Глава 7. Старшая сестра/пусть все горит.

Это было ощущение утреннего пробуждения полностью отдохнувшим. Тело просыпается естественным образом не из-за подпитываемых тревогой биологических часов, а потому, что разум шептал ободряющие слова «Эй, давайте посмотрим, что принесет сегодня этот день». И в этом любопытстве глаза открылись, и на губах появилась улыбка, когда солнечный свет встретил легкими прикосновениями тепла на щеках… Пятый не мог вспомнить, когда в последний раз просыпался таким образом. Уж точно не в те дни, когда он был убийцей. Уж точно не за все 45 лет апокалипсиса. Он растянул свою память, насколько мог, и увидел образ молодого лица Вани, челки, подчеркивающей ее нежные карие глаза, длинные волосы, недавно заправленные за ухо, склонившаяся над его кроватью, произнося приветливо: — Доброе утро, соня, ты проспал, — при этом закрытый рот, скромная, дразнящая улыбка. Его разум потянулся к этой мысли, привлеченный теплом, своеобразным желанием, но это было похоже на хватание пара, потому что это было что-то, что уже было потеряно. И он отпустил это. Пятый почувствовал, как его тело частично погрузилось в мягкость матраса, а тепло легкого одеяла поднялось до его плеч. Сила солнечного света заставила его задуматься, сколько времени уже прошло, и он неторопливо повернул голову, чтобы проверить время. 10:40 утра. Дверь в комнату была закрыта, но запах бекона, тостов и кофе все равно проникал внутрь, чтобы заставить его встать с постели.

***

Запах горящего бекона привлек внимание Лайлы, и она бросила апельсиновый сок на стол, спеша вернуться к плите. «Ну что ж, я собиралась приготовить его по-хрустящему», — подумала она, мысленно повторяя диалог, чтобы сказать Пятому позже. Она переложила бекон на тарелку, проводя рукой по лбу, чтобы стереть пот от тепла сковороды, когда Пятый вышел из спальни. — Доброе утро, — весело поприветствовала Лайла. Пятый оглядел кухню и столовую, заметив, что стол еще не накрыт, и направился к кухонным шкафам. — Привет, — невнимательно поприветствовал Пятый. Он все еще шел осторожно, отметила Лайла, стараясь не переносить вес на правый бок, каждое движение было осторожным. — Я думаю, ты должен отдыхать, — упрекнула Лайла, наблюдая, как Пятый начинает накрывать на стол. — Я в порядке, — ответил Пятый, его любимые слова, и Лайла скептически покачала головой. — Мммм, — промурлыкала она, недоверчиво взглянув на Пятого как раз вовремя, чтобы увидеть, как он слегка покачнулся на ногах и приложил руку к голове. — Мммм, — повторила она, закатывая глаза. Пятый вздохнул, взглянув на рюкзак Лайлы в гостиной. — Нам еще многое предстоит сделать сегодня. — Если ты не отдохнешь, ты снова попадешь в больницу, и тогда ты не сможешь делать абсолютно ничего. Ты должен быть умнее, верно? Звучит действительно глупо. — Лайла училась общаться с Пятым, и логика казалась самым эффективным оружием против его упрямства. Но простая мысль о расслаблении была для него такой запретной идеей. — Я не могу просто сидеть и ничего не делать, — сказал он. — Хорошо, я заключу с тобой сделку, — сказала Лайла, уперев руки в бедра. — Если ты отдохнешь до полудня, мы пойдем в главный штаб комиссии. — Пятый сузил глаза, подозревая ее мотивы. — Ладно, ладно, есть места, куда я не могу попасть без телепортации. Даже хозяйский ключ моей мамы не мог открыть все двери. Но я знаю, что ты тоже хочешь пойти. Мы легкие, так что ты сможешь не перенапрягайся. Но сначала тебе нужно отдохнуть до полудня. Можешь прочитать остальные документы, чтобы быть продуктивным. Хорошо? Это также может быть связано с тем, что в последний раз, когда она оставила его, он подвергся нападению со стороны Комиссии. Но эту мысль она сдержала, приподняв бровь. — Хорошо, — кивнул он через некоторое время, и Лайла почувствовала облегчение от того, насколько легко это было. — А теперь сажай свою тощую задницу на диван и оставь лранч мне», — приказала Лайла, пытаясь вести себя как старшая сестра, которой она должна была быть.

***

— Ты просто не можешь пройти незамеченным, что бы ты ни делал, — сказала Лайла, поправляя костюм и галстук Пятого, гадая, смотрел ли мальчик сегодня в зеркало. — Ты чертовски худой. — Да, потому что я планирую поболтать у кулера с водой, — сказал Пятый, закатив глаза. — Ой, подожди, это должна быть скрытая операция. В любом случае мы не собираемся торчать в одном месте достаточно долго, чтобы нас заметили. — Что ж, какого черта, — сказала Лила, вскинув руки, прежде чем приступить к застежке своего собственного брючного костюма. — Тогда зачем вообще возиться с одеждой. Давай просто зайдем туда голыми. — Тебе нужно поработать над материалом, он рушится, — сказал Пятый, натягивая галстук. — А ты — надоедливый маленький гремлин, — возразила Лайла, подсознательно дергая свой галстук после того, как увидела, что Пятый натягивает свой. Пятый одарил ее гремлинской улыбкой, и Лайла сама сверкнула такой же дерзкой улыбкой, оба одновременно надели солнцезащитные очки и мысленно полюбовались своей стильной одеждой. Оба сжимали свои портфели, пальцы были готовы действовать в унисон. — Мы похожи на Хейзел и Ча-Ча, — отметила Файв. — Заткнись.

***

— В этом районе никого нет, уборщицы больше не приходят сюда убираться, — сообщила Лайла, указывая на них, когда они стояли посреди большого пустого офиса. Нетронутая пыль на столах, тусклый свет и жуткая тишина производили впечатление города-призрака. Они сняли солнцезащитные очки и положили их в карманы костюмов. Она жестом указала Пятому на оконную раму, которая была повернута в сторону от главного прохода. Это была излюбленная разведывательная база Лайлы, о чем свидетельствует стул, расположенный в стороне, и небрежные следы вдоль пыли вокруг. Маленький домик, который Лайла построила для себя. «один из многих в разных местах, — подумал Пятый, с грустью осознавая, что Лайла была одна довольно долгое время. — Я слышала, что давным-давно, когда они играли в крота с ветвями временной шкалы, появляющимися слева и справа, штаб-квартира была настолько перегружена персоналом, а все офисные помещения были настолько переполнены, что некоторым приходилось делить одну кабину, — продолжила Лайла. Они положили свои портфели и рюкзак Лайлы под стол. — Особенно во время катастрофы на временной шкале отделения D21. Ты можешь в это поверить? Как ужасно, если ты застрял с парнем, который думал, что принимать душ необязательно. — Или кто-то, кто постоянно говорил и имел слишком много энергии, — сказал Пятый, прислонившись к столу, отводя руки в стороны, чтобы держаться за край, и Лайла внимательно наблюдала за движением. — Да, я могу себе представить, я скорее предпочту случайно выколоть себе глаза и забрать рабочую зарплату, чем идти на работу. — Ты издеваешься надо мной? — спросила Лайла, приподняв бровь, и подошла к нему. — Нет, это просто ты параноик и неуверенна в себе. — Пятый закрыл глаза и несколько раз вдохнул. Лайла не была уверенна, что сейчас было хорошей идеей отвечать ему. — Ты не проводил много времени в бэк-офисе, не так ли? — спросила Лайла, оттягивая еще несколько секунд, прежде чем они должны были начать. — Нет, я всегда был на задании. Я жил в гостиничных номерах практически все свое пребывание здесь. — Пятый открыл глаза и некоторое время смотрел в окно, рассеянно рассматривая деревья и облачное небо, затем выпрямился, что стало сигналом для Лайлы, что он готов. — Что ж, просто следуй моему примеру, — сказала Лайла, отталкиваясь от стола. — Моя мама всегда была занята, и когда я не тренировалась с ней, я просто бегала здесь везде. Это место было моей игровой площадкой, — а затем с насмешливой улыбкой сказала: — Тебе нужно держать меня за руку, чтобы не заблудиться, маленький мальчик? — Пятый фыркнул на дерзость и направилась к пешеходной дорожке. — Теперь, — продолжила Лайла, — нам нужно получить информацию о вас, чтобы мы могли точно выяснить, что знает Меррик, и, надеюсь, выяснить, что он планирует. — Она подошла, чтобы соответствовать шагам Файва. — Я видела ваше общее дело, но оно не полное. Нам нужно выяснить, где они хранят ваш полный файл. И нам нужно узнать все, что они знают о графике ветвления.

