Высоко в горах.

Проснулся я уже на подъезде к Токио. Вчерашние события казались сном. Страшным, но увлекательным сном. Невольно вспомнился хруст шеи Хироши. Особо сильно я не переживал, был больше сильно удивлён, что пощёчиной смог сломать ему шею. Он сам выбрал свою сторону. Я всего лишь защищался. Выходит по всему, что я одарённый, что в принципе ставит меня на один уровень с аристократами, но только по закону. Случись, какой конфликт и меня тонким слоем размажут по тому месту, где я буду стоять, и пойдут дальше. И так везде. Странности с директрисой я не пропустил мимо, просто решил не заострять внимание на них. Это не моя тайна, а её, но из головы не выходило, как она ходила, быстро и очень тихо. Будто самый настоящий ниндзя, из легенд. Токио — огромный город, поделённый между кланами, но в основной своей массе, принадлежащий императорской семье. На уроках мироустройства, нас заставляли зубрить все эти сигны, знаки и территорию аристократов и кланов. Знания, которые могут спасти жизнь простому человеку. Знать куда ходить можно, а куда нельзя. Закон Цудзигири к слову так и не отменён, и сумасшедшие детишки аристократов иногда развлекались так, Правда на это уже неодобрительно косилась администрация Императора, так что в основном это практиковали на клановых землях с людьми случайно забредшими туда. В последнее время эта практика стала сходить на нет, но всё же традиция убийства на перекрестке всё ещё существует. Максимум что сделает полиция, состоящая из простолюдинов, поклонится и пожелает господину хорошего пути. Я решил не оставаться в Токио, хотя затеряться в большом городе казалось мне притягательной идеей. Но я от неё отказался. Денег на Токио не хватило. Так что едва двери открылись, я подхватил свой рюкзак с вещами и потопал на выход. Токио жил динамичнее, чем остальные города. Каросута казался сонным и слишком медленным по сравнению с Токио. Как ленивец по сравнению с гепардом. Так что я стараясь идти в ногу с огромной толпой проплыл в потоке людей, и умудрился остановиться только около указателей. Хотелось затеряться на каком-нибудь острове, и тренировать неожиданно обретенные способности. По принятой классификации я физик, нам толком и не объясняли, чем отличаются эти две ветви эволюции. Вроде как физики укрепляют тело, а маги просто используют стихии для защиты и атаки. Бывает, что некоторые развивают в себе даже две стихии. Но это невероятно редкий случай, по слухам выведенный в лабораториях. Я внимательно осматривал указатели, моё внимание привлекла линия Асакуса, по которой можно было доехать до аэропортов Ханеда и Нарита. Я решил отправляться в аэропорт Ханеда. Вклинившись обратно в толпу, которая казалось, не иссякала, я топал в сторону билетных касс. Оплатив билет, и сократив свою наличность ещё более, я пожалел, что оставил Микото деньги, надо было забрать. Несколько переходов и я оказываюсь на платформе линии Асакуа. Ближайший поезд через полчаса. Я проголодался. На платформе стояло несколько торговых автоматов. Купив себе бутылку воды в одном, и парочку шоколадных батончиков в другом, я сел завтракать. Мысли о том, чтобы выйти в город и погулять по нему не возникало. Вокзал находился рядом с императорским дворцом, ну его от греха. Не хотелось, едва выпутавшись из одной передряги попасть в другую. А с моим языком, который я не всегда могу держать за зубами, и везением вляпаться в историю проще простого. Вообще я собой недоволен. Мог бы и промолчать тогда, Микото поразорялся бы, на тему вступления, а после я спокойно слинял бы. И никаких проблем. Навязчивая мысль, что без денег я никуда бы не добрался не давала слишком уж сильно корить себя. Скорее всего я бы вляпался в историю похуже. Ведь что этим дебилам пришло бы в голову вместо традиционного развлечения, в виде бойцовского клуба — пойди разбери. И Пэкче этот ещё. Что интересно понадобилось им от меня. Ну и что, что я одарённый. Мало их в Японии что ли? Периодически, раз в лет пять находят. И в кланы принимают. В младшие ветви, но тем не менее. Или те же самые свободные одарённые, как их величают ронины. Спокойно живут себе без кланов и родов. Даже зарабатывают. Ладно, толку жаловаться. Я дошёл до мусорной корзины и выкинул обёртку от шоколадки и пустую бутылку. — Внимание, поезд до аэропорта Ханеда прибывает на станцию. — Произнёс приятный женский голос. Я, завидев приближение поезда, подхватил свой рюкзак и отправился ближе к краю. Поезд мягко затормозил и открыл двери. Из-за них плавно, но настойчиво и быстро потёк поток людей, разбивающийся на ручейки поменьше, вливающийся в другие потоки. Я благоразумно отошёл в сторону, пропуская, и дождавшись, когда поток иссякнет, зашёл во внутрь. Традиционно комфортный салон, мягкие кресла, уже не удивляли, так как я приехал сюда на таком же, а когда я впервые сел в поезд сил удивляться и поражаться не было. Устроившись в уютном, мягком кресле у окна, я наслаждался видами Токио. Аэропорт Ханеда встречал меня всё той же оживлённостью, что присуща таким местам, Пройдя мимо металлодетекторов, на входе, я отправился искать кассу и таблоид. Ближайший рейс был на остров Исигаки, в одноимённый город, в префектуре Окинава. И он был вечером. Сейчас, на часах было что-то около двух часов дня, а посадка на самолёт начиналась в шесть тридцать.