Повседневность нарушают новые события

Предприятие 3826. Научный комплекс «Челомей». Кабинет Дмитрия Сергеевича Сеченова. 1950 г. Андрей, Сергей и Лёня (Ллойд) медленными шагами пробирались к сидящему за столом, человеку. Он был одет в чёрный костюм и какие-то немецкие сапоги. Незнакомец что-то выписывал на бумаге, не слыша приближающихся сотрудников Предприятия. — Эй! Руки вверх, дезертир! — Крикнул Барклаев, направив бластер в человека. Мужчина хмыкнул и занеся руку над собой, щелкнул пальцами. Трое даже сообразить ничего не успели, как прямо перед ними изящно приземлились две железные и блестящие женщины-роботы. У обеих были одинаковые лица и тела, за что их называли «Близняшками». Лёня вздрогнул от их внезапного появления и чуть не выстрелил в незнакомца из своего оружия. — Где Дмитрий Сеченов? — Спросил Сергей, не сводя глаз с сидящего. — Дмитрий... Хех... А его и нету больше. Вы думали — помешаете мне? — Парень обернулся к прибывшим и его лицо исказила безумная улыбка. — Но вы не расстраивайтесь. Скоро, сюда прибудет Красная армия и всё будет кончено. Но о том, что происходило здесь, уже давно узнали за рубежом. Роботов перестанут поставлять за границу СССР и капиталистический мир будет в безопасности. — Сейчас тебя должно волновать то, как тебе спастись. — Фыркнул Андрей. — Убийство членов Политбюро и Молотова... Жестокая расправа с министром промышленности Дмитрием Семёновым. Смерти тысяч людей, находящихся на территории Предприятия. Прямой конфликт с Партией и порча имущества государства. Да тебе за всё это светит минимум расстрел. И сейчас, тебе бежать некуда. — Есть куда. — Ответил незнакомец. — На крыше здания меня дожидается робот «Дрофа», который доставит меня в США. Меня там ждёт лично президент, как героя «западного мира». Американский паспорт, личная вила в Вашингтоне. Всё, чего точно не может быть в этой проклятой коммунистической стране. — Ну... — Лёня нахально улыбнулся. — До «Дрофы» ещё добраться надо. А ты на прицеле у нас. И мы прямо сейчас можем пустить пулю тебе в рот. — А вы попробуйте. — Незнакомец вновь вернулся к своим бумагам. — Правая, Левая. Пресечь. Близняшки молниеносно среагировали и подпрыгнув в воздухе, начали атаку... * * * Вот вам когда нибудь приходилось жить с кем-то, при этом не питая к этим соседям тёплых или дружественных чувств? Конечно, если вы живете в общаге Универа или в чем-то подобном. Но случай Энди — это то, что никак не сравнимо с тем, что могли пережить вы. Проживание в ЖК НЕРВ стало для Барклаева самой настоящей кармой. Вполне вероятно, что это наказание за быдланскую деятельность или какие-то мелкие грешки. Хотя, Энди вряд ли заслужил такое. Это вам не пятнадцать суток отбывать... — Они меня заколебали. — Вздохнула Аска, когда они сидели в его комнате, ночью. В комнате была темнота и в ней находились всего два человека. Энди и Аска частенько ночуют друг с другом, что свойственно для подростковых отношений. — Я уже и сам начинаю закипать. — Вздохнул Барклай. — Я уже с командующим разговаривал, пытался ему деньги предложить, лишь бы больше не куковать с этими дебилами в одной квартире. У меня такое чувство, будто Гендо меня за что-то ненавидит. — Он вообще всех терпеть не может. Либо отыгрывается на нас, после потери сына. Ну... точнее, после его ухода. Слово «потеря» тут не совсем подойдёт. — Ответила Сорью, поглаживая пальцы своего парня. — Кстати. Насчёт Синдзи. Раз уж мы завели тему о нем, давай решим, как будем сближать его с Аянами? — Предложил Барклай, чуть приподнявшись над лицом рыжей. — Я в последнее время стал часто замечать, как он заглядывается на неё. И взгляд этот... Он не тот, что у рандомного школьника-извращенца. Этот взгляд... тёплый. — Звучит, конечно, романтично... Но взгляни на Синдзи. — Аска чуть поморщилась. — Я не питаю неприязни к нему. Дело, скорее, в его жесткой застенчивости. До твоего появления и после него, Синдзи был тряпкой и слюнтяем. Он вено тупил на ровном месте и едва ли мог что-то говорить, когда перед ним стояла девушка. — Случай тяжелый. Не спорю... Но решать проблему надо, ведь? Синдзи заслужил чего-то большего, чем друзей и бабла от НЕРВ. Ему нужно научиться общаться с людьми и стать более уверенным. — И что ты предлагаешь? — Спросила Сорью. — Будешь говорить с ним? По своим русским методам, превратишь его в «пацана»? — Не... Чушпаном быть — это приговор. — Отшутился Энди. — Но сделать его более уверенным и раскрепощенным мы можем. Надо вбить ему в голову всё, что мы сами знаем. — Здесь, я не помощница. — Вздохнула Аска. — Я девочка. У меня другое воспитание и другое влияние на него. Он не станет слушать того, что я ему скажу. Мы с