Глава 10: Время пришло

      Прошло некоторое время. Ливень, пускай и не так скоро, как хотелось бы, начал успокаиваться к утру, превратившись в мелкий моросящий осенним холодом дождь. Всю ночь мощные струи воды не переставая били по земле, по кронам ветвистых деревьев, увлажняя уже и так измокшую почву до изнеможения. К счастью, сейчас было намного спокойнее, пускай ветер всё ещё с силой колыхал ветки над головами Лесных котов. Казалось, за одну эту ночь лес вмиг облетел почти полностью, а цветастый наряд деревьев сменился угнетающей пустотой серого пасмурного неба: теперь его было особенно ясно видно…       В целительскую палатку с шумным вздохом ворвался плечистый кот. Его длинная, лоснящаяся белая шерсть вымокла до нитки, а голубые глаза были полны немой тревоги. Всё случившееся недавно очень волновало Белозвёзда, как и всё Лесное племя. Вот только предводителя и целителей от других котов отличало одно: им было известно страшное пророчество о грядущих испытаниях, в то время как остальные жили в полном неведении грядущих перемен. — Вот и ты, Белозвёзд. — дружелюбный, но холодный и нервный голос Терновницы вывел белоснежного кота из задумчивости. Обе целительницы сидели чуть поодаль от основной части целительской палатки — по-видимости, дожидались именно его. — Проходи, мы хотели поговорить с тобой. — развеяла сомнения предводителя Шелковница, добродушно кивая белому коту. Белозвёзд, помявшись у входа в целительскую палатку, наконец, со вздохом вошёл внутрь, осторожно сев около двух целительниц. Шерсть кота промокла и истекала дождевой водой, поэтому он старался как можно меньше двигаться, чтобы не вызвать новых водных потоков с длинной белой шерсти. Предводитель прилизал шерсть на грудке, пытаясь хоть как-то высушиться, а затем спросил: — Как там Северный Ветер?       Шелковница, с задором хмыкнув, ответила: — Уже намного лучше, чем был вчера. Мы с Терновницей всё боялись, что удар ветвями по голове сильно навредил ему, но Северный Ветер оказался гораздо сильнее, чем мы думали. Он уже сегодня утром пришёл в себя, а сломанная лапа медленно идёт на поправку. Так что совсем скоро снова станет воином, со всеми четырьмя целыми лапами. — Да. — сдержанно кивнула Терновница, но в её светло-зелёных глазах внезапно мелькнули огоньки тревоги. — Но мой брат едва не погиб, Белозвёзд. И твой сын тоже. Нельзя сидеть сложа лапы, эта гроза означает, что время пришло! — Время для чего?.. — сглотнул предводитель, хотя и сам понимал, о чем сейчас пойдёт речь. Как мог, оттягивал этот момент, всё надеясь, что не будет перемен для и так много перетерпевшего Лесного племени… слова сорвались с уст Терновницы страшным приговором. — Время для испытаний. Пророчество начало сбываться. — голос её не дрогнул, взгляд был уверенным и спокойным, словно целительницу совсем не тревожили грядущие опасности и преграды. Белозвёзд нахмурился, пускай и не показал внутреннего страха перед уже и так неизбежным. — Позволь спросить, с чего ты это взяла? — хмыкнул предводитель — пытался найти в её словах подтверждение собственных, самых тайных и боязливых, мыслей.       Внезапно мелькнула резкая вспышка неорганично яркого света: она пронзила лиственную палатку насквозь, отразившись ветвистыми силуэтами на земле. Следом за вспышкой последовало раскатистое звучание грома, оглушительное, свирепеющее… мелкий моросящий дождик внезапно перерос в очередной проливной ливень, с шумом грянувший за пределами целительской палатки. Здесь сухо и спокойно, но оттого не меньше страха перед бушующей со страшной силой стихией.       