Я отправился к кассе, чтобы купить билет заранее, внутренне молясь, чтобы билет был. Так как нам рассказывали, что некоторые билеты нужно бронировать заранее. По счастью билеты были истоили недорого. Самый дешёвый около десяти тысяч йен. Его то я и взял, лететь всего около трёх часов, а от стоимости билета, быстрее я на Исигаки не окажусь. Вежливая девушка за кассой помогла мне, подсказав, где можно зарядить телефон, и что самое главное совсем не потребовала документов. Естественно в «чистой» зоне. Так что пройдя ещё через ещё одну рамку металлодетектора, и скормив свой рюкзак большой машине, что просвечивала его на оружие и другие вещи я отправился туда. Я отправился к лавкам, с зарядными станциями. Телефон разрядился, и я решил подзарядить его и одновременно посмотреть новости. Традиционная информация об официальной позиции кланов по тем или иным вопросам, возражения «оппозиционных» журналистов, блогеров, новости культуры и спорта. И, что самое главное для меня, нет информации о моём розыске. Я думал и опасался, что меня уже ищут, а листки с моим описанием уже висят в каждом полицейском участке, но вроде нет. Никому я оказался не нужен. Это хорошо. Это обнадёживает. Впрочем, всё равно я сильно не радовался. Захотят найти, найдут. Так или иначе. Даже без объявления меня преступником. В голову пришла идея примкнуть к какому-нибудь роду или клану. Но была тут же задавлена в зародыше. Непомерная гордость, то что не давало мне гнуть спину, за что в школе я часто получал замечания, пока учителя ко мне не привыкли, и не стали приветствовать меня коротким кивком. К тому же учился я всегда хорошо, с жадностью поглощая то, что нам щедрой рукой выдавали наши сенсеи. Немного потупив в новостях, я открыл ютуб и стал тупить там. Наткнулся на интересный канал, на котором автор публиковал разные приёмы самообороны, с его слов подходящие как простолюдину, так и одарённому. Не уверен, что часть этих многочисленных ударов ногами в воздухе, будет хороша в реальной уличной драке. Не то чтобы я был экспертом, но некоторое понимание темы у меня было. Однако некоторые удары были весьма мне интересны. Найти бы учителя. Но с этим я решил разобраться уже будучи на острове. Переходя с одного видео на другое, я едва не пропустил объявление своего рейса. — Внимание, объявляется посадка на Исигаки. Уважаемые пассажиры, просьба пройти к выходу F3. Я встрепенулся, отсоединил провод зарядки и взяв рюкзак и отыскав билет, отправился к нужному мне выходу. У него уже была небольшая очередь. Тем не менее двигалась она очень быстро. — Первый раз летите? — С лёгкой улыбкой спросила меня стюардесса. Неужели я выгляжу таким потерянным? — Да. — Улыбнулся я. — Это так заметно? Родители отправили навестить бабушку с дедушкой. Я протянул ей билет. Она осмотрела его, часть забрала и остаток вернула. — Ваш посадочный талон, приятного вам полёта. — Улыбнулась она. И указала рукой на проход. За ним был длинный коридор, со стенами серого цвета, до этого, я видел её снаружи, большая прямоугольная труба гармошкой, Её подвозили к самолёту. Идти по такой было волнительно. Хотя я думаю, людям с боязнью высоты или как говорил Аки, страхом ненадёжных конструкций, гораздо волнительнее. Или вообще с клаустрофобией. У нас в приюте, ещё при прежней директрисе одно мальчика из младшей группы, старшие заперли в шкафу. Вот с тех пор у него оказалась такая психологическая травма. Он вообще не мог находиться в закрытом помещении, даже в комнате, всегда для него приоткрывали окно или дверь. Иначе истерика. Ещё одна стюардесса посмотрела мой билет, и улыбаясь подсказала мне моё место. Пройдя по узкому салону, я дошёл и до своего места. К счастью оно было около окна, в которое я с большой радостью стал смотреть. Снаружи суетились казавшимися такими маленькими, будто игрушечными, люди. Где то вдали ехали маленькие машинки, и шумел огромный мегаполис. Садился небольшой частный самолёт. По странному стечению обстоятельств это был бизнес-джет клана Нисимура, о чём свидетельствовал их огромный знак. Мне стало нехорошо. Может быть олень-Фуруичи и не был таким умельцем, или же попросту подростку, пусть и очень одарённому не тягаться с умельцами кланов, что собаку съели на слежке и контроле. Мне внезапно стало нехорошо. Не знаю совпадение это или нет, но с телефоном придётся расстаться. Я отформатировал его, затем, оставив свой рюкзак на месте вернулся ко входу, там было небольшое расстояние между коридором и бортом самолёта, через которую было видно улицу. По пути, я попытался вызвать те же эмоции злости и негодования, и сжал телефон. Он превратился в комок металла и пластика. Как батарея не взорвалась — я не знаю. — Уважаемый, мы сейчас взлетаем. — Вежливо обратилась ко мне стюардесса. — Вернитесь пожалуйста на своё место. Тут, её окликнула другая стюардесса, и она отвлеклась. Я успел воспользоваться этим и бросил то, что было моим телефоном, на улицу. — Простите пожалуйста, а где тут туалет. — Вежливо и немного глупо спросил я. Она указала мне рукой на значок туалета. — Вернитесь на своё место пожалуйста, и потерпите. Туалетом можно будет воспользоваться после взлёта. — Спасибо. — Я коротко кивнул. Быстро вернувшись на своё место, и прильнув