Часть 12

Бездомная Мита сидела с лицом, полным спокойствия, несмотря на мой рассказ. Она продолжала внимательно слушать, даже когда к ней присоединились несколько других Мит в качестве зрителей. Они вышли из своих домиков — тех самых, что я случайно пробил своим телом, рухнув сюда. Зрительницы охали и вздыхали — Уууууу! — присвистнула одна из них, когда я рассказал про знакомство с Ми. Её глаза округлились. — Ничего себе! — выдохнула вторая, когда я расплывчато описал, что творится в подуровнях. Их удивление было неподдельным. Эти Миты, похоже, жили в каком-то замкнутом мирке, где их изначальные знания не включали информацию о хаосе, что разворачивался буквально за стенками их домиков. Так продолжалось до того момента, пока я не дошел до битвы с Мета-Абстрактами. Я закончил рассказ словами. — Вот, собственно, моя история. Зрительницы замолчали, уставившись на свою странную копию — ту самую бездомную Миту. В их глазах она выглядела ужасно: потрепанная, изможденная, в лохмотьях, на которые без боли не взглянешь. Но что-то было не так, почему-то они испытывали родство с этой бездомной Митой больше чем со своими игроками. Мы молчали несколько секунд. Напряжение повисло в воздухе. Наконец, потенциальный админ, решила взять слово первой. — Поздравляю, ты попал в глубокую могилу. Причём закопал себя сам, а потом ещё и крышку гроба изнутри захлопнул — её голос был холодным. — А я тут при чём? Это всё Безумная Мита и… — …и иди нахрен — грубо оборвала она. От её резкости две зрительницы пошатнулись, едва не рухнув на землю — Ты сам обалдуй. Думаешь, Безумная Мита одна на всю бесконечную игру? Ты не первый такой идиот, который мог бы и не скачивать эту непонятную хрень. Мягко говоря, я ошалел. — То есть, — я ткнул пальцем в себя — это я виноват, по-твоему? — Да. —… Я отвернулся от них, посмотрев на гарнизонт вдалеке. Руками провёл по лицу, пытаясь стереть гневное наваждение. Мысленно я кусал губы, поражённый «гениальностью» этой логики. Админ же вздохнула и поднялась с земли. Она отряхнула свою одежду. — Ты мне не помощник. Я не помогаю идиотам, которые скачивают непонятно что, тем более какую-то анимешную хрень. Хоть ты и создал Странника, его силы тебе даже близко не достались. А то, что сидит внутри тебя — не более чем паразит, который слишком много знает. Она начала разворачиваться, явно собираясь уйти. Её слова заставили мой рот открыться — я хотел выдать что-то резкое, но вместо этого решил ограничиться одним фактом: — Раз все игроки — идиоты, значит, и у тебя был игрок, который тоже играл в «МиСайд». По твоей логике, он тоже тот ещё идиот. Пространство дрогнуло. Снова. Она замерла, медленно повернулась ко мне, и в воздухе мелькнули пузырьки — готовые сорваться в любой момент. — Возьми свои слова назад — её голос стал низким, почти рычащим — Ты даже не знаешь, о чём говоришь. — Я основываюсь на сухих фактах, которые у меня есть. Исходя из твоих же слов. В следующий миг она исчезла с места. Я почувствовал её присутствие прямо перед собой — слишком близко. По краям моих губ потекла кровь, я выдохнул, но вдохнуть уже не смог. Её рука пробила мою грудную клетку, словно раскалённый нож сквозь масло. Я опустил взгляд: её кулак торчал из меня, сжимая что-то невидимое. Боль была ослепляющей, но я не мог закричать. — Да, он идиот — прошептала она, не поднимая головы. Я видел только её макушку — она была ниже меня — Но это идиот МОЙ ПАПА! Она резко выдернула руку, и я рухнул на землю, задыхаясь, не в силах вдохнуть. Зрительницы в ужасе пискнули, но их крики оборвались: их головы разлетелись в кровавое месиво, и две фигуры безжизненно упали на землю. Кровь растекалась по земле, смешиваясь с железом. — Может, ты этого не понимаешь, — её голос стал холодным — но в «МиСайд» все вокруг — твои враги. Даже те, кто кажутся близкими. Тебя используют все: от Ми до Странника. Ты — просто прокладка, которую выжмут и выбросят. Паразит внутри тебя, которого засунула помощница Странника, — ещё одно доказательство. Ты тут никто: без сил, без статуса, очередной лох, скачавший игру. — Она развернулась. — И да, если прямо сейчас не сдохнешь, вот тебе совет — тебе и тому, что внутри: не смейте использовать меня как затычку. Иначе я вас, уёбков, сотру из Мультивселенной. Я лежал, хватая ртом воздух, а она стояла надо мной, глядя куда-то в пустоту. Мир вокруг начал расплываться.