Отблеск молнии мелькнул во взглядах всех троих котов, но особенно отчётливо — в зелёных глазах молодой целительницы, через миг ставших тёмными, как мрачная еловая хвоя. — Позволь напомнить, — медленно, протяжно начала Терновница, хмурясь ещё больше, отчего силуэт серой кошки стал походить на сгорбившуюся сову, — что молния пронзила именно то дерево, которое падало на твоего, — кошка сделала особый акцент на этом слове, — сына. Вспомни пророчество: «Горы и Лес сойдутся в одно, небеса сойдутся на нет. Лишь трава и вода содрогнуться, и вот, пройдут все болезни, закончится этой ночи война, помни: пятна всегда будут рядом с тобой, пятна спасут всю долину. Небеса навсегда рухнут с болью, горы с лесом будут едины…» — серая кошка отчеканила заветные строки пророчества, зная его уже наизусть, как и все здесь находившиеся. На это Белозвёзд лишь пожал плечами, несмело отводя взгляд. — И что с того? — хмуро фыркнул он. — Что значит для пророчества эта молния? — Раскрой глаза! — не выдержала Терновница, разъярённо ощетинившись и сделав смелый шаг навстречу предводителю. — Небеса сойдутся на нет, небеса навсегда рухнут с болью… небеса рушатся! Рушатся на твоего сына, Белозвёзд! Это знак… как же ты этого не понимаешь…       Белый кот тяжело вздохнул. Терновница была права, и отрицание вскрывавшейся правды ничем уже не поможет юному Пятнышко. Как бы Белозвёзд хотел защитить, уберечь его от опасностей этого чертова пророчества… — Я понимаю. — наконец, горестно вымолвил голубоглазый предводитель, судорожно вздыхая. — Северный Ветер едва не поплатился своей жизнью за эту правду. Значит, Пятнышко и есть те самые «пятна» из пророчества, раз уж небеса… — Белозвёзд поёжился, вновь вспоминая вжавшегося от испуга и отчаяния котёнка, жмущегося к едва живому воину под дождём. — Небеса и впрямь решили на него рухнуть. — Не было сомнений, что пятна — это твой сын, Белозвёзд. — впервые за долгое время взяла слово Шелковница. Голубые глаза кошки, чуть помутнённые дымкой преклонных годов, смотрели спокойно и сдержанно, пускай голос и отдавал лёгкой хрипотцой. Старшая целительница продолжила. — Но вот у меня есть явная тревога насчёт «рухнувших небес», о которых так яро твердит нам Терновница. — В чем же твои сомнения? — сощурившись, презрительно хмыкнула темно-серая кошка. — По-моему, знак Звёздного племени весьма понятен. — Не всякая гроза является знаком, Терновница. — задумчиво пробормотала Шелковница, глядя на свою бывшую ученицу. — Порой гроза — это лишь гроза, со всеми из неё вытекающими громом, молниями и водой, падающей с неба…       Терновница заметно нахмурилась. Зеленоглазая кошка отличалась покладистым и спокойным нравом, но впервые так сильно и так бойко стояла на своей точке зрения. Возможно, из-за едва не погибшего брата, возможно, из-за страха за племя и всю долину. — Тогда скажи это нашему дорогому Пятнышку, едва не лишившемуся своей жизни из-за этой «просто грозы». И Северному Ветру, который тоже чуть не погиб, но был чудом спасён Звёздным племенем! — раздраженно, с некоторой долькой агрессии возразила Терновница, размахивая всклокоченным темно-серым хвостом из стороны в сторону. Шелковница легко выдержала испепеляющий взгляд целительницы на своей поседевшей шкуре, спокойно пояснив: — Безусловно, мне очень жаль и Пятнышко, и Северного Ветра. Но это далеко не значит, что ударившая в дерево молния — знак Звёздного племени. И… — Как погиб Рысезвёзд?       Удивлённые, смятенные взоры целительниц были устремлены на Белозвёзда, внезапно вступившего во всеобщую перепалку. Взгляд предводителя был холоден и серьёзен, полный отчаянной решительности принять меры к действию. Серые кошки молчали, задумчиво отводя взгляды в сторону. Гораздо настойчивее и упорнее, Белозвёзд снова повторил: — Как погиб Рысезвёзд?       