ним не в самых лучших отношениях. Но изменить его можешь ты. — Тогда, займись Рей. — Попросил Энди. — Узнай побольше о ней. А я буду это анализировать и преподносить Синдзи. Если они действительно нравятся друг другу, но не могут этого сказать, мы можем им помочь друг друга найти. — Звучит красиво. За сколько дней управимся? — Ну... С учётом того, что мне придётся ещё и заниматься его физической подготовкой и помогать с учебой, то примерно полмесяца. — Энди покрутил кистью руки, покачивая головой и проводя быстрые расчёты в голове. — А если ещё и придётся воспитывать Синдзи по новой, то и два месяца уйдёт. — Личностное развитие — единственное, что поможет Икари. — Ответила рыжая. — Только, нам надо это проворачивать так, чтобы не пошёл слух в школе. Чон Хэ, Буданов и Макинами точно распустят сплетни. Да такие, что наши репутации будут закопаны в могилу. И даже креста не будет. — Одно дело — репутация. Другое — жизнь друга. Делай выводы. — Энди лёг на своё место и прислонившись лицом с виску рыжей, вдохнул приятный аромат женского шампуня Аски. — Выводы будем делать, когда Синдзи станет авторитетом, наравне с нами. — Усмехнулась Сорью и чмокнула парня в лоб. — ДОБРЫХ СНОВ, СОЛДАТИК. Энди был очень приятно удивлён, что Аска знает русские слова и даже говорит их без немецкой кортавости. Барклай усмехнулся и поцеловав в губы немку, выключил ночник. — ПРИЯТНЫХ СНОВ, ДЬЯВОЛЁНОК. — Бака. — Прыснула Аска и прижавшись телом к русскому, окунулась в царство снов, загребая с собой и парня. * * * Токио 3. Парк аттракционов. 6 мая. 18:08  Сложить 2 и 3 и получить 5 — нормально. Пытаться что-то доказать женщине и потом получить скалкой по башке — нормально. Но построить парк развлечений в городе, на который несколько раз были совершены налёты инопланетных захватчиков — это идиотизм высшего уровня. И Энди об этом твердил на протяжении всего похода в этот парк. Пока Синдзи хмуро брёл по улице, Аска в предвкушении скакала рядом, а Аянами сдержанно оборачивалась по сторонам, Барклай уже несколько раз успел пожалеть, что вообще решил помочь Синдзи с этим двойным свиданием. Больше всего на свете, Энди ненавидел именно это место. Но тем не менее, когда Синдзи предложил пойти туда, Энди не мог отказать другу. «У чувака пробелы в романтике. Пусть заполняет их» — пронеслось в голове Барклаева, когда на горизонте показалось колесо обозрения. — Повеселимся? — С улыбкой спросила Аска и не дожидаясь ответа, схватила Энди за руку. — Барклай. Сейчас, мы пойдём на самые страшные американские горки. Синдзи, вы с Рей пока найдите себе развлечение сами. — Хорошо, пилот Сорью. — Ответила Аянами. — Синдзи-кун. Я бы хотела в комнату кривых зеркал. Пойдём? Слабая, но очень очаровательная улыбка альбиноски, заставила Икари-младшего растаять прямо на месте. — К...конечно. Ну... мы пошли. — Синдзи и Рей направились в сторону красного шатра, где, вероятно и стоят эти кривые зеркала. — Я надеюсь, Синдзи не испугается, когда увидит себя в отражении толстым... — Сказал Барклай. — Он будет горд, когда отражение покажет Синдзи-качка. — Прыснула Аска. — Так! Не расслабляемся! У нас горки. Энди обомлел, когда на его глаза попались длиннющие горки и вагонетки, летящие по ним примерно с той-же скоростью, с какой друзья Барклаева рассекали на истребителях. — По-моему, я сдохну раньше, чем перчатка успеет с меня слететь. — Обеспокоено сказал Энди, когда прямо над ним пролетела одна вагонетка. — Это вот на этой ракете мы будем мчать? — Энди! — Возмутилась Сорью. — Ты управляешь гигантской Евой! Ты участвовал в трёх войнах! Ты себя всегда показывал, как бесстрашный герой из России! А на какие-то там горки боишься идти? — Да! — Ответил Барклай, не меняя своего каменного, от испуга, лица и надеясь, что Аска сжалится и бросит эту затею. Но его ждало разочарование. Аска взяла парня за руку и потащила к аттракциону, где уже собралась целая очередь. * * * — Яхууууууу!!!!!! — Аска подняла руки в верх, когда их вагонетка проехала по ещё одному трамплину, не меняя своей и так бешеной скорости. — Бл...