Глава 7.

Следующие две недели Элла почти не спала. Они летали из города в город, посещая новый практически каждую ночь, пока названия не стали размытыми: Лос-Анджелес, Чикаго, Сент-Луис, Арлингтон, Хьюстон, Нэшвилл, Детройт, Филадельфия, Вашингтон, Фоксборо и Восточный Резерфорд. Она проводила большую часть своих дней, путешествуя по городу с Луизой, набивая их лица Чиз-Итсом и изучая американскую культуру. Иногда это включало в себя гастроли по таким местам, как Мемориал Вашингтона. В другие дни это включало пробираться в бары, чтобы посмотреть американский бейсбол с пинтами пива. — В конце концов, — мудро заметила Райли, — я люблю голубых соек, но в Штатах это делают лучше. Каким-то чудом Марго удалось не пустить Эллу и Луизу в газеты, так что они могли свободно разгуливать по городу, не опасаясь папарацци. Единственное время, когда им приходилось волноваться, это когда к ним присоединялся Оливер, что он делал все чаще и чаще. — Я никогда не был в Америке, — объяснил им Оливер, когда они катались на велосипеде вокруг парка Либерти Стейт. — Моя мама убьет меня, если я не пришлю ей фотографии. Элла заметила, что Оливер действительно часто звонил маме — обычно по крайней мере раз в день, когда они с Райли звонили Офелии и Софии, — и это немного расположило его к ней. Если бы только она была так близка со своими родителями. Элла по-прежнему звонила им раз в неделю, в основном из чувства долга; Рори никогда не звонил их родителям, так что она всегда была на связи. Они провели большую часть телефонного разговора, засыпая Эллу вопросами о том, как Пэйтон и Джейден (прекрасно), и были ли фанаты сумасшедшими (всегда), и как новый басист (горячий). Ладно, последнее Элла не сказала. Но она определенно так думала. Элла редко видела Мурмаера, но, вероятно, потому, что делала все возможное, чтобы избегать его; Лекси, казалось, считала своим долгом покрыть как можно большую часть его поверхности своей кожей, как будто она была телохранителем, защищающим его от летящих пуль. Эл и Ри заболели при одной мысли об этом, но по совершенно разным причинам. — Я имею в виду, что он мой брат, — проворчала Хьюбека, когда они вытирали коричневую маску с лица в отеле в Нью-Джерси. — Это отвратительно. — Я это знаю. — Я больше никогда не смогу смотреть Лекси в глаза. — Я тебя слышу. — А тебе, наверное, еще хуже, раз ты в него влюблена. — Да, это… — Элла резко замолчала, повернувшись, чтобы посмотреть на нее. — Подожди, что ты только что сказал? — Ну, так ты и есть, не так ли? Элла занялась полотенцем для лица, внезапно потеряв способность смотреть Райли в глаза. О, боже. Она всегда подозревала, что Ри знает о ее увлечении Пэйтом, но на самом деле услышать ее слова было все равно, что вылить в кровь целую кофеварку. — Это не имеет значения, — сказала Элла, выжимая полотенце. — Он сейчас с Лекси. Луиза фыркнула. — Это ненадолго. — И потом, есть еще ты. И Джей Тоже. — О, Нам все равно, — беззаботно ответила Райли и замолчала. — Ну, вообще-то Джейден мог бы. Но с этим мы разберемся позже. — А Пэй — это… Элла замолчала, потирая кусочек маски под подбородком. Райли выгнула бровь. — Он — кто? Элла закусила губу. Ей очень хотелось рассказать Хьюбеки о своих страхах. Ей хотелось сказать ей, что она боится, как бы Пэйтон не провел всю свою жизнь, гоняясь за разными женщинами; что, поскольку он никогда раньше не влюблялся, она боится, что он не способен на это. Но Райли все еще была его сестрой. Поэтому вместо этого Элла сказала: «Он слишком высокий». Рай закатила глаза. — Не волнуйся, — сказала она. — Мы принесем тебе табуретку для ног. 22 декабря все улетели в Нью-Йорк. Ну, во всяком случае, большинство из них; к облегчению Эллы, Лекси улетела в Испанию, чтобы навестить своих кузин на праздники. Элла была больше разочарована тем, что Гриффин и Оливер тоже уехали на неделю, но она не сердилась на них за то, что они хотели провести Рождество со своими семьями. — Я верну тебе свиней Перси, — сказал Оливер. — Они тебе понравятся. — Это что-то вроде бекона? — О, Элла. — Он усмехнулся. — Тебе еще так многому надо научиться. Оливер поцеловал ее в щеку, прежде чем уйти, и Элла заметила, что Пэйтон пристально наблюдает за ними с непроницаемым выражением лица. Он расслабился только тогда, когда Джейден, Райли, Марго и Элла сидели в самолете, жуя имбирные пряники, и их самолет мчался в сторону Нью-Йорка. — Итак, — весело сказал Пэйтон. — Кто сегодня собирается исследовать город? Элла охотно согласилась, и Райли ей вторила. — Если бы я могла, — сказала Марго