Серый Рыцарь

Шатер поднялся на рыночной площади, зазывая к себе всех праздных зевак. Все те, кто не пожалел медяка на веселье, имели теперь возможность лицезреть, лучших столичных лицедеев. Канатоходцы заставляли замирать сердца, от танцоров ноги сами заходились в пляс, мощью силач уж точно обладал нечеловечьей, из стали закаленной мышцы его слиты. А ловкачам-атлетам все было не почем, порхали по веревкам словно птицы, то резко вверх вздымаясь, то камнем вниз стремясь, на нервах зрителей играя беспощадно. И тут, к публике пресытившейся зрелищами, выходит шут в нелепом колпаке, с лицом скрытым за краской белой. Чем удивить народ этот дурак способен? -Ну что, дамы, господа да прочий люд, довольны ль вы остались представлением? Голоса слились в одобрительный гомон. -Ох, ну вот теперь я слышу, что артисты наши заслужили оглушительный успех. Позвольте ж мне, великому Хару Безмозглому, продлить веселье, рассказав историю. Их я немало знаю, господ знавал я разных, по свету с ними намотался, и все ради того, чтобы предстать пред вами, да расписать получше всяких летописцев, где вымысел кончается, и где правда начинается. Кривляньям и манерности, не может быть предела – в который раз доказывал Безмозглый Хару, на потеху всем. -Ох, как же сложно выбрать! Про кого ж пасквиль нагнать?..вернее будет сказано, художественно приукрасить. Задача для недюжинных мозгов, как жаль, создатель ими обделил. Но, погодите-ка! Зачем выдумывать, коль жизнь порой невероятнее чем сказка? Теперь я знаю, какой историей мне вам угодить. И все в ней правда, уверяю, от первого и до последнего словечка! Вас ждет захватывающее приключение, богатое страстями, трагизмом и комизмом. Замешаны в нем благородные рыцари, некоторые из них оказались не совсем уж благородными, и славный муж, что оказался девой, и жуткое чудовище, но под личиною людской. Ой, ну все не как у людей! Но если б все было иначе, внимали б вы сказаниям моим? Имена героев, вам всем известны хорошо. Да и как можно не знать лорда Мадару, в народе прозванного завоевателем, да принцессу из рода Сенджу – благочестивую Тобираму, приходящуюся сестрой, нашему незабвенному и милостивому королю. Именно о них пойдет рассказ мой. Заинтриговал? Так, значит, слушайте внимательно. *** Над главной городской площадью развивались знамена, приглашая народ понаблюдать за столь редким в последние годы зрелищем – турниром. Прекрасный повод для отпрысков именитых семей показать свою доблесть, и шанс для юнцов из обеднелого дворянства пристроится на выгодную службу. По такому грандиозному случаю, всю главную улицу огородили для ристалища*, грубо растолкав бедняков и торгашей-ремесленников. По обе стороны поля для маневров, сколочены трибуны для высоких гостей. Сработано было на совесть, а как иначе? Если сам король, его величество Хаширама Солнцеликий, обещал озарить всех своим присутствием. Пока, уготованное ему ложе пустовало, монарх, как всегда, являлся последним. Меж тем, у начавшей собираться публики, появился повод для перешептываний, затмивший визит правителя. Ложе напротив королевского, занял лорд Мадара Учиха со свитой, вернувшейся после затянувшегося военного похода. Его присутствие, грозило стать поводом для многих сплетен. Каждому было известна, от дворянина до крестьянина, история вражды двух древнейших, берущих свое начало еще со времен создателя, династий Сенджу и Учиха. Еще до создания единого объединенного королевства Канохи, когда все входящие в него графства были отдельными, враждебными друг другу графствами, на землях Учих и Сенджу земля не просыхала от крови. Никак не удавалось этим двум родам сосуществовать без завоеваний друг друга. Так было испокон веков, и продолжалось бы, если б место покойного герцога Буцумы не занял его старший отпрыск Хаширама, который заручившись поддержкой черни смог разорвать этот порочный круг, объединив все графства под своим началом. И все бы мирно да прекрасно, вот только бывший враг не дремлет. С лордом Мадарой, возникла размолвка, едва ли не окончившаяся штурмом королевского дворца. Одному создателю