***

Звуки суетливой офисной жизни всегда наполняли главные коридоры: цоканье каблуков, перетасовка бумаг, каракули перьями и постукивания по планшетам, сотрудники, суетливые взад и вперед, гудение от стресса. Пятый и Лайла бродили по коридорам, уверенные в своей принадлежности, то и дело приветствуя кивками какого-то бедного случайного сотрудника, чтобы проверить пределы их скрытности, чтобы посмотреть, кто из них может получить самое неловкое выражение от ничего не подозревающих прохожих. Однако Лайла была более склонна играть в эту дерзкую игру. Они вышли за угол, и Лайла жестом указала в комнату через несколько дверей, указывая на их прибытие в пункт назначения. Тишина в комнате оказала немедленное успокаивающее действие, и Пятый смог настроить свое дыхание и сердцебиение, чтобы соответствовать тишине. Архивная комната регионального фольклора и мифологии была одной из меньших и менее посещаемых, но ряды и ряды полок и ящиков для папок по-прежнему были ошеломляющим зрелищем для тех, кто не знаком с дотошной системой хранения документов, используемой Комиссией. Пятый и Лайла прошли по дорожке, чтобы просканировать каждый проход в поисках любого сотрудника, с которым им придется иметь дело, но только перегруженный клерк с явной социальной тревогой стоял в одном из проходов, на мгновение пораженный неожиданным появлением двух полевых оперативников. Для полевых оперативников не было ничего необычного в том, чтобы взять файл, который по какой-то причине не был включен в их пакет задания, но их посещения были нечастыми. — Добрый день, эм, господа, — пробормотал он в приветствии, заставляя неуклюже улыбнуться, прежде чем снова наклониться к тележке с документами и поправить свои очки в проволочной оправе на носу. — Прекрасно, — сказала Лайла, ухмыльнувшись Пятому и исполнив легкий реверанс. Пятый покачал головой, увидев реакцию. — Отлично, — медленно произнес Пятый, не пытаясь скрыть закатанные глаза. «Это его здорово напугает, — Лайла вытащила пистолет из кобуры, и при виде него клерк подпрыгнул и издал высокий звук. Она дразняще посмотрела на Пятого. — О, не волнуйтесь, я намного страшнее, чем маленький мальчик, играющий в переодевание, — сказала она, направив пистолет на уже испуганного мужчину. — Видишь? — Лайла ухмыльнулась. Пятый фыркнул и прислонился к ряду папок, безразлично скрестив руки. — Я почти уверен, что оружие здесь пугает. — Хорошо, мой друг, просто нужно знать, где мы можем найти файлы для текущей разветвленной временной шкалы, — сказала Лайла. — И подробное досье на Пятого Харгривза. — Вы сказали «Пять Харгривз»? — сказал мужчина, глядя на своих двух похитителей взад и вперед, а затем остановился на Пятом. — О боже, — сказал он, широко распахнув глаза от понимания. — Вы Номер Пять! Лайла нетерпеливо взвела курок. — Послушайте, — пробормотал мужчина, вскинув обе руки, — эти файлы хранятся в отделе био-инженерии, — сообщил он. — А это где? — спросил Пятый. — Последний этаж, весь этаж — био-инженерия. Но чтобы попасть внутрь, вам понадобится ключ-карта высшего руководства. — Где мы можем найти высшее руководство? — спросила Лайла, найдя странным, что она никогда не вспоминала, что в штаб-квартире был секретный верхний этаж. — Нигде, по крайней мере, не здесь. Никто в этом штабе не имеет доступа на верхний этаж. — Но это главный штаб. — сказала Лайла. — Лайла, — начал Пятый, которому эта беседа наскучила, — нас беспокоят запертые двери? Глаза Лилы задумчиво сузились, затем осознанно усмехнулись. Пятый ответил тем же выражением лица, затем оба повернулись и послали клерку две одинаковые тревожные улыбки. — Как добраться до верхнего этажа? — спросила Лайла.

