Дело в амулете...

Адажио выбежала из кабинета, все так же держась руками за голову. В голове девушки начали всплывать фрагменты из ее детства, она видела брата, который держит ее за руку. Позже всплыл фрагмент с ее матерью Джинни, которая брала Уильяма за шиворот и кричала ему в лицо. По телу Даззл пробежались мурашки, и ее кинуло в озноб. В глазах непроизвольно появились слезы. Девушка облокотилась о стену, медленно сползая вниз на трясущихся ногах и сжимая пальцы в кулаки. Слезы упали на школьный линолеум, а цвет глаз поменялся с фиолетового на красный. «Уильям, Уильям…» — судорожным голосом повторяла Адажио, как вдруг дверь кабинета химии распахнулась. В дверном проёме стояла шокированная Сансет. Не долго думая, она подбежала к Адажио и принялась поднимать девушку с колен. В школьном коридоре было пусто, до конца урока оставалось минут 10. Сансет закинула безвольную руку Адажио к себе на плечо и, прихватив ее за талию, подняла сирену на ноги. Глаза Даззл были пустыми, как школьный коридор. Сансет, пытаясь удержать равновесие, направилась в медпункт. По пути она останавливалась, чтобы отдышаться, и в этих пятисекундных паузах в голове всплывали вопросы: «Что с ней случилось? У нее глаза такие пустые… Может, нервный срыв?» К счастью, по пути им встретилась медсестра, которая подбежала к уже ослабленной Сансет и положила вторую руку Даззл к себе на плечи, тем самым помогая девушкам удержать равновесие. Они дошли до медпункта и сразу же уложили безвольное тело Адажио на койку. Отдышавшись и рассматривая лежащую девушку, школьный врач повернулась к Сансет и сказала: — Возвращайся в класс, дорогая. Ты большая молодец! Боюсь представить, что она могла бы сделать с собой, найди ее кто-нибудь чуть позже. — С ней все будет хорошо? — встревоженно спросила Сансет — Надеюсь, что да, — вздохнула женщина. — Полагаю, это небольшая паническая атака на фоне общего стресса. Пока пусть она побудет здесь, под моим присмотром. Не переживай. С этими словами она выпроводила Сансет за дверь.

***

Прозвенел звонок, на улице потемнело. Ученики начали расходиться по домам, а главная семёрка собралась в большом и светлом актовом зале репетировать свою песню. Девушки не торопясь подготавливали свои инструменты. Одна Искорка ходила по актовому залу и ничего не делала, только дула губы от оставшейся обиды на Радугу. Садясь в кресло, которое находилось напротив сцены, девушка подбоченившись спросила: — А где же наша солистка? Неужели, когда из класса выбегала, дорогу забыла? — Она в медпункте, — поправляя ремешок от гитары, ответила Сансет. Искорка опустила брови и прикусила губу от того, что поспешила с выводами. — А что случилось? — Паническая атака. Шок. Она на ногах не стояла. — Смотря на Искорку и в то же время настраивая гитару, ответила Сансет. — Надеюсь все будет хорошо. — Может быть уже начнём репетицию? — раздраженно крикнула Радуга. Девочки встали на свои места, держа в руках инструменты, и начали играть. Искорка поняла, что сидеть на кресле и обижаться не вариант, мигом взяла микрофон и зашагала к сцене. Девушка очень старалась тянуть ноты, и у нее получалось очень даже неплохо. Во время пения у девушек обычно проявляется магия, и у Радуги первой во время соло появились ушки и хвостик. Следом у других девушек. Во время превращения звуки игры на гитаре, барабанах, клавитаре становились громче, и Рейнбумс слышала вся школа.

***

Адажио пришла в себя только тогда, когда услышала немного приглушенную музыку. Она толком не поняла, где находится, и, ведомая невесть откуда взявшимся чувством страха, бросилась прочь из медпункта. Спустя буквально несколько секунд, из процедурной вышла медсестра с пузырьком валерьянки в руках и едва не выронила его, заметив, что Адажио не было на месте. Она ничего не поняла, но, повернув голову, увидела силуэт который бежал к темному коридору, что вёл в корпус общежития. Она прокричала адажио что-то вроде: «Вернись!» — но было слышно лишь непонятное эхо, а не ее просьбу. Поэтому женщина вздохнула и успокоила себя одной короткой мыслью: «Если убежала, значит ей лучше».