известно, что в тот злополучный день, заставило Учиху отозвать войска. Король и лорд с тех пор к друг другу охладели, и доселе, въезд в столицу всем носителям фамилии Учиха, был заказан. Неужто перемирие? – народ догадки строил. Сам виновник пересудов и разговоров, восседал словно мрачный ворон, укутанный в черный плащ с красным подбоем. Облик завершала смоляная косматая грива доходившая до пояса, видать, не знававшая доселе прикосновений гребня. По правую руку от лорда, как всегда, верной тенью находился барон Хикаку, неустанно бдящий за безопасностью своего покровителя. -Кто бы сейчас не вышел на арену, я готов поклясться своим родовым поместьем, среди сегодняшних участников не будет рыцаря достойнее вашего брата. Его величество поступил весьма опрометчиво, допустив к состязаниям наших воинов. Размякшие от сытой жизни при дворе тела – теперь лишь тени былой боевой славы. И мечи, небось, в ножнах деревянные носят. Предрекаю, нас ждет скучное зрелище. – Хикаку картинно подавил зевок, чем вызвал слабую усмешку на лице у лорда -Как знать, мой юный друг. Помимо Сенджу, здесь зрелище способны обеспечить многие. Взять тех же хьюга, от них не стоит отмахиваться столь легкомысленно. К тому же, погода совсем не благоволит турниру, как бы коней не занесло, если грянет дождь и вся эта рыхлая земля грязищей непролазной станет. – и словно в ответ на опасения лорда, из тучи затянувшей небо, первые капли сорвались -Для тех кто меч держит уверенно, погода не преграда. Хару! Бездельник ты безмозглый, почему мой кубок до сих пор пустует? Придворный шут с ответом не замедлил, обиженно потерши спину со свежим следом от бароновского сапога. -Господин барон, не торопите, дайте время мне от печаль столь глубокой отойти. -Какие у тебя, у дурака, вообще могут быть поводы для печали? -Как какие? Вы с войны явились чтоб посмотреть на бойню, кто после этого из нас дурак? -Господин Мадара, прикажите по приезду в замок, выпороть до костей этого наглеца. Пускай, уроком ему будет, чтоб впредь не забывал к кому и как он обращается. -Полно вам, барон. С блаженных спросу нет, на них, как на детей и женщин, злиться бессмысленно. – со вселенским равнодушием, лениво молвил лорд, кавалькаду королевских всадников, его зоркий глаз заприметил еще издалека, - Но ты шут помни, что милостью моей злоупотреблять не следует. Трубачи перекрыли весь уличный шум гам. Его величество со свитой, встреченный бурными овациями, занял главное ложе. Ее величество, прекрасная Мито Сенджу-Узумаки, также почтила всех своим присутствием, легкой плывущей поступью, проследовав вслед за супругом. Соседнее подле монарха место, так и осталось пустовать. Значит, леди Тобирама снова изволила хворать. Как часто с ней недуги всевозможные-то приключаются. Придется лорду, коль он уж с визитом здесь, о ее здравии справиться, как того требуют приличия. После краткого благословления на честную борьбу, Хаширама Солнцеликий возвестил начало, наконец, начало турнира. Звучный голос глашатая, вызвал на поле зачинщиков состязаний. -Благородные рыцари! Изуна Учиха, Сэцуна Учиха, Сейто Сенджу, Хироши Хьюга, вызывают на бой всех желающих! Принявший вызов, должен коснутся копьем щита рыцаря, с кем желает сражаться. Прикосновение тупым концом – означает, что поединок будет с тупым оружием. Прикосновение острием – значит, рыцарь желает сразится насмерть! Побежденным считается всадник выбитый из седла. Рыцарь побеждающий противника, проходит в следующий тур, пока не останется один самый достойный! Победителю, по высочайшему повелению его величества, присуждается сто золотых, и право просить о любой милости! Все желающие принять вызов, выйдите на ристалище! Первые смельчаки оседлав коней, двинулись к зачинщикам турнира. По тому, насколько неловко двое из четверых держались в седле, Мадара успел сделать вывод о возрасте вызвавшихся, несмотря на скрытые от головы до пят тела в тяжелом боевом облачении. Мальчишки, двенадцатые с конца в очереди на наследство, сыновья провинциальных графов. Либо бастарды, с богатством в три серебряника, ничего интересного. А