***

Трое внезапно застыли на звуке открывающейся двери, прижимаясь ушами к середине разговора. — … тяжелее, что он в старшей школе. Вы знаете, они тусуются стаями, — сказал крепкий мужской голос, когда открывался картотечный шкаф. Лайла предупредительно приложила палец к губам, угрожающе направив пистолет на клерка. Они были в пяти проходах от двери и надеялись, что посетители найдут свое дело и уйдут, не заметив этого. — Что ж, его досье заставляет его походить на ботаника, так что, возможно, у него не так много друзей, — сказал другой мужчина, его голос был более изысканным. Послышался звук прорезания картотеки, затем картотечный шкаф снова закрылся. — Проход 3, секция F. Пятый и Лайла обменялись спокойными взглядами, молчаливо общаясь, чтобы подготовиться. Дотянувшись до ножа в кармане, Пятый присел как можно ближе к проходу, оставаясь незамеченным. Шаги приблизились, но повернули на несколько проходов раньше их. — Раздел F, раздел F… а, вот оно. — Просто поторопись, я действительно с нетерпением ждала массажа в спа, пока не появилось это задание. — Понятно, — шкаф закрылся, и шаги начали отступать к двери. Пятый и Лайла тихо выдохнули, расслабившись с облегчением. — На помощь! — закричал клерк, шаги остановились и бросились обратно к ним, и Лайла на секунду заколебалась, но Пятый быстро вскочил и перерезал горло клерку, заливая кровью тележку с документами. Лайла уловила пустоту в глазах Пятого. Это был тревожный вид. Мужчины мгновенно оказались на своем месте, и Пятый выскочил из-за ряда папок прямо перед тем, как свернуть в проход, застигнув их врасплох. Пятый погнался за более крупным и крепким мужчиной, нанеся удар в яремную вену, но тот двинулся на удивление быстро, и Пятый промахнулся на дюйм, но все же сумел воткнуть нож достаточно глубоко, чтобы напугать человека до состояния бедствия. Лайла пошла за мужчиной поменьше, прицелилась из пистолета, но быстро отбросила его, в рукопашном бою шла хорошо против него. Пятый ударил своего мужчину ногой за колени, но тот не упал, схватив Пятого за костюм и швырнув его об стену, нож все еще торчал из его шеи. Пятый моргнул и нанес поражающий удар ногой мужчине по голени, он быстро вытащил нож из шеи человека и быстро перерезал ему горло. Пятый смотрел, как здоровяк держал руки за шею, булькая, захлебываясь собственной кровью. Раздался выстрел, и Пятый обернулся и обнаружил, что Лайла снова взяла свой пистолет и застрелила своего мужчину в голову; вид мозгового вещества на полу, странно похожий на необычно грязное убийство, которое, как он помнил, особенно расстраивало его тогда. . — Пять? — осторожно спросила Лайла. Пятый поднял глаза, встретившись глазами с Лилой, его лицо все еще было странно холодным. И у Лилы возникла тревожная мысль, что она смотрит на человека, убившего ее родителей. Пятый на мгновение закрыл глаза, прижав пальцы к вискам. Его лицо смягчилось, а когда его глаза снова открылись, он вернулся к своему обычному утомленному «я» с намеком на печаль в глазах. — Давай избавимся от тел, — устало сказал он, протягивая трясущуюся руку к стене, чтобы прислониться к ней. — Ты в порядке? — спросила Лайла, снова внимательно глядя на него. — Я в порядке, — как обычно, отрезал Пятый. «Давайте просто засунем их в ту кладовку, чтобы выиграть время, пока они не начнут гнить». *** Изящный звон и легкий кран позволили лифту подняться на верхний этаж. Как ни странно, Пятый и Лайла уставились на дверь через несколько секунд после того, как ожидали, что она откроется. Два бывших убийцы повернулись, чтобы поднять бровь друг на друга, прежде чем повернуться, чтобы продолжить свое неловкое противостояние с дверями. — Пожалуйста, отсканируйте свой пропуск, чтобы войти, — наконец услужливо проинструктировали двери отстраненным самодовольным женским голосом. — В противном случае этот лифт вернется на нижние этажи. Пятый вздохнул. — Держись ниже, — приказал он, оба присев на пол, и Пятый схватил Лайлу за руку, перепрыгивая их на другую сторону дверей. Они появились в довольно большой, освещенной флуоресцентными лампами белой комнате между двумя рядами столов без покрытия. К счастью, сотрудники в комнате были заняты коацаньем по клавиатуре, чтобы заметить вновь прибывших. Компьютеры с невероятно тонкими прозрачными стеклянными мониторами выстроились вдоль каждого ряда столов, некоторые из них были голографическими, вся комната была гладкой по дизайну, что разительно отличалось от мотивов 50-х годов на этажах ниже. Белый и серый цвета преобладали в несуществующей цветовой гамме, все сотрудники за каждым столом были одеты в белые лабораторные халаты. Пятый и Лайла были крайне неуместны. Сохранив свои позиции на корточках, они быстро бросились за стол, чтобы скрыться от глаз, и на мгновение обдумали свой следующий шаг. Их положение не давало возможности укрыться, а обтекаемый дизайн кабинета позволял хорошо видеть всю комнату, если кто-то решит достаточно долго оторвать взгляд от монитора и осмотреть местность. Пятый просканировал комнату и заметил несколько дверей, через которые он мог телепортироваться, но беспокоился о том, что не будет иметь прямой видимости и повторить затруднительное положение, в котором они оказались. К ним подошел сотрудник, а Пятый и Лайла обошли стол, чтобы избежать его взгляда, но все же старались, чтобы их не заметили другие. Мимо прошел высокий, долговязый мужчина, лабораторный халат волочился, Пятый и Лайла были хорошо видны человеку, но, к счастью, он, казалось, был слишком погружен в тонкое, прозрачное стекло, которое он держал в руке, по которому его пальцы постоянно постукивали и проводили чтобы заметить. — Мы не можем здесь оставаться, — прошептала Пятый, и Лайла согласно кивнула. Мужчина поднял карту, прикрепленную к шнурку маленького считывающего устройства на стене, и дверь открылась с тихим свистом. В комнате больше никого не было, и Пятый видел достаточно, чтобы прыгнуть на них в скрытую позицию. — Пойдем, — сказал он, хватая Лайлу за руку. Пятый посадил их за один из длинных белых столов, оторванных от белых стен. На столах стояло разное гладкое стальное оборудование, а также несколько компьютерных мониторов. Они могли слышать, как шаги человека перемещаются по комнате, время от времени останавливаясь из одного места в другое, попеременно возясь с оборудованием и постукивая по своему ручному монитору. Пять и Лайла кивнули друг другу. Вытащив пистолет, Лайла вышла из своего укрытия, Пятый оставался скрытым, чтобы следить за дверью. — Привет, — сказала она с улыбкой, указывая на пистолет. Глаза мужчины расширились, но не казались слишком испуганными. — Привет, а кто ты? — сказал он ровным и слишком спокойным тоном. Пятый почувствовал, что что-то не так, и подошел к краю стола, готовясь присоединиться, если что-то пойдет не так. — О, это не важно, — небрежно сказала Лайла. — Я просто ищу информацию о текущем графике веток и Номере Пять Харгривзе, и мне сказали, что именно здесь я найду ее. — Мальчик времени? — Пятый услышал, как мужчина сделал шаг к Лайле. — Это действительно интересно, мисс Никто-не-важен. — Голос был угрожающим, тревожным для Пятого, поэтому он вышел из своего укрытия, чтобы сообщить, что Лайла не одна. — Где файлы? — серьезно спросил Пятый. Мужчина посмотрел на новую компанию, сузив глаза от интереса. — Архивная комната находится за этими дверями, — сказал он, указывая направо на другую закрытую раздвижную дверь. — Но бумажные копии — не самая последняя версия. Последние текущие обновления находятся в сети Aeternalis, но вам понадобится компьютер с токеном доступа к нему. — Файв не обращал внимания на дополнительные детали, только на расположение нужных файлов. Пятый вошел в комнату, используя ключ-карту человека, и быстро просмотрел файлы, все еще беспокоясь о Лайле в комнате с мужчиной. У него в руках было три толстых файла, когда он услышал шум по ту сторону двери. Он быстро телепортировался и успел увидеть, как пистолет Лайлы отброшен от нее. Он небрежно бросил файлы на ближайший стол, затем потянулся за своим ножом, телепортировавшимся позади человека. Мужчина поймал руку Пятого на полпути, выбив нож из его руки, но отвлечение оставило Лайлу открытой, чтобы нанести удар мужчине в лицо. Мужчина споткнулся лишь слегка, но этого было достаточно для Пятого, чтобы ударить ногой по голени, и мужчина упал на один из столов, в результате чего оборудование с шумом упало, громко эхом отразившись от стен. Пятый и Лайла с опаской посмотрели на дверь, затем с пониманием переглянулись. Лайла быстро схватила пистолет и стопку файлов со стола, а Пятый взял мужчину и Лайлу за руки, телепортируя их троих вниз в комнату с файлами, в которой они были раньше.

