Глава 25. Голос

В этом году вишня начала цвести намного раньше, чем ей положено. Словно невеста в белом платье, покрытая прозрачной вуалью, она стояла в саду, изредка роняя лепестки на землю. Кастиэль перебралась из темной комнаты поближе к лесу, и вот уже две недели она на природе и в полную силу оттачивает заклинания. Вейсс и раньше предлагала своим наставникам занятия на свежем воздухе, но они отказывались. Говорили, что очень холодно, можно заболеть или неправильно произнести слова, находили любые причины, лишь бы остаться в особняке, и Кастиэль это очень не нравилось. Отточив боевую магию, волшебница посмотрела на время и поняла, что ей уже пора собираться в Лондон. Она закрыла все учебники с тетрадями и побежала в комнату. Там, переодевшись в бордовые брюки и свободную футболку, Кастиэль собрала волосы, захватила свой дневник, ноты и гитару и спустилась вниз. Девушка встретила Нарциссу и вспомнила, что Драко просил ее с ней поговорить. — Леди Малфой, у меня нет сейчас времени, но я придумала, куда можно поехать на Остару, — быстро говорила Кастиэль, завязывая шнурки. — Знаю, это далеко, в Шотландии, но что насчет замка Куллин? Там очень красиво. — Шотландия… — задумалась Нарцисса. — А мне нравится! Думаю, Люциус будет не против. Когда вернешься? — Поздно, на ужин не ждите, — Вейсс накинула толстовку и взяла все свои вещи в руки. — У нас мало времени, а еще столько нужно сделать… — Я уверена, что вы все подготовите что-то невероятное. По крайней мере, для нас, магов, это будет невероятным, — Нарцисса пожелала ей удачи, а Кастиэль лишь склонила голову в знак благодарности. Леди Малфой и подумать не могла, как сильно изменится ее жизнь вместе с маглом; все привычные вещи в один миг стали чем-то новым, а каждый новый день удивлял не меньше предыдущего. Мир менялся, и она вместе с ним.

***

Через полчаса четверо собрались на Коммершиал-стрит, 84. Гермиона начала с небольшой разминки для пальцев, перебирая клавиши, а Гарри подбирал палочки, ведь ни одна пара ему не нравилась, а его собственные были дома, но кое-что он все-таки нашел. Пока Кастиэль настраивала гитару, к ней подошел Том и попросил помочь разобрать одну часть, потому что он не понимал, как это сыграть. Вейсс объяснила, что такое ее любимый тэппинг, и показала, как он играется. Том, конечно, догадывался, но сыграть пока не мог. Его пальцы были недостаточно твердыми, чтобы легко и безболезненно зажимать тугие струны баса. — Что это за бар? — спросил Гарри. — Неужели не было места получше? — Арендовать студии в Лондоне очень дорого, поэтому я искала что подешевле. Я играла на улицах и надеялась хоть кого-то заинтересовать. Так и вышло. Некоторые спрашивали, а выступаю ли я, но я говорила, что мне и моим друзьям нужно место для репетиций. Желательно подешевле. Вот так я и нашла «Десять колоколов». Хозяин был очень удивлен, когда выслушал меня, и разрешил играть тут за бесплатно, — ответила ему Кас, проверяя звук. — А ты решил спросить об этом только на последней репетиции? — Как последней?! — он задел ногой бутылку с водой, и та покатилась к стене. К счастью, она была закрыта, поэтому оборудование не пострадало. — У нас же еще есть время. — Если у вас есть возможность, играйте сами, но вместе мы сыграем снова только на свадьбе. В том то и дело, что времени почти нет. — Даже одного дня? — Не переживай, Гарри, я уверена, что мы сумеем найти еще один день. Знаете, а мне нравится здесь, — парировала Гермиона. — По-своему уютно. — Конечно, — возразил Том. — Особенно, когда знаешь, что это любимое место времяпровождения проституток викторианской эпохи района Спиталфилдс, которые потом стали жертвами Джека-потрошителя, кем бы он ни был. «The Ten Bells». Бар, где выцветшая отделка интерьера и искусственное освещение играют на руку туристам, слышавшим истории о появлении привидений. Об этом месте говорят, что здесь можно ожидать увидеть все слои общества в любое время дня и ночи. За плиточным шедевром, входящего в список памятников архитектуры, и чудовищной историей скрывается солидный и уважаемый паб с отличной выпивкой. В частности, пиво и прекрасная