амала перевернула руку мертвеца. Я начала рассматривать его руку и цифру. Кажется, это был пятая жертва из девяти. Хм... Да, шестой это Эммет Роуз, а седьмая - праведник. По-моему. – Похоже на цифру пять... Ну, почти, Мала... – Нумерология? Для чего убийце нумеровать трупы? – убрав руку Амалы, я наплевала на брезгливость и провела рукой по надписи. Холод кожи вмиг пробрал пальцы иголкой. В груди засияла черная дыра сожаления и боли за торговца. "Я хочу сказать тебе «Спи спокойно», но понимаю, что твоя душа не сможет успокоиться. Лёгкая смерть не приходит от Калидасы. Поэтому я желаю, чтобы твои мучения закончились, как можно скорее." Труп без головы не пугал. Пугало то, что эта история изменилась и я не могу ориентироваться на прежний сюжет. И одной из жертв могу стать я. Хотелось бы, что мои умения, которые были получены пять лет назад не пригодились. Амала сначала не понимала, почему я занимаюсь этим. Отмахиваясь, просто говорила, что мне это интересно. Девушка лишь пожимала плечами и качала головой. – Ладно, – чуть громче обычного сказала я и потянула Амалу на себя, отодвигая от трупа. – Не стой долго рядом. Больше всего я боюсь отравиться трупным ядом и умереть некрасиво. – Пойдём, – ответила Амала и мы подошли к руководителю. Недовольством и бессилием от него веяло за миль. Эммет тяжело вздохнул и посмотрел на меня. Хотел было начать меня упрекнуть, как мужской голос позади начал быстрее: – Мисс Аслин и мисс Кхан были обязаны присутствовать здесь, как члены оперативной группы. Вчера при допросе мисс Аслин показала свои умения и знания. Она настроена серьёзно. – Мисс Кхан также была весьма серьёзна при допросе другого персонала, – вслед за ним ответил Киллиан. Рэй за меня заступился. День просто прекрасен. Кхм, точнее оставшийся день прекрасен. Прокашлявшись, я улыбнулась Эммету Роузу. Он скривился, как только увидел её. Как же хочется ему врезать да посильнее. Но это желание пропало как только Амала взяла меня за руку. Я посмотрела на неё и кивнула. Эммет Роуз же сказал, что на сегодня мы все свободны, и ушёл. Вот только... Амала пошла в обратную сторону. Тяжело вздохнув и покачав головой, я закашляла. Запах от трупа всё ещё стоял. И нужно же было забыть и вдыхать этот чудесный аромат. Мне бы хотелось подождать её на другой улице, но как верная подруга, осталась. Ко мне же подошёл Рэйтан и спросил: – Вы не уходите? – Хочу предупредить Амалу, что поеду не сразу в имение Чаухан, – подняв на него глаза, улыбнулась и продолжила: – Мне бы хотелось вновь прогуляться до того магазина, что вы мне показали. – Вам составить компанию? Простите, не подумайте, что я навязываюсь. Девушкам труднее здесь ужиться, тем более, если с ними будет мужчина-иностранец. Я думаю, господину Лайтвуду будет гораздо спокойнее, если с вами пойдёт мужчина, знакомый ему и Индии. – Я не против. С вами интересно беседовать, – я сжала сари, так как не знала куда деть руки от радости. – Как только Мала закончит, так сразу же догоню вас. Хотелось бы верить, что Рэйтан и правда пригласил меня на обычную прогулку. Но я не дура, чтобы понять. Рэй хочет узнать от меня правду без лишних ушей. И если он этого хочет, то я с радостью пойду на этот шаг. – Буду ждать вас с остальными. Кивнув ему, я обернулась к Амале. Та активно ведёт беседу с полицейским, а Лакшман сомневается рассказать. Но вскоре сдаётся и выдаёт Амале историю пятидесятилетней давности. Пятидесятилетней же? Или я опять что-то путаю?... В общем, долго ли коротко ли, Амала закончила разговор и отправилась ко мне. По дороге не стала пересказывать историю с Лакшманом да и я не просила. Лишь посмотрели друг на друга в немой поддержке и отправились к остальным. Словно по сценарию (а ведь так оно и есть), нас ждала вся оперативная группа без руководителя. К счастью, ведь