Глава 5. О кроватях, окнах и других предметах домашней обстановки

— Я… должна… сделать… что? — чуть ли не по слогам произнесла Кира, и тоном её можно было заморозить весь мировой океан. — Рассказать всё что сможете о человеке, чья кровать находится перед вами. Мужчина это или женщина, жив человек или мёртв, любые подробности. — По кровати? — ещё раз безнадёжно уточнила Кира. — Вам заняться совсем нечем? — Ну а почему нет? — пожала плечами ассистентка «Битвы», но всё же невольно сделала шаг назад, таким лютым холодом тянуло от медиума. Недовольно скривившись, Кира всё-таки подошла ближе к кровати, положив руку на её изголовье. — Вы будете вызывать… духов? Нужно время подготовиться? — уточнила ассистентка, напрягаясь от затянувшегося молчания. — Да смысла нет, — пожала плечами Кира. — Она рядом тут всегда. Рядом с этой женщиной, чья кровать. — Так кровать принадлежит женщине? — Безусловно. Женщине, которая очень ценит свою женственность и красоту. Это её профессия. И что-то творческое к тому же. Может, модель, певица, актриса, вот что-то такое. — А кто, вы говорите, постоянно рядом с ней? — Мама… нет, мамуся, — слово явно было не из лексикона Киры, но произнесла она его бесстрастно, включившись в работу. — Несколько лет назад умерла. Сильно болела. Весна… весной родилась, весной же и умерла. Женщина в отношениях. Есть двое детей. Мальчики… Младшенький — любимчик. Просят передать, чтобы не баловала так уж сильно. — Что ж, вы попали, — Эвелина Бледанс, героиня испытания и хозяйка «подопытной» кровати вышла из-за кулис, ожидая, как обычно, восторгов и просьб сфотографироваться. Ничего из этого она не получила. Кира смотрела на неё пустыми глазами, лишь слегка кивнув в ответ на подтверждение её правоты. — Кира, вы узнаёте нашу сегодняшнюю героиню? — уточнила ассистентка. — Нет, — бесстрастно ответила Кира, даже не пытаясь смягчить своё отношение и тон. Эвелина тут же высокомерно вздёрнула брови и пожала плечами, пытаясь показать, что её это нисколько не задело. — Что-нибудь ещё добавите про меня? Теперь, когда мы лицом к лицу? — колко уточнила звезда, всем своим видом показывая, что на что-то интересное не рассчитывает. — Нет, больше ничего, — Кира пожала плечами и, не прощаясь, ушла с площадки. Иногда чувствовать ауры и видеть людей насквозь было тяжёлой ношей, а вовсе не благом…

***

— Пришёл, — протянула Кира, смотря куда-то за спину героине испытания, на невидимого для других духа. Когда выяснилось, что в этот день планировались съёмки целый двух испытаний, Кира приободрилась, рассчитывая, что второе будет адекватнее, чем цирк с кроватью. — Кто пришёл, Кира? — уточнила ведущая испытания Вера Сотникова. — Её сын, — кивнула на сидящую рядом с ведущей женщину Кира. — Дух его здесь, да и вообще, не уходил далеко. Что ж, надежда умирает последней. Этой женщине не нужна была помощь экстрасенсов — только психолог и много-много сил, чтобы смириться с утратой. — Если здесь дух, значит, мальчик… мёртв? — осторожно уточнила Сотникова. — Без сомнений, — тут же откликнулась Кира. — И что же произошло? Отчего он умер? Дух мальчика заговорил, сбивчиво, с кучей сленга и проскакивающих странных словечек, в которых Кира не разбиралась. Но основной посыл всё же был понятен, и медиум постаралась донести это до живых. — Они ему говорили, что он не лох же, чтобы после одного раза не слезть? А потом… он спор какой-то проиграл… Батл, говорит. Я не очень разбираюсь во всём этом, но говорит, проиграл батл, надо было сделать это. Как… расплата, как карточный долг, только за другое, понимаете? А он слово пацана всегда держал. Пришлось делать, хотя он понимал, что это плохая идея. Но после одного раза остановиться уже не получилось. Это наркотики. Он был не в себе, уже не смог отказаться, не смог вернуться домой, ничего не соображал. И умер. Передоз. Он говорит, вы думаете, что в могиле не он? Не ходите туда. Фотографию сняли. Дома ленточку сняли траурную. — Я считаю, там не мой сын, да, — встрепенулась недоверчиво нахмурившаяся мать, не желающая верить в смерть своего ребёнка. — Это неверно, — холодно ответила Кира. — Ваш сын лежит в той могиле, не обижайте его таким отречением. Пока вы это не примете, он от вас уйти не может, так и таскается следом. Вдруг поднявшись с места, Кира подошла к маме погибшего Максима, встала у неё за спиной и положила руки на плечи. Наклонившись к ней ближе и понизив голос, медиум прошептала: — Мам, — у сидящей перед ней женщины перехватило дыхание. — Не надо. Хватит. Тебе ещё Пашку воспитывать, хорош. Надо вам как-то дальше без меня, я сам дурак, ты не виновата. За мелким лучше присматривай, сделай так, чтобы он хорошую жизнь прожил. Как я не смог. Эти слова от погибшего парня немного компенсировали обычную холодность и жёсткость Киры, так что, хоть героиня испытания к ней и не прониклась, но в правдивость слов медиума всё же поверила.