ть... Мне плохо... Дайте пакет!!! — Орал Энди, вжавшись в своё кресло почти всем телом и чувствуя, что глаза скоро выпрыгнут из него, как теннисные мячи. — Сорью! Будь ты проклята! Энди и подумать не мог, как же это быстро. Когда он смотрел на эти поездки со стороны, он чувствовал волнение. Но когда он сам сел в эту вагонетку и она помчалась, как олени из Республики Коми, он чуть не выплеснул недавний ужин на находящихся снизу, людей. — Энди, руки подними, это весело! — Смеясь, сказала Аска, смотря на парня, который уже начал зеленеть от головокружения. — Меня сейчас... бхм... твою-ж... — Энди закрыл рот рукой, не давая содержимому организма выйти наружу. После ещё нескольких минут мучений Барклаева, вагонетка сбавила скорость, а после и остановилась перед резким склоном. Энди облегченно выдохнул и даже улыбнулся. Но не успел он что-либо сказать, как вагонетка помчалась вниз. — Да твою-же за ногуууууууу!!!!!!!!! — Закричал Барклаев, схватившись за поручни вагонетки. Аска же вновь закричала от радости, издавая своё любимое «юхууууу!». Вскоре, вагонетка вновь остановилась и к ней подошли инструкторы, после чего, принялись открывать её дверцу. Энди вывалился из адской машины и принялся целовать землю, после чего, ему пришлось отплёвываться от попавшего в рот, песка. — Прикольно же, да? — Спросила Сорью, смеясь. — Прикольно!? Да я чуть молнии из глаз не пустил! Я в последний раз так пугался, когда меня закинули в закрытый медный шар и этот шар на огонь закатили! — Это когда было? — Спросила Сорью, взяв парня за руку и прижимаясь к нему всем телом. — Во время японских оккупаций. Я тогда, чуть не сварился. Хоть и был с перчаткой. * * * А тем временем, в будке тира, Аянами стреляла по банкам и зарабатывала очки. Синдзи и представить не мог, как же хорошо Рей стреляет. Ни одна банка не осталась на полке. В сторону разлетались железные солдатики и лопались воздушные шарики после четких по ним, попаданий. — Ты не плохо стреляешь, девочка. Где ты этому научилась? — Спросил инструктор, снимая со стены плюшевого медведя. — Мы работаем в НЕРВ. — Ответил Синдзи, довольно смотря на результаты подруги. — Рей, ты молодец. — Спасибо, Синдзи-кун. — Ответила альбиноска, мило улыбнувшись. — И вам спасибо, Восума-сан. — Это вам спасибо. Спасибо, что оберегаете наш город. — Ответил инструктор. — А где остальные пилоты, если не секрет? Я думал, вы ходите все вместе. — Пилот Барклай и пилот Сорью сейчас на американских горках. Пилот Уолкер на тренировках. А новые пилоты сейчас находятся в неизвестных местах. — Ответила Рей, сжав в руках игрушку, полученную от мужчины. Время близилось к вечеру. Синдзи начал чувствовать небольшую усталость. Помимо смеха в комнате кривых зеркал, тира и игр в аркадах, Икари успел и наесться мороженого. — Синдзи-кун. Ты не хочешь на колесо обозрения? Я слышала от пилота Макинами, что в Лондоне, с него открывается чудесный вид. — Спросила Рей. — Если ты так хочешь, то давай. — Синдзи протянул альбиноске руку. Рей улыбнулась и взялась за неё, после чего, молодые направились к аттракциону. Оплатив проход, Синдзи и Рей сели в одну из кабинок, расположившись друг напротив друга. Кабинка начала подниматься, после чего, Синдзи расширил глаза от восторга. Вид на Токио 3 и впрямь был великолепным. Чудесный закат покрывал город своим желтовато-оранжевым светом. На ветру летали одинокие листики сакуры, что росла где-то внизу. Огромные дома мегаполиса, которые люди строили долгие годы, могли бы стать отличным дополнением для какого-нибудь пейзажа. — Синдзи. Ты никогда не видел закатов? — Удивилась Рей. — Я думала, ты жил достаточно полной жизнью... — Рей... — Синдзи оборвался. — Ты и представить не можешь, как я жил. Без отца, в далёком городе. На Хоккайдо. — Что такое Хоккайдо? — Это такой... остров. — Синдзи посмотрел на девушку. — Слушай. А как жила ты? Аянами отвела взгляд в сторону города и вздохнула. — Командующий был для меня самым близким человеком. Он выделил мне жилище на окраине. Каждый день давал мне задания или просто общался на бытовые или личные темы. Я всегда старалась быть лучшей во всём, чтобы он испытывал гордость за меня. Он не раз говорил мне, что я ему как дочь. Но его слова мне не казались искренними. Они говорились так, будто Икари не очень хочет общаться... — Не... ну... я знаю, что мой отец не идеален. Но почему же сейчас, он не общается с тобой? — Спросил Синдзи. — У командующего много дел. Ему явно не до меня. — Аянами сказала это с удивительным спокойствием. — Да и я уверена, Энди тоже является причиной. Не так давно, он пришёл ко мне в квартиру и сказал, что больше не может смотреть на то, как я живу там. Он сказал, что я должна переехать в центр. И могу быть и не права, но вполне возможно, что командующий не отдавал ему приказа. — Энди — настоящий друг, Рей. Он помог тебе выбраться из этой помойки, благодаря его доброте и великодушии. — Сказал Синдзи. — Несмотря на его скверный характер и количество матов в словарном запасе, он хороший. И миру будет худо, если он лишится такого человека. — Пожалуй, ты прав... — Рей улыбнулась. — Но ему нет места в моем сердце. Его уже занял другой человек. — Не слишком ли жестко ты? — Удивился парень. — Синдзи... Энди научил меня любить и проявлять чувства к людям. И пусть, я не смогла проявить таких чувств к нему самому, я точно уверенна, что я могу проявить их по отношению к тебе. Синдзи... ты мне нравишься. Сердце Икари ушло в пятки... Он не мог ничего ответить, боясь сказать что-то не так. Но уверенность начала приливать. — Ты мне тоже, Рей... * * * ЖК НЕРВ. Общежитие пилотов. 