Дорога воспоминаний (часть 1)

Предприятие 3826 (СССР). 13 августа 1949 г. 23:45 (Андрей Барклаев) Всё тело ужасно болело, как это обычно происходит после полимерных промываний. Накачка этой жидкостью стала для меня самой страшной процедурой, которую разумеется проводят именно со мной, именно здесь и именно по ночам. В свой первый раз, я не замечал никаких изменений, ибо процедуры для новичков обещают проводить в полном наркозе. Но сейчас, когда на твоём счету уже таких процедур двадцать, ты не сможешь не замечать того, что окружающие тебя ученые пытались подавить, вколов тебе высшую дозу синтетических веществ, также растворенных в полимерных массах. Наркотик, который получается в итоге, приносит телу такой дискомфорт, когда оно вновь пробуждается. В очередной раз, я раздеваюсь полностью и уже смирясь со своей участью, встаю на круглую платформу. Когда я занимаю свою позицию, меня накрывает голубой прозрачный купол, который будет удерживать полимер в нужной форме. — Андрей. Эта 21-ая процедура точно пойдёт тебе на пользу. — Послышался голос из встроенных динамиков. — Обещаю. Больше такого не будет. Это конец твоей последней операционной недели. — Конечно, Дмитрий Сергеевич... Я вас понимаю... — Пробормотал я, не особо заботясь о том, чтобы Сеченов меня слышал. — Куда будете колоть на этот раз? Дмитрий лишь посмотрел мне в глаза с искренним сожалением и вздохнув, отключил динамики, оборвав со мной последнюю связь. Это заставило меня обеспокоено приложить ладонь к куполу. «Заполнение купола». — Послышался бездушный и немного жутковатый голос, который видимо принадлежал роботу «Терешковой». Тёплый и весьма приятный полимер, насыщенный кислородом и успокоительными веществами стал наполнять получившуюся капсулу, поднимаясь с моих щиколоток вплоть до верхней части купола. Я инстинктивно задержал дыхание, боясь вдохнуть полимер и потерять доступ к кислороду. Но когда сдерживаться стало очень трудно, я выдохнул и теперь мог полагаться только на вещества, в которые меня засунули... «Введение» Из железного пола появились четыре длинных манипулятора, два из которых не держали ничего, ибо были приставлены чтобы удерживать меня, когда два других манипулятора введут мне в тело несколько игл с мощным полимерным раствором. Уже знакомые мне клешни обхватили меня за обе руки в районе локтей. Когда два резиновых пальца сомкнулись на каждой моей руке, я почувствовал легкое сжатие. Это заставило меня забеспокоиться ещё сильнее. Динамики вновь пискнули, оповещая о своей работе. Это заставило меня немного обрадоваться. — Тебе нечего бояться, Андрей. — Сказал Дмитрий. — Вы накачивали меня наркотой обычно до того, как засовывать в эту коробку. Почему вы сегодня решили повременить? — Это твой последний день. — Ответил сидящий рядом с Сеченовым, Харитон Захаров. — Мы посчитали, что будет хорошо, если ты увидишь сам, как всё это происходит. Не волнуйся, всё исключительно во благо твоего здоровья и прогресса советской науки. — Как скажете... Передо мной выросли два других манипулятора, державших по шприцу с длинными трубками. Не прошло и секунды, как два манипулятора стали приближаться ко мне, заходя за спину и готовя шпицы к использованию. Я зажмурился, когда две иглы резко вошли в мою спину и вещество начало протекать в организм, медленно растекаясь по всем кровяным сосудам и системам жизнеобеспечения. Вживлённые в моё тело чипы, протезы и системы зловеще завибрировали. — Черт... — Прошептал я, выпуская изо рта пару десятков полимерных пузырьков. — Жижа наполняет меня. Так и должно быть? — Да, Андрей. Всё идёт четко и по плану. — Ответил Сеченов. — Сейчас будь готов. Ты будешь слышать голоса в голове. Это нормально, ибо нейрополимер — это самый эффективный проводник энергии и информации. В этом могут сыграть большую роль и твои нервы. Постарайся не напрягаться. — Блин... Я... уже... Всё тело задрожало от нахлынувшей волны напряжения и электромагнитных