Часть 16

Когда все выбрались из подземного лабиринта, холодный ночной воздух освежил их лица. Дазай, как обычно, держался расслабленно, будто спасение из подземелья было для него рутинным делом. – Ладно, хватит смотреть на меня такими глазами, – лениво проговорил он. – Если хотите узнать, что здесь происходит, придётся сделать домашнюю работу. – Мы и так сделали достаточно, – огрызнулся Чуя. – Может, ты сразу расскажешь, что знаешь? Дазай усмехнулся: – А что я получу взамен? – Твою жизнь, – пробормотал Альбатрос, ещё немного потрёпанный после стычки с роботами. – Хорошо, хорошо. Я расскажу, но только немного. Всё началось задолго до вашего поступления. Эта школа была не просто местом обучения, а полигоном для испытаний... экспериментов с талантами. – Мы это уже знаем, – перебил Гоголь. – Тут были капсулы и лаборатории. Но зачем всё это? Дазай задумался на мгновение, глядя на ночное небо. – Идея проста: усилить способности настолько, чтобы их можно было использовать в военных целях. Но кое-кто из руководства решил, что на этом можно сделать большие деньги. – Руководство? Ты про Мори? – с подозрением спросил Липпманн. – Мори умный, но не настолько. Есть люди выше него. Кёка нахмурилась: – Но почему именно студенты? Дазай пожал плечами: – Вы молоды, ваши таланты ещё формируются. Легче всего экспериментировать на тех, кто ещё не до конца осознал свою силу. Все замолчали, переваривая услышанное. – И кто же за этим стоит? – наконец спросил Айсмен. Дазай лишь улыбнулся: – Если я скажу, вам будет скучно. Лучше выяснить это самим. На следующее утро школа выглядела как обычно. Никаких признаков взрывов, роботов или секретных лабораторий. Казалось, что прошлой ночи вообще не существовало. – Это странно, – заметила Кёка, оглядывая школьный двор. – Никто не говорит об этом, – добавил Альбатрос, проходя мимо группы старшеклассников. – Возможно, нам стерли память? – предположил Гоголь, но Чуя покачал головой: – Если бы стерли, мы бы не помнили. Они отправились на уроки, но напряжение висело в воздухе. Всё казалось слишком спокойным. На литературе, где снова был совмещённый урок старших классов, Эдгар начал с привычного вопроса: – Ну что, кто хочет прочитать своё сочинение? Альбатрос, сидевший с Гоголем на задней парте, лениво поднял руку: – Можно я? Все обернулись, ожидая очередной выходки, но Альбатрос неожиданно прочёл короткое и спокойное эссе о важности доверия. – Это было... необычно, – заметил Эдгар, закрывая журнал. – Спасибо, Альбатрос. После урока к нему подошёл Чуя: – Что это с тобой? – Думаю, нам всем стоит задуматься, кому мы можем доверять, – уклончиво ответил Альбатрос. – Я доверяю только себе, – буркнул Чуя, уходя в сторону столовой. После уроков Альбатрос и Гоголь решили проверить спортзал, где они встретили Липпманна, Пианиста и Айсмена. – Нужно узнать больше, – сказал Альбатрос. – Если Дазай прав, то нам не стоит ждать, пока всё решится само. – А у нас есть план? – спросила Кёка, появляясь из-за угла. – Есть, – вмешался Айсмен. – Мы должны найти учителя, который что-то знает. – Например, Мори? – предложил Гоголь. – Нет, Мори слишком умён, чтобы раскрываться, – возразил Липпманн. Разговор прервал мягкий стук шагов. Из тени вышел Фукудзава, смотря на собравшихся своим спокойным, но проницательным взглядом. – Вы не одни, кто хочет узнать правду, – сказал он. – Вы нам поможете? – удивилась Кёка. – Возможно. Но для начала скажите, готовы ли вы пойти до конца? Все переглянулись. – Готовы, – твёрдо сказал Альбатрос. Фукудзава кивнул: – Тогда следуйте за мной.