7 мая. 7:05  — Рота, подъем!!! — Крикнул Энди, стоя над спящим, до этого, Икари. Синдзи вскочил с постели, с ужасом смотря на друга. Разглядев, сквозь размытость, Барклаева, Синдзи обречённо застонал. — Младший лейтенант Икари! Партия зовёт! Пора служить отечеству! — Сказал Энди, с гордой улыбкой. — Вот про партию было лишнее. — Ответил Синдзи. — И зачем ты меня так рано разбудил? Я лёг в 23. — А я и не ложился. — Хмыкнул русский. — Поднимайся. На зарядку пойдём. — На какую зарядку? — Возмутился Икари. — Тренировки с Хеннингом были ещё вчера, перед нашим походом в парк. — Если ты хочешь быть достойным солдатом, пилотом или хотя-бы достойным гражданином своей страны, ты должен заниматься спортом каждый день. Да и тем более, я уже договорился с Хеннингом. Не придти мы не можем. — А меня спросить? — Синдзи зарылся в одеяло вновь. Однако, Энди успел схватиться за его конец и рванул на себя. Оказавшись без защиты от утреннего холода, Синдзи вновь недовольном что-то забормотал. Энди вздохнул и взяв из кармана пульверизатор, произвёл несколько мощнейших выстрелов в друга. Синдзи возмущённо начал что-то кудахтать, пытаясь защититься руками от струй воды. — Я жду тебя на кухне. У нас есть два часа до того, как встанут Аска и Альф. Часик позанимаемся. А потом и завтрак сварганишь. — Сказал Барклай, выходя из комнаты. — А. Да. С добрым утром. — Да за что мне это? — Простонал Синдзи и начал вставать. *** Токио 3. Школьный стадион. 7 мая. 7:45 — Третий круг уже бежишь! Ещё два осталось! Поднажми! — Крикнул Энди, пробегающему мимо, Икари. Синдзи тяжело дышал, выкладывая все силы на то, чтобы не упасть на землю. Честно, он не понимал, зачем он вообще согласился на то. Хотя... его и не спрашивал никто... Пробегая вокруг огромного стадиона уже в третий раз, Синдзи мысленно топил Энди в проклятиях и известных ему, матах. — Икари! Ты неплохо справляешься! — Подбодрил стоявший рядом с Энди, Хеннинг. — Барклай. А меня ты зачем звал? Ты и сам неплохо справляешься с обязанностями тренера. Я уже и бояться начинаю появления конкурента. — Да какой там... — Усмехнулся Энди. — Вы — наживка. Синдзи слишком вежлив, чтобы заставлять вас просто так таскаться из дома на стадион школы. Хотя... Я бы хотел сейчас позаниматься боксом. Ну... так... легким... можно такое устроить? — Перчаток у меня сейчас нету. Уж извини. — Пожал плечами немец. — Могу лишь дать тебе сейчас парочку упражнений для рук. А сам пока Синдзи потренирую. — Давайте уж так. — Ответил Барклаев. — Хорошо. Вон там турники. — Немец указал в сторону тренажёров. — Подтянешься раз пятьдесят и приходи за следующим заданием. — Пасиб. — Энди пошёл к турникам, попутно разминаясь и разгоняя кровь по телу. Хеннинг до сих пор удивляется, как Барклай вообще смог вырасти таким сильным духом и крепким волей, парнем. Хотя, он наверняка забыл, что Энди — ветеран. Немец гордо смотрел на своего ученика, не заметив, как сзади подбежал запыхающийся Синдзи. — Я... фуф... я закончил... — Сказал Синдзи, прерываясь на передышку. Хеннинг посмотрел на Икари и кивнув, указал на землю. — Упор лёжа принять. — Приказал тренер. Синдзи прокашлялся и принял нужное положение, готовясь к отжеманиям. Но его ждало нечто более страшное. — Планку постоишь минутку. — Спокойно Сказал Хеннинг, присев на корточки, возле стоявшего в таком положении, Синдзи. — Выстоишь минуту, получишь досрочное освобождение. Синдзи кивнул и встав с колен, принялся выполнять упражнение. И на первых же секундах, его тело начало дрожать от сильных нагрузок. Оно определенно не готово к такому. — Терпи, Икари. Тебя в пилоты брали не за красивые глазки. — Энди подошёл сзади и встав в то же самое положение, принялся выполнять это упражнение. Синдзи на секунду перевёл взгляд на него, но не желая тратить силы на высматривание лица русского, он вновь закрыл их. *** Геофронт. Кабинет главнокомандующего Икари. 