с искренним разочарованием в голосе. -Я встречаюсь с другом, чтобы выпить, — Ее глаза почти незаметно метнулись к Джею, — Но ты можешь присоединиться к нам, как только закончишь осмотр достопримечательностей. — Ну, я не могу пойти, — объявил брат, вытягивая ноги. — У меня свидание. Самолет взорвался в воздухе. — У тебя есть что?» — Кто она? — спросила Элла одновременно с визгом Ри. — Я же просил тебя ничего не говорить, приятель, — вздохнул Пэйтон, и Элла резко обернулась, чтобы посмотреть на него. — Так ты знал? — Только на несколько дней. — И тебе не пришло в голову упомянуть об этом? — Я тебя почти не видел, — сказал Пэйтон так тихо, что Элла едва не пропустила его слова мимо ушей. Остальная часть самолета, конечно, знала. — У тебя свидание, — хрипло сказала Марго. — Джей — это замечательно. Она не выглядела так, будто считала это чудесным. На самом деле, Марго выглядела так, будто была в двух секундах от того, чтобы открыть аварийный люк и выпрыгнуть из самолета. Ее руки судорожно сжимались в разреженном воздухе, как будто ей не терпелось схватиться за планшет, чтобы сохранить равновесие. Джейден тоже это заметил. — Не волнуйся, Марго, — сказал он, улыбаясь. — Тебе не нужно вписывать это в наше расписание или что-то в этом роде. Элла могла бы его ударить. Марго громко рассмеялась. — Забавно. — А я ее знаю? — Спросила Хьюбека, также не обращая внимания на смятение Марго. — Она что, еще одна танцовщица-дублерша? О Господи, Элла надеялась, что нет. — Нет, — самодовольно ответил Джейд. -Она из Вены. Последовала долгая, затянувшаяся пауза. — Но не в той Вене, где мы встретились? — С надеждой спросила Элла. — В какой-нибудь другой Вене. Джейден уставился на нее. — Да, конечно, это та Вена, с которой вы познакомились. Как ты думаешь, сколько Венских я знаю? — Ну, я просто… — О нет, — простонала Райли, отбросив все притворства. — Ты встречаешься со своим первым номером? Джей, она ужасна. На днях я застал ее за тем, как она кричала на своего менеджера. — Наверное, у нее был плохой день. — Она назвала его тупицей, — многозначительно сказала Райли. — А потом уволил его. Не думаю, что это был просто плохой день. — Ну, она мне нравится, — твердо сказал Джейден. — Так что остальным придется с этим смириться. И он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. К счастью, поездка на самолете до Нью — Йорка была недолгой — всего около 30 минут, — так что им не пришлось долго томиться в неловком молчании. Старший Хосслер взял машину прямо в отель, заявив, что ему нужно переодеться перед свиданием. Марго запрыгнула в такси, направлявшееся в город, ее маленькое бледное личико опустилось, когда она забралась в машину. Сердце Эллы сочувственно сжалось. Бедная Марго. — Хорошо, — сказал Пэйтон, подавая сигнал второй машине. — Куда это? — Он дышал в свои черные перчатки, его дыхание собиралось в замерзшем воздухе. — Эмпайр-Стейт-Билдинг? — Вообще-то, — сказала Райли, — я не очень хорошо себя чувствую. — Подожди, что? — Элла озабоченно нахмурилась. — Это головная боль? — Она покачала головой. — Мой желудок. Я думаю, все дело в этих пряниках. — Но мы все их съели. — Тогда, может быть, это была поездка на самолете. — Хорошо, я вернусь с тобой в отель, — тут же сказала Элла, представив себе, как Райли цепляется за унитаз, набивая его кусочками печенья. — Вместо этого мы можем посмотреть кино. Пэйтон, ты не против, если мы… — Нет! — быстро ответила Луиза. — Вы с Пэйтоном сходите посмотреть достопримечательности. Я и сама справлюсь. А потом, слишком поздно, Элла поняла, что делает. Она не была больна, маленькая лгунья. Она, вероятно, возвращалась в отель, чтобы заказать обслуживание номеров и марафон странный глаз. Элла сердито посмотрела на нее, и Ри улыбнулась — воплощение невинности. — Со мной все будет в порядке, — повторила она. — Вам двоим будет весело. — Ты уверена, Ри? — Пэйтон выглядел растерянным, его старший брат инстинкты работали в полную силу. — А что, если тебе придется лечь в больницу? — Я позвоню тебе. — Оставь свой звонок включенным, — приказал он. — Я проверю. И вот Райли уже вернулась в отель в поджидавшем ее такси, а Элла и Пэйт уже ехали в город. Элла нервно заерзала на черных кожаных сиденьях, выстукивая ритм на бедре. Теперь, когда они остались вдвоем, ее разум мгновенно очистился. О чем, черт возьми, они с Максом обычно говорили, когда оставались наедине? Музыка? Их семьи? Мир во всем мире? К счастью, Мурмаер взял инициативу на себя. — Знаешь, тебе не стоит беспокоиться о Джейдене, — сказал он ей. — Не