импульсов. Я с трудом открыл глаза и тут-же закричал во всё горло, запрокинув голову наверх. Меня охватила резкая боль, а все конечности опасно покраснели. — Черт! Всё не по плану! — Воскликнул Захаров. — Дима, вырубай! Слышишь? Вырубай!!! — Подожди. Процесс почти завершён. Дмитрий обеспокоено метал свой взгляд с меня на монитора и обратно. Было видно, что он и сам не предполагал, что возникнут такие трудности. Я смог разглядеть в отражении стоящего на их столе зеркальца отражающийся монитор компьютера, на котором отображалась шкала. — Осталось 7%. Андрей, поднажми! — Воскликнул Харитон, подбежав к куполу и положив руку на него. — Андрей, будь сильным! Ты сможешь это пер... Но последнее сказанное им слово было накрыто непонятным шумом в голове. Всё, что я видел — это мутные картины. Вибрация в теле, шум в голове, давление на мозг не утихали, но дали к себе быстро привыкнуть. Я издал несколько тяжёлых вздохов, пытаясь разглядеть то, что видел перед собой. И вдруг, прямо передо мной появилась какая-то девочка с голубыми, как небо, волосами. У неё были красные и узкие глаза, свидетельствующие о том, что она родом из какой-то восточной страны. Я слегка поразился от её красоты и милоты лица. Она весело улыбнулась мне и подмигнув, растворилась. — Кто... это... — Выдавил я из себя. — Что... они со мной делают? Я измученно посмотрел на глазеющих Дмитрия и Харитона и тут-же закрыл глаза, мысленно предсказав себе верную смерть на этой минуте... — 100%. Отключаю! — Воскликнул Сеченов. И в это-же мгновение, вибрация и боль резко утихли, оставив лишь сильную пульсацию вен. Уровень полимера резко опустился вниз, после чего капсула опустела, оставив на голубых стенках лишь миллионы маленьких капель. Мои ноги подкосились и я упал на колени, чуть не ударившись лбом о голубое покрытие. Харитон подошёл ко мне с заготовленным полотенцем и когда покрытие испарилось, а сдерживающие меня клешни отпустили и исчезли, я упал прямо в его объятия. Почувствовав надежную защиту, я тут-же провалился в сон. — Ты справился, П-1... * * * Предприятие 3826 (СССР). Реабилитационный центр. 13 августа 1949 г. 00:23 — Бедный мальчик... — С ужасом пробормотал Харитон, смотря на лежавшего под голубым одеялом, парня. Андрей был уложен на кушетку и укрыт. В его палате находилось около пяти роботов, проводивших его обследование и очистивших его кровь от возможных инфекций. — Не стоит так накручивать, Захаров. — Вздохнув ответил Дмитрий. — Операция хоть и была болезненной, она однозначно оставила на нем нужные отпечатки. — Это какие!? — Вспыхнул доктор. — Мы провели через его тело около десяти полимерных волн! Это как сотня электрических разрядов! Они поражают тело человека! Даже если он и выживет, последствия будут ужасными! Ты понимаешь это, Дима!? — Не в нашем случае. — Сеченов протянул другу несколько листов. — Погляди. Роботы собрали все данные об организме Барклаева. Введение новой дозы полимеров сказалась на нём даже лучше, чем в предыдущие разы. Его тело терпит такие изменения, что можно самому удар словить. — Деформация всех мышечных тканей... Изменения головного мозга на корню... Ускорение регенерации и метаболизма... Иммунитет к ядам и морозу... Как? — Обыкновенно. Роботы провели все исследования. Если верить их показаниям, Андрей фактически стал тем, кого мы создавали долгие годы. Харитон ошарашенно посмотрел на пациента. Он не мог и поверить в слова друга. — Вот он, Харитон! Вот ключ к созданию советского суперсолдата! Продвижение наших ценностей и социалистических идеологий по всему миру! Способность к победе в любом бою! Харитон! Мы создали самое сильное существо в мире! — Существо? Или человека? — В голосе Харитона чувствовался упрёк. — Дим! Он не готов к такому! Ты знаешь, как он жил до того, как попасть в наши руки!? Ты хочешь превратить его в государственное орудие для борьбы с капитализмом!? Хорошо! Забудем о человечности! Тогда посмотрим на это с точки зрения