Глава 4

      — Обалдеть! Где ты этому научился? — не унималась Дейзи.       — Нигде. Правда, — рассмеялся парень и повернул за угол. — Просто решил попробовать. Думал, что не выйдет, а в итоге я… герой!       — Чего? — прищурившись, переспросила девушка. — То есть ты не знал, как это будет действовать и просто решил попробовать? Да ты сдурел, что ли?! Ник, а если бы не получилось? Мы бы себя подорвали, а не их!       — Да я спас наши задницы, Дейзи! Не важно, как это вышло, важно то, что мы живы, что никто за нами не гонится и то, что мы едем сейчас... — Ник посмотрел вперед, — вот к этому ресторанчику. Не хочешь со мной пообедать? — парень выдержал паузу, а затем громко рассмеялся, и Дейзи шлепнула его по плечу.       Голубоватая вывеска этого ресторанчика была теперь какой-то тусклой, безжизненной, и, казалось, что улыбающийся ковбой в шляпе совсем-таки не улыбался, а скалился, заманивая ребят, как в ловушку, в тот самый ресторанчик «У Роджера», рядом с которым Дейзи подобрала Ника.       Помещение было пустым и холодным. Уже не пахло аппетитной закуской, только плесенью и сладковатой гнилью. Тишину прерывало монотонное жужжание мух, которые собрались в маленькие кучки на неубранных подносах и тарелках. Ребята прошли вглубь, наступая на скрипучие половицы, и зашли за стойку, откуда всего день назад подавали самые вкусные блюда.       — Никогда не замечала этого скрипа. Так тихо, даже непривычно, — шепнула Дейзи и открыла пыльный шкаф, в котором лежала одежда. — Столько пыли… Вечность, что ли, не убирались… — пробормотала девушка, разглядывая стопку одежды.       — Здесь постоянно были толпы людей, а сейчас никого. Впервые такое вижу, — отозвался парень. — Надеюсь, здесь никого нет.       Ник прошел к незапертой двери, которая была приоткрыта: там располагалась маленькая комната, где стояло несколько столов и шкафов с тумбочками. Повсюду валялись листы бумаги, заляпанные грязью и кровью, стекла в шкафах были побиты, стулья опрокинуты. Вроде бы «планировка» разрушений, как и в других домах, если бы не дробовик, висящий на стене. В дальнем ящике, напротив окна, Ник нашел коробки с патронами; рядом лежала детская сумка с принцессами из Диснея, очень похожая на сменный мешок для обуви. Взяв одну коробку в руки, остальные Ник засунул в сумку и, перекинув дробовик через плечо, попутно раздумывая о том, как эффектно он выйдет навстречу Дейзи, развернулся. Коробка невольно выпала из рук, и патроны с дребезгом упали на пол, закатываясь под мебель. Ник, все в порядке? — окрикнула его попутчица, но парень хоть и ответил утвердительно, но сам понимал, что с ним ничего не в порядке, потому что впереди него на старом, засаленном кресле сидел еще один, но он не просто сидел, а наблюдал, ждал, когда жертва подойдет поближе. Его дыхания не было слышно в тихой комнатушке, но Ник прекрасно видел, как поднималась его грудная клетка, посередине которой зияла черная дыра. Из нее ручьем текла кровь на его рваную бело-синюю футболку. Ядовитая желто-зеленая слюна медленно стекала по выступу наподобие подбородка, а затем капала на пол, скапливаясь в лужицу. Нику на секунду показалось, будто он слышит, как капельки крови с монотонным бульканьем капают на паркет. Бульк… бульк… Видимо, он здесь уже долго сидит, — заметил про себя парень. Черные дыры вместо глаз были уставлены на парнишку, который нервозно сжимал в руках дробовик, ища взглядом патроны, раскатившиеся по полу. Ник сделал шаг вперед и наклонился, мертвец резко повернул голову в его сторону, и тогда парнишка понял, что мертвец не видит, он слышит и чувствует. Ник почувствовал себя жертвой паука, который вот-вот набросится, если он вступит в его «липкую паутину».       