к окну, я смотрел как джет Нисимуры остановился, к нему подбежали маленькие люди, и подъехала машина. Самолёт стал взлетать. Пока он набирал скорость, потом высоту, я не отлипал от окна. Необычайно захватывающее зрелище. Салон был полупустой, и летели в основном люди, для которых подобный вид за окном — что-то совершенно обыденное, что не захватывает и поражает, а просто ну город и город, облака как облака. Удивительно. До Исигаки лететь было что-то около трёх часов. Поэтому я, когда мне надоело смотреть в окно, решил немного расслабится и подумать, что делать дальше. Может немного поспать. Я закрыл глаза. Сон так и не шёл, как и мысли что же делать дальше. Я остался без телефона, документов, и какого-либо представления что ждёт меня впереди. Немного денег хватит на первое время, но это просто если жить. А мне нужно усиленно тренироваться. Опять же зачем? Для того чтобы не оставаться вечно в бегах. В нашем мире сильнейший будет диктовать условия остальным, заставляя считаться со своей силой. Только они, могут себе позволить жить спокойно, без страха, что кто-то просто убьёт тебя ради развлечения или тренировки наследника, или же у тебя возникнут другие проблемы с государством. Сильнейшим не нужно играть навязанную роль дурачка, или же гордого и независимого интеллектуала, из разряда добро должно быть с кулаками. Но чтобы стать сильным, по мимо одарённости как таковой, нужен хороший учитель, определённое питание и тренировки. А на это нужны деньги, а рисковать так ещё раз и грабить другой банк, но уже на более крупную сумму я бы не хотел — риск слишком велик. Рядом со мной внезапно кто-то сел. — Акихико куун. — Рядом с моим ухом протянул невероятно приятный, томный и знакомый голос. Я открыл глаза и шокировано посмотрел на сидящую со мной Розмари сан. — Сестра Розмари? — Удивлённо пробормотал я. Что вы здесь делаете? Она выглядела совсем не как директор приюта или же монахиня. Модные, рваные на коленках джинсы, чёлка уложена назад, виски выбриты. Просторная толстовка подчёркивала её, хм… достоинства, и одновременно делала её невероятно притягательной. — Ты же не думал, что я оставлю своего любимого питомца на произвол судьбы? — Рассмеялась она. — Вы не монахиня? — Констатировал я. — Нет конечно же, я похожа на монашку? — Смеялась она. — Меня наняли Нисимура, приглядывать за странным юношей, что жил в их подшефном приюте, которого туда доставил слуга рода Мацуба. — Так вы наёмница? — Протянул я. — Вернёте меня обратно? — Напрягся я. Она удивлённо посмотрела на меня, хлопая большими голубыми глазами. — Акихико, ты же не идиот? — Спросила она. — На кой я сподвигла тебя бежать? К слову, для мальца, необученного, неплохо. Но убивать парнишку не нужно было. Как и грабить банк. — Меня посадят? — Задал я вопрос, тревожащий меня. — Нет конечно, клан не афишировал всё это. Искать они тебя будут, но вяло. Молодец что телефон выбросил, плохо что поздно сообразил. Искать будут в Токио. Виновными назначили этого Орочи и Микото. Тем более что первый во всём признался в полиции, а второй молчит и строит из себя крутого. Она потрепала меня по голове. — Не дрейфь. Сейчас прилетим на Исигаки и пойдём к моему учителю. Он разберётся как с тобой быть. А контракт, к слову я закрыла. Так что мы с тобой, — она приобняла меня, чем вогнала в краску, — вольные птицы. Мы прилетели в Аэропорт Пайнушима. Выйдя из самолёта, через похожий коридор, мы попали в красивое здание с огромными прозрачными стенами. Пройдя по огромному, белому аэропорту, мимо магазинчиков, лестницы с оранжевыми ступеньками, на которую я засмотрелся, Розмари сан вывела меня на улицу. Напротив выхода была парковка, налево автобусная остановка, а направо стоянка такси. — Куда мы дальше, Розмари сан? — Вежливо спросил я. — А куда бы ты отправился? — Улыбалась она. Я к слову заметил, как на неё оборачивались мужчины и женщины, украдкой смотрели на неё. Всё же красивая иностранка. — Я бы поехал на одном из автобусов. — Заметив её внимательный взгляд, я немного стушевался. — Таксист может меня запомнить. Она рассмеялась. — Ты такой милый Акихико сан. — Она погладила меня по голове. — Но мы поедем на такси. — И взяв меня под руку, повела к стоянке. Пройдя мимо нескольких машин, мы подошли к салатовой тойоте. — В Бухту Кабира пожалуйста. Таксист удивлённо посмотрел на нас. На туристов мы похожи не были, если судить по отсутствию багажа. Плюс Розмари сан, прижимающаяся к моей руке, будто мы какая-то парочка, делала наш общий вид невероятно странным. Красивая, высокая женщина — иностранка, и худой японский паренёк — странная парочка. Особенно если они ещё и не ведут себя как туристы. — Без проблем. — немного помедлив, он кивнул назад. — Это будет стоить девять тысяч йен. Мы сели в такси. На заднем сидении, она всё так же сидела, прижавшись ко мне. Это невероятно смущало. — Эм… Розмари сан. Вы не могли бы немного отодвинуться? — Крайне вежливо попросил я. — Ах! Почему ты так холоден со мной Акихико кун! — Довольно громко и ненатурально всплакнула она. — И это после всего, что с нами было! Таксист хмуро посмотрел на меня в зеркало заднего вида. Ох, чует моё сердце, высадит меня нафиг. В Японии, когда слышат такое, винят мужчину, даже если ему пятнадцать. — Розмари сан, а куда