***

Пятый по прибытии споткнулись и упал на колено. Мужчина, быстро оправившийся, ударил его ногой в живот, с силой перевернув Пятого, Файв вскрикнул от боли. — Нет! — закричала Лайла, обмениваясь ударами, чтобы увести его от Пятого, но человек был физически сильнее и быстрее, прижав Лайлу к стене за считанные секунды. В синей вспышке Пятый моментально оказался на спине человека, пытаясь задушить его до потери сознания. Мужчина освободил Лайлу, но бросился назад, ударив тело Пятого о стену, откинув ему голову и сильно столкнувшись. Пятый ослабил хватку человека, и он снова упал на колени, застонав, схватившись руками за голову. Когда мужчина повернулся, чтобы посмотреть, деревянный стул ударился о его голову, разбив дерево на куски, и мужчина потерял сознание на полу. Лайла отбросила кусок стула в руке и бросилась к Пятому, который собирался встать, опираясь рукой на стену в качестве поддержки. — Пять, ты в порядке? — спросила она, кладя обе руки ему на плечо. Пятый быстро их оттолкнул. — Я в порядке, — сказал он, не встречаясь взглядами, вниз и в сторону, руки опустились в сторону, демонстрируя хорошее состояние. Что раздражало Лайлу. -"О, ради любви к… — Лайла едва сдерживалась. — Дело не только в тебе, хорошо? Если я не знаю, что с тобой происходит, меня могут убить! Пятый медленно поднял глаза и встретился глазами с Лайлой. Он сглотнул, затем снова поднес руку ко лбу. — У меня кружится голова, и это просто… — Пятый закрыл глаза и вздохнул. — Хорошо, — сказала Лайла, глядя на него с головы до ног. — Хорошо. Как насчет твоей раны? — Это управляемо, если я смогу прояснить ситуацию. Мне просто нужно несколько минут. — Хорошо, давай сядем. Лайла помогла Пятому соскользнуть на землю к стене, прежде чем огляделась. Файлы были разбросаны повсюду, и среди них лежал человек без сознания. Лайла вздохнула и решила, что мужчину нужно связать, прежде всего, на случай, если он проснется. Не обнаружив веревки, Лила импровизировала с ножницами и лабораторным халатом мужчины. «Черт побери», — подумала Лила, глядя, как Пятый сидит, упершись головой в колени. Это было полной противоположностью того, как они расслаблялись.

***

ЗАРАЖЕННАЯ КРЫСА. ВРЕМЕННО ЗАКРЫТО. — Как там выглядит все? — спросила Лайла, оглядывая самодельную табличку. Пятый оторвался от файлов на коленях и кивнул. — Выглядит хорошо. Только не забудь на всякий случай запереть дверь. Прикрепив табличку к двери, Лайла села рядом с Пятым на полу у стены и вытащила коробку с пончиками, которую она украла из комнаты отдыха между ними. — Нам просто нужно подождать, пока мистер Подозрительно-Сильный-и-Способный-к работе-офисный-служащий проснется, — сказал Пять, не поднимая глаз. — Привет, кстати, — сказала Лайла, набив рот недавним кусочком пончика. — Не мог бы ты показать мне, как путешествовать во времени? — Пятый посмотрели на любопытную просьбу. «Это должно было случиться когда-нибудь, — подумал он, кладя файлы себе на колени. — Вот, — сказал Пятый, сжимая кулаки и призывая синюю энергию. — Это прыжок в завтра. Ты выполняешь его так же, как пространственный прыжок, за исключением того, что тебе нужно заранее рассчитать выход энергии, поскольку ты не можете визуализировать время так, как это возможно, с пространством. Лайла уставилась на энергию в его руках, глаза расширились от благоговения. — Это совсем другая энергия, — сказала она, дотронувшись до колеблющегося синего света. — Это временная энергия, а не пространственная, — сказал Пятый, когда Лайла сжала кулаки, чтобы отразить ее. — Но ты сможешь прыгнуть со мной только до завтра, — сказал Пятый, и свет исчез из его рук. — Вот прыжок через 1 минуту. — Его кулаки снова засветились, и Лайла отразила это. — Это другое, — заметила Лила, прищурившись от размышлений. — Каждый раз все по-другому? — Я так думаю, — сказал Пятый. — И расчеты меняются в зависимости от твоего положения во времени, поэтому оно постоянно меняется. Возможно, тебе удастся отразить мою энергию в течение, скажем, нескольких секунд, и ты все равно сможешь следовать за мной. Но если ты подождешь дольше, тебе придется пересчитать исходную переменную позиции. — Итак, ты говоришь, что мне нужно изучить квантовую физику, чтобы изменить твою временную энергию? Пятый схватили глазированный пончик. — Перспективные расчеты путешествий во времени на самом деле сделать не так уж и сложно. Это отсталые, которые требуют, чтобы ты был таким же гением, как я, — сказал Пятый, ухмыляясь и откусив кусок. — О Боже, это твое эго вызывает твою проблему с опухолью мозга. Я догадалась, — сказала Лайла, закатив глаза. Пятый жевал пончик с игривой ухмылкой. — А как насчет обращения времени? — Хм, — задумчиво сказал он. — Это невозможно показать тебе, потому что, как только я тяну за собой энергию, время сразу начинает двигаться вспять. Ты даже не узнаешь что я что-то сделал. Видишь? Я только что сделал это сейчас. Лайла сузила глаза при виде ямочки на ухмылке Пятого. — Правда? — подозрительно спросила она, и когда Пятый просто продолжил ухмыляться, Лайла снова закатила глаза и кинула пончик в его озорное лицо, от которого он едва успел отбиться. «Каким нахальным малым он, должно быть, был в молодости», — подумала Лайла. И ей пришло в голову, что это был первый проблеск ее личности, стоящей за ворчанием, тревогой и печалью, которые обычно окружали его ауру. — Хорошо, что у Диего не оказалось силы времени, — со смехом сказала Лайла. — Он никогда не сможет использовать это, бедняга. — Пятый посмотрел вниз, и выражение его лица снова стало обеспокоенным, и у Лайлы возникло жуткое ощущение, что она только что разговаривала с призраком ребенка. — И кстати, — продолжила Лайла. — Я бы хотел зайти в свою квартиру, чтобы принять душ и переодеться, прежде чем мы увидим твою семью. Ты думаешь, Диего будет там сегодня вечером? Пятый колебался, и Лайле это показалось странным. — Да, я уверен, что он будет там, — сказал он, не поднимая глаз, и, похоже, он потерял интерес к продолжению разговора. Лайла подумала, не стало ли ему хуже. — Как твоя голова и твоя рана? — обеспокоенно спросила она. — Я в порядке, — невнимательно ответил он, глядя на файлы на коленях, и это почему-то раздражало Лайлу. — Знаешь, слова о том, что это больно, не делают тебя менее мужчиной, — раздраженно сказала Лила. — Блоки содержания, — отстраненно сказал Пятый. — Что? — спросила Лила. — Они строят изоляторы в графике нашего филиала. Различные виды. Усиленный, звукоизоляционный, душевный демпфер… — Глаза Пятого расширились. — Нет, — сказал он с тревогой. Он быстро просмотрел страницу в поисках чего-то. — Нет. — Что это такое? — спросила Лайла, взглянув на страницу в его руке. Лицо Пятого побледнело. — Слабость Пятого Харгривза, — прочитал Пятый вслух слегка дрожащим голосом, — это его семья. — Пятый закрыл глаза, тяжело дыша. -: Все в порядке, — заверила Лайла, повернувшись к нему лицом. — Все в порядке. Я помогу тебе. Эй, у них не будет возможности преследовать твою семью. — Она положила руку ему на плечо, чтобы успокоить. — Сначала мы доберемся до них. Пятый открыл глаза, уверенное присутствие Лилы успокаивало.