7 мая. 17:49 В кабинете царила обстановка настоящего противостояния. Пока Гендо устало склонив голову, выслушивал гневные фразы других присутствующих, Энди и Игорь стояли посреди помещения и находились на «этапе сдерживания». Это когда человек держит себя в руках, чтобы не напасть на оппонента. — Командующий. Я с этим быдланом одну хату делить не собираюсь. Переселите меня в казарму. Там еда не очень, зато этого дебила рядом не будет. — Сказал украинец. — Фиг там. Я это место уже забил. — Хмуро ответил Барклаев. — Командующий. Мы живём так уже несколько недель. Но никакого сближения с новыми пилотами я не заметил. Гендо посмотрел на присутствующих. В его взгляде читалось отчаянье и огромная усталость от такой обстановки. — У меня нет времени и сил слушать ваши претензии, пилоты. Мое решение — окончательное. Вы будете расселены, когда бои с ангелами будут приносить более хорошие результаты. — Но... — Прошу покинуть кабинет. — Гендо вернулся к документам, больше не обращая внимания на Игоря и Андрея. Игорь злостно посмотрел на Барклаева вышел из кабинета, своей гордой походкой и с поднятой головой. Энди Фыркнул и тоже направился к выходу, но остановился. — Правильно мой брат говорит о правительстве... Сталина на вас нет. Энди вышел из кабинета. * * * ЖК НЕРВ. Общежитие пилотов. 7 мая. 18:45 В главном зале квартиры пилотов, намечалось очень важное событие. Грандиозное событие, которое должно стать важнее, чем долгожданное перемирие США и России. Сегодня, 7 мая 2014 года, должны состояться мирные переговоры двух враждующих сторон. Переговоры новых и старых пилотов. Как и полагается, в середине стоял большой стол, а в самом зале горел тусклый свет. На столе лежал лист для договоренностей. А за окном уже была темень. Энди, Аска и Синдзи подошли к столу, хладнокровно смотря на своих оппонентов, с которыми им и предстоит вести диалог. Все трое были одеты в дорогую одежду и оснащены дорогими аксессуарами, которые придавали ещё больше престижа. Напротив них появились Игорь, Чон Хэ и Макинами, так-же серьезно смотря на противников. Игорь чуть прищурился, смотря в глаза русскому и предпринимая попытку запугать его взглядом. На это Энди смог найти ответ и чуть улыбнувшись, сделал пару шагов вперёд. Щёлкнув, парень вытянул руку, в которую, Синдзи вложил листок со всеми требованиями и предложениями. А также, там были записаны и колкости, которые могут пригодиться. — Господа. Приступим к переговорам. — Все присутствующие кивнули и заняли свои места за столом. Не оставляя своих настороженных взглядов, новые пилоты принялись зачитывать свои требования. — Исходя из недавних событий, мы требуем прекращения давления на нашу сторону и заключения перемирия. Мы также требуем снятия всех справедливых и несправедливых обвинений. Энди переглянулся со своими коллегами и ухмыльнувшись, принялся зачитывать свой текст: — Мы согласны на такие требования и готовы к нормализации двусторонних отношений. Но и у нас есть свои требования. Мы считаем, что такое «звездное поведение» и излишняя заносчивость с вашей стороны, будет неприемлемой. Мы требуем изменений в вашем поведении и отношении к нам и нашим интересам. — Мы согласны. — Кивнула Мари. — А теперь, предлагаю перейти к обмену украденными предметами. Вы ведь принесли? — Так точно. — Энди щёлкнул. — Аска. Давай. Сорью ухмыльнулась и достала из портфеля коробочку. Она была перемотана молярным скотчем, на котором было написано «мир». Поставив коробочку на стол, Аска не стала убирать с неё руку и серьезно посмотрела на оппонентов. — Теперь, ваше. — Сказал Барклаев, осмотрев коробочку со стороны. Игорь достал похожую коробочку и так-же поставил её на стол, не убирая руки. Аска двинула свою коробочку вперёд, что сделал и Буданов. В результате, оба обменялись коробочками. — Проверьте. — Сказал Энди, не сводя глаз с соперников. Аска открыла полученную коробочку, где лежали её утерянные серёжки, дорогое кольцо из темного камня Энди и плеер Синдзи. Кивнув своему боссу, Аска отложила коробку в свой портфель. — Договор на подписание. — Энди вооружился ручкой и расписался на бумаге. — Принято. — Украинец расписался на бумаге, а затем, протянул руку русскому. Хоть и не имея особого желания. Энди пожал руку и встав из-за стола, кивнул оппонентам. Все встали из-за стола и обменявшись рукопожатиями, разошлись по комнатам. Энди, Аска и Синдзи вошли в комнату Барклаева, где был устроен целый кабинет. — То есть, мы одевались в эти дурацкие костюмы ради этих двух минут? — Спросила Аска. — Зато, теперь мы знаем, что можем устроить переговоры не хуже, чем в любых новостных программах. — Пожал плечами Энди и принялся снимать пиджак. * * * Школа Токио 3. Класс 2-А. 8 мая. 9:12 Кабинет класса 2-А как и всегда, был шумным и наполнен различными разговорами и смешками. Кто-то обсуждал недавнюю битву с ангелом. А кто-то выслушивал довольно драматичные рассказы новых пилотов. Ким Чон Хэ и Игорь спорили друг с другом о том, у кого история более трагичная и красивая. Кореянка рассказывала о смерти младшей сестры после уничтожения Пхеньяна Вторым Ударом. Буданов же рассказывал