я бы не вытерпела это. Киллиан собирался было отвезти нас обратно, как я сказала, что не поеду к Чауханам прямо сейчас. Лайтвуд впился в меня тяжелым взглядом, на что я просто отвела взгляд. Понаблюдавший за этим, Рэйтан сказал: – Не волнуйтесь, я буду сопровождать мисс Аслин всю её дорогу. И конечно же провожу её обратно до калитки дома. И тогда Лайтвуд немного успокоился и наказал мне связаться с ним по возвращению домой. Я дала ему обещание и уже тогда он окончательно успокоился. Со мной было легче, и Киллиану это нравилось. Ну, атташе, я поиграю в пай-девочку немного, а потом ты и вовсе будешь сходить со мной с ума. Попрощавшись с Амалой, она ткнула меня локтём и заговорщически улыбнулась. И я знаю о чём она подумала: "Ниша охмурила господина Вайша и теперь они идут на свидание. Умничка!" Хотела бы я так думать, но нет. Я даже не уверена своём плане, а тут любовь... Ведь правда хочу играть в любовь с Рэйтаном, но готов ли он полюбить меня? Даже если нет, то мой ответ не изменится. И если он полюбит Амалу, а не меня, то всё равно он останется таким же. Мы с Рэйтаном отправились на рынок. Дорога была быстрой. И дело было в том, что я была со своей любовью. Неторопливые шаги привели нас к оживлённому рынку. Держась за его руку, я останавливалась у разных лавочек с украшениями. Глаза разбегались от обилия возможной бижутерии, но я конечно же этого не сказала. – Возьмите изумрудные серьги. Вам подойдут. – Что ж, раз вы так говорите, то поверю. Я возьму две пары: сапфировые и изумрудные. Торговец отдал мне серьги после того, как я отдала ему деньги. Надела сапфировые серьги без обработки и мы отправились дальше. Неспешно прогуливаясь, я чувствовала, как начинают теплеть уши. Зуд появлялся медленно, но верно, тем самым заставляя снять серьги. Я открыто игнорировала эти боль и зуд, так как привыкла это делать ещё с прошлой жизни. – Ниша, если вам больно, то снимите. Не за чем терпеть боль своего тела. – Рэйтан, не беспокойтесь. По приходу домой я обязательно их сниму и обработаю, – чуть сжала его рукав, говоря, что всё нормально. – В детстве я с мамой проколола себе уши. И видимо тогда занесла инфекцию. Сейчас обычные зуд и покраснение – ничто, как тогда. Раньше... Уши кровоточили и гноились. И это было до безумия больно. Простите, наверняка, вам неприятно это слышать. – Вовсе нет. Можете продолжать. – История закончилась. Более я просто редко носила серьги. Когда было настроение покрасоваться перед зеркалом или на важные мероприятия в учебной деятельности. Рэйтан кивнул. И поудобнее взяв мою руку, повёл к магазинчику с сари, где я смутила его своей красотой. По дороге он рассказывал мне о Индии, а я с интересом слушала новую информацию. Иногда Рэйтан смешил меня и я не сдерживала смеха. – Рэйтан, вы и правда интересный собеседник! Давно я так не смеялась. – Что ж, рад рассмешить эрудированную девушку, – с усмешкой ответил он. – Я не настолько эрудирована. Этот мир я только познаю и мои двадцать четыре года лишь капля в море. Толку от них нет. – Слова мудрого человека. Но жизненный опыт куда ценнее возраста. Мальчик лет пятнадцати может быть куда опытнее мужчины тридцати пяти. И всё это сказывается какую жизнь прожил оба. И тут так же. Вы говорите, что вовсе не опытны, но я вижу совсем другое. "А вот и начало того самого разговора.", – и сказала это, но другими словами: – Вы про тут случай, когда Амала испугалась? – Вы находчивы, Ниша. Да, я про него. – Может быть, я совсем немного солгала. Да. Вы правы лишь наполовину. Когда-то давно абсурдная мысль возникла у меня в голове после. Но я тут же отмахнулась от неё, не предав этому значения. И я понимаю Малу, так как сама видела тени в ночи. Но чтобы днём... Никогда об этом не слышала. Поэтому мне было жаль свою подругу. Ведь она ощущала