Дорога в Венесуэлу

Утро после трагедии. Дом был непривычно тихим. Никаких шагов Софии, никаких запахов кофе, никакого смеха. Только холодный утренний свет, пробивающийся сквозь тяжёлые шторы, да слабый скрип половиц, когда Карла шла по коридору. В зеркале у дверей она не сразу узнала себя - глаза покрасневшие, лицо бледное, губы сжаты в тонкую линию. Платье ей подобрали тёмное, строгое, без украшений. В гостиной уже ждал отец. Лауреано стоял у окна, держа руки за спиной. Его тень вытягивалась по полу, будто отбрасывая на всё вокруг ту же тяжесть, что стояла в воздухе. - Ты готова? - спросил он, не оборачиваясь. - Готова, - ответила Карла ровно. Голос звучал спокойно, почти безжизненно. На столе лежала небольшая сумка. Несколько платьев, документы, крестик матери и всякая мелочь. - Охрана выедет через десять минут, - сказал отец. - Граница с Венесуэлой безопасна. - Почему я? - её голос оставался твёрдым. - Почему не Карлос? - Потому что он - мой наследник, - ответил Лауреано. - Он должен остаться здесь. Карла едва заметно усмехнулась. - Значит, я - просто та, кого можно убрать с дороги? Он повернулся. Их взгляды встретились - одинаково холодные, упрямые. - Нет. Ты - та, кого я не хочу потерять. Она не отвела взгляд. - Не волнуйся, отец. Я не та, кого легко потерять. Лауреано на секунду задержал дыхание. Он знал - спорить с ней бесполезно. Та же кровь, та же сталь в голосе, что и у него самого. В дверях появился Карлос. Он выглядел так же, как отец, - собранный, отстранённый. Но в глазах что-то дрогнуло. - Береги себя, - произнёс он тихо. Карла ничего не сказала, просто подошла и коротко обняла его. Машина тронулась под мерный стук дождя. Богота осталась позади, серой, мокрой и пустой. Карла сидела на заднем сиденье, глядя в окно. Водитель молчал, телохранители в форме сидели рядом, настороженно поглядывая по сторонам. Дорога шла всё выше, в сторону Анд. Склоны становились круче, воздух свежее, а облака висели низко, почти касаясь земли. Она вспоминала мать. Её голос, её руки, запах духов. Каждый раз, когда эти воспоминания приходили, в груди сжималось так, будто там кто-то поставил камень. Потом - отец. Его твёрдый взгляд, уверенность, которую она всегда восхищалась… и боялась. Карла понимала, что похожа на него. Упрямая, гордая, не умеющая молчать. Но теперь, когда он отвернулся, ей казалось, будто половина её самой осталась в доме, среди дыма и тишины. Дорога становилась всё круче. Машина тянулась вверх, среди влажных склонов, где густой туман ложился на землю, а горы казались бесконечными. Карла смотрела в окно. Природа Колумбии была величественной - зелёные склоны, обрывистые скалы, облака, почти касающиеся земли. Всё это казалось чужим и красивым одновременно. Дождь усиливался. Телохранители насторожились. - Дорога скользкая, - сказал один. - Нужно быть осторожнее. Но водитель кивнул, не снижая скорость. Машину резко тряхнуло. Земля под колёсами дрогнула, потом затряслась сильнее. - Что это?.. - начал охранник, но не успел договорить. Из склона раздался треск, словно сама гора ломалась изнутри. Камни полетели вниз, земля под машиной пошла волной. - Держитесь! - закричал водитель. Секунда - и всё исчезло в гуле. Свет фар мелькнул среди пыли и камней - и погас. Когда буря утихла, туман снова заполнил ущелье. Телохранители приходили в себя среди обломков. Один поднялся, позвал: - Сень… Карла! Госпожа! - Ответа не было. Её следов - тоже. Ни тела, ни крика, ни шороха. - Она была здесь, - прошептал один из них. - Только что… Гора молчала. Они искали её до рассвета. Ни следов, ни голоса, только густой туман и огромная трещина в скале, которой раньше не было. Гора будто сама поглотила её.