Снова послышался голос Дейзи из зала, и мертвец, сразу же уловив источник звука, повернул голову в сторону двери. Почему он не встает? — подумал Ник и обратил внимание на его ноги, а точнее то, что от них осталось. Небрежно обрезанные или даже оторванные ноги неаккуратно свисали с кресла. Парень снова наступил на половицу и услышал звук катящегося к нему патрона. Умоляя, чтобы мертвец чудом не набросился на него, он поднял патрон и дрожащими руками зарядил его в патронник. Теперь голова мертвеца была обращена в его сторону, и Ник заметил, что что-то в его положении изменилось: он наклонился или передвинулся на край кресла. Его руки были зафиксированы на подлокотниках, и возникало такое ощущение, будто он готовился к прыжку.       — Подойди ближе… — внезапно прохрипел его булькающий голос. — Я на тебя посмотрю… Не дожидаясь дальнейших действий, Ник навел ствол точно в голову и прицелился. Парень медленно, с неким вожделением облизнул губы и прижал палец к спусковому крючку.       — А как ты посмотришь на это, ублюдок, — Ник нажал на спусковой крючок. Раздался громкий выстрел. Последнее, что увидел Ник перед тем, как стремглав выбежать из комнаты, — это окровавленная стенка с останками плоти и разлетевшихся мозгов.       — Что случилось?! — подбежала к нему Дейзи. — Это что, дробовик?!       — Ага, и патроны, — парнишка показал ей детскую сумку. — В той комнате сидел еще один. Ты все проверила? Надеюсь, что таких «сюрпризов» больше не будет, — парень устало потер переносицу.       — Да, я все проверила и кое-что нашла. Думаю, от такого сюрприза ты явно не откажешься, — Дейзи вытащила из шкафа черную теплую куртку. — Снимай свое ужасное пальто.       — Надеюсь, это не его куртка, — хмыкнул Ник, показывая на ту комнату, где сидел «слепыш». — В другом случае я лучше заболею и умру от воспаления легких, чем буду ходить в куртке ожившего трупака.       — Не валяй дурака, — махнула рукой девушка. — Я и ключи нашла от ресторана… да и не только. Например, от этой комнаты, — Дейзи показала на ту злосчастную комнату. — Так что, если ты боишься, что он снова воскреснет и изнасилует тебя ночью, я могу ее запереть.       — Был бы очень признателен.

***

      Темнота наступила быстро. На улице стало гораздо холоднее. Поздняя осень давала о себе знать, и порой ребята задумывались над тем, как бы выжить зимой, когда нет отопления, пищи и воды.       Заперев на ключ ресторанчик, Дейзи устроилась в углу, за стойкой рядом с Ником. В другой комнате, на удивление, лежали пледы и подушки. Сырые и холодные, конечно, но уж лучше такие, чем никакие. Дейзи заботливо постелила себе и Нику на полу и бросила подушки, оставив один плед на двоих. Ник лег в куртке и укрылся пледом, дрожа от холода и дискомфорта, выпуская пар изо рта.       — Могли и в машине переночевать. Там было бы тепло, — укорила его Дейзи.       — Только их привлечем и потратим горючее, — выдохнул парень, и пар, как дымок, полетел к потолку. — В такие времена нужно экономить ресурсы, ибо непонятно сколько нам осталось выживать среди них.       — Вот это ты речь толкнул, — хихикнула она. — Ничего, еды у нас навалом, еще и с ними поделимся, если придут погостить.       — Хотел бы я, чтобы нас нашли, — не реагируя на ее шутки, с грустью продолжил Ник. — Эффектно выбили бы эту дверь, протянули нам руку и сказали: «Идем с нами, если хотите жить», а потом мы бы все вместе улетели на вертолете. Как тебе такая идея?       — Неплохо, но маловероятно. Нас найдут, Ник. Рано или поздно, но найдут, — выдохнула она, выпустив пар.       