других! Мировая общественность будет возмущена! Ты хочешь навалить столько ответственности на этого паренька!? — Выбора нет. — Вздохнул Дмитрий. — Он был единственным, кто под рукой. А его дар мы не можем передать другому индивиду. Придётся довольствоваться тем, кто перед нами сейчас, Харитон... Оба вновь посмотрели на Андрея, который к тому времени уже сидел и смотрел на них. — Смотри, очнулся. — Усмехнулся Дмитрий и нажал на кнопку динамика. — П-1, ты как? Мальчик посмотрел на Дмитрия и сморщившись от головной боли, вновь упал на подушку. — Живой, как видите... Голова болит. — Это нормально. — Ответил Захаров. — Твоё тело адаптируется к изменениям. — Скажите... Каким? — Спросил Барклаев. — Я ничего не заметил. — Ты всё поймёшь, когда выйдешь на испытание... — Ответил Сеченов. — Сейчас, тебе нужен отдых. * * * Берлин (Германия). Дата — неизв. 2013 г. 17:13 Германия однозначно была любимой страной для любого европейца. А мечтой попасть сюда живут ещё больше людей. Энди понимал это, когда выходил из Берлинского аэропорта с рюкзаком средней степени наполненности. Поскольку природные и погодные катаклизмы ещё давали о себе знать, в Германии погода была примерно та-же, что и в России. Прохладно, сыро, пасмурно и дождливо. Маленький дождик моросил, давая Барклаеву повод — надеть капюшон куртки. Если уж на то пошло, у него было много времени до встречи, ради которой перелетел через несколько европейских стран. Причина его визита — недавнее избрание на роль Четвёртого дитя. Институт "Мардук" дал ему направление на визит в немецкий штаб НЕРВ, где ему предстояло пройти некоторые обучающие курсы и за одно, лично подписать все документы, составляемые немецким парламентом. Помимо этого, ему предстояло познакомиться со Вторым дитя... Барклаев был не на шутку потрясён и даже рассержен, ибо он мог это осуществить и на российской базе НЕРВ. Но видимо, генсек НЕРВ придерживается понятия «Я на всё с прибором клал, так что Барклай, е...ись сам!». — Втянули меня в эту белиберду. И теперь я должен шарахаться по Германии, чтобы получить пару бумажек и ответить на вопросики. Хорошо хоть оплатили проезд. — Пробормотал Энди. Долго под дождем стоять = остаться с промокшим рюкзаком, в котором лежат ноутбук, важные документы, паспорта, банка полимера, деньги и еда. Барклай не сильно горел желанием передавать промокшие бумаги, поэтому ушёл в ближайшее здание, где можно было укрыться. И как оказалось, везение всегда стоит на стороне Энди, ибо место, где он решил «сохраниться» — это кафе с игровыми автоматами. Одно из тех мест, которые могут спасти от скуки и голодной смерти. В большом зале, где большая часть столиков была свободна, Энди нашёл барную стойку. Сев напротив довольно дружелюбного на вид, бармена, Барклай положил на стойку шесть евро. Бармен оторвался от всего дело, коим являлось протирание бутылок и вопросительно посмотрел на русского. — Колы дайте, пожалуйста. Пол литра. Маленькую. — Попросил Барелаев. — Остальное — чаевые. Что-то буркнув на немецком, бармен достал из холодильника, битком набитом бутылками, холодненькую колу и поставил перед клиентом. Монеты тут-же оказались в кармане мужика. — Спасибо. — Энди убрал бутылку в рюкзак и слез. — И это... Всё сразу не тратьте. Бармен хотел было ответить что-то вроде «там и так мало», но лишь вежливо улыбнулся. Энди подошёл к ближайшему игровому автомату, который был свободен и включив игру, начал нажимать на цветные кнопки. Но хлопнув себя по лбу, достал из кармана монету и вставил в специальное отверстие для оплаты игр. Когда на экране засветились какие-то человечки, Барклаев услышал чьи-то возгласы. Обернувшись, Энди увидел очень интересную и «угарную» картину: Какой-то бородатый мужик в «пацанском» прикиде что-то предъявлял девочке с рыжими волосами и в жёлтом платьице. На вид, девочке было лет 13-14. А на счёт лица, Энди был приятно удивлён: девочка была достаточно симпатичной. И фигура