Глава 23

Пока основной отряд переправлялся через реку, оставшиеся солдаты продолжали тренироваться и работать над улучшением военной базы. Некоторых даже отправили в Эхас и Кагду для работы волонтерами в помощь местным жителям. Сейчас очень важно сохранить положительное впечатление о Акрии на завоеванных территориях. Сэр Бауфалло покинул базу, чтобы понаблюдать за людьми, посланных на помощь местным жителям. Паулиана осталась управлять от его имени, взяв на себя заботу о военной базе. После того, что она сотворила с Донау, ни один мужчина не проявил к ней неуважения. По крайней мере, они не делали это открыто. Мужчины больше не плевались перед ней. Они ждали, пока она уйдет. Солдаты также перестали называть ее сучкой. Когда им нужно было обратиться к ней, мужчины неловко смотрели на Паулиану и называли ее: «Эй…» или «Вы там…». Некоторые рыцари заходили настолько далеко, что называли ее «сэр». Но они никогда не называли ее полное имя «сэр Паулиана»...» Были и совсем странные люди, убедившие себя в том, что она действительно мужчина. Эти ненормальные стали звать ее «сэр Пол». Но хотя все мужчины на базе изменили к ней свое отношение, один мальчик продолжал называть ее мерзкими именами. Донау. В последнее время он постоянно пытается завязать с ней драку. «Я смею вызвать вас на дуэль!» «Хм… Такой лысый мальчик, как ты? Ты хочешь умереть или что-то в этом роде?»* После этого инцидента Донау стал носить чашу для защиты. До инцидента он доставлял куда больше неудобств, запугивая Паулиану, но теперь он открыто вызывал ее на бой. Она пнула его еще раз, доказывая, что защитная чашка бесполезна, но Донау отказался усвоить урок. «Дело не в том, что он дурак... Так почему?» - недоумевала Паулиана. Донау продемонстрировал свой интеллект, когда писал отчеты для старшего брата. Паулиана также видела, насколько дружелюбным он бывает с другими, а это значит, что проблема не в его личности. Так почему рядом с ней он притворяется идиотом? Просто потому, что он подросток? Как ни странно, Паулиана чувствовала себя немного виноватой. Она хотела извиниться перед Донау. То, что она сделала с ним, было совершено, главным образом, для укрепления своей силы и положения. Она сделала из него пример. И это сработало. Теперь ее считали человеком, которого стоит бояться. То, что она сделала с Донау, было излишне жестоко. Паулиана это признавала. Но при этом неуважительное отношение самого Донау к ней не имело смысла. Паулиана испытывала острую потребность показать ему еще разок, как должен вести себя со своим начальником порядочный солдат. Но Паулиана держала свое слово. Она никогда не била его первой, все драки начинал именно Донау. Когда бы он не атаковал ее, Паулиана целилась только в его промежность. Должно быть, каждый раз испытывать подобное было крайне болезненно, но, как ни странно, Донау не сдавался. Паулиана невольно восхищалась его настойчивостью. Каждый божий день Донау нарывался на драку с ней. Он всегда пытался сбежать прежде, чем она сможет его пнуть, но в большинстве случаев Паулиана была быстрее. Но она устала от этого. Паулиана пыталась понять, почему Донау так поступает. После встречи с императором она поняла, что всегда желала быть признанной. Испытывал ли Донау то же самое? Хотел ли он, чтобы она признала его настойчивость и существование? Однажды она спросила его об этом. Паулиана схватила Донау и прямо спросила: «Ты нарываешься потому что тебе нравится, когда я пинаю тебя по пенису? Если тебе нравится испытывать такую боль, то просто найди себе проститутку». Паулиана видела, как у некоторых солдат развивались странные фетиши после множества сражений. Когда она спросила у Донау, не мазохист ли он, тот покраснел. Паулиана продолжила: «Я спрашиваю тебя об этом потому что мне кажется, что мои ноги сгниют от того, что мне приходится ими ежедневно пинать тебя по яйцам». «Сука! Ты с ума сошла?» «Я изо всех сил стараюсь контролировать свои силы. Я не хочу превращать тебя в евнуха, но ты получаешь от меня по яйцам каждый день и это может плохо кончится. Знаешь, это очень чувствительная и хрупкая часть. Тебе не больно?» «У меня нет выбора, потому что ты не примешь мой вызов!» «Дуэль - это привилегия рыцарей. Ты простой помощник, а значит не имеешь права вызывать рыцаря на дуэль!» «Если бы не ты, я бы стал рыцарем…! ПРОКЛЯТЬЕЕЕЕ!» «Донау, мужское достоинство - очень важная часть для любого мужчины. Ты молод, поэтому, возможно, ты еще не осознаешь этого». Паулиане следовало бы закончить на этом, но она так привыкла к словесным и сексуальным оскорблениям, что продолжила, не задумываясь: «Ты когда-нибудь спал с женщиной, маленький мальчик?» ШЛЕП! Внезапно Донау ударил Паулиану кожаной перчаткой и закричал: «Я вызываю тебя на дуэль!» «… Я прошу прощения. Я не должна была это говорить». Паулиане стало немного грустно. Только что она повела себя как все мужчины, которых она так ненавидела и презирала. То, что она сказала - неправильно, и у нее нет оправдания. Паулиана вспомнила свой первый день в военном лагере и то, как с ней обращался начальник. Если бы ее вынудили быть с сэром Батре вместо того симпатичного мальчика в тот день, она бы разрыдалась. Паулиана подумала про себя: «Хм… Полагаю, он сказал то же самое и мне». Люциус Первый. Но его намерения сильно отличались от намерений сэра Батре. Паулиана медленно подняла кожаную перчатку и протянула ее Донау. Если бы он был настоящим рыцарем, попытка поднять его перчатку означала бы, что Паулиана принимает его вызов, но Донау был только помощником. Дуэль ему не разрешили бы. По сути, разрешить ему вызвать ее на дуэль будет прямым нарушением военного законодательства. Паулиана завидовала ему. Он мог бросать ей вызов и оскорбить ее сколько угодно, но она не может даже сразиться с ним насмерть. Донау снова закричал: «Я хочу дуэль!» «То, что я только что сказала - неправильно, поэтому я больше не буду пинать твои яйца». Донау побежал на нее с обнаженным мечом. Без особых усилий Паулиана пнула мальчика ногой в живот. Когда он упал, она легко забрала меч и отбросила подальше. Затем она несколько раз пнула его ногой, и, прежде чем Донау смог встать, Паулиана поставила ногу ему на грудь и извиняющимся тоном сказала ему: «Не волнуйся. Я не сломаю тебе кости. Я не очень сильна, поэтому без оружия я не могу так просто переломать тебе руки и ноги». И затем Паулиана безжалостно ударила его в живот.