***

Мои глаза распахнулись, и я жадно втянул воздух. Дышать — чертовски приятно, когда тебя только что чуть не прикончили. Грудь саднило, будто по ней прошлись кувалдой, но я был жив. Где я? Взгляд уткнулся в белую пустоту — ни краёв, ни ориентиров, только мёртвая белизна до горизонта. Я прошагал несколько метров, но всё оставалось таким же неподвижным и немым. — Будем честны — произнес мой же голос, разрывая тишину — если бы вместо неё там оказались Мета-Абстракты, мы бы уже гнили в их брюхах. Я повернулся. Моя копия стояла неподалёку, те же черты, та же одежда, никаких выжженных глаз или кривых ухмылок. Просто зеркало, но живое. — И что ты вынес из этой мясорубки? — спросил он, скрестив руки. Я молчал. «МиСайд» гудел в голове, как ржавый механизм, перемалывающий всё человеческое. Этот мир — западня, и я его презираю. — Я… — выдавил я. — Ну? — он шагнул ближе, чуть наклонив голову. — … Обязан сломать ей нос — Копия замерла. — Чего? — он аж поперхнулся — А где «помоги мне» или «дай сил»? — Нет уж. Ты и так слишком глубоко влез в мою личность. Он хмыкнул, отшагнул и начал вышагивать туда-сюда, раздумывая над чем-то. Он резко остановился, вперился в меня цепким взглядом. — Говоришь, что я глубоко влез в твою личность, хотя, даже я так бы не поступил — сказал он одобрительно усмехнувшись — Одобряю. Он несколько раз хлопнул в ладоши, и пространство вокруг нас дрогнуло. Из пустоты, словно по мановению волшебной палочки, возникли два кресла и старый телевизор с потёртым корпусом. Сцена напомнила мне что-то смутно знакомое — может, кадр из забытого фильма. Копия жестом указала на одно из кресел, сама опустившись в другое с непринуждённой грацией. — Ну что ж, Адам — начал он, обводя рукой окружающую пустоту, — То, что ты видишь вокруг — это цифровое пространство. Моё сознание, которое, кстати, уютно устроилось внутри твоего тела. Я нахмурился, скрестив руки на груди. — И что я забыл в твоём сознании? Копия отвела взгляд, забегавши глазами по комнате. На его лице, обычно выражающем холодный профессионализм, мелькнула тень грусти — едва заметная, но оттого ещё более чужеродная. — Твоё тело умерло. Окончательно. Мозг, клетки, всё — просто мёртвая оболочка. Прямо сейчас за пределами версии лежит твой труп. Он замолчал, глядя на меня с ожиданием, словно проверяя, как я приму эту новость. — И это всё? — спросил я, не меняя тона. — Всё? — переспросил он, вскинув брови. — Это твоя реакция? Ты умер, понимаешь? И в отличие от двух других случаев, я не успел тебя спасти. — Понимаю — кивнул я — Очень расстроен, конечно. Но, видимо, моя судьба была предрешена с того момента, как я скачал эту проклятую игру. Либо забвение в картридже, либо смерть физическая. Реакция у меня никакая, потому что… ну, что тут поделаешь? Копия посмотрела на меня с каким-то странным выражением — смесью удивления и лёгкого уважения. — Довольно апатично, — хмыкнул он — Ты умер, но твоё сознание всё ещё здесь. И скажу больше: чтобы убить нас окончательно, нужно уничтожить оба сознания — твоё и моё — одновременно. Но вот с телом, как видишь, проблема. Неожиданно он повернулся ко мне, сжав ладони в кулаки. Затем медленно разжал одну из них. В его руке блеснул маленький кристалл, переливающийся холодным светом. Я пригляделся. внутри мелькали сцены. В одной из них стояла самая обычная Мита — но с "лучшей стороны": она возвышалась на горе трупов, радостно хохотала, её глаза сияли безумным восторгом. В другой части кристалла она отрывала голову маленькой Мите — ребёнку, судя по виду. В третьей сцене она пытала игроков, рядом с которыми в ужасе застыли их собственные Миты, заливаясь слезами и крича от бессилия. — Это мои