мы едем? — Я спросил более уверенно. Моё смущение меня раздражало. Хочется ей, взрослой женщине вести себя как подросток — её дело. — К моему учителю Акихико. Бухта Кабира — райское местечко, тебе понравится. — Весь наш остров прекрасен. — Внезапно сказал таксист. — Мы и не спорим. — Вежливо сказал я. Виды из окна и вправду были потрясающие. Обилие зелени, яркое голубое небо. Постепенно на фоне возвышалась гора. Конечно не Фудзи с открыток, но тоже невероятно красивая, покрытая зеленью. Через ещё какое-то время таксист остановился у больших закрытых деревянных ворот. Рядом, аккуратная мощёная дорожка вела к пляжам, а территория, ведущая на гору, была огорожена крепким деревянным забором. Перед вратами была большая парковка. — Приехали, дальше пешком. — Вежливо сообщил он. — Милый, рассчитайся. — Скомандовала Розмари сан и вышла из машины. Я достал пачку денег и отсчитал нужную сумму. Таксиста это совершенно не удивило. — Парень, хочешь бесплатный совет? — Он смотрел на разминающуюся женщину. Совет я не хотел, но и заявить об этом было невежливо. — Не упусти свой шанс с этой красавицей. Я коротко поблагодарил его за поездку и вышел из машины. Такси развернулось на полупустой парковке и умчалось. Я подошёл к наёмнице. — Куда дальше Розмари сан? — Акихико, ну хватит быть таким официальным! — Она надула губы. — Зови меня Розмари, или просто Мари. — Хорошо. Розмари —выделил я её имя — куда дальше? — А дальше мой милый, мы отправимся в горы. Хотя можно и на пляж… — Ваш… — начал я было я. — Твой — она поправила меня — я говорю, не нужно официоза. — Твой учитель живёт на пляже? — Послушно исправился я. — Нет, в горах. — Скривилась она. -Значит нам в горы. — Я показал рукой. — Веди. Она остановилась у больших ворот и с хитрецой посмотрела на меня. — Акихико, открой ворота. Я подошёл к высоким резным вратам. Массивные, деревянные, украшенные изображениями драконов, рыб и большими иероглифами Син на одной створке и То на другой. Ручек не было. Я попробовал толкнуть врата, но они не поддавались. Даже не шелохнулись. Заперто на засов что ли? Розмари посмеивалась стоя рядом. — Они закрыты. — Недовольно пробурчал я. — Я знаю. — Смеялась она. — Твоё задание их открыть. Обычному человеку это не по силам. Я разозлился. Можно было и сразу сказать. Вспомнив, как я с одной пощёчины сломал бедняге шею, а также превратил мощный смартфон в труху, я толкнул дверь. Она едва шелохнулась. — Значит я обычный? — Я пожал плечами. — Попробуй вложить всю силу. — Она мгновенно стала серьёзной и нацелила на меня палец. — ВСЮ свою силу! Я если честно был уже не в состоянии даже чтобы злиться на неё, эти дебильные врата и прочее. — Как я её вложу то? — Огрызнулся я. — А как ты убил Хироси? — Внезапно жёстко напомнила мне она. Я разозлился и со всей дури шандарахнул по двери кулаком. Одна из створок разлетелась на куски. Та, что с иероглифом Син. Кожу кулака царапнула боль. Я шокировано посмотрел на свой кулак, покрытый ссадинами, а затем на Розмари. Она буквально сияла от довольства. — И что дальше? — Спросил её я. — Пойдём? — Нет. — Она отмахнулась. — Мы только постучались. Сейчас он появится. И действительно, с той стороны на мотоцикле ехал человек. Приблизился он к нам и мне удалось его рассмотреть. Это был старик, с абсолютно седыми волосами, старомодной причёской самурая, и длинными усами. Его белый мотоцикл резко остановился рядом с нами, сбоку была приторочена катана. Старик слез с мотоцикла и встал напротив нас. — Как ты посмела снова прийти сюда! Похотливая Ехидна! — Внезапно взревел он. — Так ещё и разнести мои врата! — И тебе привет старый черт, ты ещё я смотрю не сдох? — Внезапно довольно грубо сказала она. — Эм, Розмари, это ваш учитель? — Спросил я. — Что за малец? — Спросил старик. — Твой внук. — Пожала плечами Розмари. Старик смешно выпучил глаза и стал хватать воздух ртом. Меня, что примечательно оба игнорировали. Это длилось полминуты. — Шутка! — Крикнула Розмари и засмеялась. Старик почернел от злости. Его белая одежда, будто взятая из фильма про боевые искусства, резко выделила изменения на его лице. — Не шути так. — Коротко сказал он. — Что за пацан? — Извини. — Коротко сказала Розмари. — Твой будущий ученик… — Мне не нужен ученик! Я никого учить не собираюсь! —Резко перебил её старик. — Это он постучал в дверь. — Невозмутимо продолжила она. — Позволь представить. Чимей Акихико. — Из которой ветви клана? —Грубо оборвал её старик. И посмотрел на мне в глаза. — Из обеих. — Ответила Розмари. — Необученный. И тебе, старый ты обидчивый хрен, выпала уникальнейшая из возможностей, стать его учителем. — Гладко стелешь. — Грубо сказал старикан, всё ещё глядя на меня. — Пацан немой? Сам говорить не умеет? — Умею. Но о том, кто я узнал только сейчас. Спасибо Розмари сан. — Зло сказал я, продолжая, не отводя глаз смотреть старикашке в глаза. Почему-то для меня стало важно пересмотреть его. — У, Розмари сан… — Старик моргнул и отвернулся. — Старушка! — Захохотал он. — Где ты его нашла? — Она была директором моего приюта. — Сказал я и злобно посмотрел в её сторону. Я был немного зол, что Розмари не сказала мне, что у меня оказывается есть история, был клан, семья. Для любого из приютских, это было очень важно. Многие, и я не исключения, придумывали