ещё больший страх, чем я. Как хорошо, что я ответ продумала заранее. Да, признаю, я та ещё трусишка с большой фантазией. Рэйтан чуть нахмурился, а после кивнул. Одарив меня улыбкой, он сказал: – Вот оно что. Вы благородный человек, Ниша. Так заботиться о другом человеке, словно он - твоя семья. – Так оно и есть. Амала и Киран – моя семья. И изменить моё мнение может только смерть. Да даже если я умру раньше, это не изменится. Они были и будут моей семьёй. Мы пришли к магазинчику. Рэйтан вновь сказал, что подождёт меня снаружи. Я кивнула и нехотя отпустила его локоть. Он заметил это и усмехнулся, а я поспешила внутрь, скрывая румянец. Внутри меня встретила та самая женщина, которая помогла нанести макияж. Я с радостью поздоровалась с ней. Она так же поприветствовала меня и с улыбкой предложила новые сари. Мой взгляд зацепил сари цвета изумруд. Попросив женщину принести это сари, она только сказала, что мне подойдёт и побежала снимать. Не прошло и десяти минут, как она ворвалась и принялась одевать меня. Мозг не успевал принимать информацию, как в зеркале появилась я в другом сари. Замерев от красоты и не веря в то, что девушка в зеркале – это я, попыталась заставить работать мозг быстрее. Рука машинально сняла резинку и волосы каскадом легли на плечи. – Ай красота! Ваш муж глаз не оторвёт. – Кто? Муж? – с недоумением захлопала глазами и посмотрела на неё. После посмотрела в окно и увидела Рэйтана. Осознание вмиг накрыло с головой и я покраснела. Замахав руками, ответила: – Нет-нет, вы неправильно поняли! Мы не пара! Просто коллеги, не более! – Простите, поспешила. Вижу, что вы иностранка. Вот и подумала, что этот мужчина ваш муж. Я не против, правда... Рэйтан Вайш - мужчина моей мечты. Видя его сейчас живым и полным сил - счастье. И слова торговки заставили вспомнить, что я готова пойти на всё, лишь бы спасти его. Подтверждало то не только разум, но и сердце. – Этот мужчина и правда по красоте забрал бы много сердец. Но ему меня не обхитрить. Ведь он давно уже забрал моё сердце. В моей прошлой жизни, в 2021 году. – Благодарю за чудесное сари, госпожа, – и отдав ей плату, поклонилась и вышла. На этот раз Рэйтан не стоял ко мне спиной. Мужчина полностью видел мою новую одежду и распущенные волосы. Сердце бешено колотилось, ведь он молчал, напряжённо рассматривал меня. Я сглотнула от волнения, но Рэй лишь улыбнулся. – Вам очень идут распущенные волосы. Ходите так почаще. Я не успела ничего сказать, как он взял мою руку. Большой палец медленно поглаживал костяшки моих пальцев. Сердце заколотилось ещё быстрее, подгоняя кровь по всему телу и к щекам. В животе появились бабочки и запорхали так сильно, что я ощущала не только волнение, но и тепло. Рэйтан поднял мою ладонь к губам и осторожно, словно трогая очень-очень-очень тонкую вещь, поцеловал её, смотря на меня. Мы оба смотрели друг другу в глаза, ища те самые ответы. "Разозлится она?", "Не играет ли со мной он?" "Правда ли это?" – в наших глазах читались только эти вопросы. Но в глазах Рэйтана было что-то ещё. Что-то, что я не могла прочитать. – Простите меня, – тихо прошептал он. – За что? – также прошептала я. – За это и за рану, нанесённую вам в отеле. Кровоподтёк довольно яркий, я не рассчитал силу. Вам не больно? – Это ничто по сравнению с настоящей болью. Кровоподтёк пройдёт через пару дней, а шрам на сердце останется навсегда. Так что я не боюсь ссадин и синяков. И вам не за что извиняться, Рэйтан. Хорошо? Хотелось бы мне верить, что его поцелуй – это не знак для прощания, а нечто большее. Чтобы это действие было из его зарождающих чувств ко мне. Чтобы это была симпатия. "Пожалуйста, только не умирай, Рэйтан... Пожалуйста, живи ради себя. И чтобы ты жил ради себя, я сделаю всё для этого. Даже если понадобится – умру." Лишь бы он жил...