***

— Расскажите нам о графиках работы филиалов, — потребовал Пятый с серьезным выражением лица. Мужчина ухмыльнулся, в глазах не было страха перед похитителями. — Сеть портфелей тщательно запрограммирована, чтобы не создавать ответвления при корректировке временной шкалы. Эффект всегда должен отражаться на основной временной шкале. Но иногда по причинам, которые мы не можем указать, создается ветка. Мы разрушаем ветку апокалипсисом, и как только она лишается жизненной энергии, мы можем выпустить колебание измененной лучистой энергии, которое полностью сотрет ветку из существования. — Почему? — спросили Пятый. — Если вы находитесь в главной временной шкале, почему вас вообще волнуют временные рамки веток? Почему бы тебе просто не позволить этому быть? — Он также хотел знать, почему у них нет сочувствия к человеческой жизни, но Пятый подозревал, что этот человек не знал ответа. — Существует теория, что основная временная шкала может быть разрушена и заменена временной шкалой ветвей. — Как? — спросила Лайла. — Мы не знаем как, мы даже не знаем, возможна ли теория. Если вы хотите узнать больше о теориях временной шкалы ветвей, вам нужно спросить у Реджинальда Харгривза. — Мой папа? — удивленно спросил Пятый. — Твоего отца отправили в прошлое в качестве официального посланника Партии Объединения, хотя все подозревают, что он является частью организации «Сосуществование». Его прибытие в прошлое совпало с изменением временной шкалы, в результате которого появились люди со сверхспособностями, или Дети Реджинальда, как мы их называем. — Мужчина посмотрел на них обоих понимающе. — Мы не знаем, что вызвало изменение, и мы не знаю, как у этих людей появились эти способности и какова их цель. «Было странно, — подумал Пятый, — как он называл их людьми, как будто он был чем-то другим.» — Мы попытались получить доступ к исследованиям Реджинальда в Академии в одной из предыдущих разветвленных временных рамок, — продолжил мужчина, — но его файловая комната для исследований непроницаема, защищена передовой защитной энергией даже после того, как эта его версия из ветви случайно умерла. — Вы имеете в виду, что убили его, — пояснил Пятый. — О нет, Реджинальд находится под защитой Партии Объединения, — сказал мужчина с явной ухмылкой, передавая очевидную ложь. — Он политически неприкасаемый. Так что его смерть в этой разветвленной временной шкале должна была быть случайной. — Пять и Лайла воспользовались моментом, чтобы осмыслить полученную информацию. Мужчина усмехнулся, прервав короткую паузу молчания. — Что тут смешного? — спросила Лила. — Ты не знаешь, как завязать хороший узел, — сказал мужчина, затем вскочил со стулом в руке и повернул его в сторону Пятого, которому удалось телепортироваться за его спину как раз перед тем, как он коснулся. Когда мужчина повернулся лицом к Пятому, Лайла прострела ему в затылок.

***

— Привет, Лайла, — крикнул Пятый через разделительную перегородку, — - согласно этому документу все пункты назначения портфелей на разветвленной временной шкале действительно отслеживаются. Но комиссия не приехала за моей семьей в тот день, когда мы приехали. Как ты думаешь, возможно, они не могут отслеживать в Академии? — Там нет ничего об Академии? — спросила она, обходя пыльный стол, запихивая оба их костюма, из которых они переоделись, в свой рюкзак. — Нет, — рассеянно сказал Пятый, нахмурив брови, глядя на страницу, и поправляясь, сидя на ящиках стола. — Ну, я думаю, есть только один способ узнать. Лайла тоже начала класть файлы в свой рюкзак и собиралась попросить папку у него на коленях, когда заметила, что он довольно долго смотрел на страницу. Пятый вытащил страницу из папки, его рука дрожала, а дыхание учащалось. — Пять? В чем дело? — обеспокоенно спросила она, но Пятый ответил не сразу. — Ничего, — ответил он через некоторое время. — Просто подумай о том, что тот человек сказал о том, что комната для исследования файлов моего отца неприступна. — Он сложил страницу на четыре части и сунул ее в карман пиджака. — Что на этой странице? — спросила Лайла, сидя на полу перед ним. Пять сглотнули, дыхание стало еще быстрее. — Информация об отслеживании портфеля, которая может оказаться полезной, — тихо сказал он, его глаза смотрели вдаль, дыша все еще слишком быстро. И Лайла поняла, что у него началась гипервентиляция. — Пять, — позвала она, схватив его за плечи, но его взгляд стал расфокусированным, лицо испуганным, изо рта вырвалось несколько всхлипов. — Черт, это не место для тебя, чтобы начать кричать, хорошо? — Лайла грубо встряхнула его, потому что действительно думала, что он может начать кричать. Пустой офисный район может быть городом-призраком, но крик все равно разносится по населенным коридорам. — Эй, возьми себя в руки! — твердо сказала она, и, к счастью, в следующий момент его глаза сфокусировались, дыхание стало лучше, но он все еще выглядел дезориентированным. — Боже, это тоже бывает, когда ты не спишь? — раздраженно спросила Лайла, затем смягчилась при виде Пятого, все еще потрясенного, и поняла. — У тебя посттравматический стресс. — Она посмотрела на карман его пиджака, затем быстро потянулась за листом бумаги. — Дайте-ка подумать. Пятый попытался забрать его обратно, но Лайла раздраженно отбила его руку и прочла. Она покачала головой и снова сложила листок, а затем бросила его обратно на колени Пятому. — Ты идиот, — упрекнула Лайла. Она взяла оставшуюся часть файла у Пятого и положила в свой рюкзак. — У тебя все нормально? — искренне спросила она, кладя рядом портфели. Пятый по-прежнему выглядел потрясенным, все еще немного тяжело дышал, все еще слегка дрожал, поэтому Лайла хотела дать ему еще несколько минут. — Не торопись, — сказала она, садясь рядом с ним. — Итак, — сказала Лайла через некоторое время, — мы собираемся указать место назначения портфеля в Академию. — Пятый кивнул. — И мы подождем 15 секунд, прежде чем я вытащу нас оттуда, — сказал он.