***

Адажио Даззл бежала сама не зная куда. Все мысли рассыпались, даже не успевая толком сформироваться, и голова отказывалась нормально воспринимать происходящее, как будто бы после наркоза. Девушка добежала до своей комнаты в общежитии, распахнула дверь и упала на кровать лицом к одеялу, сжимая при этом его в руках. Она перевернулась и уставилась в потолок, пытаясь осознать, что происходит. Соната и Ария смотрели на нее, как на сбежавшую из психушки пациентку. Они переглянулись и тихо выскользнули из комнаты. Даззл долго не могла понять, что с ней происходит. Полежав в неподвижном состоянии минут десять, девушка встала и уверенно сказала самой себе: «Это все мой амулет». После этого она встала и спокойным шагом направилась к своим вещам в рюкзаке. Из него девушка достала маленькую красную бархатную коробочку. Даззл медленно, трясущимися руками открыла крышку и достала из коробки маленький амулет, который сверкал красным цветом и буквально горел от своей насыщенности. Девушка подняла амулет на уровень своих глаз. — Так это был ты, — мягким голосом проговорила она. — С тобой же никогда такого не было, почему моя голова наполнилась мыслями, которые должны были храниться в тебе? — продолжала наглаживать свой амулет Даззл. — Отныне ты будешь всегда у меня в кармане, иначе, такими темпами, ты меня погубишь. Девушка бережно прислонила свой амулет к сердцу и легла на кровать с ним в обнимку, бросив коробочку на пол. Ария и Соната увидели свернувшуюся в клубок Адажио и тихо прошли мимо неё на свои кровати. У Адажио опять начались приступы, которые переходили в сон. Во сне также была мать и ее брат, но сознание зациклилось на одном странном черном силуэте. Только через какое-то время, девушке удалось разглядеть в этом силуэте Искорку. Она стояла в окружении многих людей, которые ее обнимали. От нее веяло теплотой и добром. Все эти люди громко смеялись и разговаривали, смотря при этом на Адажио. Они медленно, всей толпой, подходили к девушке, как вдруг… Прозвенел будильник, и Адажио была вынуждена проснуться. Она протирала свои сонные глаза, активно зевая при этом. Как только Адажио опомнилась, сразу подскочила требушить одеяло в поисках своего амулета. Но лишь когда она сбросила одеяло на пол, камень со звоном выпал из пододеяльника. Даззл бережно взяла его в руки и тихо проговорила: — Зачем ты меня так мучаешь? К чему все эти сны? Что ты хочешь этим сказать? — девушка продолжала рассматривать со всех сторон свой амулет, как вдруг в голову ударила внезапная мысль-подсказка. «Искорка, — злобно улыбаясь, сказала про себя Даззл. — В ней вся проблема… Хах, ты не просто амулет, ты мой советник. Я запечатлю всю хорошую и всю плохую энергетику этой зазнайки, и позже наступит тот день, когда я оберну ее силу против нее же…» Адажио дернулась от той мысли, что Соната и Ария, скорее всего, все это время сидели рядом и слушали весь её монолог. Она резко обернулась и окинула взглядом, но, к счастью, никого рядом не было. Она вздохнула, положила амулет себе в карман и направилась домой к главной семёрке.

***

Ария и Соната находились в столовой. Ария сидела в телефоне и в это же время захватывала помидор на вилку. Соната сидела с огромными мешками под глазами, потому что ночью она очень плохо спала из-за Адажио, которая возилась на своей кровати. Мимо девушек прошел симпатичный блондин с пёстрым рюкзаком, что переливался черными и белыми квадратами. Он был одет в чёрную толстовку, которая была больше него самого, и в ярко-зелёные штаны. На голове топорщились непослушные волосы, поблескивающие в свете ламп. За ним шла небольшая компания мальчиков. Они все были одеты очень странно и принимали много недоумевающих взглядов со стороны парней, а также кокетливые взгляды девушек. Парни положили свои рюкзаки рядом с дверями и направились за столик. Соната наблюдала за каждым шагом того блондина, ее волосы все были в колтунах: она так и не избавилась от привычки накручивать пряди на палец от неловкости. Ее глаза были направлены только в сторону столика, который заняли парни. Она нежно смотрела на блондина и представляла картины, где они с ним сидят рядом, о чем-то разговаривают, как вдруг… Ее мысли перебил щелчок пальцами от Арии: — Соната, куда ты вечно смотришь? Я тебе, значит, рассказываю, что мне снилось, а ты! — Извини, — абсолютно не заинтересованно бросила Соната. — А это новенькие, или какая-то музыкальная группа? — показывая пальцем на парней, спросила она. За столиком около окна сидело трое парней. Блондина звали Майкл. На лице ярко виднелись веснушки, но заострённый подбородок делал лицо более грубым. Парня с черными кудрями и ярко выраженными скулами звали Гейдж, он был одет в черную рубашку и в классические брюки. Черты лица были строгими и серьёзными. Русый парень по имени Ник отличался от предыдущих тем, что имел аккуратные и прилизанные черты лица с ямочками на щеках. Не отличался он только стилем: широкая черная футболка и синие джинсы. Ария обернулась, чтобы посмотреть, куда показывает Соната. Увидев парней, она резко отвернулась к подруге и нервно начала доедать свой салат. — Я не знаю… Наверное это новенькие. Мало было школе имбицилов, так директриса еще притащила, — злобно ответила Ария. — Ой, Ария, ты как всегда! Ты посмотри, какие они классные! Неужели тебе никто не понравился? — смотря на их компанию, тараторила Соната. Ария неловко спрятала глаза и положила вилку уже на пустую тарелку. На самом деле, ее зацепил один брюнет, но она запомнила только его цвет волос, ведь девушка быстро отвела взгляд, чтобы не вызвать подозрений. — Нет! Они, по всей видимости, глупые. Я не могу понять, чем они тебя зацепили. И вообще, у нас урок скоро, а ты на каких-то странно одетых фриков смотришь. Пошли! — недовольно произнесла Ария и, взяв с собой пустую тарелку, пошла отдавать ее женщине, которая занималась мытьём посуды. Соната хмуро посмотрела на уходящую Арию, взяла свой рюкзак и пошла за ней.