про то, как потерял нескольких двоюродных братьев, которые ушли на «Запорожку» и не вернулись. А где-то, в другом конце класса сидели и переговаривались Ветеран, Главный пацан-милашка, Рыжая фурия, Лицо одного известного аниме, Тодзи и Айда. Они обсуждали события, произошедшие в парке развлечений. Узнав о том, что Синдзи и Рей теперь официально пара, Энди чуть не завыл на весь класс. Конечно, он был расстроен, что так и не смог помочь молодым друг друга обрести. Они всё сделали сами. Но русский был очень горд за лучшего друга. В какой-то степени, ему всё ещё было обидно, что Аянами предпочла ему Синдзи. Но чувств в красноглазой он больше не испытывает. Лишь дружеские и такие-же доброжелательные, как до той проклятой поездки в Европу. Сейчас, Барклай может только похлопать Икари по плечу, дать некоторые напутствия по типу «не напивайся, будет хуже» или «не давай ей красную еду, она не оценит». — Ну ты и сердцеед, Икари! Я так рад за тебя... За вас, точнее. — Тодзи посмотрел на Рей и смущенно отвёл взгляд в сторону. — Кстати, Энди, а ты уже начал его физическую подготовку? — Начал. — Вздохнул Энди. — Если хочешь, можешь присоединяться к нам. Я тебя там до смерти загоняю. — Нет. Спасибо. — Тодзи усмехнулся. — Я сегодня со старостой иду в кино. Не могу присоединиться. Энди устало посмотрел на приятеля, потом, сочувственно — на Кенске, который до сих пор ходит один и проживает молодость без девчонок. Конечно, Энди предпринимал попытки впустить очканавта-милитариста в настоящую молодость с девочками, гуляньями и пивом. Но после пяти неудачных, решил пустить всё на произвол судьбы или самого Кенске. В конце концов, роль задрота — это тоже неплохо... Ведь так? — У нас тут уже три парочки. — Очкарик снимал всё на камеру. — Расскажите свои первые впечатления. Энди, Аска. Энди и рыжая закатили глаза и переглянувшись, ухмыляясь, посмотрели в лицо парня. Барклай встал, выхватил камеру из рук ботана и принялся снимать себя. — ЗАПОМНИТЕ, ТОВАРИЩИ! ПАРТИЯ НЕ ОДОБРЯЕТ НЕПРИСТОЙНОСТЕЙ ДО СВАДЬБЫ! ТОЛЬКО ДЕТИ ИЗ ВЕРХУШКИ МОГУТ ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ЧТО-ТО ТАКОЕ. СЛАВА ВЕЛИКОМУ ЦК КПСС! — Энди говорил на русском. — Эй! Отдай! Она дорогая! — Возмутился Кенске и забрал камеру из рук пропагандиста советского контента. — И мне это потом переводить надо что ли? — Не переводи. Твой батя охренеет, когда услышит, о чем говорит всем известный пилот Евы 03. — Фыркнул Тодзи. Стоит напомнить, что Судзухара знает русский... — Кстати... Аска... — Энди повернулся к рыжей и чуть улыбнулся. — Я сегодня хочу встретиться с братом и сестрой. Они давно хотели познакомиться с тобой. Пойдём вечером? Аска улыбнулась и чуть приобняв брюнета, чмокнула его в щеку. Энди даже не стал краснеть и говорить что-то, поскольку уже понял, что она скажет. — Я только за. Прозвенел звонок, оповещающий о начале урока истории. Как не странно, но учитель не него опоздал. А... точно... Учителя не опаздывают, а задерживаются... И тем не менее, когда сенсей вошёл в класс, а Хикари провела своё приветствие поз названием «Встали-поклон-сели», Энди и Аянами недовольно переглянулись. — ПЯТЬ МИНУТ ОТ УРОКА ЗАБРАЛ, ХРЫЧ СТАРЫЙ. — Энди пробормотал это на русском. Главная причина — в последнее время, учитель итак его не любит. то-то покряхтев о моралях и ответственности, старик, по привычке, вызвал Барклаева к доске и приказав поведать всему классу об истории японских оккупаций Сахалина, села за свой стол и принялся что-то калякать на бумаге. — Итак... — Энди переглянулся с Синдзи и глядя в потолок, принялся рассказывать. — Война за Сахалин началась за пару месяцев до конца войны Запорожья. Япония выдвинула свои войска на этот полуостров, неся цель — присоединить его к своим территориям. Россия, у который была довольно тяжелая ситуация с оружием, направила свой восточный фронт в эти земли. Как и предполагалось, начались ожесточенные бои, прямо на южной части этого государственного объекта. Конфликт был закончен победой ВС РФ и позорным поражением Японии. В качестве компенсации за эти террористические акты, Япония предоставила российскому Минобороны несколько дорожайших кораблей и половину своего авиационного и артиллерийского состава вооружений, фактически, обезоружив себя на ближайшие пару лет. В ходе войны погибло 15 000 российских человек, включая мирных жителей и бойцов и около 16 000 человек из Японии, включая террористов и нелегальных рыболовов. — А назови мне нескольких бойцов, участвовавших в освобождении полуострова от японских завоевателей. — Попросил учитель, хмуро смотря на парня. — Николай Давыдов, Дмитрий Хайдаров, Денис Чеботарёв и... Андрей