себе предысторию, покрасочней, и то, что совсем скоро, откроется дверь и нас заберут домой. — Ладно. Идите в дом. — Сказал старик. — Я подойду позже. Розмари поманила меня пальцем и повела, по утоптанной тропинке. Обернувшись, я увидел, как этот щуплый старик берёт как две капли воды похожую створку ворот, валявшуюся рядом, спокойно поднимает и ставит на место. Ничего себе. Силён. Некоторое время мы шли в тишине. — Акихико. — Тихо позвала меня женщина. Я старательно игнорировал её. Я несомненно ей был за всё благодарен, но скрывать от меня информацию о моей семье… Это святотатство. — Прости… — Так же тихо сказала она. — Но эта информация могла попасть не в те руки. Если бы кто-то подслушал, или узнал как-то иначе, тебя бы попросту убили бы. Плюс я выполняла заказ, и не могла рассказать тебе всё. — А после? В самолёте? — Спросил я.- Или по прилёту? — Прости. — Она развернула меня и притянула к себе, обняв, с нечеловеческой силой. — Розмари, — я похлопал её по рукам, — задушишь. Она отстранилась. И серьёзно посмотрела на меня. — Ты в опасности. И должен стать сильнее. С этим тебе поможет он. И только став сильнее ты сможешь стать истинным Чимей. Она чмокнула меня в нос. — Ты такой милый Акихико, когда злишься. — И рассмеявшись отправилась дальше по тропе. Мне ничего не оставалось как пойти за ней. Мы остановились перед большим, одноэтажным зданием. Традиционный японский дом. — Будем ждать хозяина? — Спросил я. Розмари молча открыла дверь и вошла. Я, пожав плечами, зашёл за ней следом. — Извините за вторжение. — Вежливо проговорил я, снимая обувь. Изнутри дом уже не казался таким древним. Розмари повела меня в гостиную. Она была огромна и полупуста. Посредине комнаты стоял катацу — тёплый стол и несколько зайсу — особых японских стульев без ножек. — Садись. — Скомандовала мне женщина. — Я пойду посмотрю, есть ли у старика что-то пожевать. Я сел. Напротив, висел огромный плазменный телевизор, с кучей проводов что вели к удлинителю и игровой приставке.Рядом большой книжный шкаф с книгами. И всё. Больше ничего в комнате не было. В приюте, всё было на западный манер. Потому я с интересом осматривал комнату. Традиционный японский дом я видел только на картинках. Спокойный, бежевый тон стен, сочетался с дорогим, деревянным полом. Вообще иметь такой большой дом и обширную территорию — настоящее богатство, передающееся в семьях аристократов из поколения в поколение. В комнату вошла Розмари, неся горячий чайник с заваркой и кружки. Наклонилась, чтобы поставить свою ношу на стол, я тактично отвёл от неё взгляд. Она села рядом и налила три кружки. — Мы с учителем любим крепкий, чёрный чай. — Пояснила она, в ответ, на мой скептичный взгляд, на дымящуюся кружку с чёрным варевом внутри. — Розмари, а кто этот учитель? Он принадлежит к какому-то роду? Скорее всего, ведь вся Япония поделена между родами и кланами, они держатся за каждый клочок земли, а тут такие угодья… Она засмеялась. — Меня зовут Абэ Такеши, малец. — В комнате позади меня, внезапно появился старик. — И я ронин. Был изгнан из клана в детстве. И эту тему мы поднимать не будем. Старик сел за стол с нами. Придвинул к себе кружку, немного подул на чай, и с причмокиванием отпил. — Расскажи о себе малец. — Внезапно проговорил он. — Я Акихико, сирота. Умею читать, писать, делаю зарядку по утрам. — Прекрати. — Прервал он меня. — Расскажи о том, как провернул ограбление, и убил человека. Что ты при этом чувствовал? Я осёкся. Зло взглянул на Розмари, та со скучающим видом пила мерзкое варево. — Злость. На себя, за длинный язык и непомерную гордость, на этого изврата-охранника, и на двух придурков, с которыми у меня был договор. — Выпалил я. — То есть теперь, — Старик отпил, почмокал губами и посмотрел на меня, — когда ты будешь злиться, ты будешь с одного удара выбивать двери, и ломать шеи? — Нет. — Коротко ответил я и отпил бурды. Горькая и не вкусная. — Розмари, на кой ты меня сюда привела. Пить эту фигню и общаться с этим стариком, или учиться? Она рассмеялась. И смеялась долго, утирая глаза от слёз. — Он тебя уел. — Она ответила старику. — Акихико, бурду пей, полезно. Я зло взглянул на скалящую ряд крепких, белых зубов женщину. — Я пришёл сюда, с этой… — я взглянул на неё — женщиной, не для того чтобы меня тыкали в мои же ошибки. Я не горжусь тем, что сделал. Я явился к тебе на порог, старик, в надежде, что меня будут учить. — Я резко отодвинул от себя стакан, встал из-за стола. — Видимо я ошибся. — Я вышел из комнаты. Да, по-детски, но не какому-то старикашке тыкать меня в мои ошибки. Тем более что сейчас за мной придёт Розмари и будет уговаривать меня вернуться. Я им для чего-то нужен же. Я обулся, подхватил свой мешок с одеждой и вышел. Не пошла за мной. Ну и хрен с ней. Я пошёл по тропе до ворот, стремясь поскорее убраться. Мне было обидно, я же пришёл, прошёл через всё это дерьмо, сделал вещи, которыми не горжусь, а тут такой приём. Пошли они на хрен. Ворота я сносить не стал, перебросил свой рюкзак через забор, и перелез через него. Я хорош конечно же, развесил уши. Сейчас благообразный старичок, будто сошедший с экрана американского боевика обучит меня премудрости. Как же, и миллиард йен в придачу даст… Я стал обходить забор, поднимаясь наверх, и