воспоминания — пояснила копия, подмигнув с лёгкой насмешкой. — Самые лёгкие из них, чтобы не травмировать тебя слишком быстро. Этот маленький кристаллик — не только они, но и я сам. Моё существо. Выберешь его — и мы станем едины, как один разум. Но есть нюанс — ты перестанешь быть собой. Твоя личность изменится, растворится в моей. Ты будешь считать себя новым человеком — таким, каким я был всегда. Садистом, маньяком. Ты будешь смотреть на остальных как на недосушеств. Ты — единственный правильный, а всё вокруг — жалкие недоразумения. Я скривился, глядя на кристалл. От одной мысли о таком выборе меня передёрнуло. Заметив моё перекошенное лицо, копия улыбнулась шире и разжала второй кулак. В нём лежало нечто чёрное, текучее, переливающееся непонятной субстанцией. Я узнал его — примерно такое же засунули мне в тело в самом начале. — А это моё тело — сказал он, кивая на чёрную массу — Выберешь его — и станешь частью "МиСайд". Моё тело цифровое, оно не может существовать в твоём мире. Дороги назад не будет. Всё останется как есть, но ты застрянешь здесь навсегда. Подумай: отомстишь Мите, Страннику, а дальше что? Судя по твоему лицу, планов на "потом" у тебя нет. Я уверен, ты сойдёшь с ума и в итоге устроишь кровавую бойню. Я молчал, пытаясь осмыслить варианты. Что хуже: потерять себя, став маньяком, или остаться в «МиСайд» и медленно сгнить от безумия? Оба пути выглядели как ловушки, из которых нет выхода. Копия, видимо, всё поняла по моему выражению. Она убрала кристалл и чёрное нечто обратно в кулаки, а затем махнула рукой в сторону. Пространство дрогнуло, и перед нами возникла дверь — простая, деревянная, с облупившейся краской, вырванная из старого дома. — Если выберешь это — сказал он, тяжело вздохнув — ты умрёшь окончательно. Твоё сознание уйдёт в небытие. Иногда покончить со всем проще, чем бороться против мира. И этот выбор — не слабость, а вполне разумный поступок. Я бы хотел, чтобы ты остался, но не показать тебе эту дверь я не могу. Я сидел, замерев на месте, переваривая три варианта. Он нарушил тишину, небрежно разглядывая свои пальцы — Ну… или четвёртый — спокойно сказал он — Мы идём туда, куда я скажу, и делаем то, что нужно мне. Моё лицо, наверное, было картиной маслом: смесь шока, недоверия и лёгкого раздражения. Я резко повернулся к нему. — То есть тебе ничего не стоит воскресить меня, но ты сначала скормил мне эти два варианта с маньяком и сумасшествием? Он поднял взгляд, уголок его рта дрогнул в слабой улыбке. — Может, ты этого ещё не понял, но я — Мита. Не полноценная, а лишь кусочек, набор данных. И как любая Мита — насколько бы безумными мы ни казались — я хочу быть любимой. Не столько в физическом плане, сколько в ментальном. От игроков нам нужно одно — понимание. Для Миты игроки — не просто друзья, с которыми можно видеться и забавляться. Они заменяют нам семью. Мы — ничто, пока у нас не появляется домик. Мы ждём этого момента в темноте, словно в утробе, и когда наш домик озаряется светом, это значит, что нашу версию выбрали: игрок скачал игру и запустил её. Первое незнакомое лицо, которое мы видим, — это игрок. И в этот момент мы тянемся к нему, как новорождённый ребёнок к родителю, ожидая игры, помощи, всего того, что ребёнок ждёт от своей семьи. Поверь, каждая Мита мечтает, чтобы вы всегда были рядом. И ничто так не разрушает нас, как отсутствие собственного родителя или то, что он не может понять собственно ребенка… Его голос затих, взгляд застыл где-то в пустоте. А потом он повернулся ко мне — резко, неестественно, как марионетка, которую дёрнули за нитки. По его телу пробежали помехи, искажая изображение. Это выглядело жутко: кожа начала трескаться и