вот за четвертым, в латах цвета меди и знаменем Узумаки, можно понаблюдать. -Глядите, сейчас все коснуться щитов тупым концом. – комментировал барон Нехитрое пророчество сбылось, никто из вызвавшихся не пожелал сражаться насмерть. Первый тур, прошел довольно быстро. Первым выступал Изуна против паренька, чью фамилию Мадаре прежде слыхать не доводилось. И более, видимо, не придется. Несчастный, был скинут с лошади при первом же выпаде, попавшись на таком простом маневре. – Подумал лорд, сказав притом иное. -Остолоп. Чего стоило просто тронуть поводья влево? Ну и поделом. Вторым шел Сецуна – не менее достойный муж среди Учих. В нем лорд не сомневался также, пускай груб и не изящен, но ловкости и напору бешенного, ему не занимать. И вот он – предсказуемый финал, соперник на земле, но что такое? – Зацепился в стременах! Коня не сразу удалось остановить, и протащил он ездока прилично. Видать, новый, необъезженный совсем. Да словно этого было мало, жеребец успел лягнуть незадачливого хозяина, оставив вмятину в грудине. Упал, и более не двигался седок. Подоспевшие оруженосцы уволокли прочь бесчувственное тело. Далее был граф Сейто Сенджу, уже который год, удерживающий право зваться одним из первых воинов всего объединенного королевства. Бросать такому волку вызов, даже звучит смешно. Смельчак коснувшийся его щита, похоже, и сам это прекрасно понимал, и оттого так нервно перехватывал в руке орудие, готовясь к схватке. Бывают в жизни чудеса, когда бывалые теряют хватку, проигрывая новичкам, но, увы, сегодня был не тот день. И безызвестный юноша разбит, не сумевший даже нанести удар. Четвертый парень из рода Узумаки, был экземпляром позанятней. Наконец-то, стало интересно наблюдать. Но Хьюга был умелей и быстрее, итог был снова предсказуем. Толпа освистывала проигравших, и чествовала победителей одобрительными выкриками. Пока новые вызвавшиеся готовились ступить на поле, Учиха Изуна бахвалился, пускал коня боковой иноходью, его широкую улыбку из приоткрытого забрала, можно было рассмотреть даже с трибун. На это представление, лорд Мадара лишь снисходительно покачивал головой. Мальчишество из брата, никакими копьями не выбить. Новый тур, на этот раз прошел не без сюрпризов. Младший сын барона Яманака, резвым малым оказался, смог Хьюгу опрокинуть. Хоть неказист на вид, и вдвое уже был в плечах. Отнюдь не плохо, пожалуй, можно службу предложить, даже если продует в новом туре – успел отметить себе лорд. Трубачи огласили первого победителя зачинщика. Вторым не сдюжыл, неожиданно, Сэцуна. Резко уйдя от выпада противника, порвались стремена. Упал он крайне неудачно, с ристалища ушел сильно хромая, грубо отвергнув помощь слуг, сорвав с досады шлем да отшвырнув подальше. -Мда, уверен если б не нога, сэр Сецуна потребовал бы реванша. Проиграть явно уступающему тебе по силе противнику, из-за такой ерунды, вдвойне обидно. – вслух пожалел Хикаку родича Учиха Изуна и Сейто Сенджу, по прежнему удерживали статус победителей. Глашатаи призывали благородных сэров для нового состязания. Четвертый, на бой с Учихой Изуной, все никак не желал находится. -Повторяю! Кто примет вызов благородного рыцаря Изуны Учихи? – и снова в ответ не было поднятого ни одного знамени, не нашлось ни одного смельчака готового сражаться против младшего брата лорда Мадаре было даже отчасти жаль брата, неужто сегодня ему так и не доведется размятся с по-настоящему стоящим противником? -Раз никто не пожелал принять вызов… Объявитель был прерван. Волна изумления накрыла всех присутствующих. Был поднят флагшток со знаменем. -Что за рыцарь использует вместо родового символа какие-то тряпичные лохмотья? Очередной безродный проходимец? – вопрошал Хикаку Знамя неизвестного, и вправду не хотелось нарекать столь благородным словом. Кусок серой, потрепанной плащаницы без геральдических символов вызывал огромные сомнения. Как и облик всадника, въехавшего на серой в яблоках кобыле. Доспех такой, немалых грошей стоит, отчего ж тогда на знамя денег не нашлось? -Сэр рыцарь, не назвавши род, иль имя господина, которого