сформировалась такая, будто это уменьшенная версия женщины из журналов для взрослых... (Ладно, что-то автора прибрало...) В любом случае, Энди был ошеломлён красотой этой юной особы. — Отвали, кретин! Ты сам проиграл! — Огрызнулась девочка, глядя опасным взором в лицо панка. — Играть научись, и потом уже предъявляй! — Я тебе сейчас покажу «предъяву»! — Мужик замахнулся, чтобы ударить рыжую. Девочка прикрыла голову, готовясь отражать атаки. Но кулак неизвестного был благополучно пойман рукой Энди. Сжав конечность мужика, парень отпихнул его в сторону, оказавшись рядом с девочкой. — Найди себе равного. — Спокойно сказал Барклай, хрустя костяшками пальцев. — Да ты кто такой!? Тоже получить захотел!? — Воскликнул маргинал и непонятно откуда, достал деревянную биту для бейсбола. Энди на такое действие лишь фыркнул, но с места не сдвинулся. Он мысленно смеялся над оппонентом, дожидаясь его дальнейших действий. Взмах... Удар... Треск... Удивленная рожа панка... Мужик ошарашенно взглянул на своё оружие: Бита превратилась в коротенькую палочку с обломанным концом. Под полный ужаса взгляд девочки, Энди ухмыляясь, вытащил из кровоточащей раны несколько больших щепок. Посмотрев на окровавленные куски дерева, оставшиеся после мощного удара, Барклай замахнулся и его кулак угодил прямо в глаз панка. Прокричав что-то из немецкого мата, идиот сжал глаз ладонью и бросился к выходу. Энди усмехнулся и открыв входную дверь, крикнул вслед: — Ты мог отделаться простым извинением! Барклай повернулся в сторону, где стояла рыжая девочка, но её уже и след простыл. Энди вопросительно взглянул в глаза бармена, на что тот лишь указал на второй выход. — Извините... А можно мне аптечку? * * * Берлин (Германия). Дата — неизв. 2013 г. 17:48 «И что же это за девочка?» — Пронеслось в голове парня. Не имея даже маломальского понятия о том, почему эта немка сбежала, даже не обмолвившись про благодарности или прощания, Барклаев направился к немецкой базе НЕРВ. — Ни "спасибо". Ни "пожалуйста". Даже не попрощалась. — Пробормотал Энди, сняв капюшон. — Немецкие девушки все такие? Дождь закончился, но пасмурное небо не меняясь, продолжало отравлять сознание Энди. Не переставая думать о произошедшем в кафе, Барклай подошёл к парадному входу, возле которого стояли охранники. Молча показав охране свою пропускную карту, Энди открыл большие стеклянные двери и оказался в главном лобби. И его ждало нечто невероятное: Невероятность в том, что ничего удивительного... Зал смахивал на лобби отелей, в каких Энди бывал много раз. На стене висел большой портрет Евы 02, что не вселяло ни капли радости и восхищения. Если бы Барклай мог, он бы плюнул в эту картину или написал русское «ХУ...НЯ». — Гер Барклай! — Послышалось сзади Энди. — Рад встретить вас! Барклай обернулся и увидел перед собой мужчину в темно-синей рубашке и с длинными волосами, заплетенными в хвост. На немца этот мужик не сильно был похож. Энди отнёс его к восточной расе. На лице проявлялись отблески щетины, а его улыбка говорила о том, что этот мужчина знает в себе толк. — Мир в ваш дом. — Ответил Барклаев своим любимым приветствием. — Я и не думал, что меня встретят. — Как видите. — Усмехнулся мужчина. — Меня зовут — Рёдзи Кадзи. Я опекун Второго дитя. Мне приказано встретить вас тут и быть вашим временным куратором, пока вы находитесь в Берлине. — И сколько я буду тут «находиться»? — Спросил Энди. — Посмотрим, что скажет командующий Шмидт. — Ведите, раз так... Мужчина кивнул и направился к лестнице, ведущей на второй этаж этого обширного здания. Энди пошёл следом, с трудом поспевая за быстрыми шагами Кадзи. — А когда я увижусь со Вторым дитя? — Спросил Барклаев. — Сегодня и увидитесь. — Ответил Рёдзи, одарив парня своей улыбкой, которая больше тянула под ухмылку. — Она — девочка своеобразная... Но я думаю, вы с ней поладите. — Очень надеюсь... * * * Немецкое отделение НЕРВ. Кабинет командующего. Дата — неизв. 