Терновница осмелилась первой нарушить затянувшееся после очередного вопроса молчание. Темно-серая кошка тяжело вздохнула: она была ещё совсем юна, когда погиб Рысезвёзд, славившийся на всю долину властолюбием и тиранией. Тем не менее, абсолютно каждый воин, оруженосец, целитель племени и даже котёнок знал, как именно погиб Рысезвёзд. — В могучий дуб во время грозы ударила молния, и ствол упал прямо на Рысезвёзда. Такова была его кончина. — вымолвила целительница, едва ли дыша. Белозвёзд хмуро кивнул ей, видимо, благодарный за честность и поддержку их общего мнения. Он вопросительно взглянул на Шелковницу. Голубоглазая кошка покорно склонила голову, пускай по ней и было видно, что она всё ещё не до конца отказалась от собственной точки зрения. — Будь по-вашему. — пробурчала она, вздыхая. — Даже если так, то что нам с того, что пророчество начинает сбываться? — А то, — самоуверенно хмыкнула Терновница, — что мы должны сами начать исполнять волю Звёздного племени. — на слова зеленоглазой Белозвёзд согласно кивнул, а вот голубые глаза Шелковницы округлились от удивления, скорее похожего на возмущение. — Мы не должны вмешиваться в ход пророчества! Оно исполнится само собой, когда придёт время! — чуть ли не рыча, воскликнула старшая целительница, негодующе вздыбив шерсть. Хранительница традиций и правил, эта кошка не любила поспешных действий, прекрасно понимая, к каким ошибкам они могут привести. Но и Шелковница не знала всего, даже большей части, как и все здесь находящиеся.              На улице вновь сверкнула молния, дождь пустился в пляс пуще прежнего. Погода продолжала только портиться с каждой минут, мощный холодный ветер резким потоком ворвался внутрь целительской палатки. Все трое со страхом переглянулись, прекрасно понимая, что зашли в своём споре слишком далеко… — Мы не знаем, что будет завтра, Шелковница. — мягче произнесла целительница, протягивая тёмную лапу наставнице в знак примирения. — И если есть шанс предотвратить ужасное, мы должны им воспользоваться. Нельзя его упускать.       Шелковница глубоко задумалась. Её побелевшая от седины серая шерсть свисала с боков старой кошки клоками, но глаза были живыми, пускай и очень глубокими, вдумчивыми. Сейчас решалась судьба всей долины и ошибаться было нельзя… слишком высока цена их оплошности. Тем не менее, целительница была вынуждена признать, что Терновница и Белозвёзд были правы. Частично. — Хорошо. — нехотя кивнула Шелковница, устремив почти мертвенный взгляд льдисто-голубых глаз в одну точку. — Что же вы предлагаете сделать?       Было понятно, что предводитель и младшая целительница уже успели немного обсудить этот вопрос без присутствия Шелковницы. Это возмущало старшую целительницу — Белозвёзд видел гнев и злобу, мастерски укрытые в её помутнённых голубых глазах. Но больше не имело смысла что-либо от неё скрывать — она принимает их с Терновницей точку зрения… — Мы хотим добиться союза с Горным племенем. — уверенно и спокойно ответила Терновница. Белозвёзд поспешил пояснить: — Мы с Тигриной Лапой уже очень давно обсуждали этот союз, но теперь, когда на нашей стороне ещё и пророчество, нет смысла сомневаться или медлить. — Горы и Лес сойдутся в одно, горы и лес будут едины. — задумчиво повторила строки пророчества Терновница, устремив выжидающий взгляд на Шелковницу. Голубоглазая целительница недолго помолчала, но затем, тщательно всё обдумав, одобрительно кивнула. — Хорошо. Союз с Горным племенем нам не помешает в любом случае. Кто знает, что задумает племя Трёх Озёр или племя Тысячелистника в своём яром стремлении уничтожить друг друга… — целительница хмыкнула. — А ведь когда-то одним племенем были, кто бы мог подумать. — Так значит, ты не против? — не без удивления переспросил Белозвёзд. Шелковница лишь пожала