думаю, что он так уж серьезно относится к Вене. Она чуть не рассмеялась. Он подумала, что она беспокоится о том, что ее брат сейчас идет на свидание. Ее брат. Сама идея была нелепой. И все же она подыгрывала ему. — Я просто хочу, чтобы он встречался с кем-нибудь хорошим, — сказала она. — Например, кто? Марго. — А как насчет той высокой танцовщицы на заднем плане? — Спросила Элла, выбирая наугад. — Келси? — Кейли, — поправил ее Пэйтон. — Лекси ее не любит. Это только укрепило уверенность Эллы в том, что Кейли, вероятно, очень хороший человек. — Ты, должно быть, скучаешь по ней, — сказала Элла с той же навязчивой мазохистской склонностью, с какой человек ковыряется в струпе, чтобы посмотреть, как он кровоточит. — Странно, что ты не улетел с ней в Испанию. Он нахмурился, как будто эта мысль даже не приходила ему в голову. — Я хотел провести каникулы с тобой, — признался Пэйтон и быстро добавил, — со всеми вами. Райли и Джейден тоже, — Его улыбка сверкнула в темноте. — Все будет как в старые добрые времена. У Эллы участился пульс. Старые времена. Так вот что это было для него. Она знала, что это не свидание — Райли всё-таки собиралась прийти, — но и не думала, что они будут вспоминать свое детство. Повинуясь внезапному порыву, Элла наклонилась к водителю. — Прошу прощения? — спросила она. — Может, ты отвезешь нас в Центральный парк? Пэйтон уставился на нее. — Что ты такое делаешь?.. — Центральный парк? — окликнул водитель. — Да, пожалуйста. — Элла, — раздраженно сказал Мурмаер, — что ты делаешь? — Мы едем кататься на коньках. Потрясение на лице Пэйтона было настолько бесценным, что Элла даже рассмеялась. Она не была уверена, что его больше всего удивило: то, что она впервые взяла на себя инициативу, или то, что она добровольно пошла кататься на коньках. — Но ты же ненавидишь кататься на коньках, — сказал он ей. — Ну и что? — Она пожала плечами. — Я пробую что-то новое. — Если ты сломаешь лодыжку, Джейден убьет меня. — Она дерзко улыбнулась. — Тогда тебе лучше не дать мне упасть. Каток был уже битком набит телами. Из динамиков над головой гремела рождественская музыка, а веселые красные и зеленые огни отбрасывали тени на белый лед. Пэйтон еще глубже натянул на лицо току, когда Элла взяла напрокат для них коньки, но ему не нужно было утруждать себя: никто не смотрел на них дважды. Элла самодовольно улыбнулась, передавая ему коньки. — Зашнуруйся, — приказала она. Он усмехнулся. — Какая нехарактерная властность. — Я учусь у лучших. — Полагаю, ты имеешь ввиду Ри? — Я имею в виду тебя, идиот, — Элла толкнула его плечом. — Двигай дальше. Они соскользнули на лед. Элла тут же споткнулась, и Пэйтон схватил ее за руку, поддерживая. Она чувствовала тепло его руки даже сквозь черную шерсть своей кофты. Она слегка вздрогнула от прикосновения, и Мурмаер нахмурился. — Вот, — сказал он, обматывая шарфом ее шею. — Здесь чертовски холодно. Элла решила не поправлять его. Они пьяно покачивались на льду в течение нескольких минут, прежде чем она начала привыкать. Пэйтон ободряюще закричал, когда Элла ускорила шаг, скользя по катку. Ну, скольжение было немного сильным. Но Элла больше не спотыкалась, что она считала личным успехом. — Я делаю это! — Крикнула Элла, не в силах сдержать улыбку. — Я действительно это делаю! Она была уверена, что выглядит ужасно, со своими белокурыми кудрями и покрасневшими от холода щеками, но ей вдруг стало все равно; она чертовски гордилась собой за то, что сделала это. Она ужасно боялась кататься на коньках. Но это делала Элла. Прямо здесь, прямо сейчас. — Смотри, Как я ухожу! — Она маниакально захихикала, исполняя то, что, как она была уверена, было действительно ужасным поворотом. — Я похожа на Тессу добродетель? Но Элла поняла, что ей не нужно говорить Пэйтону, чтобы он смотрел на нее, потому что он уже смотрел на нее со странным выражением на лице, как будто только что что-то понял. Элла замедлила шаг, внезапно почувствовав себя неуверенно. Она всегда могла прочитать выражение лица Пэйтона. — Пэй? — неуверенно спросила она. — Извини, — Он потряс головой, словно пытаясь прояснить ее. — Я был погружен в свои мысли. -О чем это ты? — Я тут подумал… — он заколебался, а потом ухмыльнулся. — Я просто подумал, что теперь, когда ты можешь кататься на коньках, Канаде больше не придется тебя депортировать. В то время Элла не придала этому значения. Но позже, когда она лежала в постели, ей пришло в голову, что улыбка Пэйтона была не совсем правильной. Он не говорил ей правду. Впервые на памяти Эллы Пэйт солгал ей.