***

Когда в замке заскрежетал ключ, оба Шепса тут же встрепенулись. На красочный рассказ об испытании они не особенно рассчитывали: все трое давно уже научились чувствовать настроение друг друга на расстоянии, так что раздражение Киры сюрпризом для них не было. Кремнева вошла в квартиру, не глядя ни на кого, холодная и отстранённая, как всегда в толпе. С солдатской аккуратностью повесив пальто на крючок, она скинула обувь и двинулась в сторону ванной. — Что, наговорили тебе всякого? — жизнерадостно уточнил Олег. Он болтался в дверном проёме вниз головой, уцепившись коленями за турник. Как стены квартиры до сих пор выдерживали этого великовозрастного ребёнка, тяжеленного, как лось, было непонятно. Вероятно, помогала магия. Кира смерила Олега тяжёлым взглядом, но предпочла не отвечать. Олега, впрочем, это не смутило. — На таких испытаниях опасно быть красивее, чем главная героиня самого испытания. Обязательно плюнут в душу, — продолжал разглагольствовать он. Выпуск ещё не вышел, однако свои источники информации на съёмочной площадке у братьев, разумеется, были, так что взаимная холодная неприязнь с Эвелиной Бледанс тайной для них не стала. — Бестолково, — соизволила прокомментировать Кира, помыв руки. — Два испытания — коту под хвост. Кровать! Рассказать о хозяине кровати! Дурдом… А потом ещё и этот мальчик, рэпер и наркоман, дикции ноль, и мать, которая два года на могилу не ходит, потому что думает, там не её сын… Ну есть же экспертизы, в конце концов, ну почему обязательно было к экстрасенсам идти?! А в почтовом ящике редакции тем временем лежит какое-нибудь письмо от людей, которым действительно нужна помощь… — Увы, драгоценная, такое будет периодически происходить, — посочувствовал ей Александр. — На Битве часто бывают испытания исключительно на потеху публике, и такие тоже нужно проходить для победы. Раздражённо дёрнув плечом, Кира скользнула сквозь приоткрытую дверь на кухню. Часто после работы с духами девушка и сама перенимала их повадки: старалась лишний раз не касаться материальных предметов, не открывала двери, не откликалась на собственное имя… Шепсы не последовали за ней сразу — они знали, что в такие моменты Кире нужна хотя бы пара минут в одиночестве, чтобы прийти в себя и вспомнить о своей человеческой природе. Когда Александр наконец осторожно зашёл на кухню, Кира уже сидела на своём излюбленном месте — на широком подоконнике у открытого окна, свесив ноги наружу. Первое время медиум хватался за сердце каждый раз, когда видел её, сидящую на краю девятиэтажной пропасти. Но человек ко всему привыкает, да и смерть поджидала Киру вовсе не на высоте: вся семья об этом знала. Подойдя к Кире со спины, Александр положил руки на подоконник по сторонам от неё, ненавязчиво страхуя и показывая, что он рядом. Тяжело вздохнув, девушка вдруг расслабилась, откинулась на Шепса, положив голову ему на плечо. — Может, оно того и не стоит, — обречённо прошептала она. — Может, и не надо было идти. — Ты слишком рано сдаёшься, драгоценная, — откликнулся из-за её плеча Александр. — Только второе испытание, рано ставить крест на шоу. Вот увидишь, всё ещё наладится. К тому же, ты прекрасно знаешь, что цель оправдывает твоё участие. Нельзя было не идти. — Да… ты прав, конечно, — вздохнула Кира. — Пойдём ужинать, — перевёл тему Александр и, поймав рассеянный взгляд девушки, пояснил. — Ужин. Еда. Человеческая еда, помнишь? Я приготовил лазанью, а Олег вроде бы кромсал какой-то салат, правда, я не уверен, что салат после этого выжил. — Нужно проверить и по возможности оказать помощь, — торжественно кивнула Кира. — Может, добить, чтобы не мучался. — Надеюсь, мы всё ещё говорим про салат, а не про Олега…