винная карта. Через сорок минут усердной игры ребята решили перекусить. Это не кафе, но и здесь выбор еды был весьма неплох. Яйца по-шотландски, закуски, варианты на бранч и пара десертов. — Мне кажется, что вот здесь ты должен играть немного медленнее, — Гермиона обвела карандашом ноты, показывая их Гарри. — Иначе никто не услышит перебор баса. — Это верно, — подтвердил Реддл, вникая в суть. — Я начинаю понимать больше с каждым днем. И мне хочется, чтобы меня услышали. — Так и будет, — подбодрила его Вейсс. — Тогда я поднимусь на два лада выше, чтобы не заглушать клавиши. — Не стоит, это же твое соло! — рассердилась Гермиона. — Не люблю, когда мне делают одолжение. — Ты о чем? — удивилась Кастиэль, еще раз посмотрев на ноты. — О том, что играй, как написано! — Ну… ладно, — согласилась Вейсс. — Если ты не против. За тонким вкусом и изящным стилем Гермионы скрывалась та еще своенравная принцесса, которая любила делать замечания и просто не выносила поблажек в свою сторону. Может, так воспитывается стойкость и воля? Когда два гения собираются вместе, из этого редко выходит что-то хорошее, но девушки уважали мнение друг друга и старались не ссориться. Они часто переглядывались во время игры, проверяя правильность мелодии и слов. Гарри видел их «особую» связь, но предпочитал не шутить на эту тему, а Том время от времени успевал достать всех троих. — Простите, я снова перепутал струну, — Реддл прикусил губу, посмотрев на Кастиэль. — Заново? — Нет, — прошипела она. — Мы уже два часа не можем сыграть эту часть. Я понимаю, что тебе тяжело, но, пожалуйста, соберись. — Да я выучил, честно! Просто не могу… — Давай помогу, — спокойно сказала Гермиона, подойдя к нему. Она прочитала его партию и сразу же поняла, что Том делает не так, и объяснила то, что могла, все-таки гитары не ее профиль. — Если ты видишь над нотами, в данном случае над цифрами дугу, это легато. Ставишь пальцы на гриф на определенны лад и, не убирая, переходишь на следующий. То есть, первый звук — удар пальца, он как бы легко срывается со струны. Верно, Кас? — Да. Звук должен плавно перейти на следующую ноту на другом ладу, прижатым заранее другим пальцем, — и она сделала это действие на своей гитаре, как пример. — Соединенные лигой ноты повторяются согласно указанной длительности. — Вроде понял, — Том повторил действия Кастиэль, ну него получилось. Он даже приободрился. — Гермиона, а это что? Тоже линия, но другая. — Неужели я тебе не говорила, когда мы учили ноты? — Грейнджер задумалась, пытаясь вспомнить, рассказывала она это ему или нет. — Видимо забыла. Это глиссандо или скольжение. Больше объяснить не могу, потому что это гитара. — Удар по первой ноте — переход скольжением ко второй, палец ставится на указанный лад, но удар по струне для второго звука не нужен, — Кастиэль подошла к Тому и показала глиссандо на его гитаре. Он был очень удивлен, потому что не ожидал такого от нее, но Кас сказала, что все в порядке. — Не заморачивайся сильно с этим. У тебя не так много сложных мест. Ну, по крайней мере, я не писала тебе ничего сложного. — Ну, мы будем играть или нет? — возмутился Гарри. — Я уже заждался. — Да, давайте сыграем еще раз, — Том был уверен в себе как никогда. — И еще один совет. Переборы, где написано «let ring», не нужно приглушать. Оставь струны в покое и просто переходи к следующей ноте, — подметила Кастиэль. — Если что, ты готов петь? — Кто? Я?! — Реддл указал на себя с удивлением. — Ну да, у тебя красивый голос. Ну я так, на всякий случай спрашиваю. — Вроде готов. Эй, Кас, у тебя есть какое-нибудь заклинание на удачу? — Конкордиа салюс! — Вейсс начертила в воздухе круг, которой слегка заискрился, а затем крапинки света проникли внутрь каждого из них. — Да пребудет с нами благополучная гармония. Все четверо вошли в азарт, но больше всех Гарри. Он давно не испытывал подобных чувств к музыке. В школе родители не очень одобряли его хобби, но Поттер все равно умудрялся находить время и место для репетиций, и вскоре они перестали сопротивляться. Даже купили ему собственный инструмент, лишь бы ребенок по вечерам не ходил по барам, выпрашивая