Барклаев. Учитель удивленно посмотрел на Энди, подняв брови на уровень своих морщин на лбу. Он определенно не ожидал такого поворота. — Ты участвовал в освобождении Сахалина? — Спросил Буданов, чуть щурясь. — И как там было? — Ужасно там было. — Честно ответил Барклай. — Меня трижды чуть не угробили. А я, за всю войну, застрелил около двадцати террористов и десятерых наёмников из Китая и Южной Кореи. Пять бессонных ночей. Восемнадцать боевых походов. Мы дошли до самого Токио 1, встречая гневных жителей и свирепых бойцов из Самообороны. Если честно, я несколько раз получал взыскания за отказ убивать этих солдат. А в столице, я надолго не задержался и контрабандой улетел во Вьетнам. А отдохнув там, вернулся на родину. * * * Токио 3. Ресторан «Восточный бассейн вкусов». 8 мая. 17:07  Энди и Аска вошли в ресторан китайской кухни и тут-же ощутили приятный запах риса и рыбы. Барклай чуть сильнее сжал руку Аски, тем самым, приободряя её. А вообще, это и правда было нужно. Аска очень волновалась перед встречей с родными своего парня. Конечно, она уже была наслышана о них и знала, что они не очень её уважали за её временное расставание с Энди. Но она понимала, что если будет вести себя сдержанно и не покажет себя с худшей стороны, то точно станет любимицей в семье Барклаевых. К слову, почему бы не рассказать вам о брате и сестре Энди, чуть получше? Ведь они стали для него главной опорой на всю жизнь. Ллойд Гэмери Барклай. (Леонид Барклаев) Главный проверяющий работоспособности Евангелионов. В плане внешности, Ллойд отличается от Энди только своими золотистыми, как солнце, волосами и более частой улыбкой. Ллойд очень симпатичен и хорошо смыслит в бизнесе и деловых вопросах. Был лично знаком с некоторыми актерами Галивуда. Но не смотря на, казалось бы, аристократические наклонности, Ллойд очень хорош в бою. Тайно от семьи, он промышляет подпольной мафией, распространяющейся в странах СНГ и на востоке. Имел дело с некоторыми террористическими организациями. Но это имеет более мягкий смысл, поскольку он лишь осуществлял аферы, которые дорого обошлись для террористов из ХАМАС, ХЕЗБОЛЛЫ и ИГИЛ. А про его отношения с братом можно сказать, что они весьма хлипкие, ибо они постоянно ссорятся или спорят о чем-то. Элизабет Барклай. В семье её называют Элизой или Елизаветой. Она, как и Энди, имеет при себе перчатку «ХРАЗ 01». Она — стройная и очень... ООООООЧЕНЬ красивая блондинка с милыми веснушками. Частенько носит ободок в волосах и полноправно претендует на пост «Принцессы года». Она — очень талантливый экономист и политик. Но пока, вместо дорогих костюмов, она носит ученическую форму экономического факультета. Ещё, она очень милая и добрая. Она ужасно любит своих братьев и сама стала главной звездочкой в семье. Во времена Второй Мировой Войны, она стала жертвой Блокады Ленинграда. Но после окончания войны, её вернул к жизни Дмитрий Сеченов. А после заморозки своих братьев, Елизавета была заточена в креокамере. Но после Второго удара, она была разморожена и смогла воссоединиться с ними. Брат и сестра ждали парочку за столиком, располагающимся у окна. Элиза что-то оживленно рассказывала Ллойду, на что тот лишь отстранённо кивал или издавал легкие смешки, не особо вникая в суть рассказов любимой сестрички. Но заметив Энди и Аску, он тут-же встал и подошёл к ним. — Братишка! — Воскликнула Элизабет и прыгнула в крепкие объятия брюнета. — Ты пришёл! — Как же я мог не придти? — Усмехнулся Энди и повернулся к Ллойду. — Братан, здорова. — Салам, Андрюх. — Ответил блондин, пожимая руку брата, а после перевёл свой взгляд на Аску. — Ну здравствуй, Сорью Аска Ленгли. Ллойд смотрел на рыжую с довольно серьезной и слабой улыбкой, в которой читалась некая доля презрения или недоверия. Аска ответила на это более ярко и протянула ему руку. Гэмери принял её и сжал так, что немке стало немного больно. Но она умело скрыла это под маской вежливости. — Присядем? Я голодный, копец. — Сказал Энди, выдвинув стул для Сорью. — Подождите. А зачем тут пятый стул? Мы ждём кого-то ещё? — Да, братишка. Я пригласил доктора Акаги. — Ответил Ллойд и словив на себе насмешливый взгляд, сморщился. — Так. Вот... лучше молчи. — Хм... молчу... — Ответил Энди. — О! А вот и она! Энди устремил взгляд в сторону Рицуко, что изящной походкой направлялась прямо к их столику. Она доброжелательно посмотрела в глаза Энди, потом и Аске. Но её взгляд остановился на Ллойде, который тут-же подошёл к ней и поцеловал в щеку. Вот так вот просто... От увиденного, у Энди аж челюсть отвисла. — Доброго вечера вам, пилот Сорью и пилот Барклай. — Рицуко осмотрела парочку, что недоуменно озиралась по