забирая в сторону от территории старикашки. Пошёл он. Я до этого не перед кем спину не гнул, и сейчас не буду. Продвигаться по бурелому было тяжело. Тем более я ничего не ел давно, и организм об этом напомнил. Вспомнилось и то, что у старика было весьма недурно, и что самое главное сухо. Я успел провалиться в неизвестно откуда взявшуюся лужу, и теперь брёл, иногда перелезая через поваленные деревья наверх. Потренируюсь в стиле отшельников, питаясь всякой фигнёй, а потом уеду с этого острова. Поеду на соседний, или вообще можно уехать из Японии. Хотя нет, чтобы уехать из Японии нужны документы. Я брёл уже несколько часов, благодаря небеса, за то, что я не курю. Так как любой курильщик, сдох бы на половине такого подъёма. Гора шла очень круто наверх. Устав как собака, я решил сделать привал. Хотел бы я сказать, что сверху открывался великолепный вид — но не могу. Вообще ничего не видно, из-за густого леса. Пошарив по карманам, я обнаружил шоколадный батончик, что купил ещё в Токио, а также почему-то расписной гребешок, которого там быть не должно. Вспомнив как прижималась ко мне Розмари сан, я разозлился. По любому она подложила мне жучок, чтобы отслеживать мои передвижения. И они наверняка сидят и смеются, типа устанет и проголодается, сам придёт. Хер вам. Я со злостью, вложив все свои силы, запульнул гребешок вверх и в сторону дома старика, ну или как мне казалось, в правильном направлении. Маленькая вещица с огромной скоростью взлетела над кронами деревьев и исчезла. Пошли они все. Немного посидев и перекусив, я, спрятав обёртку из-под шоколадки в карман, встал и решил продолжить свой путь. Почему я брёл вперёд — не знаю. Просто стоять как потерявшийся щеночек не хотелось, жалеть себя бедного и несчастного тоже. Хотелось двигаться и доказать и допрашивающему старику, и смеявшейся наёмнице, что ради своего веселья смущала меня, что они мне не нужны. Пока шёл вспомнил раздолбанный телефон. Надо было купить новый. И спички, и нож… и какой-нибудь одежды, потому как моя придёт в негодность. Но возвращаться сейчас не хотелось. Видеть людей, подозревать в каждом соглядатая какого-нибудь клана, или напороться на Розмари со старикашкой. Устроюсь тут и спущусь. Несколько лет назад, я скачал книгу Робинзон Крузо, и читал, представляя себя вдали от людей, обустраивающимся и живущим в своём подобии рая. Один. Жить одному, для ребёнка выросшем в приюте, где даже в туалете не было уединения — мечта. Не знаю сколько я поднимался, но я вышел на небольшую полянку. Лес закончился, рядом протекала речушка, водопадом стекая со скалы и утекая куда-то вдаль, валялось несколько поваленных ветром деревьев. Я, бросив рюкзак побежал к речке, и стал жадно пить воду. Она была кристально чистой и холодной. И самой вкусной водой, которую я когда-либо пил. Небо стало темнеть, ночь наступала на пятки дню. Приняв решение ложится спать, я подумал, что спать на земле — идея та ещё, холодно и мало ли дикие звери, и я, заприметив высокое дерево, у которого ветви были с моё тело, а то и больше попытался на него залезть. Безрезультатно. Его мне даже не обхватить. Я снова разозлился, и впиваясь руками в ставшее резко мягким дерево пополз наверх, словно дикий зверь, что впивается когтями. Добравшись до толстой ветки, я подложил себе под голову рюкзак и попытался уснуть. На небе зажглись звёзды. Глядя на них, я улыбался. Сон не заставил себя ждать. *** В доме Абэ Такеши, наставника и признанного учителя было спокойно. Он, совместно с девицей, что привела этого чрезмерно гордого юношу, а много лет назад увела другого, не менее гордого, из этого дома, пили чай. — Значит он погиб на одном из заданий. — Покачал головой старик. — Да, Такеши. Мне жаль. — Розмари сидела, и была необыкновенно печальна. — Я тогда едва ушла с его телом, он похоронен в Англии. Старик махнул рукой. — Я давно смирился со смертью сына. Несомненно, жаль, но это моя боль. Не пора ли тебе идти за пацаном, а то местность тут дикая. Зверья много. Он пожевал губы и добавил. — И приводи его обратно. Я возьмусь его учить. Гордыня в нём, та же что сгубила весь его клан. Как и та же глупость, но это присуще всем молодым. — Да, ты прав. — Она достала смартфон. — Посмотрим где он. — Всё так же подкидываешь гребешок в карман? — Засмеялся старик. — Ну работает же. — Ответила женщина. Хозяин дома пожал плечами. — Показывает, что он стоит у ворот. Пойдёшь встречать? — Розмари вопросительно посмотрела на Такеши. — А пойдём. — Поднялся он. — Только бы он ещё раз не разнёс ворота. — У тебя же их запас? — Удивилась наёмница. — Но не для того, чтобы всякие одарённые их разносили, когда злятся или в ученики просятся. Спускались старик и молодая женщина молча. Не то чтобы у них было мало общих тем, они были и их было много. Просто говорить на улице не хотелось. Да и вообще говорить. Утомлённая женщина хотела спать, а старик… Он привык молчать. С тех самых пор как ветреная нахалка, которую он учил, сбежала с его сыном на чужую войну. Войну, с которой его сын не вернулся, а ветреная нахалка вернулась покалеченная изнутри. У ворот никого не было. Старик подал энергию в руки и отворил створку врат. За ними тоже было пусто. — Что, подвела тебя твоя техника с психологией? — Ехидно спросил старик. Розмари