***

Пятый и Лайла появились с помощью своего портфеля в фойе Академии, в том же самом месте, куда Пятый и его братья и сестры прибыли всего несколькими днями ранее. Они повернулись лицом к главной гостиной, где обнаружили двух воробьев, сидящих на диванах, один с книгой в руке, а другой с газетой. Оба смотрели на новоприбывших, приподняв брови. — Сейчас же? — прошептала Лайла Пятому, поддельно улыбнувшись хозяевам. — Еще несколько секунд, — ответил Пятый столь же приглушенным тоном, а затем посмотрел вверх, совпадая с улыбкой Лайлы. — Кто вы, черт возьми? — спросил тот, кто держал газету, высокий, темноволосый, красивый мужчина с неприличным хмурым взглядом. — Просто, а, хорошо, — запнулась Лайла, неловко махая руками. — Просто гастролировали по Академии, — уверенно сообщил Пятый, небрежно засунув свободную руку в карман шорт, широко улыбаясь и фальшиво, как пластик. — Ага, а какое здесь самое крутое место? — спросила Лайла. Та, что держала книгу, сузила глаза, длинные темные волосы и темные глаза, но отличалась недружелюбием. — Ты мальчик с недавнего времени, — сказала она с забавной зловещей ухмылкой. Пять и Лайла неловко помахали в унисон, а затем переглянулись с неловкими улыбками. — Теперь, — сказал Пятый, хватая Лайлу за руку и телепортируя их на улицу. Они поспешно ушли, оглядываясь на Академию, посмеиваясь над успехом своей маленькой миссии. — Что ж, это подтверждено, — заключил Пятый. — Комиссия не может отследить пункт назначения портфеля, если это Академия.

***

Эллисон и Клаус сидели на диване, а Лютер сидел в кресле, все трое выжидающе смотрели на суетливую Ваню, стоящую перед ними. — Итак, вот мой план, — сказала Ваня, пытаясь унять свое волнение. — Мы возвращаемся за день до убийства, стараясь не столкнуться с прошлым. Приобретаем 2 камеры. Один из них мы установили напротив здания, откуда Ли Харви Освальд стреляет в президента, прицеливаясь в окно. Другой мы установили в комнате как камеру наблюдения, чтобы поймать его на месте. — Ее братья и сестры кивнули в унисон, чтобы она продолжила, и она с радостью согласилась. — После убийства мы ждем, когда наше прошлое «я» уйдет в будущее, а затем отправляем записи на несколько телеканалов. Как только запись выйдет в эфир, наши имена будут очищены, а Освальда арестуют за убийство Джона Кеннеди, как и предполагалось. Братья и сестры молча смотрели в раздумьях несколько мгновений, прежде чем Клаус заговорил. — Мне это нравится, — сказал Клаус с улыбкой, сжимая руки в демонстрации волнения. — Тогда вы все поможете мне понять, как спасти мою настоящую любовь от смерти, хорошо? Эллисон и Лютер на мгновение обменялись взглядами, прежде чем Эллисон заговорила. — Это звучит как хороший план, это действительно так. И, очевидно, у меня там тоже есть муж, но нам нужно время, чтобы подумать об этом. Я уверенна, что Диего и Пятый будут против, и я не хочу разделять нашу семью. Помните, здесь мы тоже можем построить будущее. Эллисон заметила обеспокоенное лицо Вани, слегка наклонив голову и успокаивающе улыбнувшись сестре. — Мы не сказали «нет», верно? Мы будем думать об этом и поговорим с Пятым и Диего, когда они вернутся, хорошо? Словно по команде, Диего с Юдорой появились в дверях, и Диего щеголял необычно застенчивой улыбкой. — Привет, ребята, это моя подруга — Юдора Пэтч. Детектив, о котором я вам рассказывал. Обменивались представлениями и любезностями, предлагались напитки и закуски, и каждый брат одарил Диего откровенными понимающими улыбками, которые заставляли его краснеть смущенными ухмылками на протяжении всего разговора. Он явно был влюблен. — Так она просто поверила тебе? — прошептала Эллисон, оба украдкой взглянули на Юдору, когда она разговаривала с Клаусом на диване. Диего искренне кивнул. — Она мне нравится, — заверила Эллисон. Затем, вспомнив их обращение ранее, — Ваня все же должна с тобой кое о чем поговорить.

***

— Постой, — сказал Диего. — Почему мы не можем просто помешать Освальду убить президента? — Потому что это может изменить шкалу, — сказал Лютер. — Правильно? — Да, но мы уже изменили шкалу, почему бы не изменить ее к лучшему? — возразил Диего. — Мы можем быть как противоположность Комиссии — мы спасаем людей, а не убиваем их. — Мы можем это сделать, — сказала Эллисон. — Но что, если это вызовет апокалипсис? — Как? — Диего снова возразил. — Мы знаем, что это Ваня вызвала это в прошлый раз, без обид, сестренка. — Хорошо, хорошо, — сказала Эллисон. — У нас есть два варианта, о которых стоит подумать, если мы вернемся в 1963 год. Ваня немного забеспокоилась, но время убедить братьев и сестер еще оставалось, и она не собиралась отказываться от Сисси и Харлана в ближайшее время.