сторонам. — Элизабет. Здравствуй. Как дела? Голова как? — Здравствуйте, док. — Ответила Елизавета. — После того случая в Москве, она по-прежнему немного болит. Но состояние улучшается. — Хорошо. Ну то, присядем? — Акаги села на свободный стул, рядом с Ллойдом и Аской. — Кстати, Энди и Аска. Я и не знала, что вы встречаетесь. — У меня к вам тот-же вопрос. — Удивленно ответил брюнет. — Это вы за месяц успели парой стать? С учётом работы в НЕРВ? — Это ты точно подметил. Ровно за месяц. — Ответил Ллойд. — Рицуко и я проводим время вместе, почти каждый день. — Не ожидала от вас, Акаги. Я приятно удивлена. — Качая головой, сказала Сорью. — Ллойд предложил поужинать сегодня, я согласилась сразу, когда узнала, что ты и Аска тоже там будете. — Акаги улыбнулась, что было так непривычно для Энди. Он то видит её, в основном, недовольной... Сделав заказ, молодые люди начали терпеливо ожидать трапезы. А чтобы скоротать время, они принялись беседовать на различные темы. Нельзя умолчать и о том, что Аска и Элиза начали сближаться всё больше. Елизавете рыжая очень понравилась. — Аска. Скажи, а в Германии правда все говорят букву «Р» не так, как мы? — Спросила Барклаева. — Не все, разумеется. — Ответила рыжая. — Мой отец коренной немец. Но «р» говорит так-же, как и вы — россияне. — Ты будто никогда в жизни не была в Германии, сестренка. — Фыркнул Ллойд. — А та Мюнхенская конференция? Мы туда ездили, помнишь? — Помню. Да только, это не такое уж и запоминающееся путешествие. — Сказала Элиза. — Зато, в России у вас будет комфортная жизнь. И квартиры дешевле. — Заметил Энди. — Да и Европы эти... Зачем нам — русским туда соваться? Лучше в Москве или в Питере жить. Вон, города какие красивые. А ещё лучше, в Пхеньяне. Там чистота и порядок. — В КНДР, как в сороковые. — Вздохнул Ллойд. — Хорошо, хоть, въезд и выезд стали законными. — Энди. Я надеюсь, ты эту тему про Корею поднял не из уважения к пилоту Ким? — Спросила Сорью, чуть нахмурившись. — А чем вам не нравятся новые пилоты? — Спросила Рицуко. — Слишком много на себя берут. — Ответил Энди. — Заносчивые, разодетые, избалованные дети. Никак больше не охарактеризовать. Выросли в богатеньких семьях, где им всё готовенькое давали. Они работают только чтобы стать ещё известнее. — Ты всегда плохо относился к верхушкам. — Сказала Элиза. — Я вот помню, ты хотел в школе устроить марш протестов. Тебе, видите ли, не нравилась деятельность Иосифа Сталина. — Людей в нищету отправлял или расстреливал. — Ответил Энди. — У меня друг был. Мишка. Так его репрессировали. В Сибирь отправили, вместе с семьей. Я Сталина не то, чтобы ненавижу. Скорее, не одобряю его отношения к простому народу. Хотя, Иосиф Виссарионович довольно сильный политик. Я с ним виделся один раз. И то, это было награждение. Сталин мне вручал орден за отвагу. Сейчас, он дома висит. Надеюсь, Буданов его ещё не своровал. Присутствующие рассмеялись, и Энди вместе с ними. * * * Геофронт. Центр подготовки пилотов. 8 мая. 20:45 — Док! Пришли результаты недавних анализов пилотов! — Воскликнул Вотзима, вбегая в кабинет профессора Гудронова. Михаил Гудронов — российский доктор медицинских наук, занимающийся проверкой состояния пилотов и отвечающий за их содержание в госпиталях и проверки. Увидев вбегающего помощника, мужчина кивнул и взял папку из его рук. Медик медленно открыл её и принялся читать. Как никак, это его обязанность — знать о здоровье пилотов всё. Андрей Барклаев — код 346325. Приемлемо.  Аянами Рей — код 567349. Приемлемо.  Сорью Аска Ленгли — код 835098. Приемлемо.  Икари Синдзи — код 576243. Приемлемо.  Игорь Буданов — код 563907. Приемлемо.  Макинами Мари Элласстриес — код 456243. Приемлемо.  Ким Чон Хэ — код 459560. Приемлемо.  Альфред Уолкер — код 576435. Неприемлемо. Гудронов изогнул бровь, посмотрев на помощника. Словив на себе взгляд, Вотзима горько кивнул и жестом, попросил перевернуть страницу. Доктор перелистнул и на следующем листе был напечатан текст и прикреплена фотография Альфреда. Согласно данным из Медицинского центра, Альфред Уолкер был подвержен паранормальным нападениям и на данный момент, является заражённым. По закону, пилот Уолкер подлежит допросу и временной изоляции. Гудронов обеспокоено посмотрел на папку вновь и отложив её на стол, повернулся к помощнику. Тот удрученно посмотрел на доктора. — Я пришлю сообщение в штаб, с просьбой — задержать пилота Уолкера. — Сказал Вотзима, не сводя глаз с начальника. Но вдруг, сработала система безопасности. Громкий звук сирены раздавался по всему комплексу, оповещая сотрудников о грядущей опасности. Внимание. Инопланетная атака. Просьба — укрыться в ближайшем убежище и ждать решения проблемы.