непонимающе смотрела то в телефон, то на старика. — Но, он должен быть тут. Они вышли за ворота. Осмотрелись. Следов гордого и нахального юнца не было. Зато был со зверской силой воткнутый гребешок прямиком в иероглиф То. Он вошёл туда аж наполовину. Наёмница, с выпученными глазами осматривала врата. — Это он так воткнул? — Спросила она сама себя. Старик пригляделся. Гребешок был с половину ладони. И вошёл под углом в девяносто градусов. — Нет, — покивал он своим мыслям, — он его метнул. Хороший материал. — И что мне делать? — Ошарашенно спросила женщина. — Пошли спать. — Старик взглянул на темнеющее небо. — Скорее всего он направился в один из посёлков. Я разошлю его фотографии, его будут искать. И сообщат нам. — А откуда у тебя его фото? Старик с хитрой улыбкой показал глазами на замаскированные камеры. -Не волнуйся, никуда не денется, найдём. — Он, наверное, на пол пути в аэропорт. Надо было сразу идти за ним. — Сокрушалась Розмари. — Пойдём спать. — Если он в аэропорту, мне маякнут, как и если он решит покинуть остров на лодке. Вообще, как он выйдет к людям, мне сообщат. О твоём же появлении сообщили. — Ты поэтому ехал с катаной? — Улыбаясь спросила она. — Я много лет хотел убить тебя. Ты забрала самое дорогое. — Серьёзно глядя ей в глаза сказал старик. — Но я нашёл в себе силы простить тебя. Пошли. Они в полной тишине вернулись в уютный тёплый дом. Утро встретило меня холодом и затекшим от неподвижного состояния телом. Аккуратно спустившись с дерева, я увидел искорёженную кору — ту самую, которую вчера мял руками, для того чтобы забраться. Удивительно что может одарённый. Продрогшее тело напомнило о себе. Я, скинув толстовку, чтобы не порвать её, а также футболку, что поддевал под неё, и оставшись только в джинсах, пошёл делать разминку, по советам Ямада сенпая. Немного подумав скинул и кеды с носками. Трава с прохладной росой приятно щекотала ноги. Я плавно, старясь не вспоминать своё вчерашнее позорное бегство, перетекал из одной формы разминки в другую. Давалось мне это гораздо легче, видимо потому, что я активно стал пользоваться своей силой. Так просто и легко. Мой взгляд упал на лежащее бревно. В голову закрались мысли, что надо бы усложнить тренировки. Подойдя к бревну, которое было с меня размером, я попытался его поднять. Естественно ничего не получилось. Тогда я стал поднимать его наверх, поставив почти вертикально. Бревно было отпилено, что навевало на мысль, о том, что это место популярное, но я решил, что, если что мне бояться тут некого, кроме диких животных. Подняв я аккуратно опустил его, потом повторил. И так поднимал его наверх, потом медленно и аккуратно опускал. По окончании своей утренней тренировки, я почувствовал, что стою весь разгорячённый и мокрый. Я был весь, абсолютно весь мокрый. Стянув с себя джинсы, и положив на берегу, я нырнул в речку. Вода приятно обожгла кожу. Смеясь и отфыркиваясь, я немного поплескался, смывая с себя стресс прошедших дней, обиду и прочие неудобства. После вышел ближе к берегу. Смотрю, рыбка плывёт косяком. Я попытался как в фильмах, схватить хоть какую-нибудь, но закономерно не успел. Старик был прав, злиться каждый раз для того, чтобы пользоваться способностями — такое себе, хоть и признавать его правоту не хотелось. Я попробовал напитать тело энергией, и получилось. Движение и рыбка у меня в руках. Трепыхается живёхонькая, длинная. Я вылез из речки. Стуча зубами и пританцовывая от холода, я отбежал подальше от речки, кинул рыбу на землю, и бросился одеваться. Закатав рукава толстовки по локоть, и натянув чистые труселя и джинсы, я понял, что жизнь прекрасна. Даже обрубленные ветки какие-то валялись рядом с бревном. Я сложил их в форму маленького шалашика, взял прут, чтобы нанизать рыбу на него и пожарить, и тут до меня дошло, что зажигалки то у меня нет. Жрать рыбу сырой не хотелось. Постукав двумя камнями друг об друга, я добился только того, что раскрошил один из камней. Нашёл, похожий на нож плоский камень, и стал пробовать чистить рыбу. Получалось лучше, чем мне представлялось. Отчекрыжил голову рыбине и вскрыл брюхо. Кривясь вытащил требуху и стал смотреть на рыбину. Идея жрать её сырой казалась невероятно глупой. Я её понюхал, затем лизнул. Фу! Вот бы я был магом, а не физиком умел бы добывать огонь из рук. Даже понадеявшись на чудо попытался направить энергию, которой напитывал своё тело наружу, в виде пламени. Пламя не вышло. Как и молния. Не маг я. Я взял в руку ветку, и попробовал что будет, если подать в неё энергии. Даже глаза закрыл и уверял себя, что вот эта палка должна загореться. Со стороны, наверное, выглядело комично, Пацан в толстовке, сидит в горах и держит потрошённую рыбину в одной руке, а в другой палку и пытается заставить её загореться. Энергия в палку шла, но она не горела. Тогда я попробовал заставить эту энергию двигаться в палке быстро, на всякий случай отвернувшись и максимально вытянув палку в сторону от себя, вдруг взорвётся? Не взорвалась. Загорелась. Причём вспыхнула везде, я едва успел бросить её в костёр. Едва не обжёгся. Живот давал о себе знать бурчанием и сильным чувством голода. Но я с видом победителя, что добыл огонь, нанизывал рыбину на палочку, и убеждал себя, что ещё чуть-чуть и голод я утолю. С одной