2013 г. 17:56 — Добрый вечер, мистер Барклай. — Послышалось из кабинета, когда Энди только открыл дверь. Войдя в помещение, Энди был приятно удивлён. Весь кабинет был уставлен различного рода приборами, картинами, растениями и другими реквизитами. В центре стоял большой стол, за которым и сидел командующий. Мужчина средних лет, одетый в чёрный смокинг внимательно осматривал новоприбывшего. У него было хладнокровное выражение лица, говорящее о том, что этот человек не потерпит плохого обращения. — Командующий Шмидт. — Так-же серьезно ответил Энди. — Рад, что наконец-то вижу вас. Ваше письмо было очень трогательным, меня аж до слёз пробило. Неужели вы со всеми пилотами так общаетесь? На лице мужчины промелькнула улыбка и он чуть опустил взгляд, смотря на стол с компьютером. Энди не смог точно понять — обижен он, или посчитал это комплиментом. Но судя по тому, что он не стал больше переходить к этой теме, он не думает обижаться. — В течение следующих трёх месяцев, вы будете проходить некоторые обследования и тесты. Для вас будет представлен отдельный симулятор боя, в котором, вам предстоит понять, с чем вы имеете дело. Образец для создания симулятора — второй ангел, с которым на этой неделе сразилась Ева-00. — Три месяца? — Удивился Энди. — По началу, было в планах, что вы у нас будете от силы неделю. — Ответил Фридрих Шмидт. — Но планы изменились, сразу после того, как совет НЕРВ получил рапорты о первой битве. Они были в ужасе и настояли на том, чтобы вы задержались тут на такой срок. — И каковы будут мои условия проживания? — Спросил Барклай. — Вам будет предоставлена квартира в жилом комплексе НЕРВ. Это в центре Берлина. Трёхразовое питание и школьное обучение, которое так-же обязательно, в связи с вашим возрастом. Энди хотел было возразить и сказать, что ему уже давно больше двадцати. Но он мысленно отмахнулся от своих претензий. Вероятно, командующий думает, что ему и правда пятнадцать. — Школа — это хорошо. — Проговорил Энди. — Когда первые тесты? — Вас оповестит Кадзи. — Мужчина указал на куратора, что стоял позади Энди. — И ещё... Через час, у вас обязательная встреча с пилотом Евангелиона 02. Будьте готовы. — Скажите... — Энди запнулся, обдумывая — продолжать вопрос или нет. — А как зовут это Второе дитя? — Сорью Аска Ленгли. — Ответ не заставил себя долго ждать. * * * Геофронт. 12 мая. 2014 г. 12:45. Стуча своими каблуками по железному полу и тыкая по кнопкам своего раскладного телефона, Кацураги не заметила, как перед ней, словно из под земли выросла Рицуко. В результате, она врезалась в доктора, из-за чего все документы вылетели из рук блондинки и разлетелись по сторонам. — Мисато! Смотри, куда прёшь! — Воскликнула Акаги, одарив подругу своим злобным взглядом. — Я понимаю, что твоего опекуна унесло... Но свои глаза ведь надо иметь! — Извини... — Ответила майор. — Я просто хотела позвонить Синдзи... Не заметила тебя... — Ой... не оправдывайся. Ненавижу, когда ты пытаешься сгладить вину словами. — Рицуко быстро собрала листы с пола. — А как Синдзи, кстати? Переживает? — Более чем... И за Энди, и за Аску... И за Рей... Рицуко понимающе кивнула и помогла подруге встать с пола. Как никак, она всё-таки понимала её. Потерять опекуна, которого успела полюбить, как родного - это очень непросто. — Завтра, в 15 будем вскрывать Евангелиона 03. Попробуем вытащить Энди. Командующий попросил и тебя оповестить. Сказал, ты тоже должна там быть. — Хорошо. Пропустить это я не могу. — Ответила Мисато. — Ладно. До скорого... Мисато завернула за угол и направилась в главному выходу, где стояла её синяя спортивная машина. Подойдя к автомобилю, Кацураги щелкнула по пульту на ключах и открыв дверь, села на водительское сидение. Но вспомнив о своём недавнем намерении, Кацураги достала телефон. Выбрав номер телефона Синдзи, она нажала на зеленую кнопку и начала звонок. — Синдзи, привет... — Здравствуйте, Мисато-сан. — Ответил младший Икари. — Синдзи... Я