представляете, вам будет отказано в участии! – возвестил прерванный глашатай -Никого я не представляю, ни род, ни господина. – донесся искаженный шлемом голос, - Зовите меня серым рыцарем, если уж так угодно мое имя. Объявляйте же смелее, не заставляйте сэра Изуну скучать. -Позвольте храбрецу пройти на поле, и пусть докажет делом, что не только красоваться да языком молоть горазд. – вынес решение Изуна, противится которому глашатай не посмел бы Скептические шепотки, то тут, то там раздались. Лишь лорд Мадара знал, что слова рыцаря безродного, пустым звуком не были. Встречался с ним он лишь однажды, при осаде крепости недавней, во владениях песчаного короля. Наемники – народ лихой, благородства и доблести ожидать от них не стоит, но помощь их всегда неоценима, в особенности там, где рыцарям мешает честь. И вот, средь их числа, вдруг объявился он. С манерами, как у придворной знати, и уровнем владения мечом, под стать самым достойным из Учих. На коне своем с диковинным окрасом, он был быстрее ветра, разил лишь раз, и то наверняка. Лорд не простил бы себе, если тот час не получил лихого молодца к себе в услужение. Но вот же незадача, тот так и не открыл не лица, не имени своего, и не приказ, не сила и не хитрость, не возымели над ним власти. А после успешного завершения осады испарился, будто и вовсе не было его. Отказа лорд принять не мог, и случай преподнес ему желаемое. Стервец больше не уйдет. Острие копья боднуло щит сэра Изуны, снова заставив публику ахнуть в изумлении. -Серый рыцарь, пожелал биться насмерть! – пронесся эхом голос глашатая Лорд Мадара едва поборол в себе желание сорваться с места, вцепившись в подлокотники с такой силой, что рисковал раздавить их в щепки ко всем чертям. В младшем, горячо любимом брате, он не позволил бы себе усомнится даже на один ничтожный миг, но серый рыцарь был фигурой неизвестной, чего хотел, чего он добивается? Зачем ищет врага в его лице? Появился о здесь явно неспроста. Мог ли наемник, быть ровней благородным сэрам? – Конечно нет, но серый рыцарь мог бы. -Безумец. Что же, Бог тебе судья. – шлем снова скрыл лицо младшего Учихи Заняв дистанцию, зачинщик и принявший вызов, замерли в напряженном ожидании сигнала к бою, готовые в любой момент сорваться с места. Конь серого всадника, нетерпеливо бил копытом оземь. -Господин Изуна, прошу вас, пересядьте на свежего коня! У вашего вороного вся спина уже в мыле. – осмелился давать советы сэру, оруженосец верный, на что вместо ответа получил лишь взгляд, красноречивей любых слов, сквозь прорези железной маски. И снова, драматично поднятая рука герольда*, резко воздух рассекла, дав сигнал к атаке. Пришпоренные кони с места сорвались, несясь к друг другу. Первый выпад был за молодым Учихой, копье едва не выбило щит у противника. Но безымянный рыцарь, вскоре взял реванш. От свистящего удара острием в плечо, от доспеха откололась пластина. Одним лишь чудом, в седле смог удержатся Изуна. Он потерял преимущество, и понимая это, отчаянно ярился, осыпая серого всадника сотней колющих выпадов. Орудие в руках его плясало танец смерти. А безродный рыцарь, все уходил иль уворачивался, не отвечал, не отразил ни разу. Он словно издевался. И вот, решающий момент – младший Учиха открылся, нанося очередной удар, он пропустил обманный маневр. Серый всадник, уклоняясь, резко ушел влево, ланец* со звонким звуком влетел в нагрудную броню, сшибая Изуну с седла. Но добивать серый всадник не стал, подняв копье в знак завершения боя. Возбужденная публика ликовала. Безродный рыцарь, окутанный ореолом таинственности, сумел победить одного из достойнейших мужей королевства! Такое не каждый день увидишь. Поверженный Учиха, лежа на земле сырой от дождевой влаги, отчаянно пытался встать с неутешительным успехом. Норовистый вороной жеребец, заезженный уже порядком за день, едва почуяв легкость от потери седока, издав довольное ржание, понесся от хозяина прочь. Оруженосцы едва смирили брыкающуюся, своенравную животину. Глашатаи возвестили о победе серого рыцаря. -Я требую реванша! – не без помощи поднявшись в