стороны, рыба обгорела, с другой порумянилась, но решив, что горячее сырым не бывает, я, подкинув ещё веток в костёр, вгрызся зубами в тушку рыбки. Ничего так, соли только не хватает. Зарядка, тренировка с бревном, купание и рыбалка, а после танцы с бубном вокруг костра заняли почти весь день. Я немного побродил вокруг, и к своему удовольствию нашёл небольшую пещеру. Она была сырая, и долго в такой жить нельзя, но это всё же лучше, чем на дереве. Я натаскал из реки больших камней, и попробовал сделать из себя экскаватор, немного подолбив каменную породу кулаками. Ну что сказать. Надо напитывать энергией и кожу тоже. И да, я конечно выбил каменную крошку, и сделал углубление, но также я сильно потратил энергии, почти обессилив, а также куски камней, острыми клыками порвали мне кожу на руке. Прополоскав свои трусы, как и руку в воде, и забинтовав чистыми труселями правую руку, я стал укладывать большие камни в подобие очага. Таскал только на силе воли. Потом натаскал хворост. Уложил. И под конец, напитав палку энергией, я попробовал зажечь только один конец палки. Вспыхнула как спичка. Запалив костёр, предыдущий я затоптал, я хотел было натаскать травы, чтобы было мягче спать, но слишком устал. Поэтому свернулся рядом с костром калачиком, подложив под голову свой рюкзак и уснул. День перетекал в день, я обустроил своё место жительства. Сколько я тут уже? Неделю, две? Я абсолютно потерял счёт времени. Чем больше я пользовался своей энергией, тем лучше и дольше у меня получалось это делать. Рука зажила довольно быстро. Найдя длинную палку, я научился укреплять её, используя свою энергию, и даже добыл зайца, после того, как жрал только рыбу. О том, что я хотел выйти в город я как-то и забыл. Несколько раз я прятался в пещере и тушил костёр, потому что наверху кружил вертолёт. Там я просидел пару дней, не выходя. Хорошо, что был небольшой запас мяса, которое я зажарил на несколько дней вперёд. Я решил бросить себе вызов, и протестировать сколько я смогу прожить один в горах. Тем более, что тут достаточно спокойно. Сегодня я после зарядки и упражнений с бревном, решил погулять по окрестностям. Может быть найти каких-нибудь ягод. В сторону дома старика я решил не ходить, пошёл в другую сторону. Через несколько часов, старательно запоминая ориентиры и делая отметины, что бы не заблудиться я вышел к нескольким охотничьим домам. Они не выглядели заброшенными, а наоборот неестественно ухожены, особенно для охотничьих домиков. Людей не было. Я сидел внимательно, прислушиваясь к происходящему вокруг. Немного погодя я осторожно вышел из леса. -Простите, есть кто живой? — Спросил я, напряжённо всматриваясь в эти домишки. Ни души. Я решил залезть в один, в надежде что-нибудь позаимствовать. Мне было стыдно, это кража, но мне это сейчас явно нужнее. Я сорвал напитанной энергией рукой замок, и толкнул дверь. Она со скрипом открылась. Вообще я стараюсь всегда ходить с активной напиткой всего организма. Бегаю быстрее, но устаю чаще, но с каждым разом всё дольше и дольше держусь. Первые дни, когда я начал так делать, я спал через каждые полчаса, по несколько часов, и просыпался только обратно на пол часа, чтобы пожрать, потренироваться. Сколько я уже тут, месяц? Света естественно не было. Откуда ему тут взяться? Зато я увидел фонарик. А ещё хороший охотничий нож. И какая-то одежда, походная посуда, мешок риса — небольшой, но я обрадовался ему как родному. Рыба приелась. И соль с перцем. Больше брать было нечего. Ну кроме нескольких одеял, пары пледов и подушки. Покидав всё это на простыни, взятую с кровати и завязав уголки, так получился огромный куль, я с жадностью посмотрел на соседние домишки, но одёрнул себя. Нет. Я возьму только то что мне нужно. Заприметил топор, стоящий в уголке и взял его. Напитав простыню своей энергией, и сделав её крепче, я закинул свою ношу на спину. И придерживал одной рукой, другой я держал топор. Бросив взгляд на оставшиеся дома, я побрёл в сторону своей стоянки. Надеюсь я не сильно разорил какую-нибудь кампанию. По любому это какой-нибудь кемпинг. К своей пещере я пришёл глубоко ночью. Звёзды, ярко сверили. Я первым делом устало побрёл подкидывать веток в почти затухший огонь. *** — Есть новости? — Устало спросила Розмари у Такеши. Старик только развёл руками. — Как сквозь землю провалился. — Он потряс телефоном. — На вертолёте окрестности облетали, нигде ни следа. Билет никому похожему не продавали, никто не подвозил, не видел… — Господи… Я потеряла единственного наследника семьи Чимей… — Розмари уронила свою голову на стол, звонко стукнувшись лбом. — Не дрейфь, пацан одарённый, что с ним случится? — Абэ махнул рукой. — До него могут добраться другие кланы! — Вскрикнула женщина, и резко встала. — Что в нём особого? Я заметил только силу на уровне ученика. — Вот именно! Он от силы пробудил дня два назад, и уже ученик. И с каждым разом всё лучше и лучше её контролирует. А ведь он наследник не только ветки физиков Чимей, но и магов… — Но браки меж ними бесплодны… — Пробормотал старик. — Тебе напомнить, у кого были самые сильные генетики? — Иронично заметила наёмница. Они замолчали. Целый месяц, весь остров ходил на ушах, разыскивая одного юношу, что мирно спал под треск костра, завёрнутый в кокон из одеял.