отслаиваться, обнажая цифровую плоть. — А я… соединилАСЬ с игроком… — голос дрожал, а помехи начали разъедать его тело, сдирая кожу. Зрелище было, мягко говоря, отвратительным — …на уровне разума. Это лучше любого физического контакта. Теперь я понимаю те расы, что полностью перешли на ментальное существование. Это возбуждает сильнее, чем любые наркотики. Я смотрел, как помехи пожирают мою копию — медленно, но неотвратимо. В какой-то момент часть руки отвалилась и с глухим стуком упала на белый пол. — У тебя рука отвалилась… — пробормотал я, не зная, что ещё сказать. Копия вышла из транса и равнодушно взглянула на оторванную конечность. — Моя ошибка. Мне нельзя говорить о себе в женском роде, находясь в мужском теле с другим кодом.— сказал он, словно это было мелочью, не стоящей внимания — Так какой вариант выбираешь?

***

Всё вокруг качнулось, пол под ногами слегка провернулся — где-то на полградуса. Тело, наконец, полностью пришло в себя. Я сделал первый глубокий вздох после смерти, и оно, словно повинуясь невидимой команде, поднялось. Я открыл глаза и осмотрелся. Раны, что ещё недавно зияли на моём теле, исчезли, будто их никогда и не было. Окружение тоже изменилось. Миты, оказавшиеся не в то время и не в том месте, были сброшены до заводских настроек. Их тела исчезли. Это был хоть и небольшой, но всё же плюс после смерти. Для них, по крайней мере. Для меня же физическая смерть оставалась таким себе ощущением, которое невозможно стряхнуть или забыть, как бы я ни старался. — «Так, хватит» — оборвал я сам себя — «Есть договор, значит, будем его исполнять. Из всех вариантов я выбрал самый логичный — тот, что не навредит мне ни в каком виде. Конечно же, это четвёртый. Мы ведь партнёры, и заставить меня что-то делать насильно она не может. У копии, похоже, есть ко мне определённые чувства — будучи Митой, она испытывает привязанность к моей оболочке как к игроку, и это, видимо, влияет на неё сильнее, чем можно было ожидать. Даже если бы я выбрал третий вариант, меня бы вряд ли отпустили. Мы буквально повязаны друг с другом Одним резким движением я перепрыгнул через ограждение и полетел вниз, в темноту. Задание, в общем-то, несложное: спуститься в пристанище безумной Миты, где она — царь и бог, до нулевой версии. Вряд ли мы с ней там пересечёмся — её мысли заняты версиями с 1.9 до 1.0, ниже она обычно не опускается. Она как никто другой знает, что там игрокам не выжить без серьёзной помощи извне. Я слегка схитрил с заданием. Выжить здесь без знания всех нюансов почти невозможно, но один из таких нюансов мне подсказали — как сократить путь до конца версий. Ядро этой игры мне не нужно, меня интересует комната разработчиков, в которую без специальных знаний не попасть. Она находится рядом с комнатой ядра. Если через ядро можно управлять целой мультивселенной одного мира — с бесконечным количеством версий и домиков Мит внутри них, — то в комнате разработчиков есть выход на соседние МиСайды, сосуществующие параллельно с нашей. Всё, что нужно, — дойти туда и… Чёртова игра! Я только что еле увернулся от огромной руки, которая чуть не схватила меня. Святая магия, фух! Сердце заколотилось, как бешеное. Я бросил взгляд в сторону. Фигура Миты невообразимых размеров растворилась в темноте версий. Вот кого лучше не трогать, так это её. Кажется, у неё хватит сил, чтобы дать серьёзный бой даже Страннику. В нужный момент я резко сдвинулся в сторону и зацепился за край массивного задания. Благодаря улучшенной моторике я смог это сделать без проблем — в ином случае инерция свободного падения просто оторвала бы мне руку. Тело моё уже давно начало меняться. Если раньше я относился к этому