знаю, что просить тебя о таком будет не слишком уместно... Но... ты можешь сегодня дождаться меня у своей школы в 19? У меня есть важное сообщение, которое доверить можно только тебе. — В чём такая срочность? И почему вечером? — Я тебе всё объясню. Только дождись. — Ответила Кацураги. — Это касается Энди. И твоего отца. — Тогда ладно. Буду ждать. — Синдзи явно был в замешательстве. — Ты где сейчас? — В медицинском центре НЕРВ. Я пришёл Тодзи навестить. Со мной ещё Хикари и Айда. — Ясно. Как он там? — Спросила Майор. — Ему ампутировали ноги. Ну а так уже здоров почти. Скоро должны выписать. Когда протезы будут готовы. — Хорошо. Ладно, до встречи. Мисато положила трубку и бросила телефон на второе сидение спереди. Она даже сама не заметила, как из её глаз потекли слезы. Они стекали по щекам и губам, капая на руль и колени. Всё из-за нахлынувших воспоминаний. — Мисато. Ну не плачь... Я ведь не умер. — Воображение само нарисовало Барклаева, сидящего на заднем сидении и отражающегося в зеркале заднего вида. Мисато улыбнулась и посмотрела в глаза воображаемого подопечного. — Как тут не плакать? Душе легче не становится. — Ответила майор, шмыгнув. — Ты мне как сын, Энди... А если ты не выживешь? — Значит, такова моя судьба горькая... А помнишь, как я, Аска и Синдзи поругались ранним утром? Из-за неправильных бутербродов. — Перестань... — А как мы с Аской и Альфредом спорили о том, кто лучше пилотирует? — Хватит! Прекрати! — А как я повздорил в новичками? Помнишь, как ты потом смеялась над этим? — Да хватит! Мне больно из-за того, что ты говоришь! — Мисато схватила свой пистолет и взяв его за дуло, разбила зеркало. Паутина из трещин накрыла лицо Барклаева, после чего тот исчез. Растворился в её воображении, перестав терзать казалось бы, приятными воспоминаниями. — Мне нужен психиатр... * * * Геофронт. Кабинет Мисато Кацураги. 12 мая. 2014 г. 19:20 Хоть Мисато и не очень любила, когда сюда кто-то входит, сегодня ей было всё равно. Поэтому, открыв дверь своего кабинета, майор подошла к столу и достала из кармана непонятную флешку. — Мисато-сан, что это? — Спросил Икари, стоявший за её спиной. — На этой флешке находятся данные, которые я тебе хочу предоставить сейчас. — Кацураги вставила флешку в системный блок компьютера и стала ждать, пока все данные загрузятся. И наконец, в «проводнике» засветился новый файл, на который тут-же был наведён курсор. Мисато серьёзно посмотрела на Синдзи. — Предупрежу. Тут очень важная информация про нашего Энди. Я хочу, чтобы узнав её, ты передал её ему. Я это делаю на случай, если со мной что-то случится до того, как Барклаева извлекут из Евы. — Хорошо, Мисато-сан. Показывайте. Мисато кликнула по файлу два раза и перед её лицом засветился небольшой текст на половину страницы. — Прочитай и всё поймёшь. — Мисато отодвинулась в сторону, после чего Синдзи встал ближе к монитору компьютера и принялся зачитывать текст: От кого: Филлип Мерт (Начальник генштаба немецкого отделения НЕРВ) Кому: Икари Гендо (Постпред Японии в союзе НЕРВ. Командующий японского отделения НЕРВ) Добрый вечер, мистер Икари. Давненько мы не списывались. Всё времени не было. Урегулирование конфликта в восточной Европе не давало покоя. Как вы и просили, по вашей инициативе были выдвинуты запросы на подтверждение мобилизации Андрея Сергеевича Барклаева в Вооруженные Силы Украины. Пришлось задействовать пару связных центров для этого. Но всё получилось и уже на этой неделе, Барклаеву должна прийти повестка. Но у меня возникают некоторые сомнения в наших с вами, действиях. Какой смысл — брать несовершеннолетнего (по паспортным данным) человека, у которого нет должных боевых навыков? Лично мне не особо интересна его судьба. Мне интересны лишь ваши мотивы. У вас какая-то личная неприязнь? От кого: Икари Гендо (Постпред Японии в союзе НЕРВ. Командующий японского отделения НЕРВ) Кому: Филлип Мерт (Начальник генштаба немецкого отделения НЕРВ) Мои мотивы