полный рост, заявил младший Учиха -Зачем, уж не сомневается ли благородный сэр в честном судействе? – взял слово серый рыцарь, глухой, искаженный голос облетел толпу, - В подлостях, я ими замечен не был. Примите поражение с честью. -Чушь! Наш бой был насмерть! Прошу судейство взять это во внимание. И в великодушие вашем, я не нуждаюсь! -Все верно, бой был насмерть. Но я как победитель, имею право даровать вам жизнь. -Ах вот как! Так знайте, сударь. При нашей новой встрече, судьей нам будет только Бог! – вспылил юный Учиха, забыв о всяком светском воспитании. Кипела кровь, честь задетая, жаждала мщения -Вражды я с вами не искал. Я лишь хотел достойного противника. И вы по праву могли бы зваться им, если б не спесь, да брошенные столь необдуманно слова. -Назовитесь! Я хочу услышать имя своего врага! Герольд прервал разгоряченного Учиху, призвав к благоразумию, и настоятельно просил освободить ристалище. Сэр Изуна ушел злее черта. Лорд в сопровождении верной свиты, также спешно покинул ложе, не усидев до окончания турнира. Но перед тем как оседлать своего коня гнедого, за шкирку притянул к себе шута. -Слушай внимательно, дурак несчастный. Проследуешь сейчас, тайком за серым всадником, и разузнаешь где тот остановился. -Да как же мне за ним угнаться?! У него копыта, а у меня всего лишь ноги! -А ты уж постарайся. Если потеряешь – узнай у слуг, у торгашей да кузнецов справься. Хоть одна жалкая душа, должна знать что-то, что приведет к нему. Сам сообразишь, не впервой. Вот тебе несколько весомых аргументов в помощь. – четыре золотых монеты, приятно отяжелили ладонь придворного шута, - Если снова узнаю, что на выпивку да девок растранжирил, будешь на воротах вздернут. Не подведи меня на этот раз. Сказанного было для шута достаточно. Шутить над господином в скверном расположении духа, он не осмелился бы сейчас, хотя на языке вертелось многое. А потому и поспешил без промедления к постоялому двору. И сдался сэру лорду этот головорез. В минувший раз, бедный-несчастный Хару все ноги стер, пока обивал пороги всех домов и заведений, где видели серого странника. Подумаешь, всего лишь пару раз досуг свой скрасил в компании прекрасных дам. Господин, конечно, воин, и забыл что он мужчина. Но запрещать шуту веселье, не в его власти. Едва серый рыцарь покинул поле боя, как тотчас подоспели слуги, что помогли с коня слезть, да суетливо принялись освобождать тело от тяжких доспехов, открывая свету стройный, и даже слишком стройный для мужчины силуэт. Когда очередь дошла до шлема, рыцарь жестом остановил потянувшегося слугу. И дав приказания одеть лишь легкую, походную броню да плащ подать, рука что щит держала, все саднила неприятно, после удара сэра Изуны. Вспорхнув на скакуна своего пятнистого с кошачьей ловкостью и грацией, он отдал мешочек щедро доверху набитый в плату за услуги, да унесся прочь. Он не заметил совершенно, как щуплый, горбатый незнакомец, в драном плаще, на старой жалкой кляче, купленной почти что даром, последовал за ним. *** -Убью, прирежу! Пес презренный! Да как он смел говорить со мной в подобном тоне свысока! Ишь, одолжение сделал. Ну ничего, еще посмотрим, как заговорит, как только я узнаю кто так трусливо прячется за шлемом как за маской. Изуна расхаживал по лазарету с голым торсом, словно волк в клетке. Бок и часть грудины, куда урон пришелся, расцвел сине-коричневыми гематомами. Лежащий на койке рядом Сэцуна, ни на кого не обращал внимания, лишь мрачно глядя в потолок, скрестив на груди руки. Пострадавшая нога, облеплена тряпицами, смоченными в растворе травянистом. Вонь от него стояла на все помещение, аж резало в глазах от едкой дряни. -Что за сцену ты устроил на турнире? – первым делом, справился лорд Мадара, зайдя проведать брата -Это так ты моим здоровьем интересуешься братец? -Я уже убедился, что ты жыв-здоров, и даже чересчур активен. Теперь, единственное что я знать хочу, с каких пор мой брат, стал истерики на публику устраивать из-за поражения. -Да к черту это поражение! Неужто ты не понимаешь, я был опозорен этим бродягой! – холеное юное