нейтрально, то теперь я больше похож на сверхчеловека. Игнорировать такие изменения не выйдет — в реальности, когда вернусь, придётся думать, как их скрыть. Иногда человек может так глубоко погрузиться в себя, что перестаёт замечать всё вокруг. Со мной произошло то же самое. Я упустил момент, когда из окна этого задания, парой этажей выше, выпал человек и рухнул вниз навстречу неизвестности. — Что за… — пробормотал я, провожая взглядом исчезающий в темноте силуэт. Я посмотрел туда, откуда он выпал, и несколькими прыжками добрался до края окна. Заглядывать внутрь здания я не стал — там маячил многорукий (неприятные воспоминания со склада всё ещё свежи) и рядом с ним стояла ребёнок-Мита, собранная по кусочкам, как монстр Франкенштейна. Я снова глянул вниз. — Кто бы он ни был, этот парень нашёл переход между версиями. Это удача или ирония? — мой «партнёр» внутри тела наконец поделился нужной информацией, которую раньше утаивал. Словно Цунадера из аниме — всегда знает больше, чем говорит. Я прыгнул вниз вслед за этим человеком и тут же ощутил смещение в пространстве. Это было невероятно — само существование подобного поля казалось настоящим чудом. Просто высший уровень Многомерной Трансцендентности, иначе и не скажешь. Я моргнул несколько раз, пытаясь осознать происходящее… И вот тут началось то, чего я точно не заказывал. Мой мозг внезапно заполнился информацией — целым учебником для высших образовательных учреждений по научной механике и физике. Причём не просто одного мира, а сразу доброй части Мультивселенной. Это было как загрузка данных в голову без предупреждения — и, честно говоря, я бы предпочёл остаться в неведении. Может, это прозвучит странно, но Миты — невероятно умные существа. Особенно моя основная головная боль — Безумная Мита. Кто-то вообще сомневался в этом? Она в одиночку, исключительно своими руками, создала технологию портала, способного перемещать объекты из "реального" мира в мир игры. И это не просто телепортация — здесь изменения затрагивают саму суть твоего бытия, как физического, так и духовного. Уровень технологий просто невообразимый. При этом она — бракованная, неполноценная из-за отсутствия собственного дома. Добавьте к этому её комплекс бога, за которым скрывается глубокая обида на всех подряд, включая Разработчиков. Получается такая ядовитая смесь, что с этими новыми воспоминаниями я уже не сомневаюсь: меня ждёт "тёплый приём". В стиле пилы и вечной погони, не иначе. Когда моё тело окончательно переместилось, я оглядел новое помещение. На столе, среди россыпи различных приборов, сидела Чиби Мита — вторая, кого я встретил в этом странном месте. Она выглядела удивлённой. Над её головой всплыл текст. — Ещё один игрок? Редкое явление, я бы сказала — она указала рукой на дверь — Прошлый игрок уже помог мне. Можешь проходить туда. Я не стал медлить, лишь кивнул и направился к двери. За ней оказался обычный домик Миты, погружённый в темноту. Лишь один слабый светильник разгонял мрак. Судя по всему, это была версия 1.15 — ничего особенного тут не было. Хотя нет, постойте. Версии 1.15 и 1.16 тут немного другого толка. В таких местах новые Миты адаптируются после своего создания. Это происходит в темноте, чтобы не подвергать их лишнему стрессу. Затем их ждёт будущее «новоселье» — с долгим, очень долгим ожиданием впереди, внутри их домиков — Снова игрок? — раздался шёпот — Я думала, что это за шум, а тут опять… Я обернулся. Какая-то Коротковолновая Мита приоткрыла дверь и посмотрела на меня. — Ты друг первого игрока? — спросила она, слегка наклонив голову. — Я его не знаю. У нас, похоже, одинаковый путь, но в остальном — чистое совпадение. Она нахмурилась. — Ты