вполне ясны, мистер Мерт. Вы ошибаетесь насчёт боевых навыков юного Барклаева. Они присутствуют и имеют большие масштабы. Но не это главная причина. В моём распоряжении не так давно оказались драгоценные «Свитки Тёмного моря», открывающие все тайны об ангелах. После неудачного эксперимента в Антарктиде, повлёкшего за собой те миллионы человеческих жертв, я лично принялся изучать их подробнее. И нашёл кое-что интересное. Я не могу вам сказать, что именно написано в этих древнейших рукописях, поскольку это государственная тайна, не подлежащая распространению. Могу лишь сообщить, что в Свитках упоминался тот, о ком мы сейчас говорим. И говорится, якобы только он в состоянии бороться с ангелами на нужном нам уровне. Я не могу допустить, чтобы этот человек вершил судьбы миллионов, будучи хоть как-то связанным с НЕРВ. Но это не неприязнь. О нём плохо отзывается большинство лиц, связанных с ним. Посмотрим, переживет ли он третью в своей жизни войну. Если так и будет, придётся посвятить его в наше дело... Глаза Синдзи стали круглыми и большими, как пять российских рублей. Этими рублями, он посмотрел на Мисато, глядевшую в его сторону с весьма удрученным выражением лица. Очевидно, она тоже была не в восторге, когда читала это. Синдзи прочитал текст ещё раз, предприняв попытку найти год или дату отправки. Но смекалка решила ему подмахнуть. Ведь если там говорится «через неделю», а в источниках, что он нашёл месяцем ранее, чёрным по белому сказано: Мобилизация Андрея была в 11-ом году, значит в этом году и была эта переписка. В прочем, информация не особо и полезна. — Где вы это нашли? — Спросил Синдзи, не особо надеясь на получение ответа. — Эту информацию нарыл Кадзи. А мне передал, чтобы эта информация не ушла к Seele. Это одна единственная флешка. Копии этого сообщения были удалены. Синдзи посмотрел на монитор и не долго думая, аккуратно вытащил флешку, протянув Мисато. — Нет, Синдзи. — Мисато выставила руку перед собой. — Я не могу больше держать у себя такую информацию... Командующий прятал её целых три года, опасаясь, что Энди узнает о том, что на ней находится. Он прекрасно понимает, что Барклай будет в бешенстве. И многие ему говорили — если Энди разозлишь, нормальная жизнь или голова скажут тебе «прощай». Поэтому, он её прятал так надежно. Ведь Энди успел сдружиться с большей частью персонала. — Неужели, Энди настолько силён, что может легко разделаться с моим отцом? — Удивился Синдзи. — Узнав о том, что это из-за Гендо он попал на войну в Запорожье, он просто ворвётся в Геофронт и послав охрану и армию куда подальше, прикончит командующего? Мне кажется, вы его переоцениваете. — Я боюсь, что наоборот... — Мисато взволнованно посмотрела на фотографию Энди, Аски и Синдзи, стоявшую на столе. — Дело в том, что нейрополимерная перчатка даёт ему кое-какие способности, неприсущие обычному человеку. И именно поэтому, Энди временами чувствует безнаказанность. Плюс, его накачивали полимерами в Советском Союзе. Дмитрий Сеченов влил в него достаточно много, чтобы тот стал супер-человеком. Пойми главное, Синдзи... Ты дружишь с самым опасным, самым сильным, самым волевым и самым крепким человеком во всём мире. Он был создан шестьдесят дет назад в целях защиты СССР и коммунистов. На вид, он самый обычный мальчик. Но стоит копнуть глубже и ты увидишь, что на самом деле, Энди не 15 и даже не 20, а больше полувека. — Тогда, раз от так опасен, почему вы хотите отдать ему флешку со всей этой правдой? — Во-первых... Энди не представляет опасность для тех, кого любит, уважает или просто придерживается хорошего мнения. Не называй его монстром, даже в голове. Во-вторых... Однажды, придёт момент, когда Энди должен будет знать правду. И я хочу, чтобы ему это раскрыл ты. — Спасибо, что доверяете мне это, Мисато-сан... Синдзи подошёл к опекунше и крепко её обнял. Мисато обняла юношу в ответ, прикрыв глаза. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