2. Сигареты без зажигалки (Екатерина Соколова/Максим Шустов)

Лили, лили, лили проливные дожди Тогда, если помнишь… Баста

       Катя выскакивает на улицу, торопливо выуживая из мятой пачки сигарету. Роется по карманам накинутой на плечи куртки в поисках зажигалки. Чертыхается.

***

       — Девушка, вас случайно не Лиля зовут? — спрашивает молодой человек, подсаживаясь рядом на скамейку.        — С чего бы? — хмыкает Катя, бесполезно щёлкая зажигалкой: кажется, закончилась.        — Лиля Брик тоже вот курила, — неопределённо мотает головой он, протягивая ей свою.        — Это намёк? — вскидывает брови Соколова, вдыхая никотиновый дым и блаженно вытягивая ноги.        — Скорее, дружеский совет. Поделишься? — Катя молча протягивает ему полупустую пачку.        Он неторопливо затягивается, с интересом наблюдая за марширующими мимо новичками.        — Тебя как взяли? Спасатель же вроде. С огнем борешься, — Катя задумчиво пускает колечко сизого дыма. С интересом провожает его взглядом.        — Это так. Никак не отвыкну, — улыбается Максим, туша сигарету носком ботинка.        — Бывает, — соглашается Катя и снова наполняет лёгкие едким никотином.        — Бросать надо. Не получается. Я Максим, — поднимается Шустов со скамейки и поводит плечами, щурясь на солнце.        — Катя.        — До следующего перекура, Катя, — кивает он ей и уходит по траве к ангарам с самолётами.        — Пока…        — Знаешь, я тут подумал, — начинает Максим через неделю, снова встретив её с сигаретой. — Бросать начну. Давай со мной?        — Ну и что ты придумал? — она заинтересованно откладывает пачку с мятными, не успев вытащить ни одной. — Так уж и быть, согласна следить за твоим подвигом и прельщать тебя своим видом в дымке.        — Не надо.        Он спокойно смотрит на неё сверху вниз, словно мудрый родитель на своё чадо, будто и не сидел с ней рядом неделю назад.        — Чего так-то? — Катя встаёт, пытаясь избавиться от этого дурацкого ощущения, только Шустов всё равно выше её на голову, умнее на жизнь.        — Думал над твоими словами, — Максим смотрит куда-то вдаль, в то пекло, которое они едва сумели потушить неделю назад. Случившееся по чьей-то халатности и элементарной невнимательности.        Они неспеша идут по дорожке в сторону контрольно-пропускного. Здесь вообще не так много пунктов, куда можно прийти из пункта «центр» по асфальту.        — И что, правда бросишь? — Катя ещё ребёнок; Кате очень хочется верить, что она взаправду может кого-то убедить.        — Так правильно, — пожимает плечами Максим и протягивает ей конфету. — Будешь?        — Нет. — Соколова хмыкает и вытаскивает вместо сигареты.        — Если передумаешь, заходи, — улыбается Максим, от него пахнет мятой и детством, Катя не может не улыбнуться в ответ.        — Навряд ли. Но ведь зайти просто так никто не запрещает?        — Непременно! — шутливо отдаёт ей честь Шустов, русые кудряшки забавно падают на лоб.        — Ты будешь свободен вечером? — окликает она его уже после прощания, когда спина Максима находится метрах в десяти от неё.        — Посмотрим, — кричит в ответ Шустов, оборачиваясь и одаряя солнечной улыбкой Катю и облачный день на пару десятков километров вокруг. — Прости, мне спешить надо, я там на репетицию опаздываю…        Катя с улыбкой прикрывает глаза, подставляя лицо выглянувшему из-за облаков солнцу. Мальчик-солнце греет ничуть не хуже. Курить не хотелось. Она успевает встретиться с ним перед вылетом.        — Макс!        Соколов неодобрительно косится, а Максиму всё равно. Он выскакивает из вертолёта, задыхаясь от восторга, перекрикивая гул лопастей:        — Что ты тут делаешь?!        — Пришла пожелать удачи! — Катя улыбается и он видит, что она правда рада видеть его, рада пожелать ему удачи. И самому хочется смеяться.        — Я песню написал! Про нас с тобой! Я вернусь и спою! — и нет в Максиме сейчас и намёка на того серьёзного парня, бросающего курить.        Ветер треплет волнистые прядки, и Катя счастливо улыбается, вцепившись в красный воротник спасателя.        — Возвращайся скорее!

***

       Катя яростно хлопает себя по карманам, но зажигалки не находит — новую взамен давно кончившейся старой она так и не купила, зачем, если Максим исправно приходил со своей даже после того, как бросил? Катя раздражённо бросает новую пачку на землю, в дождь из сухого островка под козырьком.        Нет теперь человека, который запретил ей.        Катя поднимает глаза к стеклянному козырьку, надеясь, что слёзы затекут обратно, а не потекут предательски по щекам.        Катя закрывает глаза, бессильно сжимая кулаки в карманах, и вдруг чувствует в ладони что-то твёрдое. Вытаскивает чужую зажигалку с весёлым медведем с балалайкой.        — Давай договоримся, курить бросаем вместе, пусть эти строчки станут припевом нашей песни, — гитара вторит словам Шустова, подчиняясь ловким пальцам, перебирающим струны.        — Но-но, я пока ещё ничего не решила! — в шутку пихает его в бок Соколова, но сигареты оставляет в куртке, в самом дальнем кармане, закрытом на молнию, не трогает вот уже неделю и чем это не достижение? Максим притворно хмурится и вдруг исподтишка делает выпад, щекоча девушку. Катя смеётся, отчаянно пытаясь отбиться.        Телефон в кармане джинс спасателя чуть слышно вибрирует. Смс.        — Что там? –кивает Катя на телефон, вытаскивая из волос травинки.        — Ничего. Мне бежать сейчас надо, — торопливо хватает её за руку хмурящийся Максим. — Там Громов какую-то ерунду пишет. Я сбегаю, выясню. Прости!        — Ты зажигалку забыл! — опомнившись, машет ему рукой Соколова.        — Потом! На удачу тебе! Вместо подарка ко дню рождения! — на бегу улыбается Максим, чуть замедляясь и посылая ей воздушный поцелуй. — Не скучай!        Всё-таки не получается. Катя подносит наполовину полную зажигалку к глазам и щёлкает колёсиком.        Дрожащий огонёк ластится к ней, будто пытаясь слизнуть солёные дорожки на щеках. Катя разглядывает пламя, задержав дыхание и боясь улыбнуться. Мальчик-солнце. Мальчик-огонёк. Солнечный…        Шальная капля попадает под козырёк и с шипением тушит крохотный огонёк. Катя дрожащими пальцами щёлкает зажигалкой заново. Бесполезно. Сломалась.        Катя выходит под дождь, зажав бесполезную теперь зажигалку в кулаке, и подставляет лицо холодным каплям. Солнце больше не греет её.        Дождь лил. Небо тоже скорбело по солнечному мальчишке с гитарой.