лицо, было обезображено гримасой злости, такой несвойственной ему -Единственное, чем ты опозорен был, так это реакций своею недостойной. Младшему наследнику гордой фамилии Учиха, не престало так вести себя. Успокойся уже наконец. -Тебя похоже, только честь фамилии заботит, а на честь родного брата наплевать тебе. -Меня заботит все, что связано с тобой. Сейчас в тебе дух мщения говорит, но вскоре он затихнет. Так всегда бывает, когда противника встречаешь ровнею себе. И рыцарь этот, кем бы он ни был, дворянином или ряженым простолюдином, доказал, что стоит с ним считаться. В одном ты прав, личность его нужно раскрыть, и у меня есть к нему счеты. *** Главный замок, в самом сердце столицы земель Огня – Канохи, сегодня вечером встречал гостей. После громко прогремевшего турнира, король устраивал прием. Огромный холл был вычищен до блеска, освещала его тысяча свечей, что отражаясь в витражных окнах сотнями огней. От столь яркого убранства, впору ослепнуть было. Длинный, через все помещение стол, изобилировал яствами всевозможными. Слуги носились меж гостями, подливая в кубки то эль хмельной то вина. Казалось, знать со всей округи, присутствовала здесь. Одним из многих поводов для поднятий кубков, было чествование победителя турнира - доблесного сэра Сейто Сенджу, что он по праву заслужил отвагою своей. Его величество, по обыкновению был мил со всеми да весел. Шутил охотно, смеялся заливисто и громко, и хмелел по своему обыкновению быстрее всех. Лорду Мадаре, честь была высокая оказана – сидеть рядом с королевскою четой. Вспыльчивый, дорогой младший братец, все еще был мрачнее тучи, под грузом уязвленной гордости, вполуха слушая, что вещал ему барон Хикаку. Королева Мито, пленяла всех обворожительной улыбкой, но ведьминские зеленые глаза, колючие искры метали, и рядом сидящий Мадара, был под прямым лучом ее огня, но не был страшен он Учихе. Ее очевидная к нему неприязнь, в какой-то мере даже веселила. По другую руку короля, сидел еще один прекрасный образец женской красы. Вот только, красота леди Тобирамы была иного толка. На фоне цветущей жизнью Мито Узумаки, она казалась холодным изваянием, вытесанным из мрамора. Мадаре доводилось видеть ее прежде, всего лишь пару раз от силы, но встречи эти, хранятся в памяти надежно. Образ девы с белоснежной кожей, большие глаза-рубины, что никого не удостаивали долгим взглядом, под завесою ресниц белесых, будто инеем тронутых, алых губ лепестки, все это продолжает видится ему во снах, где губы эти нежные слова шептали, а глаза обращены лишь на него. И вот, сейчас, он видит наваждение свое так близко, что жар разгорается в животе сильней чем от вина. Но ледяная нимфа была к нему жестока, столь редко выходя в свет, она не позволяла подолгу любоваться своей красою, обжигая холодным равнодушием. Горда была девица. Но не беда, придет время, и взгляд ей воротить он более не позволит. -Сэр Мадара, боюсь моя сестра настолько неизбалованна солнечными лучами, что может не выдержать столь испепеляющего взгляда. – отвлек лорда от созерцания, пропитанный насмешкою беззлобной, голос короля -Простите мне мою человеческую слабость, но красота создана, чтоб любоваться ею. -Любоваться вам никто не запрещает, но любуйтесь посдержанней, мой друг. И вы, видать прослушали, что кубок этот, я хотел поднять за вас. Так, выпьем же гости дорогие, за победу на песчаных землях, ее бы не случилось, если бы не благородный лорд Мадара. Слава! – тост был поддержан хором голосов, «слава!» - вторили все, пред тем как кубки осушить -Ради спокойствия и процветания Канохи, я готов отвоевать хоть все земли песка, туманных вод и грозовых полей вместе взятых. Но времена походов кончились, чему я бесконечно рад. Люди мои, достаточно уже навоевались. -Вот это верные слова, пора б уже и жизнью насладиться. И пользуясь моментом, хочу предложить стать на несколько дней моим гостем. Мы с ее величеством, будем очень рады принять вас. -Спасибо за оказанную честь, я рад принять ваше приглашение. – лорд чувствовал прилив энергии, ему наконец достался мимолетный взгляд рубиновых глаз