***

(Чуть раньше) Звуки полуденного часа пик, охватившие окружающую среду, заставили Лайлу и Пятого говорить громче и оживленнее, чем раньше, каждый сжимал в одной руке свои портфели, а другой энергично жестикулировал. Они быстро маневрировали по оживленным улицам, обсуждая свои новые открытия за день, обсуждая в ходе беседы, что есть на обед и какие небольшие подарки каждый брат или сестра хотел бы приправить. Пятый посчитал глупым, что Лайла возится с подарками, но Лайла была на удивление непреклонна в этом вопросе. Они свернули за угол, как раз выходя с тихой улицы, когда Лайла остановилась как вкопанная. Пятый попятился, гадая, что происходит, пока он не поднял глаза и не увидел, что она увидела. Это был Диего, который спиной прислонился к столбу перед кафе, страстно целовал Юдору, держась обеими руками за ее лицо. Они были на несколько ярдов впереди, но достаточно близко, чтобы ясно видеть их лица. Когда их поцелуй оборвался, грудь Лайлы сжалась, и она испустила прерывистый вдох. Она наблюдала, как Диего продолжал ласкать лицо женщины, оба смотрели друг другу в глаза, его рука скользила по ее телу и притягивала ближе, оба смеялись над разговором, предназначенным только для них двоих. Надежды и мечты Лайлы разбились вдребезги. Диего должен был быть ее, его руки должны были касаться только ее. Она почувствовала такую ​​сильную ревность, что ее легкие изо всех сил пытались вдохнуть воздух, и почувствовала такую ​​тяжелую печаль, что на мгновение жизнь потеряла смысл. Потому что что еще было для нее? — подумала она разочарованно. Она повернулась к Пятому, его лицо было опущено и исполнено вины. — Ее зовут Юдора, — мягко сказал Пятый, не сводя глаз с тротуара внизу. — Она была убита Комиссией в основной шкале. Она была девушкой Диего. Лайла почувствовала знакомую боль предательства со стороны любимой семьи. И она осознала в момент болезненной ясности, что у нее всегда ничего не было в этом мире, ее разум был обманут мечтой о собственной лжи. — Ты все время знал, ты знал об этом, — мягко обвинила Лайла, и по ее щекам текли слезы. Она увидела, как он поднял голову и заколебался, без сомнения пытаясь сплести еще один обман. — Лайла, я просто не знал, как тебе сказать, — сказал он, глаза наполнились грустью. — Прекрати врать! — закричала она, боль предательства сильнее прижалась к ее груди. — Я не вру, Лайла. — Как давно ты знаешь? Как долго, пять? — Он покачал головой и на мгновение закрыл глаза. «Он даже не мог придумать еще одну ложь», — сердито подумала она. — Ты знал, ты знал, что он для меня все! Ты просто продолжал опасаться, что поможешь мне с Диего, потому что ты знал, что я уйду, если узнаю, что он уже был влюблен в кого-то другого! — Она позволила гневу взять контроль, потому ухватилась за что-то, что оградило бы ее от боли и печали. — Я просто, — начал Пятый, испытывая трудности с выражением слов. — Я не знаю, как делать такие вещи и как утешать людей, Лайла. Я не умею быть человеком! — Его рука скользнула ко лбу, быстро закрывая глаза, и, вероятно, ему было больно, но Лайле в ее гневе было все равно. Она хотела, чтобы он почувствовал хотя бы небольшую часть того, что он ей дал, агонию и отчаяние, в которых она тонула в данный момент. — Я доверяла тебе, я думала, ты на моей стороне! — Она хотела уйти, но Пятый схватил ее за руку. — Лайла, пожалуйста, подожди, мне нужна твоя помощь, — сказал он, и сейчас было неправильным это сказать, — подумала Лила. — Насколько я глупа? Я думал о тебе как о своей семье. Я чувствую себя идиоткой! — Она бессмысленно рассмеялась. — Большой гребаной идиоткой. — Она не знала, хочет ли она кричать на Пятого или сломать его. Так что она просто стояла дрожа, плакала, пытаясь дышать. — Прости, Лайла, — умоляюще сказал он. — Конечно, ты не подумаешь обо мне так же. Конечно. -"Послушай меня, пожалуйста. Мне жаль. — Ты такой же, как она. Как ты мог так поступить со мной? — спросила она, пытаясь заглянуть в его глаза, чтобы понять, но он даже не мог удержать ее взгляд. — Ты знал, что я хочу… семью, и ты знал… Я любила Диего. — Она так сильно зарыдала, что ей пришлось с трудом подбирать слова между вдохами. — И ты использовал это… чтобы использовать меня. Так что я бы… помогла тебе защитить… твою драгоценную семью. Потому что все остальное для тебя не важно, верно, Пятый? Но она знала, она всегда знала, и она чувствовала гнев из-за того, что позволила себе поверить. — Нет, это не так. — И она ненавидела ложь, которая теперь исходила из его уст. Ей хотелось, чтобы он по крайней мере избавил ее от них и просто сказал то, что они оба считали правдой. — Ты позволил бы всему остальному гореть, чтобы защитить ИХ. — Она сердито вытерла слезы. — Даже мне. Лайла еще раз вытерла рукой глаза и собралась, пытаясь ожесточить свое сердце, и позволила своим словам произойти так горько, как только могла. — Я не хочу, когда—либо видеть тебя или твою семью.