Дейзи обратила внимание на его пепельно-русые вьющиеся, непослушные волосы, покрытые тонким слоем инея, перевела взгляд на острые скулы, которые так мило выглядывали тогда из-под шарфа. Внутри и снаружи было так холодно, что даже в темноте она смогла увидеть, как покраснел его нос, a губы посинели. Его серо-голубые, поблескивающие глаза уставились в потолок — Ник о чем-то думал, и Дейзи не хотела ему мешать, только смотрела на него, наблюдала за его равномерным дыханием, за тем, как он выпускал пар изо рта и как пытался задержать дыхание, чтобы не дрожать. Дейзи прижалась к нему и, обняв, как плюшевого мишку, свернулась в клубочек, пытаясь согреть их обоих. Легкое бормотание и невнятное «спокойной ночи» донеслось до ее ушей, и Дейзи, улыбаясь, заснула.       Пустая комната с приоткрытой дверью так и манила Ника, и парень, не задумываясь, осторожными шажками вошел внутрь. Там было пусто: почти ничего, кроме старой мебели, которая так одиноко, заброшенно стояла посреди комнаты. Все окна были побиты, только одно зеркало в дальнем углу имело одну единственную трещинку, будто его специально старались не задеть. Повсюду были следы борьбы: лужи крови, которые, как заметил парень, были свежими, и это заставило его напрячься. Отвертки и ножи с погнутым лезвием были раскиданы на полу. Ник осмотрелся и заметил на стене, у шкафа, дробовик, рядом с которым лежала порванная коробка с патронами. Их было немного, только на два выстрела. Ник снял со стены дробовик, собрал все патроны и, пытаясь лишний раз не создавать шум, направился к выходу, задержав взгляд на зеркале. Что-то его смутило. Ник подошел ближе и взглянул на свое отражение, в котором не было ничего примечательного. Тогда он слегка отвел взгляд и увидел то, от чего он похолодел. Позади него, в глубине комнаты, куда не мог попасть лунный свет, покачивалось кресло. Ник присмотрелся и увидел, как нечто похожее на человека, смотрит точно на него и… улыбается. Его лицо изредка освещалось светом луны, и в такие моменты Ник особенно мог различить его разорванные, бледно-синюшные черты лица и сумасшедшую улыбку. Контуры его губ были обгрызены, и улыбался он только сгнившими зубами. Руки лежали на подлокотниках, а ног не было, вместо них свисали культи, с которых капала кровь. И если вслушаться в эту гробовую тишину, то можно услышать, как кровь падает на пол, скапливаясь в лужу.       От накатившего страха Ник заплакал, как ребенок, который боится монстра под кроватью. Но несмотря на это, он все же пытался не выдать себя. Он не мог повернуться и поэтому смотрел на мертвеца через отражение. Ноги стали ватными, руки дрожали, сердце стучало так сильно и быстро, будто вот-вот выпрыгнет. Ник сжал дробовик и медленно засунул патрон, боясь последующего щелчка, который может стать смертельной ошибкой. Пот капал со лба, попадал в глаза, дикий страх и паника мешали трезво думать и оценивать ситуацию. Внезапный скрип прервал его раздумья. Ник взглянул в отражение: мертвец также неподвижно сидел, но что-то в его положении поменялось — он наклонился, руки впились в подлокотники, будто он готовился к прыжку.       — Повернись… — послышалось сзади. Ник дрожал всем телом, его ноги будто приросли к полу. Часто облизывая пересохшие губы, он пристально смотрел в отражение. Юноша даже боялся вытереть пот со лба, боялся всхлипнуть или громко вздохнуть.       — Повернись… Сейчас же! — более требовательно произнес голос. Послышался легкий скрип, затем Ник услышал, как что-то с грохотом упало. Он взглянул на отражение, в котором уже никого не было — кресло пустовало.       — Тогда… я сам тебя поверну… — что-то пробежало и, остановившись, прохрипело за спиной парня.       Обливаясь слезами, Ник с дробовиком в руках начал медленно поворачиваться, но с каждым разом понимал, что ни к чему хорошему это не приведет. Облизнув губы в последний раз, он закрыл глаза и повернулся. Время будто остановилось, и воздух стал каким-то вязким. Глубокий выдох. И Ник, медленно открыв глаза, закричал…