Глава 12

На следующий день низкий смех Драко все еще отдавался эхом в голове Гермионы. Она слышала его весь вечер — когда играла на полу в шашки с Тедди и когда укачивала своего маленького племянника. Это прокручивалось у нее в голове, когда она ужинала с Уизли, слушала любимую радиопрограмму Молли и обсуждала сотовые телефоны с Артуром Уизли. Смех сопровождал ее, когда Гермиона обняла на прощание родственников со стороны мужа и, используя летучий порошок, вернулась в пустую квартиру. Когда она лежала в постели одна, она услышала низкий смех и почувствовала его внизу живота. Она перевернулась, надеясь заглушить его. Она снова и снова прокручивала в уме их разговор — Насмехался ли он над ней? Ее поглотил не издевательский смех, нет, он был наполнен юмором, озорством и желанием. — Черт возьми, Грейнджер, — ругала она себя, расхаживая на следующий день возле открытой двери кабинета Драко. Это было похоже на танец — три шага вперед, один назад. Она была рада, что ее никто не видит. Она подумывала развернуться и убежать обратно в свой офис. Она была профессионалом. Вторая в команде. Она не могла позволить простому смеху отпугнуть ее от выполнения своей работы. Завтрашняя встреча с японским министром была слишком важной. Да, решила она, именно это и заставляло ее нервничать. Исход этой встречи будет иметь огромные последствия. Ее тревоги не имели ничего общего с красивым блондином по другую сторону стены, от которого у нее кровь стыла в жилах, от разочарования и желания. Она глубоко вздохнула и заставила себя двигаться, остановившись в дверном проеме, подняв кулак и легонько постучав по дверному косяку. Он поднял на нее глаза, и их взгляды встретились. Черт возьми, он снова надел эти очки, и когда он посмотрел на нее сквозь них, у нее перехватило дыхание. Он ухмыльнулся, и они уставились через всю комнату друг на друга. — Как прошли цифры из трейдинга? — Ей, наконец, удалось спросить, потребовались все силы, чтобы голос не дрожал. — Те вернулись в порядке, — ответил он, но глубоко вздохнул. — Но теперь я не могу разобраться с этим.… Я дважды и трижды проверял, но что-то не сходится. Кто бы ни выполнял эту работу раньше. — Ты не возражаешь, если я посмотрю? — Спросила Гермиона, обходя стол, ее нервы на мгновение были забыты, глаза сияли. Она любила бросать вызов (и исправлять ошибки других людей). Она села на стол и взяла пергамент у Драко. Она внимательно изучила его и тихо вздохнула. — Это беспорядок. — Как я уже сказал, — сказал Драко, вставая и выхватывая бумагу у нее из рук. — Что-то не сходится. Мы не можем представить это Синго. — Ты прав, — согласилась Гермиона, покачав головой, и глубоко вздохнула. Она с нетерпением ждала раннего вечера — тихого ужина в одиночестве и посиделок с Живоглотом у камина с книгой перед тем, как принять горячую ванну и пораньше лечь спать. Именно так она всегда расслаблялась перед важной встречей. — Я могу поработать над этим вечером, посмотрим, смогу ли я придать этому смысл. — Ни за что, — возразил Драко, когда Гермиона попыталась забрать листок обратно. Он сердито посмотрел на нее, держа ее руки в своих, когда пытался отобрать у нее свиток. — Я знаю, ты привыкла быть самым умным человеком в комнате, но это моя работа — исправлять. — Хорошо, — со вздохом согласилась Гермиона, положив обе руки на пергамент. Их мизинцы соприкасались, и Гермиона почувствовала легкое покалывание, она не разорвала зрительный контакт. — Могу я хотя бы помочь тебе с этим? Драко внимательно изучил ее, прежде чем кивнуть: — Хорошо, мы можем сделать это… вместе.

***

Ее ноги утопали в плюшевом коврике, когда она расхаживала взад-вперед с пером во рту и прикованными к пергаменту глазами. Она несколько часов назад сбросила каблуки и распустила волосы. Не то, чтобы она часто делала так здесь. Она создала идеальную иллюзию себя. Она оставила себя прежнюю, по крайней мере здесь. — Что, если, — начал Драко, затем яростно нацарапал. Гермиона заметила, что он тоже устроился поудобнее. Его мантия висела на спинке стула, галстук болтался на шее, а первые две пуговицы рубашки были расстегнуты. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, демонстрируя жилистые мышцы рук. Гермиона отругала себя за то, что заметила, каким красивым он выглядел, когда был расслаблен — это было зрелище, которое она никогда не ожидала увидеть. Он выглядел молодым и почти уязвимым, его обычно зачесанные назад волосы взъерошились от того, что он нервно проводил по ним руками, несколько прядей даже упали ему на глаза, и он откинул их со лба. Она заметила, что его глаза за линзами очков были мягкими и сосредоточенными. Она не была уверена, было ли это игрой света свечей, или его взгляд действительно стал мягче. — Нет, нет, это неправильно… — Драко пробормотал что-то себе под нос, не замечая устремленного на него взгляда Гермионы. Она быстро отвела взгляд и вернулась к своей работе. Но не раньше, чем она заметила, как его грудь вздымается от глубокого вздоха, и она мельком увидела твердые мышцы там, где расстегнулась его рубашка, а свет свечи осветил мягкую прядь светлых волос. Она почувствовала, как ее щеки покраснели, когда она отвернулась, уткнувшись румяными щеками в пергамент. Она забралась к нему на диван, поджав под себя ноги в носках. Она была удивлена тем, насколько комфортно чувствовала себя наедине с ним, тишина, повисшая между ними, не была неловкой, как она опасалась. Это было так удобно и очень интимно. Огонь, ревевший в камине, наполнял комнату теплом, и она начала чувствовать усталость, ее глаза слипались. Они обсуждали это уже несколько часов, и она боялась, что к утру у них не будет ответа. Внезапно, когда она уже собиралась задремать, она увидела это — в уравнении была ошибка… — Смотри! — Внезапно она вскрикнула, вскочила на ноги и бросилась к нему, забыв о своей сонливости. Драко был так поражен, что чуть не выронил перо. Ее глаза сияли, когда она положила пергамент на его стол и постучала по нему пером. Он наблюдал, как уравнение смещается на странице, выравнивая все. — Ты чертовски гениальна! — сказал Драко с благоговением, облегчение отразилось на его красивых чертах, и он ухмыльнулся ей. Она не смогла удержаться от улыбки в ответ: — Невыносимо все знать, помнишь? — Позволь пригласить тебя выпить, — предложил он. — За то, что спасла мою задницу. — Веришь или нет, Малфой, я мало забочусь о твоей заднице. Он высмеял то, что его подловили, что вызвало смех у нее. Он поднял бровь: — Давай, Грейнджер, выпьем. Она должна сказать «нет», она должна пойти домой, в свою пустую квартиру. Но она не могла заставить свои губы произнести слова, ее мозг кричал ей сказать «нет», но остальная ее часть… он пристально наблюдал за ней, ухмылка не сходила с его лица. Она поняла, что это был вызов. И она не собиралась отступать. — Один глоток, — согласилась она, ее мозг проигрывал битву. Сейчас ей нужно бежать, сказала она себе. Это была ужасная идея, но она не остановила его, когда он помогал ей надеть мантию или когда он положил руку ей на поясницу и вывел из своего кабинета. — И ты платишь, Малфой.