владельцев разрешить ему поиграть хотя бы один час. Гарри никогда не был участником группы, да и не особо хотел этого. В институте ему стало вовсе не до ударных; новые знакомства, сложные задания, практики, экзамены отнимали все свободное время. Когда девочки рассказали, что они придумали, Гарри тут же согласился и стал принимать участие в создании аранжировки. Тому далось это очень нелегко, но его упорство и желание многого стоили, поэтому Кастиэль и дала ему шанс проявить себя. Как никак, а без баса звучит уже не так, как должно. Все-таки она не настолько принципиальна и строга, как это могло показаться в первый раз. Поначалу Том боялся даже просто прикоснуться к струнам, потому что Вейсс пронзала его взглядом и следила за каждым действием, но теперь все хорошо. Гарри и Гермионе крупно повезло, потому что владелец паба разрешил использовать его инструменты столько, сколько потребуется, но, к сожалению, у него не оказалось бас-гитары. Кастиэль долго думала, где взять денег на инструмент, поэтому решила немного подзаработать выступлениями на улицах. Иногда она попадала в неприятности, а один раз дело чуть не дошло до полиции, но все обошлось. В итоге ребята скинулись и так смогли купить не самую дорогую, но вполне неплохую гитару, пускай и подержанную. Том был благодарен каждому из них. Это стало для него еще одним испытанием, с которым он точно должен справиться. А как же иначе, когда рядом такие друзья? — Перерыв десять минут, — выдохнул Гарри, приложив бутылку с холодной водой ко лбу. Гермиона и Том расположились в другом конце зала и продолжили обсуждать ошибки. Она поделилась с ним текстами песен, что написала Вейсс, а он одолжил ей книгу о истории магии, которую она уже давно просила. «Мы в одинаковом положении. Мы должны помогать друг другу», — пронеслась мысль у Реддла в голове. Гермиона его прекрасно понимала и разделяла это мнение. — Знаю, возможно, ты не захочешь со мной об этом говорить, но ты как? — Поттер решил начать разговор с Кастиэль о Теодоре. — В порядке, — спокойно ответила Кастиэль. — Если честно, я даже рада, что это был обман. — В каком смысле? — Притворная любовь, причем даже неосознанная. Все уже закончилось. Я выпила противоядие и уже пришла в норму. Не волнуйся за меня, — Кас положила руку ему на плечо. — А Теодор? Что ним? — Подавлен, разумеется, — Гарри не стал ей говорить, что в последнее время Нотт часто срывается на нем. — Вы должны поговорить. И тебе, и ему это нужно. — Знаю, но мы не готовы, — Кастиэль сорвалась с места и взяла в руки гитару. — Теперь все будут об этом болтать, но их мнение ничего для меня не значит. Сделай так, чтобы это никак не повлияло на него. Я ведь не держу зла. Гарри прекрасно ее понимал, поэтому в каком-то смысле разделял ее чувства, но также и пытался оправдать Теодора, хоть и не находил правильных слов. «Сегодня не тот день, когда нужно об этом думать, да и это не мое дело», — подумал он, отбивая ритм ногой. Музыка избавляет от одиночества и библиотечной пыли, открывает в теле двери, сквозь которые душа выходит к людям. Кастиэль начала играть что-то свое. Тяжелый металл с оттенками готики. То был лишь отрывок, но все вложенные чувства, как и часть понятных слов, достигли остальных. And you were my everything I liked your world I felt loneliness その世界はもう消えた (sono sekai ha mou kieta) So I create my new world. 1番大切なのは　僕がどうあるべきか (ichiban taisetsuna no ha boku ga dou aru bē ka) — Ты был для меня всем, мне нравился твой мир, но сейчас мне одиноко. Тот мир исчез и безвозвратно, поэтому я создам свой собственный. Это то, что я сделаю в первую очередь. — Esto quod es. Это твой принцип? — спросил Том, уже начиная играть. — Ага. Быть собой, — Вейсс взглянула на него через плечо. — О чем эта песня? — поинтересовалась Гермиона, пытаясь подобрать ноты перебирая клавиши. — Мой голос укажет мне путь к перерождению, к рожденной в любви сияющей мечте, и однажды вы почувствуете это вечное пламя. Внемлите его силу! — Ну все, мисс Вейсс разошлась, — прокомментировала она с улыбкой на лице. — Ты забыла еще кое-что сказать. — Даже если я ошибаюсь, я никогда не сдаюсь.