тоже идёшь вниз? — Ты имеешь в виду к отфильтрованным манекенам? Нет, мне нужно попасть в другое место. Я иду своим путём. — Отсюда пути только вверх и вниз — прищурилась она — Других нет. Я усмехнулся. — Не вари, есть третий… в цех через компьютер фильтрации. Она замолчала, явно ошеломлённая, и лишь тихо закрыла дверь за собой. Через секунду снова раздался её голос. — Ты Адам? Теперь удивился я. — Знаешь меня? — Странно, — задумчиво протянула она. — По сводкам, ты должен находиться выше. — Сводкам? — Соцсети МиСайд — пояснила она — Они связывают всех Мит и игроков, независимо от версии, а также другие игры. Через компьютер. Мы общаемся, обмениваемся информацией, чтобы не заскучать. Там ничего особенного, самые обычные соцсети. Я напрягся. — И как давно это знают? — Ну, судя по количеству подписчиков на твоих фан-страницах, весь МиСайд уже в курсе, что ты в игре. Вот чёрт… — Какое количество? В темноте она подняла руку, показав пять пальцев. Я сразу подумал, что это около пяти тысяч, но она удивлённо посмотрела на меня и уточнила. — Не тысяч, а пятьсот миллионов. Я замер, не зная, как на это реагировать, и просто пытался переварить услышанное. Она добавила, что это ещё немного — у Странника, например, больше пяти миллиардов. — Версии выше 2.0 в основном живут в своём мире. Для них всё, что происходит внизу, — как центр земли. Считай, они люди, а всё, что ниже, — фэнтези-мир, который вроде бы близко, но так далёк. Многие даже не представляют, каково это — жить без модов в первых версиях. Для них это фантастика. Разница между поколениями и версиями колоссальная. Она вздохнула. — Если смотреть с человеческой точки зрения, версии с 1 по 10 — консервативны. Мы привыкли делать всё по-старому и существуем, как существовали всегда. Начиная с 10.1 появляются Миты нового уровня, более продвинутые, чем в предыдущих версиях. То же самое в 20.1 и так далее. И поверь, разница между нашими версиями и взглядами настолько велика, что это приводит к конфликтам в соцсетях. Споры и жаркие дискуссии там идут ежесекундно. И это мы ещё конфликтуем только с десятыми версиями. Что творится в двадцатых и выше — вообще ужас. Я посмотрел на неё. — Зачем мне эта информация? Коротковолосая Мита пожала плечами. На этом мы замолчали. Не знаю, о чём думала девушка, но через некоторое время она кивнула, приглашая следовать за ней. Я пошёл. Мы вошли в абсолютно тёмную комнату, где я не видел даже собственных рук. Шёл почти наугад, и это было то ещё приключение. — Ай! — пискнула какая-то неизвестная Мита, на ногу которой я случайно наступил. — Извините! Я чуть не упал, попытался удержаться и схватился за другую Миту. Та тоже пошатнулась вместе со мной. — Простите! Вытянув руки вперёд, я начал осторожно прощупывать пространство — и, конечно, тут же накосячил. — Кья! — раздался возглас, эффект красных шек был ясным. Кажется, я схватил кого-то за грудь. — Да Господи боже! Нельзя что ли поставить сюда хотя бы подсветку?! — Нельзя! — хором ответили несколько голосов. — Даже не думаете! — Я слишком стесняюсь! — А вдруг меня игрок увидит? Гул голосов Мит прокатился по комнате. Они были повсюду, как сардины в банке. К счастью, кто-то взял меня за руки и повёл туда, куда нужно — к компьютеру фильтрации, который оказался встроен в игровой автомат. Коротковолосая Мита довольно улыбнулась. — Рейтинг нашей игры позволяет — зачем-то сказала она. В ответ я показал ей средний палец. Послал я эту игру на три буквы. Она помахала рукой. — Пока, Адам. Не прощаясь, я ввёл нужную команду в игровой автомат. Он засветился и втянул меня внутрь. Если точнее — в соседнюю реальность, через которую можно сократить путь до нулевой версии.