***

Жители комнаты рассредоточились по маленькой гостиной мотеля, когда Пятый во вспышке синего цвета появился рядом с маленьким столиком. Он выглядел, как обычно, чрезмерно кофеином, гудящим от нервной энергии, как будто через несколько дней настал конец света. Все подумали, что это типичный Пятый. За исключением Юдоры, которая склонила голову и прищурилась, глядя на Пятого, озабоченно наблюдая. — Мне нужно, чтобы все переехали в другой мотель, подальше от города, — начал Пятый быстро, с явным волнением на языке тела. Братья и сестры вздохнули в унисон. — О, вот и снова, — сказала Эллисон, закатив глаза. Пятый проигнорировал Эллисон и продолжил. — Никто не уйдет оттуда, пока вы не получите известие от меня, поняли? — Пять, — спросила Юдора, наконец заговорив, — с тобой все в порядке? Диего снисходительно показал рукой на Юдору. -"Я же сказал тебе, не так ли? — прошептал Диего. — Что он скоро вернется к своему старому, неприятному «я». — Я в порядке, — раздраженно сказал Пятый, чем разозлил Диего. — Да, это здорово, ты в порядке, я вижу, — начал Диего. — Ты знаешь, как долго мы с Юдорой искали тебя вчера после того, как ты телепортировался из больницы? — Я не могу нести ответственность за каждый идиотский выбор, который ты делаешь в жизни, Диего, — сказал Пятый, разочаровавшись, а затем повернулся к своим братьям и сестрам. — Все слышали, что я сказал? Начните собирать вещи. Комиссия придет за вами. — Видишь? — Диего снова прошептал Юдоре, указывая на Пятого. — Мудак. — Нет, Пятый, — твердо сказала Эллисон, скрестив руки на груди и властно распрямляя тело. — У нас пока нет машины, и у всех есть работа в городе. Мы ищем дом, в который можно въехать, но он будет в черте города. На прошлой неделе мы все усердно работали, чтобы устроить здесь жизнь. Мы пытаемся построить свое собственное будущее, сделать свое собственное счастье, сами претворяя в жизнь наши надежды и мечты, потому что они были отобраны у нас. — Последние слова вызвали у Пятого укол вины, потому что он распознал в них обвинение. Эллисон прищурилась, решив стоять на своем. — Ты понимаешь, Пятый? Пятый на мгновение закрыл глаза и прижал пальцы к вискам. — Послушайте, Комиссия планирует использовать вас, чтобы добраться до меня, а затем они продолжат свои планы конца света. Ни одна из ваших глупых мечтаний и планов не будет иметь значения, если вы все мертвы! Он глубоко вздохнул и прижал ладонь ко лбу, затем продолжил с вынужденным спокойствием. — Я должен узнать, каков план комиссии. Если ты не хочешь уезжать, хорошо, но мне нужно, чтобы вы все оставались здесь, пока я не получу нужную мне информацию. Это ясно? — Как твоя голова, Пятый? — обеспокоенно спросила Юдора, снимая напряжение. — Неактуально, — пренебрежительно ответил он, снова положив руку на бок и не сводя глаз с Эллисон, которая, казалось, была новым номером один в семье. — Если Комиссия преследует нас, то это тоже наше дело, поэтому мы должны участвовать в этом вашем плане, — потребовал Лютер. Ваня и Клаус обменялись взглядами на кушетке, затем подошли ближе друг к другу, позволяя тем временем более агрессивным братьям и сестрам словесно победить их. Однако Ваня надеялся, что Файв хоть раз послушает, чтобы она могла поговорить с ним об их плане вернуться в 1963 год. — Ты вообще меня слышал, Лютер? — спросила Пятый, разочарованно махнув руками. — Комиссия планирует использовать всех вас, чтобы добраться до меня! Сколько раз я должен это повторять? — Пятый, это ты не слушаешь, — снова сказала Эллисон. — Мы семья. Ты должен перестать убегать в одиночку. И тебе нужно перестать думать, что ты знаешт, что для нас лучше, потому что тебе неинтересно слушать то, что мы хотим и что сделает нас счастливыми. И хочешь верь, хочешь нет, но мы беспокоимся о тебе, когда ты сбегаешь. Так вот что должно произойти, — сказала Эллисон, взмахнув волосами и положив руки на бедра. — Ты собираешься оставаться на месте и слушать, что скажет Ваня. Все обитатели комнаты обернулись и посмотрели на Ваню, сидящую на диване. Клаус обнял ее за плечо, заметив, что Ваня чуть не отступила от внимания. Гнев и разочарование Пятого немедленно усилились, его рука снова поднялась к голове, когда пульсация стала почти невыносимой. — Это опять о дурацком портфеле? Я уже сказал тебе… — Пятый остановился, закрыл глаза, сдерживая дрожь от боли. — Я ухожу, — наконец объявил он. — Ты остаешься, — бросила вызов Эллисон. Эти двое смотрели друг на друга несколько секунд, прежде чем Пятый усмехнулся. Глаза Эллисон решительно сузились. — До меня дошел слух… — Голубая вспышка, и Пятый исчез. Комната сразу же взорвалась разочарованием. — О да, Эллисон, потому что попытки распространить слухи о нем всегда срабатывали, — саркастически сказал Диего, беря со стола бутылку с водой. — Что еще ей оставалось делать? — сердито сказал Лютер. — Никто и никогда не придумал, как управлять упрямым ублюдком. — Я думаю, что в следующий раз мы должны заманить Пятого к вечеру кофе, — услужливо предложил Клаус, подтянув ноги вверх, чтобы сесть, скрестив ноги, на диване. — Вы знаете, у нас может быть кофемашина с мешалками для сахара, сливками с разными ароматами, кусочками шоколада, взбитыми сливками и зефиром. — Клаус жестом указал на воображаемые предметы перед собой. — Он любит зефир. А потом, может быть, мы сможем почитать стихи, чтобы успокоить его. Братья и сестры недоверчиво посмотрели на Клауса. — Хорошо, во-первых, — начала Эллисон через несколько секунд, — Пятый пьет черный кофе. — Во-вторых, — перебил Диего, — это глупая идея. Клаус посмотрел на Ваню, оба смиренно пожали плечами. — Послушайте, я просто… — сказала Эллисон, глубоко вздохнув. — Просто утомительно откладывать всю жизнь в ожидании, пока Файв одобрит все, что мы должны сделать в первую очередь. — Я думала, ты сказала, что нам нужно создавать собственное будущее. — наконец заговорила Ваня, затем взглянул на Клауса, чтобы успокоить его, а Клаус нетерпеливо поднял вверх большой палец для поддержки. — Извините, я знаю, что это не мое дело, — сказала Юдора, прислонившись спиной к стене, разделяющей спальню и гостиную. — Но похоже, что Пятый просто слишком сильно вас опекает. — Нет, ты не знаешь Пятого, — сказал Лютер, слегка усмехнувшись. — Он всезнайка, думает, что всегда прав, и каждый всегда должен делать то, что он говорит, потому что нет никого не умнее его. — Лютер разочарованно покачал головой при этой мысли. — Что ж, для меня, судя по тому, что я могу прочитать, его единственная мотивация в его действиях — защитить свою семью. И, что беспокоит, он не проявляет такой же заботы о себе. Или я все неправильно считаю?  — спросила Юдора, хотя и была уверена в своей оценке. — Она действительно хорошо разбирается в серийных убийцах, — сказал Диего с гордой ухмылкой. — И наш Файви определенно отвечает всем требованиям, — сказал Клаус. Эллисон вздохнула. — На самом деле это не все про него. — Юдора вопросительно посмотрела, и Эллисон продолжила. — Тебе известно, — Эллисон обвела пальцем висок и присвистнула. — Он немного, очень параноик и постоянно беспокоиться. — Наш маленький псих, — сказал Клаус с другой ухмылкой. — Сценарии апокалипсиса — это его кайф, он жаждет этого и ищет признаки этого везде, где только может. — Юдора посмотрела на Диего, и он снисходительно покачал головой, показывая ей, чтобы она просто приняла это. — В любом случае, все, что тебе нужно знать, это то, что он для всех засранец. И он всегда был таким, — сказал Диего, делая глоток из бутылки с водой. — Ну, не всегда, — добавил Ваня. — Ой, кроме Вани. — пояснил Лютер. — Ваня его любимица. Братья и сестры переключили свои разговоры на другие темы, и Юдора извинилась, чтобы воспользоваться телефоном. — Мне нужно поговорить с моим коллегой, — объяснила она. Юдора вернулась через несколько минут с новостями. — Коллега просит меня вернуться в офис. Немного новой информации о моем деле. А также, — сказала она, оглядывая братьев и сестер, — мы получили анонимный совет о том, где может быть база Комиссии. Братья и сестры удивленно посмотрели друг на друга. — Тогда давайте все совершим экскурсию сегодня вечером, — объявил Лютер.

***

Ночной воздух был успокаивающей прохладой, но голова Пятого и его рана горели неприятной болью, поэтому он не замечал этого. В его груди поселилось достаточно паники, и он маневрировал среди пешеходов, как пьяный, не в силах видеть мимо текущих целей в своей голове. Он обследовал периметр мотеля после того, как его братья и сестры отказались уйти, попытался, но не смог найти Лайлу в ее квартире и вокруг квартала, спрятал портфель в сарае на крыше и приобрел еще один нож после того, как потерял тот в Комиссии в штаб-квартире. Следующим в его списке было найти пистолет, хотя он отметил, что он бесполезен против щитов боевого подразделения. Пятый врезался в другую женщину на тротуаре и тихо застонал, так как его рана болезненно затряслась. Он оттолкнул женщину и прошел мимо, не глядя ни разу, игнорируя направленное на него раздражение. Потому что все остальное не имело значения. Все, что имело значение, — это уничтожить базу Комиссии филиала до того, как они придут за его семьей. Он оторвался от своих мыслей и нашел улицу, которую искал, когда заметил мужчину в синем костюме и шляпе-федоре, пришедшем на днях — того, кто не в свое время. Человек по имени Меррик. Пятый остановился как вкопанный, успокоил дыхание, распространил свои чувства на окружающую среду и внимательно наблюдал за человеком. Меррик небрежно прислонился к стене здания в нескольких ярдах от Пятого, освещенный самым ярким уличным фонарем в квартале, как будто это место было выбрано специально для этого эффекта. Дотронувшись пальцами до кончика шляпы, он уставился на Пятого с веселой, высокомерной, неровной ухмылкой. Мимо прошла неопрятная маленькая девочка с растрепанными косичками, и Меррик протянул ей леденец из кармана и наклонился, чтобы шепнуть ей на ухо. — Это для тебя, — сказала Пятому с улыбкой грязная маленькая девочка, протягивая ему конверт и уходя с леденцом в руке. Пятый посмотрел вверх, но обнаружил пустое освещенное место на том месте, где был Меррик. Пятый внимательно изучал маленький коричневый конверт со зловещим страхом и тревожным любопытством. У него перехватило дыхание, и изо рта вырвался звук, когда он вытащил 5 черно-белых картинок. Он споткнулся, чтобы опереться на стену боком, его грудь болезненно сжалась, он зажал глаза рукой, энергия покинула его тело в отчаянии. Потому что по фотографиям он не мог сказать, были ли его братья и сестры мертвыми или без сознания.