плечами. — Нет, а с чего бы? У меня вообще есть сомнения в том, что горы и лес в пророчестве — это племена. Так что последнее слово о союзе с Горным племенем в любом случае остаётся за предводителем и глашатаем. Пророчество тут не причём. — Ты ошибаешься. — возразила Терновница, но Шелковница на это лишь пробурчала что-то под нос. — Тогда решено, — подвёл итоги Белозвёзд, с облегчением вздыхая. За пределами палатки вновь громыхнула молния, но на этот раз менее ярко и разъяренно, чем делала она до этого. Гром последовал сразу же за вспышкой, заглушив голос предводителя, но целительницы его всё равно услышали, — на следующем совете поговорим с Горным племенем. Будем действовать постепенно и ненавязчиво, чтобы в случае чего не нажить себе новых врагов.       Шелковница и Терновница довольно кивнули Белозвёзду. Младшая целительница с облегчением выдохнула, старшая же, наоборот, глубоко задумалась, хмурясь и бормоча что-то под нос. По её выжидающим глазам Белозвёзд понял, что она хочет сказать что-то ещё. И раз не говорит прямо, значит, они с Терновницей это не одобрят. — Ты хотела сказать что-то ещё, Шелковница? — мягко спросил голубоглазый предводитель. — Нам как никогда нужны идеи. Так что говори.       Голубоглазая кошка вновь вздохнула, и, серьезно взглянув на Белозвёзда, произнесла: — Нам нужно предупредить твоего сына о том, что он далеко не простой кот.       Голос её не дрогнул, хоть и был полон в какой-то мере боли, но скорее даже уверенности и решительности. В отличии от Белозвёзда — Лесной предводитель нахмурился, отрицательно закивав головой. — Нет. — процедил он. — Пятнышко не узнает о своём предназначении… — Даже мы не знаем о его предназначении, Белозвёзд. — фыркнула Шелковница, негодующе взмахивая хвостом. — А вот твоему сыну угрожает реальная опасность. Он юн и беспечен, даже слишком! Это может его погубить… поэтому прошу, — голубоглазая перевела дух, — предупреди его о той ответственности, которая вскоре свалится на его плечи. Я знаю, ему будет трудно понять, но тебя он обязательно послушает!       Белозвёзд нахмурился, отводя угрюмый взгляд в сторону. В льдинках глаз предводителя вновь сверкнула отразившаяся в палатке тень молнии, и предводитель, злостно стиснув зубы, выкрикнул: — Нет! Он не узнает об этом! Пятнышко всего лишь ученик, который в оруженосцах чуть меньше двух лун… ещё слишком рано вскрывать тайну его предназначения! Тайну пророчества! Ты не знаешь моего сына… — Похоже, что я знаю твоего сына лучше тебя, Белозвёзд! — возразила Шелковница, вздыбив загривок. — Пятнышко юн, но умён и сообразителен. Он достоин знать правду! — Он достоин, но не готов! — пробормотал Вальс, судорожно вздыхая. Кот осунулся, с грустью отводя взгляд. Он накричал на целительницу — не должен был этого делать, ни в коем случае! Как можно было допустить столько ссор за сегодняшний день… — Прости меня, Шелковница. — пробормотал Лесной кот. — Но Пятнышко ещё не готов знать правду. Пусть у него будет счастливая юность и детство, а уж потом… потом всё ему расскажем.       Серая кошка обреченно вздохнула, втянув интуитивно выпущенные когти. Загоревшийся в голубых глазах огонёк потух, превратившись в белёсую пелену осознания. Она ничего не сможет сделать. По крайней мере, с Белозвёздом ей не договорится уж точно…       «Но что мешает всё сделать самой, пока есть возможность?» — Ладно. — буркнула Шелковница, хмуро вставая со своего места и направляясь в сторону целительской кладовой. Не оборачиваясь, — хотя белый кот представлял мерцавшую злобу в её плохо видящих глазах, — она кинула напоследок. — Но знай, Белозвёзд: пытаясь скрыть от него тайну, которая рано или поздно вскроется, ты лишь подвергаешь его ещё большей опасности.